часть

      Она часто говорила себе, что все нормально, что все хорошо, что все так должно и быть, наивно верила, что все еще будет.       Будет что?       Продолжая страдать, чувствовать себя отвратительно мерзко, презирая себя с каждым днем, за такую низкую слабость, да с каких это пор, ты стала такой? Всегда она была нелицеприятной, рациональной, язвительной и неважно к кому, даже близкие люди, возможные теплые к ним чувства не останавливали ее колкого языка, и резали по самолюбию людей.       Вспоминая ее, читатель, хочу отметить, что у меня выступает тень презрительной насмешки, над падением человека, на то, как легко она повелась на свои чувства и принцип ушел.       И она пожалела.       О, как много и долго она жалела себя, свои поступки, вот бы вернуться назад и все отменить. Дурашка, нельзя было ничего и начинать.       Но сейчас все изменилось. Боровшись со своим прошлым, что было для нее смыслом жизни и просто всем, теперь также ее раздражает, теперь также для нее равнодушно, как и все было раньше. Только вот это, приносит жгучие неприятные чувства в груди. Но какие? Тебе стыдно за свою слабость? Стыдно, что поддавалась? У тебя обида? На кого? У тебя злость? Ненависть внутри?       Милочка, ничего не чувствуй, вспомни, никаких чувств, только холодная надменность и язвительность.       То, что стало для тебя смыслом жизни, по глупой ошибке, стало для тебя частью прошлого, столь видимо и неприятного теперь.       Она пыталась решить все мягче и хорошо, когда чувства в ней еще были. Когда в ней была еще та мягкость, нежность к людям. Звучит как сюр, все кто знал ее раньше очень удивлялись такой перемене, но сейчас...       Сейчас все стало на свои места.       Урок выучен, тема понята и больше таких ошибок не будет.       Она с горькими слезами и огромной пустотой внутри, которую так тщетно заполняла все это время, вернулась к своему учителю, пала ему в ноги и без стыда рассказала все. Она вернула свой былой нрав, свой характер, вернула себя.       Бабочки сменились тошнотой, приятное слово сменилось раздраженным буканьем. Она ведь знала, что так все кончится, она ведь знала.       Часть стала лишь частью, минувего прошлого, которое так не хочется вспоминать