Притвортво

      Облачные глубины и алкоголь не вязались друг с другом в голове любого, кто знал хотя бы одно правило этого места. Но Вэй Усянь закрывал глаза на любые запреты. Один из них - не прикасаться к Лань Чжаню. Этот закон не был прописан нигде, кроме мыслей Вэй Ина, но именно его мужчина соблюдал как самый ответственный человек во всех землях.       Во времена отрочества о чувствах к Ванцзи не было и речи. Не закрадывалась даже крохотная мысль о длинных пальцах на оголенном плече. Что изменилось с момента воскрешения? Дело в физических качествах призывателя? В том, что Мо Сюань Юй был обрезанным рукавом?       Сейчас уже было плевать. Когда в очередной раз Лань Чжань осушил кружку с высоким градусом, Вэй Ин вышел из покоев. Закралась мысль, что брюнет пьет нарочно. Чтобы развязать руки спутнику или наоборот - связать их, опутав налобной лентой. Отбросив эти невозможные предположения в сторону, заклинатель сел на скамью в пустом дворике. Не успел он расслабиться, откинувшись назад, как герой его мечтаний подошел к нему.       - И есть ли смысл спрашивать тебя, зачем ты вышел? - произнес Вэй Ин, досадно вздыхая.       Получив невнятное мычание в ответ, он перевел уставший взгляд на подошедшего и приглашающе похлопал по месту возле себя. Ханьгуан-Цзюнь бесшумно устроился рядом. Усянь был слишком занят попытками прогнать наваждение, чтобы нарушать тишину. А послушнику в белых одеждах разговоры никогда не были необходимы. Однако не прошло и трех минут, как тот пододвинулся ближе к спутнику.       Вэй Ин сделал вид, что не заметил. Вот она - отличная возможность узнать, не притворяется ли брюнет опьяненным.       Лань Ванцзи придвинулся еще ближе, не делая никаких иных движений, выдававших намерения. Усянь сдержал смешок.       Когда в миллиметры между их одеждами не могла поместиться даже сложившая крылья бабочка, нефрит клана Лань облегченно выдохнул.       - Ты боишься, что не удержишься даже на скамье? - пошутил Вэй Ин. - Придвинулся так близко.       - Нет, - пробубнил брюнет.       - Нет, не удержишься? Темный заклинатель захихикал и легонько ткнул брюнета пальцем в плечо. Тот повалился, будто в его теле не было ни одной сопротивляющейся мышцы.       Вэй Ин ойкнул и потянул Лань Чжаня на себя, схватив за рукав. Белоснежная ткань слегка соскользнула с плеча. Даже спустя долгий путь блуждания по пыльным дорогам одежды Ванцзи чудесным образом оставались чистыми. Как и его мысли. Так всегда думал Усянь.       Но сейчас он сомневался. То, как обычно отчужденный господин клана Лань бесстыдно смотрел на него, не выказывая потугов скрыть оголенную кожу, не выдавало в мужчине чистого и наивного мальчишку, коим Вэй Ин продолжал его считать. Лань Чжань давно не мальчик, как и он сам. И наверняка таким взглядом уже смотрел на кого-то. Касался кого-то.       Эта мысль разозлила и раззадорила одновременно. А ожидающий каких-то действий взгляд спутника вызвал ответную реакцию в виде невесомого поцелуя в лоб. Сухие губы Усяня коснулись приятной ткани налобной ленты. Такой гладкий лоскут и потрескавшаяся, сморщенная кожа на устах. Такой невозмутимый Лань Чжань и бесстыдник Вэй Ин. Нефрит и Старейшина Илин.       Очередная мысль, что все происходящее вздор, охладила пыл мужчины, и тот остановился в шаге от еще одного поцелуя, но уже чуть ниже.       Усянь, скрывая нервозность, поправил сползший белоснежный рукав, хотя хотел бы его обрезать. Разрезать на лоскуты одежды и во всеуслышание раскрыть свой статус и чувства.       Ханьгуан-Цзюнь недовольно нахмурился.       - Ожидал чего-то другого?       Вэй Ин насмешливо взглянул на брюнета и еще раз прикоснулся к соседнему плечу, будто одежды уже не лежали идеально ровно.       - Мгм.       - Многозначительный ответ, Лань Чжань.       Старейшина Илин потянулся к налобной ленте, не отрывая взгляда от Ванцзи. Тот покорно ожидая, что будет дальше, облизал губы. Сухие уста были не только у Вэй Ина. Возможно, и в сиюминутной похоти заклинатели были схожи. Усянь хотел было это проверить, но мгновенно передумал, опасаясь реакции Лань Чжаня. Аккуратно проведя пальцами по ленте, будто подсознательно знал о ее значении и боялся желания сорвать ее, мужчина опустил руку.       Выдержав недолгую паузу и стремительно срываясь с места, не давая шанса проявить возможную инициативу с другой стороны, Вэй Усянь победно направился к покоям. Сегодня он всю ночь будет представлять взбудораженное лицо Ванцзи и его нежную кожу, поддаваясь тайным утехам. А сейчас мужчина насладится растерянностью Лань Чжаня и проследит, чтобы тот без приключений дошел до постели. Возможно, брюнет снова его провел, но Вэй Ин вышел из игры победителем, как над своими порывами, так и над спутником. А выяснить обман Ханьгуан-Цзюня еще представится возможность. Ведь под полом припасено столько "Улыбки Императора".