Привет, сосед

На крыльце, подсвеченным фонарем, стоял Рурк, переминаясь с ноги на ногу и неловко поправляя рукава рубашки мятного цвета. Его ноги были обтянуты узкими джинсами черного цвета, на ногах остались неизменные белые кроссовки, ему подарила их фанатка, с которой они подружились в том, таком непростом для него, году. Он занервничал от воспоминаний и пропустил момент, когда к крыльцу подошел Влад со Скоттом на поводке, в пасти пса был яркий обруч голубой резиновой игрушки, и он выглядел весьма счастливым. Увидев Рури пес загарцевал на месте. Сосед ярко улыбнулся, в смущении проведя по длинному рыже-русому хвосту. Он был одет в изумрудную рубашку, подчеркивающую зелень глаз, черные джинсы, довершали образ удобные армейские ботинки. В руках он держал коробку с шоколадками Милка. – Прости, что пришлось ждать, «собачья авария», – он изобразил кавычки, – пришлось бежать в парк, а шоколад тебе, ты любишь молочный? – Спасибо, если честно я начал нервничать, люблю сладкое, особенно Милку. Подожди, я занесу в дом, неудобно в руках нести, да и рядом. – Ага, а мне пса завести, он нам не пригодится на сегодняшний вечер. Договорился с братом, что ночью с ним погуляет. Через пять минут на этом же месте?

***

Они сидели в небольшом уютном итальянском ресторанчике у окна. Приятный неяркий теплый свет освещал помещение в красно-зеленых тонах. Несмотря на жару летнего дня, здесь было как-то по рождественскому, возможно вина была в цветах помещения или из-за зеленых скатертей, но Влада не покидало ощущение этого праздничного периода, хотя виной мог быть и парень, сидевший напротив. Такой яркий, солнечный, домашний. Вкрадчивый мурлыкающий голос, с полуулыбкой юноша рассказывал о том, как он обожает пиццу с курицей. – Мы очень часто раньше стряпали с сестрами пиццу, когда собирались все вместе. Ммм, обожаю курицу, но сыр, он делает ее просто нереальной, понимаешь? – пока юноша говорил Влад с восхищением смотрел на него, он был такой нежный, взбудораженный в момент рассказа о любви к еде, юноша поражал его своей страстью. – У тебя большая семья? Ты говоришь сестры, сколько их? Ты единственный сын? – Ооо, ты сейчас подавишься, так что поставь стакан с чаем на стол, итак… барабанная дробь! У меня восемь братьев и сестер! Я девятый, ну по счету я шестой, но все же. Так вот, у меня пять братьев и три сестры. У нас крутая большая и дружная семья, я их очень люблю. – Ты сейчас не шутишь надо мной? Честно? Вот это да, я думал у моего дяди, что живет в Шверине большая семья с семью детьми, но девять! Почему так вышло, вы слишком верующие или как? – Слишком? Ну как все, наверное. Мои родители любят друг друга и нас. И знаешь, когда вас много, то это удобно. Мои самые близкие друзья это они, тем более сестра Отем. Она со мной даже стримит. Ну и когда все поняли, что я гей с этим не было проблем, мама шутила, что один из пяти парней точно мог понять, что мужики красавчики. Весь рассказ о семье Рурк нежно улыбался, он искренне любил свою семью, его крепкий якорь в этом мире. От этой улыбки внутри собеседника разливалось тепло, словно он пил горячительный напиток, а не слушал соседа. – Что насчет твоей семьи, Влад? – Ну нас трое, мы со Стасом и сестра. Родители считали, что это красиво: Владислав и Станислав, погодки, я старший, он младший. – А сестра? – Если честно, то это больная тема, она старше меня на пять лет, сводня по отцу, он привел ее когда ей исполнилось семь, взрослый ребенок со своим мышлением, у нашей семьи не вышло. Если все выйдет, то однажды я расскажу все подробнее. Не сейчас, хорошо? Возникла неловкая пауза, но ее удачно разрядил официант, принесший заказ: пицца с курицей и четырьмя сырами для Рурка и мясная лазанья для Влада. – Представляешь, Стас до сих пор каждый раз возникает, что Гарфилду нельзя лазанью и раз его хозяин ей кормит, то он его ненавидит. – Ох уж эти ветеринары. Хотя я тоже не могу спокойно смотреть фильмы, где показывают врачей или какие-то моменты, связанные с ними неверно. Люблю сериал Клиника. – Доктор Кокс одна из моих влажных фантазий детства. – Эй, становись в очередь! А по характеру я больше похож на Элиот, такая девочка цветочек, но кое что произошло в жизни и я так, же прекрасен, но совершенно новый, – Рурк мечтательно заулыбался и отпил коллу из высокого стакана со льдом. – О, она тогда стала безумно сексуальна, и ты тоже очень сексуален, – он слегка пожал узкую ладошку собеседника, – так что случилось с тобой? – Я пока не готов рассказать, не на первом свидании, скажем так, это было крайне трамватично и еще одна небольшая просьба, раз уж зашел разговор: мы уже обсуждали, что я геймер и стримлю игры и тебе, возможно, станет интересно прочитать про меня, погуглить. Пожалуйста, не делай этого, когда придет время, я сам расскажу, если все сложится удачно, согласен? – А ты бы попробовал, отношения со мной? – Пока рано говорить об этом, я бы хотел узнать тебя поближе, а сейчас, когда мы все доели, ты обещал мне прогулку.

***

Они прогуливались по ярко освещенным улицам Берлина, и дошли до экстрим-парка, лукаво улыбнувшись, Влад заговорил: – Кроме воспитания собаки, постоянными тренировками, просмотрами фильмов с братом я увлекаюсь экстремальными видами спота и хотел бы катнуть с тобой, можно я научу? Я кое что припас здесь, для нашего свидания. Дождавшись, когда юноша кивнет ему, он убежал палатке, где сдавались ролики на прокат, поболтав с продавцом, он подошел с каким-то колесом и большой спортивной сумкой. – Смотри, это уницикл, у меня он электрический и я часто передвигаюсь на нем по городу, вместо велика, хотя по работе приходится пользоваться автомобилем, но исполнять трюки на нем и кататься на трамплине, вот где настоящая свобода, для меня это настоящий полет, именно тогда я чувствую себя тем настоящим: сноубординг, уноцикл, мотоцикл, гонки, это моя страсть, моя настоящая жизнь. Мы со Скоттом похожи, ни я, ни он не можем долго быть на одном месте. И сейчас я хочу тебе похвастаться, распушить перья, чтобы ты видел какой мужик плывет в твои сети. Он хитро улыбнулся, поставил сумку рядом со спутником, встал на уницикл и направился разгоняясь к трамплинам. Рурк с восхищением и страхом смотрел, как Влад прыгал с трамплинов, скользил колесом по парапетам, кружился в воздухе, как птица иногда присаживаясь близко к асфальту, он скользил в сантиметре от него пальцами, почти касаясь. Это завораживало и вызывало трепет в душе. Влад хохотал, прокатываясь рядом с юношей, ему до безумия хотелось показать какой он сильный, что он достоин этого прекрасного парня светящегося в свете фонарей, он напоминал ему какую-то кинозвезду, прожекторы подсвечивали разными цветами площадку и лучи ласкали светлые волосы и кожу. В груди мужчина разрывался от восторга от этого прекрасного вечера. Подъехав к Рурку и затормозив рядом с его лицом, он с восхищением вглядывался в огромные синие глаза и чувствовал, как его сердце трепыхается в груди, он чуствовал себя птицей секунду назад, а сейчас сердце словно вырывалось. Он протянул руку и погладил по гладкой шелковой щеке: – Ты попробуешь? – Рури недоуменно посмотрел на него, поднимая взгляд. На уницикле он был его выше, почти на полторы головы, хотя на самом деле разница в росте была не такая большая. Осторожно кивнув Рурк сжал его пальцы. От нежного прикосновения пальцы защипало, как давно он не испытывал таких приятных эмоций. Влад спрыгнул на дорожку и взял в руки сумку, хитро улыбнувшись, он вытащил шлем пудрово-розового цвета и надел его на голову спутника. Закрепив застёжку на горле он легко шлепнул по носу юношу. Потом достал наколенники и опустившись на корточки стал застегивать защиту на ногах, Рурк удивленно молчал, а глаза светились благодарностью. Дождавшись когда Влад закрепит налокотники, он тихо произнес: – Спасибо, обо мне давно так никто не заботился, ты настоящий бриллиант. – Бриллиант? – Он раскатисто рассмеялся, – так меня никто не назвал, но мне приятно. Так, сейчас ты крепко держишься за мои руки, и осторожно встаешь на педали. Чуть встаешь подошвой, как на носок он едет, хочешь затормозить пытаешься встать на пятки. Попробуй сделать эти движения на земле, а потом попробуем уже на уноцикле, я рядом, ты в защите, бояться нечего, будь послушным мальчиком и все получится. Они еще час катались в парке, Рурк хохотал вместе с Владом, а иногда испуганно пищал, что еще больше заставляло их смеяться. Собрав все вещи в сумку, шатен хитро улыбнулся блондину подбежал к палатке, где до этого забирал сумку и вернулся с большой белой розой. Они прощались в коридоре, у двери Влада, держась за руки. Рурк осторожно провел лепестками розы по губам соседа, словно в поцелуе, отпустил пальцы, которые до этого сжимал, нежно проведя по запястью, и поднялся наверх. Влад еще минуту стоял у двери и глупо улыбался, пока возмущенное гавканье не прервало его мысли.