Звонок

— …от контакта «Олег», Сергей? — В ожидании ответа Марго складывает руки. — Да, соедини меня с ним, — слегка взволнованно отвечает Сережа, поднимаясь с дивана. Боже, они виделись полгода назад в последний раз — а ощущение, будто прошла целая вечность. Изображение Марго пропадает, вместо нее посреди гостиной появляется Олег — а точнее, его трехмерная проекция, голограмма. Но это все же Олег — его Олег. Сережа бросается к нему и преодолевает расстояние между ними в несколько широких шагов, неловко тормозит сантиметрах в тридцати; Олег улыбается, наблюдая за ним. На лице у него такая густая и непривычно длинная борода, что, если бы они не знали друг друга всю жизнь, Сережа, может, и не узнал бы его вовсе; на голове кепка козырьком вперед; штаны, на ремне кобура; майка; все как нужно. Сережа жалеет, что до сих пор не потрудился достаточно, чтобы его устройство могло распознавать и передавать цвета, спустя почти год разлуки ему хочется рассмотреть Олега во всех деталях, даже самых незначительных, но… Но пока что ему достаточно и этого. Просто видеть Олега и знать, что с ним все в порядке. Пару секунд они молчат, глядя друг другу в глаза, потом Олег протягивает руку ладонью вверх, и Сережа кладет свою сверху, соединяя их ладони — вернее, просто делая вид, потому что рука проходит сквозь изображение, и от этого становится горько в горле. — Видишь, — говорит Разумовский, стараясь звучать жизнерадостно и спокойно, — я же говорил, что мои изобретения помогут нам. Это гораздо лучше, чем просто письма или даже голос по телефону. Мы можем видеть друг друга на расстоянии тысяч километров. И он так старается поверить в то, что говорит, боже, он так старается. — Набери мне, когда изобретешь что-то, что на расстоянии тысяч километров позволит мне касаться тебя, Сереж, — грустно усмехается Олег, но в голосе, конечно, нет ни грамма упрека или обвинения — он знает, что им обоим в таком положении несладко, и он знает, что они оба делают все, что могут. — Ты вообще как, мой хороший? Сережа чувствует, как это тихое, почти что тайное «мой хороший» разбивает что-то внутри него в щепки, в труху. Улыбка слегка дрожит, он сглатывает ком, вставший в горле. — Нормально. Все хорошо. Я работаю. — Я знаю, — со смешком отвечает Олег, чуть наклонив голову набок. — Ты успеваешь отдыхать? — Ну… — Сережа жмет плечами. И так ничего и не отвечает. — «Ну»? — переспрашивает Олег, хмурясь. — Это плохо. Не хочу, чтобы ты умирал от истощения, когда я вернусь. Да и в мое отсутствие тоже… — Олег вдруг нервно оборачивается — Сереже не видно, на кого, голос тоже звучит отдаленно — невозможно разобрать слова. — Сереж, мне скоро идти нужно будет, мы тут… ну, как бы это сказать… в общем, скоро продвигаемся. Пообещай, пожалуйста, что будешь сам как следует заботиться о себе, пока этого не могу делать я. — Обещаю, — говорит Сережа. Язык словно немеет, не в силах ворочаться, в горле становится сухо. — Олег, все в порядке? — едва слышно, через силу спрашивает он. — Да, — слегка заторможенно отвечает Волков, и Сережа сваливает все на перебои со связью, — да, конечно, Серый. Все хорошо. Я скоро буду дома, обещаю. — Улыбается. — И… ну, ты знаешь. — Я тебя тоже, — выдыхает Сережа. Олег улыбается ему напоследок, и изображение пропадает — гаснет, растворяется в воздухе. Сережа по инерции делает шаг вперед и так и останавливается посреди гостиной — в абсолютном одиночестве, в звенящей тишине огромного пустого дома, вынужденный каждый день один просыпаться в постели, предназначенной для двоих, и улыбаться кому-то, кивать, делать вид, что у него все хорошо, пока Олег — за гребаные тысячи километров — каждый день подвергает свою жизнь опасности. Сережа чувствует холод в ладонях и давление в груди, и с каждым вздохом кислорода будто становится все меньше и меньше, и он чувствует, как задыхается, и холодные слезы сами по себе текут вниз по щекам. Он стирает их нервным движением, резко усаживается на диван и прячет лицо в ладонях, цепляется пальцами за корни волос. Изображение Марго снова появляется на дисплее, но тактично молчит, сложив руки вместе, до тех самых пор, пока Сережа не успокаивается. Когда он поднимает голову, она спрашивает: — Еще раз повторить запись последнего звонка от контакта «Олег», Сергей? — Да, соедини меня с ним.