У нас с ней ничего не было, ничего не было, легкий петтинг

— Это какая-то чушь. Ты что мне не доверяешь? — обиженно бросила Наташа, не глядя на длинный белый волос растянутый в пальцах у девушки. Первоклассная шпионка, а совсем не умеет заметать следы. "Ну конечно я тебе не верю. Мы обе рыжие, идиотка. Хотела тайный роман, так нашла бы себе рыжую любовницу." — С чего бы это? — зло спросила ведьма. — Это просто волос. Он может принадлежать кому угодно. Может это Кэрол. — Кэрол? — Ванда вскинула бровь. — Нет. Я просто предположила. Мы вчера виделись с Пеппер. Может ее? Откуда я знаю? — пожала плечами Романофф в таком пренебрежительном жесте, словно хотела лишь чтобы от нее наконец все отвязались. — Хватит мне врать. Я телепат. — без угрозы в голосе произнесла Ванда. Она дико устала. Не было больше сил бороться с этим. — Я все равно узнаю правду. Наташу это осадило. — Хорошо. — она кивнула. — Я облажась. Прости меня. — Простить? В который раз? — Господи, милая. Это ничего не значило. — Кто она? — А какая разница? Какая-то стажерка у Старка. Что, хочешь превратить ее в хомячка? — Хочу пожалеть бедную девочку. Она не знала, с кем связалась. — Не драматизируй. — И не думала. — Ванда резко отвернулась от нее, скрещивая руки на груди. — Твои вещи в чемодане на кровати. Забирай и уходи. — Чего? Ванда... — Наташа тихо подошла, аккуратно кладя руки на плечи девушки, но Ванда сразу скинула их. — Ты хочешь выставить меня из дома из-за мелкой оплошности? Ты все что у меня есть. Пожалуйста, не поступай так. — Об этом надо было думать, до того, как трахать кого ни попадя. — безразлично бросила Максимофф. — Я исправлюсь. Честно. Ванда, я придумаю, как загладить свою вину. — Придумывай в другом месте. Я не хочу ничего слышать. Проваливай из моего дома. Все кончено. Наташа знала, что лучше не злить ее еще больше. Это все усугубило бы. Максимофф была мягкой, до поры до времени. Но она не бросала слова на ветер. Слабовольной ее половинку не назовешь. А в гневе она ужасна. Наташа пошла за своими вещами, продумывая дальнейшие действия. Разумеется она не остановится. Ванда это знала. Они были слишком близки и довольно долгое время вместе. Поэтому отпустить свою любовь, да еще и из-за такой глупости. Какая-то стажерка Тони Старка. "Да она сама меня споила и соблазнила. Чертова девчонка. Как ее там? Меган? Мери?" — ругалась Романофф в своих мыслях. Дверь тихо захлопнулась и Ванда облегченно выдохнула. Она могла бы начать все громить и закатить истерику наедине с собой. Соблазн был. Разумеется. Но Романофф высосала слишком много нервов из нее. Так что она взмахнула руками, и два красных сгустка энергии отправились по своим делам. Один за бутылкой вина, другой за бокалом. Это было Наташино вино, но она считает, что после разрыва вправе оставить его себе в качестве компенсации за причиненный моральный ущерб. Когда ее магия справилась с разливанием вина, она подняла бокал салютуя воздуху. — За одиночество. Так этот бокал ознаменовал новую эру в ее жизни. Эра без Наташи Романофф. Это была грустная эра, и это стало понятно уже по первому глотку кислого сухого вина, которое она не очень-то любила, в отличие от Наташи, которая заявляла, что она просто не распробовала, а это вино одно из самых дорогих и лучших вин, что ей доводилось пробовать. Ванда грустно опустила плечи и опустилась в мягкое кресло. Что ж, не все так плохо. Что она потеряла? Хороший секс раз пять в неделю. Теплое тело, которое обнимало ее по утрам. Первокласного дезинсектора. Стыдно признавать, Ванда боялась насекомых. Хотя на работе у нее было целых четыре насекомо-подобных коллеги, включая ее ненаглядную бывшую. Наташа читала ей стихи. Знала толк в кулинарии нескольких стран. Умела говорить комплименты. Шептала пошлости на русском. Ванду это ужасно заводило, хотя она ни слова не понимала. А теперь она одна. Плюсы тоже наблюдались. Тишина, покой, свободная двухспальная кровать. Уже десять минут прошло, а ее никто не пытается выебать. И ей больше не нужно думать о том, где и с кем ее "возлюбленная". Ванда поднялась и направилась к шкафу, на ходу сбрасывая с себя всю одежду, лениво отталкивая ее ногой со своего пути, и накинула на себя тонкий халат возвращаясь в кресло и занимая в нем еще более замысловатое положение. Оставалась еще одна самая сложная из задач. Выкинуть Наташу из головы. Вряд ли получится сделать это за один вечер. "Сука!" Наташина бисексуальность значительно осложняла дело, потому что иногда Ванде казалось что Романофф перетрахала все население планеты, за исключением детей и стариков. На них часто косились в Щ.И.Т.е, или в башне мстителей, совершенно незнакомые ей люди, которые однако знали Наташу в ее наглое сексуальное лицо. Романофф только неловко прикрывала глаза ладонью и просила поторопиться. — Ты с ним спала? — сразу всплыли относительно свежие воспоминания. — Что? Нет конечно. С чего ты взяла? Он даже не в моем вкусе. Ванда бросила на нее гневный взгляд. — А если я спрошу у него. — Конечно он расскажет тебе сказки, о том чего не было. Они любят... Преувеличивать... — Романофф покосилась через плечо на улыбающегося ей молодого человека, словно пыталась вспомнить его лицо. — Значит что-то таки было? — разочаровано поджала губы ведьма. — Может... Но ничего серьезного. Это... Это не считается. — Не считается? — зло рассмеялась она. "Не считается" — знаменитый список отговорок Романофф. Нескончаемый и непрерывно пополняющийся. Не считается если она "была пьяна". Не считается если "это было по старой дружбе". "Я этого даже не помню", "был только оральный, но дальше дело не зашло", "я даже не помню его имени", "это ничего не значило", "мне все равно не понравилось", "ты намного лучше", "она первая ко мне полезла, а я не хотела, честно, любимая, сама не знаю как так вышло, что мой язык оказался между ее ног, бедняжке просто не хватало внимания, ну как тут не войти в положение, да и подумаешь, с кем не бывает, многие пары через такое проходят, мне же надо сбрасывать напряжение, ты же знаешь", "тебе бы такое не понравилось". И на десерт самое любимое, это Ванда была готова вешать в рамку: "Это было в презервативе". "Ох, спасибо, дорогая, за такую щепетильную заботу, что благодаря тебе я до сих пор не подцепила триппер." — Ванда мысленно всплеснула ладонями. Как она могла быть такой идиоткой и повестись на эту наглую улыбку. "Не надо винить себя. Ничего удивительного, что ты влюбилась как девочка. Она — экзотика. Она горячая рыжая шпионка, с сексуальным акцентом и она умеет доставлять тебе удовольствие". Благодаря Наташе она узнала о существовании множественного оргазма. А это... Было приятным бонусом. Ванда неловко свела бедра, от неожиданно подкравшегося непрошеного возбуждения. А еще от нее пахнет дорогими духами, у нее все время безупречная укладка, а еще невероятные, сильные, сумасводящие руки, от которых часто пахнет порохом. Ванда медленно провела пальцами по своему бедру, резко останавливаясь на середине. "Нет. Ты не будешь мастурбировать на Наташу Романофф спустя десять минут как выставила ее за дверь". Она сделала глоток вина прокотив его на языке и поморщилась. "Твой вкус на алкоголь полная huinya". Бокал был отставлен в сторону, а рука продвинулась дальше по бедру. Она нерешительно обвела средним пальцем край белья. "А кто меня за это осудит?". Смартфон, блокировка, галерея. Она знает что искать. У нее там много "интересного"... Ванда медленно завела пальцы под белье, касаясь нужных мест и тяжело вздохнула, сглатывая лишнюю слюну, которая активно вырабатывалась, когда она разглядывала свою бывшую.

***

— Напиваешься на рабочем месте? Романофф медленно повернула голову открываясь от своего стакана виски и окидывая Хилл недовольным взглядом. — Пришла меня добить? Давай в другой раз, и без того тошно. Меня бросили. — пожаловалась она. — Максимофф наконец-то прочистила глаза и поняла, что отношения с тобой были ошибкой? — фыркнула Мария присаживаясь на соседний стул. Наташа пораженно вскинула брови, явно не ожидая такого ножа в спину, еще и от коллеги. — Ты ужасно грубая. Я ее любила! — она снова печально покрутила стакан. — И вообще. Почему все жалеют ее? Это я жертва. Меня ведь бросили. — Я удивлена, что этого не произошло раньше. — Мария выхватила из-под бара бутылку Мартини, наливая себе в небольшой бокал. — Ты ведь совершенно неприспособлена к отношениям. — Эй! Что за безосновательные обвинения? — Это наблюдения. Сколько вы с Максимофф вместе? Год? Или около того. С каким числом людей ты за это время переспала? Наташа задумчиво подперла подбородок кулаком. — Но я не хочу ее ранить, правда. Это не что-то личное... Это... — Зависимость? — подсказала женщина. — Да. — как-то нехотя согласилась Наташа. Она пожала плечами. — Мне просто это нужно. — Поздравляю, ты сексоголик. — Вот видишь. Это не моя вина. — она отставила бокал окинув Марию изучающим взглядом. — Но она этого не понимает. А ты поняла так быстро. Знаешь ты очень проницательная. Мария кивнула опрокидывая содержимое бокала в себя. — Ага... — Никогда раньше не замечала, какой из тебя хороший собеседник. — Мне не сложно выслушать. — снова безразлично кивнула она. Наташа аккуратно накрыла ее предплечье рукой, пристально разглядывая лицо. — Спасибо. Это правда очень важно для меня. Такая поддержка. Мне сейчас правда паршиво. Приятно знать, что ты не одинок. Мария посмотрела на Наташу сначала озадаченно, а потом резко рассмеялась. Да так звонко и заливисто, что Романофф недоверчиво нахмурилась. — Что такое? — Ты правда думала, что я на это куплюсь? Наташа. — она добродушно улыбнулась, а потом резко стала совершенно серьезной, даже без намека на ухмылку. — Я не буду с тобой спать. Можешь не разыгрывать спектакль. — она встала из-за стойки и под аккомпанемент стука каблуков отправилась на выход. — Больно было надо! — возмущенно крикнула ей вслед Наташа. — На месте Максимофф, я бы уже давно тебя убила и закопала где-то под развалинами "Трискелиона".

***

Настойчивости Наташе не занимать. Ванда выбросила уже порядка десяти букетов. Конфеты она съела, но об этом никто не узнает, потому что она очень хорошая актриса. Зайца тоже оставила, хотя находила этот подарок правда нелепым. На что она надеялась? "Извини что я ебу все что движется, вот тебе зайчик"? Ванда фыркнула разглядывая плюшевое недоразумение. Почему не кролик? Кролик бы больше подошел под эту до жути комичную ситуацию. Но спать ей все равно не с кем, так может будет чуть теплее. Она на какое-то время даже оттаяла, хотя вернее ее мозги начали разжижаться от недотраха и она подумала, что черт с ней с этой ссорой. Подумаешь, все оступаются. Это было до того как на очередном собрании она увидела на шее Романофф свеженький засос. Ванда думала, что это будет сложный период, но хуже было потом, когда Романофф судя по всему надоело за ней бегать и она неожиданно охладела. "А чего ты хотела идиотка? Что ты ее пошлешь, а она будет любить тебя, как Роджерс любит женщину из сороковых? Утопия". Ванда глубоко вздохнула приводя дыхание в порядок, вытирая слезы с лица. Об этом никто не должен узнать. Никто не должен узнать, что она плакала из-за разрыва с бывшей, который сама и инициировала более месяца назад. Никто не должен знать, что вечерами она уплетает мороженое, шоколад и ненавистное красное вино, а в хорошей форме исключительно благородаря залу в башне мстителей и Стиву, который не дает ей раскиснуть. Когда она избивает грушу она обычно представляет лицо Наташи. И когда она в пустой квартире мастурбирует по вечерам, чтобы снять лишнее напряжение, она, какое неожиданное совпадение, тоже представляет лицо Наташи. — Теперь у нее есть этот... Как его. Джош или Джордж. — пожаловалась она плюшевому зайцу. — Она больше не любит нас, Алеша. Ванда крепко обняла ее нового друга и стояла так посреди квартиры, раздумывая какое мороженое ей сегодня взять, клубничное или шоколадное. — Она ведь знакомила меня со своими родителями. А Джошу выпала такая честь? Не думаю. Джош бы и минуты не продержался с ее приемной родней. Мелина даже называла меня дочкой. И обещала научить стрелять из винтовки. Ванда бы так и продолжала стоять посреди комнаты, босиком и общаться с собой, или с зайцем. Как удобнее. Но ее прервал звонок в дверь. Она вздрогнула и побежала к зеркалу. — Сейчас! Минуту! "Это катастрофа". Она в панике пыталась стереть следы своей маленькой слабости, но тушь размазалась только сильнее, а красноту под глазами было скрыть куда сложнее. Снова звонок в дверь. К черту. Ну заметит кто-то что она рыдала последние пол часа. Что может случиться? Она щелкнула замком, отворяя дверь и с трудом удержала челюсть на месте. Конечно это была она, собственной персоной. Что-то внутри Ванды противно по-девчачьи высоко взвизгнуло, но она не подала виду. — Что ты здесь делаешь? — холодно бросила она облакачиваясь плечом на косяк двери. — Я... М... — Наташа замялась. — Я знаю ты наверное не захочешь меня слушать. "Я только этого и хочу, дорогая" Ванда поджала губы. — Ты очень догадливая. — Пожалуйста, просто послушай. Я знаю, что словами этого не исправить, но мне правда очень стыдно перед тобой. Я причинила тебе боль и я не могу перестать корить себя за это. Прости меня, если сможешь. Но проблема в том, что... — Романофф прикусила губу делая долгую паузу. — Я не могу это контролировать. Я много об этом думала, в общем у меня проблемы. Я никогда не хотела делать тебе больно, это просто выходит само собой. Все эти интрижки. Это с родни зависимости. Ванда высоко вскинула брови. Ей казалось она сейчас засмеется и уже не сможет успокоиться. — Прости что? — крикнула Ванда. Плевать сейчас, что все соседи будут в курсе ее проблем в отношениях. Если их не удивляет, что в их доме живет ведьма, пусть и это не удивляет. — Это твои извинения? "Извини, я просто себя не контролирую"? Тебе тридцать два, Романофф, ты достаточно взрослая чтобы отвечать за свои поступки. — Я говорю правду, Ванда. Мне действительно жаль. — Пусть так. Меня это как теперь касается? Это уже проблемы Джоша. — презрительно выплюнула она. — Какого Джоша? — Наташа удивленно приподняла бровь. Ванда почувствовала себя идиоткой. Затем небольшую неловкость. Легкое ликование. Возбуждение. Облегчение. И силой вернула себя обратно в ненависть. — А это что такое? — она гневно указала пальцем на клетку в руке Наташи. Романофф посмотрела на клетку, словно впервый раз видела. Она подняла ее показывая Ванде маленького светло-серого кролика. — А это... Это тебе. — Ты решила извиниться с помощью кролика? — гневно сверкнула глазами Ванда. — Я просто присылала тебе плюшевого, но подумала живой друг будет лучше. — То был заяц. А это кролик. — зло разъяснила Ванда, словно это действительно имело значение. — Ты что хотела заменить зайца кроликом? — Нет. — резко замотала головой Наташа. — Конечно это не замена. К тому же ты явно успела привязаться к зайцу. — С чего ты взяла? — фыркнула Максимофф. Наташа кивнула на ее правую руку. Ванда опустила взгляд и только сейчас заметила что стояла все это время прижимая к себе игрушечного зайца. — Его зовут Алексей. — не меняя тона бросила Ванда. Она решила не изменять себе и держаться максимально невозмутимо. — Ты назвала зайца именем моего отца? — Твои родители не виноваты в том что ты такая сука. Я отношусь к ним с теплотой и уважением. — Ясно. — поджала губы Наташа. — То есть кролик тебе не нравится? Ванда сверлила ее взглядом исподлобья наверное минуту, не решаясь что ответить. — Он выглядит мило. Всяко приятнее чем видеть твое лицо. — она протянула руки к клетке, получая небольшой заряд тока, нечаянно коснувшись руки Наташи. Она обняла клетку прижав к себе. — Что-то еще? — Да, вообще-то я думала, что мы сможем нормально поговорить. Ванда развернулась, чтобы поставить клетку на столике, и сверху и зайца. — Я войду? У Ванды по спине пробежали мурашки. "Что? Погоди. Если она войдет, ты сделаешь ей чай, потом вы разговоритесь. Вспомните былое. А потом она тебя трахнет! А если она тебя трахнет, она потом никуда не уйдет. Знаем мы эти "Я войду?". Нет!" — Нет! — резко развернулась Ванда возвращаясь к Наташе лицом. — Я просто хочу поговорить. — Говори здесь. Наташа перемялась с ноги на ногу. — Хорошо. Я думала может мы могли бы попробовать с начала? Но с некоторыми поправками. Ванда недоверчиво вскинула бровь. — Я думаю, может стоит попробовать свободные отношения? У Максимофф глаза вылезли на лоб. — Ты с ума сошла? Позволь... Ничего ли я не упустила? Ты приходишь ко мне, с кроликом, извиняешься и просишь вернуться, но так, чтобы все осталось как прежде? То есть ты спишь со всеми подряд, а я просто мирюсь с этим? — Это просто секс, почему ты не хочешь понять? — У нас с тобой тоже просто секс? — У меня к тебе чувства. Так что нет, у нас не просто секс. Мне просто нужно больше, но это ничего не значит. Это не важно. — Для меня важно! — повысила голос ведьма. — Но почему? — Потому что... — она резко схватила Наташу за ворот футболки притянув к себе и угрожающе сверкнув алыми глазами. — ты моя. И я хочу... — она провела языком по подбородку и губам до самого кончика носа. — чтобы ты была моей полностью. Не частично. — она резко оттолкнула шпионку от себя, сразу захлопывая перед ней дверь. "Вот черт". Она взглянула на кролика, в надежде сыскать у него ответы, на мучающие ее вопросы. Что это только что было? Зачем она это сделала? И что ей делать дальше? Но от кролика помощи ждать не пришлось. — Ты мне кого-то напоминаешь. Назову тебя Стив.