Homo homini lupus est

Я, маг - лорд Эмеральд Джеймс Сириус Омен Блэк-Поттер граф Блэк барон Поттер. Я, «магл» – Леонард Эван Дейс. Но и в магическом, и в магловском мире меня знают как Гарри Джеймса Поттера. Я родился 31 июля 1980 года в 23.59, за одну минуту до 1 августа. Мне одиннадцать лет и завтра 1 сентября 1991 года я еду в Хогвартс – иначе говоря, в Школу Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Да, я волшебник, достоверно я узнал об этом в десять лет из письма моей матери, погибшей на Хеллоуин 1981 года. Но обо всём по порядку. *** Мои первые детские воспоминания. Боль. Голод и холод. Безразличие и ненависть. Обида и непонимание. Я не помню материнской ласки, хотя теперь уверен, что мама меня любила. До пяти лет меня постоянно наказывали. Наказывали за поступки, которые я не совершал. Что бы не случилось, виноват был я. Виноват был самим фактом своего существования. Имя мне было «урод» и «ненормальный». За малейшую провинность дядя бил меня ремнём, тётя награждала затрещинами, а кузен с дружками колотил, когда я просто попадался им на глаза. Удивительно, но все мои шрамы и синяки заживали очень быстро, что почему-то ещё больше злило моих родственников. Часто наказанием мне служило лишение еды на несколько дней или же меня запирали в чулане, и на неопределённое время забывали о моём существовании. Плакать я разучился в три года, поняв, что за слёзы, меня накажут ещё строже. Мне помогал выжить в этом аду только мой внутренний голос. Он успокаивал меня, когда мне было больно и страшно. Говорил, что всё изменится и всё у меня будет хорошо. Он рассказывал мне волшебные сказки про эльфов и русалок, кентавров и драконов, вампиров и оборотней; про сражения волшебников с гоблинами, троллями и великанами. Мне даже нравилось, когда меня запирали в чулане. Если бы мне давали кушать и иногда выпускали в туалет, я мог бы сидеть в своём чулане постоянно. Кто-то скажет, что внутренний голос это ненормально. Но откуда мне было это знать – спросить-то не у кого, я и был «ненормальный». А с ним я был счастлив. Я был не один. Голос был мне отцом, братом, другом, тем с кем я мог поделиться своей болью, у кого я мог спросить совета. *** Всё изменилось после пятого дня рождения кузена. У тёти на каминной полке стояла фарфоровая статуэтка ангела с сияющими голубыми глазами. Тётя запрещала, кому-либо прикасаться к ней, даже Дадли один раз попало, когда он взял её в руки. Ну, попало это громко сказано, просто его в этот день лишили на ужин сладкого. Это оказалось для моего кузена неприятным откровением, его ещё никогда не наказывали, а тут, сколько он не орал тётя осталась непреклонна, Дадли весь зарёванный ушёл спать, но кусочек, положенного ему на ужин торта он так и не получил. Так вот разыгравшись на своё пятилетие и видя, что тётя вышла на кухню, он схватил ангела. Не удержав в толстых и коротких, как сардельки к тому же перемазанных в шоколаде пальцах, он уронил его на каменную плиту перед камином. Статуэтка разлетелась на мелкие осколки, склеить её было уже невозможно. В комнату тут же влетела тётя. Испугавшись наказания, кузен естественно свалил всё на меня. Я задохнулся от несправедливости, но доказать свою невиновность даже не пытался. Мне бы всё равно никто не поверил. Тётя влепила мне затрещину и отправила в чулан, благо дядя не был свидетелем этой сцены, иначе бы так легко я не отделался. Под мерзкое хихиканье кузена я постарался быстро исчезнуть с глаз разгневанной тёти. На другой день всё изменилось. Меня перестали бить, нет Дадли с друзьями, по-прежнему за мной охотился, но тётя с дядей ко мне больше не прикасались. Меня не стали любить или жалеть, обо мне не начали заботиться. На меня просто перестали реагировать, как будто я был пустым местом. Я всё также был в этой семье лишним, но меня посадили за общий стол, и есть я стал вместе со всеми. Конечно, мои порции были значительно меньше, чем у кузена, но ведь и я отличался от него своими размерами. Когда мне исполнилось пять лет, тётя стала поручать мне кое-какие дела по дому, а после их выполнения отпускала на все четыре стороны, никому до меня дела не было. Осенью нас с Дадли отдали в начальную школу*. Если кузену купили всё новое и дорогое, то меня одели в «second hand», радовало только то, что вещи были по размеру и не сильно изношены. Учился я легко, всё, что мне было непонятно школе, разжёвывал и доступно объяснял мой внутренний голос. Я очень быстро понял, что гордиться и хвастаться своими отметками перед родственниками не стоит, так как Дадли учился слабо. Друзей и приятелей у меня в школе не было – Дадли быстро сумел всем внушить, что со мной дружить вредно для здоровья. Список моих обязанностей по дому рос вместе со мной. Если мне в 5 лет доверяли лишь помыть посуду и подмести в доме, то в 10 лет в мои обязанности входило приготовление завтрака по будням. В выходные тётя устраивала себе отдых, и мне приходилось готовить завтрак, обед и ужин. Помимо кухни в мои обязанности входила уборка по дому, мытьё дядиной машины и уход за лужайкой и тётиными клумбами. Меня никогда не хвалили, но всегда тщательно проверяли выполненную работу. Сделав всё, что мне поручалось, я исчезал из дома. В школе оказалось много бесплатных кружков и секций. В разные годы я осчастливил своим вниманием почти все. Я занимался плаванием, гимнастикой, фехтованием, настольным теннисом, ушу, шахматами, бальными танцами, пел в хоре и посещал изостудию. От Дадли и его друзей я надёжно скрывался в городской библиотеке. Вести столь активный образ жизни мне настоятельно рекомендовал мой внутренний голос. Он утверждал, что в жизни всё пригодится, знания, и умения лишними не бывают. И я постепенно убеждался в его правоте. Сидя в чулане, я вместе с тётей слушал по телевизору уроки этикета и французского языка. А когда к дяде приходили его сослуживцы, я также прислушивался к их разговорам о налогах, банковских кредитах и процентах, котировках акций на бирже. ________________________________________________ * Система образования в Англии состоит из четырех уровней: 1) начального (Elementary School) — 5-11 лет, 2) среднего (Secondary School) — 11-16 лет, 3) послешкольного (Further Education) — 16-18 лет, 4) высшего (Higher Education) образования. С 5 лет начинается обязательное обучение, и дети поступают в школу для малышей. С 7 лет они переходят в младшую школу, а с 11 лет — из начальной в среднюю. Экзамены на сертификат GCSE ученики сдают по окончании средней школы. Сертификат GCSE обязателен для всех в Великобритании, но для поступления в высшее учебное заведение его недостаточно. Для того чтобы поступить в университет, необходимо обладать сертификатом A-Level. С этой целью школьники в течение двух лет проходят программу «шестого класса» (Sixth Form) средней школы, сфокусировавшись на изучении 4-6 предметов. Выбор предметов для сдачи A-Level более узкий, поскольку они изучаются намного глубже и серьезнее, а результаты именно этих выпускных экзаменов являются одновременно вступительными в английские университеты. Те, кто не сбирается поступать в университеты, получают двухгодичное профессиональное образование (Further Education — FE).