Привет, сосед

Они дошли до квартиры Рурка, поднялись на второй этаж. Всю дорогу обнимались и целовались, постоянно останавливаясь, мешали прохожим. У двери в квартиру страсть туманила голову, Влад готов был распаковать свой долгожданный подарок прямо здесь, не заходя внутрь. В голове больше не осталось мыслей, кроме желания прикасаться, целовать, вздыхать такой дурманящий запах волос, кожи, губ. "Шикарный, изумительный, бесподобный", стучало в голове. Руки тряслись от возбуждения, когда он открывал дверь, ключи тревожно позвякивали. Сзади стоял Влад и обжигал его огнем своего тела, большие и сильные руки сжимали нежную кожу, смыкались на тонкой талии. Губы ласкали нежные места за ухом, нос шумно вздыхал слегка уловимый запах разового масла. Попав в квартиру, Рурк притянул за грудки своего парня и впился требовательным поцелуем в теплые, твердые губы. Влад перехватил инициативу, развернул податливое тело к двери, поднял тонкие, белые запястья над кудрявой головой, провел по ним большим пальцем и крепко прижал к дереву. Второй рукой он забрался под футболку и стал оглаживать бархатную кожу на животе. Вглядываясь в такое прекрасное лицо, он наслаждался эмоциями партнера, как он слегка приоткрыв рот, постанывал от прикосновений, его тело тянулось к ласкающим рукам. Рыкнув, мужчина снял с парня футболку, провел носом по ключицам, расцеловал шею, чуть сжимая тонкую кожу зубами, сжимал и оглаживал мягкий зад, замурованный в джинсы. Сжав сосок, он услышал протяжное «Ах…», заинтересовавшись, он начал искать чувствительные местечки, словно настраивая гитару, оглаживая точеное, тонкое тело. Прижавшись возбужденным пахом к такому же твердому члену партнера, он схватил его за ягодицы, ведя по бедрам приподнимая, вынуждая Рурка охватить его ногами. Двинулся в сторону спальни, осторожно опускаясь с такой драгоценной ношей на серые простыни и зеленые подушки, он впился в сладкий рот, проникая внутрь, лаская, оглаживая зубы, вынуждая их открыться, слегка покусывая губы, оттягивая их, всасывая в себя скользкий, сладкий язык. Откланявшись сидя на коленях на кровати, оглядел своего Принца, любуясь увиденным. На обнаженный торс, длинные тонкие руки, широкие плечи, острые выделяющиеся ключицы, нежное лицо, прикушенные губы, расширяющиеся в возбуждении ноздри, распахнутые синие глаза в обрамлении пушистых, длинных черных ресниц падал рассеянный свет от жалюзи превращая Рурка в теневую зебру. Влад начал оглаживать пальцами, языком светлые полоски. — Прекрасный, желанный, такой фарфоровый, солнечный, — шептал он в кожу. С каждым комплиментом юноша стонал все сильнее. — Ты даже не представляешь, как я восхищаюсь тобой. Он снял ненужные, мешающие джинсы, перед этим скинув кроссовки, стянул носки, боксеры. Перед ним лежал обнаженный парень, его светлая кожа обжигала, казалась нереальной. Влад стал судорожно стягивать с себя одежду мечтая прикоснуться к этому чертову, безграничному идеалу. — Не могут люди быть такими, звездный, лунный мальчик, — шептал он, вернувшись на кровать. Оглаживая бархатную кожу, он поражался насколько она отличалась от его загорелой, от частого нахождения на солнце. Удивляясь, как правильно смотрится его руки с татуировками на этой чистейшей, невинности. Рурк тоже гладил его, вызывая на теле мурашки, от прикосновений волоски на теле поднимались, и хотелось выть от переполняющих эмоций. Он раздвинул длинные ноги, огладил ступни и начал их целовать, теперь у него проснулась солидарность к Тарантино, так обожающего лодыжки. Расцеловывая каждый пальчик, проводя по ступни языком, вызывая всхлипы. Он двинулся по голени ласковыми нежными поцелуями, периодически чуть сжимая плоть зубами, добираясь до бедер, меняя периодически одну ногу на другую. Вздыхая сладкий запах разгоряченной кожи, он подошел к чуть подрагивающему члену и засмотрелся, а было на что. Оглядывая так доверительно раскрытую мошонку, яркие красно-розовые аккуратные яички, белоснежный, как и все тело, небольшой прямой член, заканчивающийся разовой головкой чуть прикрытой крайней плотью и прозрачной каплей смазки на конце, он трогательно прижимался к плоскому животику. Растерев каплю по всему члену ладонью, он несколько раз провел по длине и вобрал его в рот. Смачивая слюной начал ласкать языком, облизывая набухшую головку, отодвигая губами крайнюю плоть, вбирая до самого окончания, двигаясь от начала снова к концу. Чуть прервавшись, вызвав недовольный стон он вытащил смазку и презерватив из кармана валяющихся рядом джинс. Вылив смазку на ладонь, он вернулся к ласканию такой необходимой ему сейчас сладости, постепенно разрабатывая, подготавливая для себя узкую дырочку. — Ты даже представить себе не можешь, насколько я хочу тебя, насколько я наслаждаюсь каждой лаской, которую мы дарим друг другу. — Влад, ну скорее, быстрее, я больше не могу, я так хочу! — Катаясь по подушке, шептал Рурк. — Безумно хочу! Убедившись, что юноша может принимать уже четыре пальца, он оторвался от такого сладкого занятия, начал натягивать на себя презерватив. Вглядываюсь в затуманенные желанием глаза, оглядывая, словно светящееся от солнечных лучей тело без единого волоска он не мог поверить в реальность происходящего. Подложив несколько подушек под ягодицы партнера, поднимая его для удобного угла, он огладил бедра и направил свою головку внутрь он не смог сдержать вздох наслаждения и услышал удовлетворённый ответ партнера. Чуть замерев, прислушиваясь к переполнявшим его эмоциям. Рурк притянул его сильным захватом ног, переплетая их на пояснице, а руки на плечах. Губы столкнулись в жарком поцелуе. Влад начал двигаться, ускоряя ритм и вызывая с каждым движением нарастающие всхлипы наслаждения. Немного изменив угол входа, он услышал вскрик: «О, да!» и понял, что нашел верную позицию, с каждым движением задевая простату. Наслаждаясь всхлипами партнера, он понял, что долго так не продержится и попытался изменить позу, но Рурк не дал, шепча, что не выдержит, и проникнув между напряженными животами начал надрачивать, сочащийся смазкой член. Несколько движений хватило для того чтобы услышать всхлипы: — Я скоро, я так больше не могу, так прекрасно, я… Оооо… — кончив в кулак, он начал расцеловать легкими поцелуями лицо и шею Влада, который ускорился и уже рычал в голос, уткнувшись в нежный изгиб шеи. Спустя минуту его начал накрывать оргазм, сокращаясь внутрь и крепко прижимая к себе Рурка, впиваясь в губы нежным благодарным поцелуем он зашептал: — Мальчик мой, черт, потрясающе, какой же ты восхитительный, самый прекрасный, лучший.