Напарники

Рейзор с Деймондом зашли внутрь уютного помещения. Ветер занёс холодный воздух и немного снега до того, как дубовая тяжёлая дверь закрылась. На блондинистого парня уставилось целых три пары глаз. Иэлия, которая, видимо, только что зашла, быстро подскочила со стула и, словно стрела, метнулась к сыну. Деймонд зажмурился в ожидании очередного подзатыльника или упрека, но этого не случилось. Мать прижалась к сыну с грустной улыбкой, не побоясь колючего холода, отходившего от куртки. Парень вздрогнул в полном шоке, посмотрел на остальных. Алан улыбнулся от милого зрелища, а вот Харитон наоборот, скорчился в противной злостной гримасе. Деймонд обнял Иэлию в ответ. Холодные худые руки тут же затряслись, а глаза от стыда уползли куда-то в угол комнаты. — Где ты был? — спросил дед, пронзая найдëныша суровым взглядом полицейского. — Я к другу заходил, он мне помог с домашкой. У меня везде тройки выходят… — Больше так не делай, — прошептала Иэлия и ещё сильнее прижалась к подростку под аккомпанемент шорохов куртки, — Никогда, слышишь? Мы всю гору на уши подняли. — Хорошо, мам, — сказал студент, тихо, словно пообещал только ей одной. В какой-то момент Алан отвлёкся от семейной драмы, заморгал глазами и поглядел в окно. Рейзор сразу понял, кого он потерял, поэтому, выдохнув, злостно прошипел. Молча сняв куртку, он прошёлся по таверне уверенным быстрым шагом. Скрипучий пол под его ногами прогнулся, а Алан все так же, в полном неведении происходящего, искал Кайла глазами. Когда Рейзор подошел достаточно близко, рыжий тихо спросил его, дабы не мешать семейке беседовать. — Рейзор, а где… Не успел Алан договорить свою фразу, как Рейзор, пройдя мимо друга, схватил его за запястье и затащил за дверь кухни, в полнейшую темноту, подальше от всех. Врезавшись в стену напротив двери, Алан удивленно поднял глаза. Свет из общего зала зловеще падал за спину Рейзора, а тот с суровым взглядом смотрел другу прямо в душу. — Рыж, поговорить надо… — Можно было и не швырять меня так грубо. Юноша потëр плечо, на которое сильнее всего пришëлся удар, на что друг постарался успокоиться. Сейчас его злость тут была ни к чему. — Извини, — решив не оправдываться, охотник тут же начал с нужной ему темы, — Я насчёт Кайла. Ты ещё не в курсе, с кем твой дружок общается? — М? О чём ты? Рейзор опять отвёл глаза в сторону, думая как бы объяснить недогоняющему другу всю ситуацию. Он и понимал, что Кайл не виновен ни в чьём исчезновении, а про тëрки между напарниками и Алисой и подавно не знал до этого момента, но сам факт того, что у него есть что-то общее с этой маньячкой, трепал Рейзора внутри за все органы. Ему не хотелось, чтобы Алан с ним общался, не хотелось, чтобы он имел хоть какое-то отношение к нему. Даже если этот человек и сделал хоть что-то хорошее для Рыжика, даже если они оба знакомы с самого детства, Рейзора коробило его присутствие и эти их милые беседы. А после его разговора, якобы «по делу», с той самой ненормальной, у охотника окончательно подорвалось всё доверие. — Помнишь ту чокнутую со склона? — сурово спросил Рейзор, указывая на ранние события. Алан непонимающе свёл брови, на что рассказчик ответил намекающим взглядом. У рыжего охотника открылся рот. — Врëшь… — Нет, чистая правда. Честно признаюсь, не удивлен. Он изначально мне показался, мягко говоря, слишком подозрительным. Рейзора, от понимания того, что он начинает говорить так же саркастично, как та тигрица, всего передёрнуло. Но смотря на шокированного Алана, он отвёл эти мысли на второй план. Рыжий невольно забегал глазами по полу, цепляясь то за одну доску, то за другую. Он хмыкнул с истеричной улыбкой и поспешил удалиться из комнаты, так ничего и не ответив. Охотник удивлённо посмотрел в его сторону. Давно он не видел у своего друга таких психов. «Да что же в этом… идиоте такого?» — размышлял тот, обдумывая произошедшее. Парень не пошёл за ним. Он знал, что сейчас нужно только ждать. Пока Кайл вернётся, или пока Рыжий остынет. Хотя, конечно, второй исход событий ему гораздо больше нравился. Лишь бы только не поссорится с Аланом. Рейзор решил прилечь поспать. Всё-таки, довольно позднее время и усталость тащили его в кровать, а небольшое повреждение на левом плече дало ему возможность хотя бы чуть-чуть отдохнуть от постоянных перемещений. Все эти поиски, выяснения отношений утомили весь дом. Распределившись по диванчикам и кроватям, жители таверны очень быстро уснули. И можно сказать, что ночь прошла довольно спокойно. За всё время ночного отдыха Рейзора ничего не разбудило. Довольно странное явление и достаточно редкое, учитывая насколько охотник настолько чутко спал. От одного хлопка двери мог спокойно проснуться. Значит, что за весь период сна никто не заходил в Берлогу, а из этого следовало то, что Кайл так и не вернулся. Может та леди и его не пожалела? Убила тайком, узнав, что тот в сговоре с товарищами? Охотник уже на автомате взглянул на свою руку как только встал, чтобы посмотреть время, но вспомнив, что свои наручные часы он благополучно отдал, потянулся к тумбочке и взял телефон. Экран показал полшестого утра. В принципе, так охотник обычно и вставал. Протерев глаза, чтобы окончательно проснуться, он поднялся с кровати. Вчера Рейзор настолько вымотался, что даже забыл толком переодеться и обнаружил сей конфуз лишь сейчас, вместе с отвратительным запахом пота на термобелье. Раскладное кресло не дало ему нормально вытянуть спину, потому, после сложноватого подъёма, позвоночник отозвался хрустящим плачем. Рядом с местом его сна, на маленьком затёртом диванчике, всё ещё храпел Харитон. Рейзор медленно и тихо прошёл мимо него и вышел в главный зал. Взгляд сразу же упал на ещё один маленький зелёный диван, на котором расположился Алан. Но он совсем не спал. Его глаза быстро бегали по страницам небольшой книжки карманного размера, не толще газеты, сложенной вдвое. Заметив движение за переплётом своего увлечения, Рыжий поднял глаза. — Доброе утро, — сказал парень и опять отвёл взгляд в книгу. — Доброе, ты не спал что ли? — Нет. Я просто недавно проснулся. — Ты ж у нас вроде сова, а не жаворонок. С чего вдруг? Алан ничего не ответил. Только зевнул сразу после того, как вновь перевернул страницу. Рейзор посмотрел на его немного потухший сероватый взгляд и ему стало всё ясно. «Ждал,» — подумал парень и, нахмурившись, направился в сторону двери. — Ты куда? — Как обычно. Прогуляюсь, — ответил Рейзор, цепляя мечи за своей спиной, — Скоро вернусь. Рейзор вышел, оставив парня одного со спящей семьёй. Алан тяжело вздохнул, изнемогающей рукой протёр глаза. Как же ему сильно хотелось спать. Бессонные ночи приходились ему очень туго, даже за своим любимым чтением. Его окутали печальные мысли и столь приятные и счастливые воспоминания. Он думал о своем детстве в приюте, вспоминал моменты студенчества, но их уже реже. Всё картинками всплывало в голове и представало перед его глазами фотографиями. И почти в каждой такой фотографии был Кайл — человек с которым он провел всю свою жизнь. «Куда же ты… опять ушел?» — подумал Алан и убрал книгу от своих глаз. Ушëл снова. Снова оставил. Почему? Текст перемешивался с фразами из мыслей. Читать в таком состоянии он просто не мог. Его всё больше и больше волновало, что же случилось за всё то время, пока они не виделись. Кот запрыгнул на его кровать, любопытно тронув лапкой читаемое ранее произведение. Алан улыбнулся, прижал к себе питомца и зарылся носом в его мягкую шерсть, а тот отозвался приятным мурлыканьем. Всë же признаки мутанта никак не повлияли на ласковость милого зверька. Парень прилёг на подушку, дабы хоть на секунду прикрыть глаза. И, сам не заметив того, задремал с котом в обнимку. Плавно, по мере засыпания, в его голове проявилось ещё одно воспоминание. Такое чёткое и яркое под влиянием Морфея.

***

Шум из открытых окон приюта разливался на весь двор: детский смех, крики и радостные визги. Розовато-голубые стены с цветными рисунками были ярким контрастом сероватой погоде на улице. Шкафы были наполнены разнообразными игрушками, составленными в хаотичном порядке, только что убранными самими ребятками. — Дети, дети! Построились, не шумим, не толпимся! — затараторила добрая воспитательница. Маленький рыжий паренёк лет семи, чьё тело почти полностью было замотано бинтами, спрыгнул с подоконника и встал в конец строя за парнем с чёрной чёлкой. Одногруппники, хоть и послушались воспитателя, всё равно продолжали перекрикивать друг друга и толкаться. — Ну ребят, ну хватит! Нас же попросили постоять спокойно! — дрожащим голосом выдал рыжий пытаясь успокоить своих ровесников. — Ой, не всем же быть занудами как ты, задротыш, — хитро улыбнулся мальчик стоящий перед Аланом. — Шеди, если ты ещё раз так меня назовёшь, я тебя в окно выкину! — прошипел обиженно на одногруппника парень, чтобы воспитатель этого не услышала, и отвернулся. — Третья группа! Ну-ка успокоились! — не стерпела женщина и повысила голос. Дети тут же замолчали, перестали шушукаться и встали, с любопытством глядя на генерала их детского батальона. — Вот какие молодцы. Слушайте меня внимательно. Сегодня мы гулять не пойдём, потому что… В миг строй вновь оживился. Возмущаясь, дети вновь зашумели, зашуршали, зашевелились. — Потому что… — более громко протянула воспитатель, в ожидании спокойствия слушателей, которые при первом же грозном взгляде опять успокоились, — Сегодня холодно для прогулок, ветерок очень сильный и холодный! Вы все заболеете! Дети, пусть и неохотно, но согласились, кивнув головой. Воспитатель пару раз хлопнула в ладоши, весь строй дружно повернулся направо. Она пошла на выход из детской комнаты, а дети, словно утята за уткой, направились по ветвям коридоров вместе с ней. — Мисс Лили, — подбежал Алан к доброй женщине, — А что мы сегодня будем делать вместо прогулки? — К сожалению, игровую займёт первая группа. Поэтому вы позанимаетесь сами в своих комнатах и ляжете спать пораньше. — Но ведь ребятам это не понравится, они же не будут слушаться! — Я знаю, Алан, я знаю, — задумчиво приложила палец к переносице женщина, — Но мисс Март сказала мне так сделать. Я же не могу ослушаться, понимаешь? Он кивнул в ответ, конечно же он понимал. Когда эта противная старая мисс Март кричала на детей первой группы, наверное, даже у птиц за окнами страдал их чуткий нежный слух. «Наверное, она и на мисс Лили так кричит, и на других воспитателей. Как же мне их жалко», — думал Алан, а сам шёл вместе с женщиной за руку. Мисс Лили была потрясающе доброй натурой, и даже внешность её была такая же добрая и тёплая. Она была пусть и не такой уж и молодой, но сама выглядела очень светло и цветуще. Её длинные каштановые волосы всегда были подняты в неаккуратный пучок, придерживаемый чёрной заколкой, из которого то и дело выпадали отдельные пряди. Салатово-зеленые глаза всегда шныряли от ребёнка к ребенку, с интересом наблюдая за детскими увлечёнными играми. Подол платья цвета пыльной розы был ей чуть ниже колена и от дуновения лёгкого ветерка красиво развивался. А поверх платья она всегда носила накидку, расписанную под какой-нибудь древне-цветочный стиль. По полу от её шагов слышался звук подошвы блестящих лакированных балеток, на носу которых виднелся изящный бантик. С таким миловидным образом и лицом, не затёртым макияжем, она подходила к каждому ребёнку, и, даже когда ругала, звучала больше мило и ласково, чем строго. Алану она нравилась, как и другим ребятам. Некий божий лучик в лице наставника, заменившего им всем родителей. И всех она любила, о всех заботилась, шла на компромисс с ребёнком, если он не хотел её слушаться, а иногда она добивалась своего простым добрым словом, как и в этот раз. Всё остальное время до вечера детям было ужасно скучно. Но Алан находил себе занятия. Первым делом он, конечно же, выполнил задания из прописей, которые полагались на сегодня. Да, он это чертовски не любил, как и остальные его сожители. Сидеть и ровно выводить разноцветные буквы трясущимися худыми пальцами явно было не для него, но он всегда делал это с самого начала, чтобы потом воспитатель его не трогал и не заставлял по полчаса, как других ребят. А затем, взяв журнал из библиотеки, что была напротив их комнаты, с интересом рассматривал картинки животных. Читать он не умел, но ему очень хотелось научится, потому пытался научить себя сам. — Боже, как же скучно, — протянул один из соседей в большой комнате с восемью кроватями. — Занялся бы прописью, Кейя, и не было бы так скучно… — поддакнул мыслям Алана другой мальчик. — Скучно… — ещё более растянуто заныл тот и рухнул на свою кровать, — Как тебе не надоедают эти бумажные штуки, Алан? — Это книги называется, дурак, — вдруг ткнул его другой сосед. — Сам дурак! — обиженно протянул Кейя в ответ и отвернулся, надув щеку как какая-то лягушка. Алан закатил глаза, и тут же отвёл их в свою книгу. Но вскоре послышались шаги, и дверь открылась. В комнату вошла мисс Лили и оглядела взглядом помещение. — Дети, уже поздно, пора спать. Надеюсь, все сделали свои задания? Все тут же засуетились и начали доставать свои тетрадки, кто из шкафа, кто из-под кровати, а кто уже только-только дописав, гордо клал перед собой, как бы хвастаясь перед другими. Мисс Лили прошлась мимо детей, бегло пробежавшись глазами по расписанным строчкам. С каждой просмотренной тетрадкой на её лице проявлялась милая улыбка, и каждому ребенку она так приятно и солнечно говорила: «Молодец», — при этом потрепав по голове. Резко остановившись перед пустой тетрадью одного из мальчишек, она пронзительно посмотрела ему в глаза, отчего Кейя — хозяин тетради, тут же испуганно потупился. Затем женщина одним ловким движением руки подняла её с пола. — Завтра вместо одной, две будешь выполнять, — произнесла она, на что паренёк разочарованно кивнул. Воспитатель уже собиралась уходить, но Алан подошёл к ней с ненавязчивой просьбой. — Мисс Лили, занесите это, пожалуйста, в библиотеку, — безобидным голосом сказал Алан и протянул к рукам женщины журнал. — Хорошо, — взяла его она и улыбнулась, — Ну как, получается читать? — Не очень, но думаю получится! — улыбнулся Алан во все зубы, на что воспитатель посмеялась. — Конечно получится, я и не сомневаюсь. Сейчас я занимаюсь с другими детьми, но как только освободится время, я и с тобой потренируюсь, ладно? Алан кивнул. Мисс Лили вновь хихикнула и положила руку на рыжую голову. — Ты же моя умничка. Вы все мои умнички, — дотронулась она и левой рукой до макушки того самого темноволосого мальчика, — Спокойной ночи! — Спокойной ночи! — отозвалась радостно вся комната, когда воспитатель вышла за дверь и выключила свет. Все разбрелись по своим кроватям. Алан неторопливо побрёл к своей и присел на край, заинтересованно вглядываясь в окно, в ночную даль. — Мисс Лили такая добрая, — дотронулся до своей чёлки Шеди и подобрал к себе ноги поближе. — Конечно добрая! По сравнению с мисс Март она вообще одуванчик! — затараторил с ноткой возмущения Кейя, — Я от мальчика из первой группы слышал, что эта старая питается детской кровью! — А я слышал, что она своей тростью разбила девочке нос, за то, что она у неё ручку взяла без спроса! — отозвался другой мальчишка и, вылезая из-под одеяла, подсел поближе к компании. — Правда?! Собрался небольшой кружок из перешёптывающихся ребят, откуда Алану были слышны только обрывки фраз. Рыжик спрыгнул со своей кровати и сел на подоконник, поджав к себе ноги. Закрыв глаза, он легонько дотронулся пальцем до шрама на носу. «Ломать нос очень больно… Бедная девочка. Надеюсь с ней сейчас всё хорошо,» — подумал Алан и мечтательно посмотрел на звёздное небо. Он любил рассматривать звёзды, они всегда отдавали в его сердце спокойствием. Их нежный голубой свет шел у него в сравнение с глазами любимой мамы, которую он всё ещё помнил. Всех остальных он уже начинал забывать, иногда даже детей из своей группы он не мог вспомнить сразу, а вот глаза матери оставили глубокий отпечаток в памяти. Такие небесные, мерцающие, всегда спокойные, добрые и ласковые. «Интересно, а у меня такие же?» Однажды мисс Лили сказала, что Алан очень похож на свою мать, и это очень сильно запомнилось детскому мозгу. Действительно ли так сильно он был на неё похож? Дети после недолгого перешёптывания всё же засопели, а Алан так же смотрел в открытое настежь окно. Он ждал, пока все ребята окончательно замолкнут, чтобы одному пойти во двор посреди ночи и покачаться на качелях. Он довольно часто так делал, когда ему совсем не хотелось спать. Тем не менее, за всё это время его ни разу не поймали, что довольно славно. Нарушать правила было не по его, но подобная маленькая шалость не была так уж плоха, как казалось мальчику. За спиной послышалось сопение, шаги в коридоре прекратились, а значит можно вылезти из уютного убежища. Бесшумно спрыгнув с белого подоконника на землю, Алан осмотрелся и скоро побежал в сторону площадки. — Эй! Ты куда? — вдруг услышал Алан негромкий шопот за своей спиной. Обернувшись испуганно, Рыжик увидел в соседнем окне черноволосого парня. На вид он был, словно, старше чем Алан. Худой, высокий, но, опираясь на подоконник, очень сильно сутулился. Больше всего Алана привлекли эти необычные чёрные глаза. Вроде и любопытные, но стеснительные. Он словно вовсе и не хотел задавать ему этот вопрос, но, возможно, совесть или чувство ответственности заставили его это сделать. — Я гулять, — невозмутимо ответил мальчик, уже собираясь уходить. — А тебя не наругают? — поинтересовался он. — Если ты не расскажешь — не наругают. А ты вообще чего не спишь? — А ты чего не спишь? — перевел вопрос на собеседника мальчик, — Да и вообще, нам говорили, что сегодня ветер холодный. И правда. На улице было действительно очень ветрено и прохладно. Но Алану было на это плевать. Ему было скучно просто лежать в своей постели, это утомляло ещë больше, чем прогулки. — Да мне всё равно. Никому не скажешь, что я выхожу? — прошептал Алан, подходя поближе к окну. — Нет. Мне это не нужно, — невозмутимо отозвался паренёк, и подперев голову рукой, все так же заинтересованно смотрел на полуночника. — Вот и отлично, — вновь повернулся Алан, но спустя секунды раздумий окликнул нового знакомого, — Слушай, а пошли со мной? — Нет! Ты что?! А если нас поймают? — вдруг подскочил он. — Да что ты заладил свое «поймают»? Не поймают. Все спят, а мы ненадолго. Пошли? Паренёк заинтересованно зыркнул в сторону рыжего. Он заглянул за свою спину, всматриваясь в лица спящих одногруппников, а затем вновь на улицу. Пусть и немного замешкавшись, он выдохнул, и, свесив ноги из окна, спрыгнул с подоконника. Алан улыбнулся новому другу, и, схватив за руку, потащил в сторону площадки. Единственным источником света на мрачной улице была луна, которая время от времени скрывалась за облаками. Ребята пошли на площадку, сели на скрипучие качели. — Ты часто так вылазишь? — заинтересовано посмотрел парень на Алана, болтая ногами. — Из окна? Да, часто. — А тебя не ругают? — Я же говорю тебе! Не пойман — значит не вор! Мисс Лили мне однажды так сказала. — У вас воспитательница мисс Лили? — удивился темноволосый. — Да, а что? — Повезло. Она у вас добрая. А у нас старуха с палкой. Я даже не помню, как её зовут. Мы боимся называть её имя. — У вас мисс Март?! — подпрыгнул Алан, скрипнув петлями качелей. — Ну… да вроде… — Она уже пила твою кровь? — Нет ещё. А она пьёт? — Не знаю… говорили, что да. Ребята разговорились, нарушая ночную тишину. О воспитателях, о играх, в то время как ветер дул с новой силой. Алан приобнял собственные плечи, дабы хоть немного закрыться от жуткой стихии. Не хотелось уходить. Из всех детей он наконец нашёл собеседника себе по душе. Да, много кто в их группе ему нравился. Но этот мальчик был спокойный, тоже любил тишину. Неожиданно на нос опустилось белое холодное пятнышко, которое при первом соприкосновении с кожей вмиг исчезло. Два мальчика подняли головы вверх, а над ними кружилась в очаровывающем танце стая снежинок. — Смотри! Снег! — удивлённо воскликнул парень, подставляя руки к столь удивительному явлению. — В Апреле же… не должно быть снега, — поднялся Алан с качелей, рассматривая снежинки в воздухе, — Я в книжке читал. — Может, небо плачет? — Наверное… Новый порыв подул в спину. Шмыгнув носом, Алан мило чихнул, по кошачьи, и вновь зажался от холода. «Вот же ветер!» — подумал ребенок и тут же опять чихнул. — Может по комнатам пойдем? Холодно очень… — предложил собеседник Алана, заметив его реакцию на порывы, — Ой, будь здоров! — Спасибо. Давай. А то я и правда заболею. Они ушли с площадки, пока снег большими хлопьями собирался на их волосах. Зайдя за угол каменного приюта и встав у своего окна, Алан уже хотел забираться к себе в комнату, но его окликнул тот мальчишка. — Эй, а мы ещё когда-нибудь вылезем вместе? — Думаю да. Я довольно часто так делаю. Тебя как зовут? — обратился Алан к мальчику. — Меня Кайл. А тебя? — Меня Алан. Будем друзьями? Ребёнок протянул мизинец новому знакомому. Ветер вновь порывом колыхнул сухую траву и голые ветви деревьев, наполняя движением глубокий мрак. Кайл кивнул и протянул руку в ответ, заворожённо наблюдая, как снег падает на плечи собеседника. Сцепившись мизинцами, они оба улыбнулись. — Лучшие друзья? — Навсегда, — закончил Кайл. Друзья, распрощавшись, залезли в свои окна. Алан прошелся до койки, стряхивая снег волос и футболки. Он уставши рухнул на кровать и тут же укутался в тёплое одеяло, погружаясь в мысли. Интересно, как долго продлится их дружба? С этим вопросом он закрыл глаза и тут же уснул.

***

Тихонько запереливались металлической трелью дверные колокольчики, которые рука гостя придержала, дабы они не звенели чересчур громко. Кайл вошел в таверну. Тихо, как мышка, надеясь, что никого не разбудил. Аккуратно снимая куртку, на зелёном диванчике в конце зала он увидел знакомое лицо. Почти на цыпочках, чтобы не скрипеть досками и не стучать тяжёлыми берцами, он подошёл к мило сопящему во сне другу. Алан, обняв своего кота, наверное по обаятельности ничем от него не отличался. Такой же вздёрнутый носик, на котором виднелся маленький красный шрамик и взъерошенные, словно шерсть, волосы. Накрывшись пушистым клетчатым пледом, он поджимал ноги в белых носках, натягивая его на свои плечи. Кайл присел на корточки напротив Рыжего и ненароком улыбнулся. В его руке он заметил небольшую книгу в зелёном мягком переплёте. «Научный прогресс в сфере IT» — прочитал Кайл у себя в голове. Затем, медленно, без единого шороха, поднялся и посмотрел на столик рядом с диваном. Он уже давно приметил один необычный аксессуар в его снаряжении — зелёные интерактивные очки. Этот прототип давали им на их первую практику. Они были настолько ужасно запрограммированы, что не представляли из себя никакой ценности, потому Кайл после первого пользования сдал их обратно. «Зачем он их с собой таскает?» — подумал Кайл и одел их на свою переносицу. Долгим нажатием он активировал интерфейс и перед ним замелькало куча графиков и режимов, отчего охотник знатно так был в шоке. Переключая режимы Кайл нашёл тепловизор, искусственный интеллект, датчик ультрафиолетового излучения, датчик движения, режим ультрабыстрых вычислений, при двойном нажатии которого, его можно было использовать как панель управления для радиоуправляемых установок в радиусе ста метров. И это были далеко не все способности сего прибора. В студенчестве, когда Алан последний раз мучался над ними, функций было куда меньше. — Впечатляет, не так ли? — услышал Кайл справа от себя, — Пришлось немного подкрутить, и вот уже можно пользоваться. Кайл повернул голову и поднял очки. Открыв с улыбкой один глаз, Алан смотрел на него лёжа, а затем поднялся и сел, не вылезая из-под тёплого пледа. — Гениальность из мозга не удалишь, да? — встречная улыбка не заставила ждать, — Ты не спал? Алан печально отвёл глаза на дверь кухни. — Нет… тебя ждал… — выдал он, упираясь руками в упругий диван. Кайл, прикрыв глаза, сел на пол, оперевшись о край дивана, открывая себе обзор на порог. Он прислушался к звукам позади себя и кроме тяжелого вздоха ничего не услышал. — Кайл… можно поговорить? — обнял ноги Алан. — Да, конечно. Я очень долго этого ждал, — улыбнулся парень, положив руку на своё колено и ожидая вопросов, — Я скучал по нашим разговорам… — Рейзор рассказал мне, что ты общался с той девушкой, которая хотела нас убить. Это правда? Кайл молча нахмурился. Он не был готов к такому сразу, в лоб. Но, обсудив со своей знакомой, что говорить можно, а что не стоит, он примерно знал, что ответить. — Да, это правда… — Тогда я задам ещё один вопрос. Что вас такого, блин, объединяет, что тебя всю ночь не было? — Ты ничего не подумай. Это просто моя знакомая, она просто… помогла мне когда-то. Я не хочу внедряться в подробности, но она не такая плохая, как вы её описываете. — Не такая плохая, да? — злостно прорычал Алан, — Она пыталась нас убить, скинула нас с обрыва! Мы, слава Богу, синяками отделались, а ведь могли бы реально умереть! Она бы угробила нас, Кайл! — Тише, тише… Не кричи, я знаю.— прибавил Кайл, и Алан тут же замолчал, — Знаю уже, и от Алисы, и от друга твоего. Но этот человек… я ей должен сполна. Ты даже не представляешь насколько. И будь вы знакомы через меня она бы вас не тронула. — Да ты всем в этом мире должен. — огрызнулся Алан, Убийство - это немыслимо! Такого быть не должно! Тебе долг дороже, чем друзья? Настало неловкое молчание. Кайл посмотрел на друга, а затем виновато отвел взгляд. — Нет. Нисколько. — М… ясно, — немного саркастично прибавил он, — Тогда, ладно, ещё один вопрос. Что такого случилось, что ты мне два года не звонил и сам не отвечал на звонки? Я… я не понимаю, это как шутка звучит. Мы с тобой продружили, считай, лет так пятнадцать точно. Я думал, что наша дружба важна для тебя… И после того, как мы доучились, ты просто взял и исчез… — Алан зарылся носом в одеяло, прозрачные слезинки проступили на веках, - Исчез, когда я- — Я потерял телефон… — Не ври! — закричал Алан, вздрогнув, и злостно махнув руками, — Хва-тит! Мне не нужны твои оправдания! Просто скажи… — Да ты не понимаешь! — подпрыгнул резко Кайл и нервно прошелся по комнате в поисках ответа в собственной голове. Выдохнув пару раз, он опять присел на корточки рядом с другом, при этом замешкавшись на первом слове. — Послушай меня. Я не вру сейчас. Честно. Я правда потерял телефон, и я правда пропал. И правда то, что я общаюсь с Алисой и не считаю её плохим человеком, потому что она мне жизнь спасла… Алан удивлённо посмотрел на Кайла. Тот, опять задумавшись над своими словами, продолжил говорить, нервно потирая шею. — Но сейчас, поверь мне, пожалуйста. Есть такая проблема, которая заставила меня пропасть на два года. Но я просто… не могу тебе сказать причину. Я обещаю, я когда созрею мысленно, я тебе объясню. Алан затих. Слëзы на щеках быстро скатывались, падали и впитывались в плед. Даже после всех этих слов, после всех обещаний… он не мог ему верить. Ему казалось, что истинная причина ухода совсем другая. И виноват в этом даже не Кайл, а сам Алан. «Моральный урод» — кричал разум. Зачем он вспомнил? За это время, проведëнное с Рейзором, мозг успел выкинуть всë больное и ненужное, тянувшее назад. Видимо выкинуло не до конца. И от того лишь больше хотелось рыдать. — Мне было без тебя так плохо, — единственный, кто мог стать жертвой объятий — это мутант рядом, но кот не противился, - Столько ужасных вещей произошло... я... Скучал. Горло чувствовало умиротворяющее мурчание, которое издавал маленький зверь, дабы успокоить хозяина. Он всë понимал. И, как казалось Алану, понимал больше, чем сидящий напротив. Вновь воспоминания. Они были бы колючими, вязкими, липкими, если бы их можно было потрогать руками, подержать, как книгу или ручку, ведь парень не мог оторвать их на протяжении многих лет. Кайл смотрел и не мог ничего сказать. Ему хотелось протянуть руку, помочь, поддержать, однако страх отторжения был сильнее. Самое ужасное о чем он думал сейчас — мысль о том, что было бы, если бы они так и не встретились? Было бы лучше? Хуже? Осталось бы так же? А что… так же? Что Алан думал о нëм всë то время, пока между ними всë сильнее рвались кабеля? Ладонь аккуратно приблизилась и смогла погладить только колено. Наверняка больше Алан не позволил ему. Несмотря на то что тогда у порога парень душил охотника в объятиях, Кайл сомневался, что сейчас может проявить такое же тепло, как раньше. — Прости. Это произошло не по моей воле, я не хотел бросать тебя. Я не знаю, что ты пережил, но я всë исправлю. Обещаю. — То есть, ты теперь никуда не пропадёшь? — сквозь всхлипы выдал Алан. — Ну, думаю, что мне больше некуда пропадать, — собеседник улыбнулся, зная, как тяжело даётся эта улыбка, — Пожалуйста, дай мне всë исправить… Я не хочу больше терять тебя. — Пообещай, что больше никуда не уйдешь с концами. Просто обещай… — сердце охотника дрогнуло в очередной раз, уставшее от боли. — Обещаю. Алан выдохнул. В груди и правда что-то болело, не символически, физически. Питомец, опущенный на диван, мгновенно прижался к охотнику, потираясь лбом о бедро, и совсем не желал уходить. Печаль на лице Рыжего сменилась вновь какой-то странной мечтательностью. Он протянул мизинец, напоминая о прошлом дружеском ритуале. — Лучшие друзья? Кайл взглянул на его руку, обрабатывая информацию. — Навсегда, — протянул мизинец в ответ охотник, — Надо же… Ты все еще помнишь. — Такое не забывают, — отозвался тот с ещё более сияющей и лучезарной улыбкой, проявившейся сквозь уходящую грусть. — Ой, да. Пока я не забыл. Алисе помощь нужна. Я знаю, вы не будете ей помогать, так что я возможно и пропаду на денёк, а потом я полностью в твоëм распоряжении, — он ухмыльнулся, — Работа есть работа, но сейчас у меня отпуск и продлится ещë долго. Так что… Свободное время я был бы рад провести в Берлоге с тобой. — Дай номер, — неожиданно сказал Алан, взяв свой телефон в руки, — А то забудемся и опять потеряемся. Они обменялись номерами, а затем опять разговорились о разном, как и раньше разговаривали. Столько времени прошло, но товарищи совсем не потеряли интерес в разговоре и все так же заинтересованно слушали друг друга, совсем позабыв о недавних разногласиях.