7 Смертных Грехов.

Так прошло около трех месяцев. Антон устроился в компанию переводчиком. С виду все было как нельзя идеально; простая работа, хороший оклад, дружелюбный коллектив, где Шастун нашел себе место, причем достаточно приличное. Вот только Антон не был бы Антоном, если бы не преследовал собственных мотивов. Перед тем, как подать заявку в эту компанию, мужчина разузнал, что именно эта компания занималась скрытой транспортировкой груза «F», более известного нам как парем. Стоило его информатору доложить об этом, как Шастун, ни секунды не сомневаясь, откликнулся на вакансию переводчика, а, что? Опыта у него было предостаточно, образование было наилучшим, да и французским языком мужчина владел на ура, что несказанно было плюсом для компании. А о том, что прошлое Шаста скрывало причастность к мафии и супружество с мужчиной, что прервал последнюю перевозку груза, компании было знать не обязательно. Единственное расстройством во всем этом стал факт наличия идеальной защиты и системы охраны, уже который день Антон пытался прорваться сквозь миллиарды паролей, чтобы получить заветную информацию. Да, будь здесь Позов, он бы в миг разобрался с системой обхода и у них были бы весомые доказательства против совета, но Димка почему-то пожелал остаться во Франции, даже толком не обьяснив Антону причин. Так что нашему герою приходилось сейчас выкручиваться самому, параллельно создавая видимость усердной работы. Компания, в которой работал Антон, была одной из ведущих в своей отрасли. Ее офисы располагались в центре города в высотном здании с панорамными окнами, открывающими вид на реку и мосты. Внутри здания царила атмосфера спокойствия и профессионализма. Все сотрудники были одеты в строгую деловую одежду, а их рабочие места были оснащены по последнему слову техники. Антон занимал небольшой, но уютный кабинет на седьмом этаже. Из его окна открывался вид на город, который никогда не спал. Ночью он сиял огнями, как новогодняя елка, а днем был наполнен шумом машин и голосами людей. Антон любил сидеть у окна и наблюдать за жизнью города. Работа переводчика была не такой уж и сложной, как могло показаться на первый взгляд. Антон должен был переводить документы и переговоры с иностранными партнерами. Он быстро освоился и начал чувствовать себя частью команды. Коллеги относились к нему с уважением и доверием, и он отвечал им тем же. Каждый день он приходил на работу и делал вид, что ничего не знает. Он переводил документы, участвовал в переговорах и даже иногда помогал коллегам. Но в свободное время он изучал систему охраны и искал способы проникнуть в защищенные файлы. Система охраны была сложной и многоуровневой. Она включала в себя камеры наблюдения, датчики движения, биометрические замки и даже искусственный интеллект. Антон потратил несколько недель на то, чтобы изучить все ее особенности и найти слабые места. Тогда в его жизни появился человек, которого спустя эти проклятые три месяца становилось все тяжелее и тяжелее втягивать в собственные дела, понимая, чем это может обернуться для ничего не знающего молодого человека. Звали его Егор Булаткин, скромный паренек возраста Антона, переведенный по просьбе отца в их компанию в качестве юриста и своего рода палраментера, в случаи рассприй Булаткин всегда находил выход из ситуации за долю секунды, да так, что обе стороны оставались довольны. Шаст заприметил его сразу, его знания и навыки могли пригодится Антону в его собственном расследовании, вот только тогда молодой недо-шпион и не догадывался, что так сильно сдружится с этим самым Егором.

***

Это утро у Антона изначально не задалось. Сначала он проспал все сорок будильников, из-за чего почувствовал себя на грани паники. Кое-как откопав в шкафу костюм и рубашку не первой свежести, он понесся на работу, надеясь успеть вовремя. Но тут, как назло, машина отказалась заводиться, и ему пришлось мчаться до метро, в котором, как всегда по утрам, было не протолкнуться. Толпа людей, спешащих на работу, окружила его со всех сторон. Антон чувствовал себя как рыба в аквариуме, не имея возможности даже вздохнуть свободно. Он проталкивался через толпу, стараясь не потерять равновесие и не наступить на чьи-то ноги. В воздухе витал запах пота, кофе и утренней свежести, смешанный с ароматом парфюма и косметики. Наконец, он добрался до метро и с облегчением вздохнул. В вагоне было немного свободнее, но все равно тесно. Антон прислонился к стене и закрыл глаза, пытаясь отвлечься от шума и суеты. В этот момент он почувствовал, как его желудок сжался от голода, и вспомнил, что не успел позавтракать. Единственным плюсом во всем этом кошмаре стал утренний кофе. Антон не был самым преданным кофеманом, но сегодня он явно нуждался в нем. Аромат свежего кофе, хоть и ненадолго, уносил его в прошлое, возвращал к его Арсению. Да казалось это утро хуже уже не могло стать, но стоило только вспомнить голубые глаза, нос кнопкой и улыбку, что пускала ток по коже, стало еще хуже. Двери вагона открылись, и Антон вышел на платформу. Он знал, что впереди его ждет еще один тяжелый день, полный обязанностей и ответственности. И каждый раз, подходя к зданию офиса, он ощущал себя примерно так, каждый раз напоминал, что он делает это ради того, чтобы помочь Арсению, ведь сам Антон прекрасно знает, каким бы охуенным стратегом не был его муж бывший муж, совет так просто не отстанет. Именно поэтому он здесь, именно поэтому, когда сердце рвется на части, умоляя вернутся к Попову, он затыкает его холодным разумом и продолжает делать то, что уже начал, пути назад-то вообщем и нет, просто иногда так хочется вернуться… Кофе в семь утра самая хуевая затея! Напоминает себе Шастун, когда ловит себя на этих ванильных рассуждениях. Почти целый стаканчик американо летит в урну, так и оставшись недопитым. Действительно день сегодня говно! Он заходит внутрь и, тяжело вздохнув, направляется к лифту, когда к нему подходит, подстраиваясь под его темп, Егор. — Хорошо выглядишь. — честно говорит Булаткин и Шастун тут же задается вопросом про себя, он издевается? Или с юмором совсем все плохо? Да, как вы уже поняли, нашему герою явно не по душе сегодняшнее утро. — Родился таким. — спокойно говорит Антон. Кажется, привычка отвечать колкостями в семь, мать вашу, утра, передается воздушно-капельным путем и не только им, если учесть, какие вещи они творили с Арсом в его спальне. — Встречаешься с кем-то? — со смешком вновь вопрошает Егор, зная, что его друг волк одиночка, правда до сих пор не понимает почему. — Естественно. — Серьезно? — глаза Булаткина вот-вот, да и вылетят из орбит. — Да. Со своими делами. — отвечает холодно Антон, хотя внутри все переворачивается от одного упоминания о Арсении. — А ты что, так и не нашел себе никого? — продолжает он, переводя тему. Егор усмехается, вспоминая одного заносчивого типа, который никак не выходит из головы столько лет. Лифт открывается, и они заходят внутрь. Шастун чувствует, как напряжение постепенно спадает, когда они начинают обсуждать последние новости и предстоящие проекты. Может быть, этот день не так уж и плох после всего. А нет, показалось. В какой-то момент Егор закусывает губу, и Шастун, сука, к собственному сожалению, прекрасно знает этот жест. — Только не говори мне, что опять в компании какой-то пиздец и его повесели на нас. — Хорошо, молчу. Подтверждает его догадку Егор, и Антон готов башкой об стены биться. У него уже складывается ощущение, что он становится все более заядлым офисным клерком, из разряда «принеси-подай-пошел нахуй-не мешай». Антон ничего не имеет против таких людей: каждый пробивается в высший свет как может ради счастливого будущего, и не грешно начальству подлизать. Но он, на минуточку, здесь совершенно не за этим, а с этими поручениями недо-босса, который даже не знает, как работает принтер. Его дела катастрофически затягиваются! И он бы рад помочь, но кто тогда, скажите на милость, поможет ему? Да с учетом такого высшего руководства Антон до сих пор пребывает в экзистенциальном шоке оттого, что у них каким-то чудным образом удалось организовать первую транспортировку груза «F». — Рассказывай уже. — чуть ли не прыща ядом, говорит Антон, потому что знает, хренас два он отделается от этого задания, ведь это распоряжение начальства в рот его ебать! Вот тебе и работа в элитной, мать вашу, компании. — Наши инвесторы из Франции хотят обсудить поставку в Париж, сегодня приедет их представитель и его менеджер и, нам как по всей видимости, единственным, кто умеет здесь работать, надо встретиться с ними в ресторане в три часа дня. — да, кажется, Егору тоже не совсем прельщает, что все обязанности и серьезные переговоры в общем-то скидывают на них. — В компании минимум пять переводчиков высшей квалификации и почему именно мы? — рычит Антон, да кажется сегодня все настроены против него! Так и хотят, чтобы он побольше вспоминал о Попове, будто он о нем не думал все эти проклятые три месяца! — Я тоже сначала так подумал, а потом узнал, что ходят слухи, что эти французы не совсем традиционной ориентации. Вот и спустили все на нас, мы для них Тох, походу пушечное мясо. — Все как всегда, ничего нового. Шикнул в ответ Шастун, когда они добрались до нужного этажа, до трех часов дня у них была еще масса времени и, если Егор отправился выполнять реальную работу, то Шаст пошел искать внутренние файлы с заявкой на новый импорт груза «F». Уж слишком подозрительным совпадением ему казалась так внезапно назначенная встреча с французами, обычно такие дела заранее обсуждаются, на собраниях там и прочих заседаниях. Да, в любом случаи, это дело бы все равно скинули на них, но оно было хотя бы согласованным, а тут с бухты барахты, нате получите и распишитесь. Что-то подсказывало нашему герою, что это дело далеко от простых переговоров, пока он шел до своего рабочего места, в голове все никак не могли устаканиться мысли: «А что если это люди совета? Они же вполне могли фальсифицировать документы, да и если подумать, компания с ними уже сотрудничала, для них это вообще плевое дело.» — да, Шаст бы явно не хотел встречаться сейчас ни с одним из этой четверки не при таких обстоятельствах, в особенности, когда он беззащитен. Тут и закон о неприкосновенности французов уже не спасет, пуля в лоб и выставят как несчастный случай и поминай как звали. — Так. Успокойся. Займись делом. — отгоняя от себя ужасающие мысли, шепотом произнес Антон, прогружая файлы, что на первый взгляд казались обычными документами, но на деле служили неоспоримыми доказательствами о том, что компании причастна к уголовным делам и наркотической транспортировки груза «F», их оставалось только расшифровать, что, увы и ах, для Антона было сродне невозможному. Ну не был он айтишником, хотя в свое время таким штучкам стоило поучиться у Позова, ну или у Сережи, а теперь ебись как хочешь! Антон сидел за своим рабочим столом, пытаясь расшифровать загадочные файлы. Он чувствовал, как время неумолимо уходит, а успех всё не приходит. Файлы казались простыми документами, но на самом деле они содержали важную информацию, которая могла привести к серьёзным последствиям. Шастун перепробовал все возможные методы расшифровки, что знал его мозг, но ничего не помогало. Он чувствовал себя беспомощным и растерянным. Мысли путались, а страх не давал сосредоточиться. Вдруг ему показалось, что он нашёл подсказку. Он начал перебирать разные варианты, но каждый раз получал новые непонятные символы и коды. Антон чувствовал, что ещё немного, и он просто сойдёт с ума. В этот самый момент кто-то кашлянул над его ухом, так быстро вкладки на рабочем столе он не сворачивал никогда. Даже когда мама чуть не спалила его за просмотром порно в юношеские годы, ему было не так страшно, как сейчас, да по сравнению с тем, чем именно занимался «трудолюбивый» переводчик, просмотр порно казался детской шалостью. — Тох, прости, что напугал. — сказал Егор, кажется, он ничего не заметил. — но время уже полвторого, а нам ехать на хуево кукуево, так что заканчивай и погнали. — Блять. Точно. — да, за это время Шаст уже и вовсе успел позабыть, что ему еще сегодня действительно нужно поработать на благо компании, настолько он был занят дешифровкой, что сие информация, будто стерлась из памяти.

***

Удивительно, но они даже умудрились не опоздать, даже приехали на пятнадцать минут раньше, а это с учетом московских пробок, в час пик, между прочим! Ресторан с виду напоминал заведение для богатеев, только так его и мог описать Шастун, простой народ явно сюда не совался, а если и совался, то очень редко. На входе их встретила милая девушка хостес и сообщив, что гость уже ожидает, велела следовать за ней. Всю дорогу, что они шли до забронированного французской мини-деллигацией столику, Антона не покидало чувство тревоги, внутри затягивался ожесточенный узел, а напряжение било у виска. И только оказавшись напротив гостя, он выдохнул с облегчением. Перед ним сидел вовсе не его отец, ни кто-либо из членов совета, а простой парень, где-то их с Егором погодка, правда отличия были на лицо. Он был весь в татуировках, но Антона это мало колышело, главное, что его опасения оказались не верны. И только спустя минуты три молчания, Шаст обратил внимание на своего коллегу, того знатно потряхивало, хотя он и пытался держаться стойко, а глаза будто пытались просверлить дыру в оппоненте напротив. — Извините, — все же начал говорить мужчина, да от такого взгляда даже Шасту стало некомфортно, хотя он сидел рядом с Егором, а не напротив того. — Ах, да где же мои манеры, я так вам и не представился, молодые люди — Эдуард Выграновский, надеюсь, что наше сотрудничество пройдет успешно. Затем представился Егор и Антон следом и, если честно, второму казалось все это спектаклем, будто Шаст оказался на представлении известной пьесы без знания хотя бы минимального сюжет, но, что еще больше его смущала, так это тот факт, что сие молодой человек прекрасно владел русским языком, тогда зачем он здесь? Этот вопрос не давал Антону покоя, а обстановка тем временем все больше и больше накалялась. — Простите, но нам сказали, что вас будет двое, но… — попытался разрядить обстановку Шастун, пока Булаткин не ляпнул чего лишнего — Ах, да, мой компаньон задерживается, пробки в России сущий кошмар. — проговорил бархатным голосом Эдуард. — Ну если бы кое-кто изначально дал мне верный адрес, то никакие бы пробки не помешали бы мне сюда добраться. Положив руку на плечо своего коллеги, произнес до ужаса знакомый голос, и стоило Антону только поднять свой взор и увидеть лисью ухмылку и насмешливый взгляд, как он чуть сам на месте кони не откинул. Все, тут только прямая дорога в Рехаб! Потому что иначе, как сумасшествие, обьяснить эту ситуацию невозможно, блять! Перед ним в отглаженном смокинге стоял Арсений-сука-Сергеевич-блять-Попов! Какого хрена он вообще здесь забыл?! — Господа, извините, что заставил вас томиться в ожидании, просто мой друг плохо знает русские края, вот и перепутал адреса, да, Эд? Арсений Попов, очень приятно познакомиться. — будто они никогда и не встречались сказал мужчина протянув руку в рамках приличия. Антона как холодной водой окатили, причем раз сто, не меньше! В голове тут же вспыли слова Егора об ориентации французов, что заставило Шаста сжать кулаки под столом. Неужели? Нет, быть не может! Он что, так быстро нашел ему замену?! — Ну что ж, давайте все-таки перейдем к делу, — нарушил молчание Арсений, садясь напротив Антона и Егора. — Надеюсь, что мы сможем договориться и сделать наше сотрудничество взаимовыгодным. Антон посмотрел на Егора, надеясь, что его друг знает, что делать в этой ситуации, потому что его мозг напрочь отказывался думать, о словах произносимых ртом и речи даже не шло, он был чисто статуей, а по ощущениям, навной барышней, которую недавно бросили и разбили сердце, поэтому оставалось надеяться только на Булаткина. Егор же, казалось, был не менее ошарашен, но его лицо сохраняло спокойствие. — Простите, но мне кажется, произошла какая-то ошибка, — наконец выдавил из себя Антон, стараясь взять себя в руки. — Я не уверен, что мы сможем работать вместе. — Да что вы говорите, Антон Андреевич, — усмехнулся Арсений. — Разве вы не хотели продвинуться в карьере? Разве вы не мечтали о больших проектах? Я могу вам это все предоставить. — словно издеваясь произнес Попов. — Арсений, я знаю, что нам нужно обсудить условия сотрудничества, но может для начала что-нибудь закажем? — предложил Егор, если честно, единственное, от чего бы он сейчас не отказался, это от бутылки водки, потому что это пиздец, дамы и господа! И кажется, в этом Антон был с ним солидарен. — Вы пока заказывайте, а я отойду. Егор, возьми мне что-нибудь на свой вкус. — попросил Шаст, ему срочно надо было в уборную, иначе хрен его знает, что бы он мог сотворить.

***

Холодная вода успокаивала мысли, приводила рассудок в порядок… Ага! Как же! Конечно в это и хотелось бы верить, но увы, верится с трудом. Антон до сих пор не понимал, как Арсений это провернул, как узнал где он работает, а на вопрос, что он вообще здесь забыл и зачем решил связаться с этой компанией, у Шаста и вовсе не было ответа. Да еще и этот Выграновский, черт бы его побрал, да он явно начинал раздражать Антона. Знай он с утра, что ему придется встретится с бывшим мужем, которого он сам же и бросил, наговорив с три короба бреда, Шаст бы незамедлительно вышел в окно. Кажется Шаст провел слишком долго в мужской комнате для облегчений, хотя по сложившейся ситуации, он готов был остаться здесь уже на вечность, иначе нет обьяснений тому, кто зашел сюда же секундой ранее, якобы просто всполоснуть руки, пока сам Антон пытался сложить 2+2, да высшая математика по сравнению с планами Арсения Попова, курит гашиш в сторонке. — Что ты тут делаешь? — все же решил спросить Антон, пока его высочество, хитрожопый мафиози, которого боится половина высшего света — «Граф» поправлял свою прическу, будто ее легкая небрежность могла испортить его внешний вид. Нет, конечно бы могла, бесспорно, не будь этим человеком Арсений Попов, да, возможно Шаст слишком его идиллизирует, но что поделать? Они между прочим, так к слову, были женаты не так уж давно. — Пришел на переговоры, тебе вроде руководство компании должно было об этом доложить, прежде чем отправить на встречу. — в своей манере изворачивать все в свою пользу, проговорил мужчина. — Ты прекрасно понимаешь о чем я. — процедил Шастун. — Да, понимаю, и с радостью отвечу на твой вопрос, как только ты дашь мне весомые обьяснения, зачем человеку с образованием учителя французского языка идти работать в эту кантору, которая занимается невесть чем. — повернувшись к нему ошарашил Попов, играй они в морской бой, Антон бы уже в 100% случаев проиграл бы и не один раз. Попов, казалось, наслаждался его замешательством. Он облокотился на раковину и скрестив руки на груди, наблюдал за Антоном. — Ну, я думаю, ты знаешь, что я всегда мечтал о карьере в преподавании. Но жизнь внесла свои коррективы, — наконец, выдавил из себя Шастун, они оба знали о чем идет речь, но зачем-то продолжали играть в этот абсурдный спектакль. Арсений разразился смехом, а сердце Антона забилось быстрее, в очередной раз напоминая как же он соскучился по этому человеку, по его улыбки, глазам, манере общения и по его проклятому… — Demgin, ты все так же плохо врешь. — заговорил Попов. — в любом случаи рано или поздно я все узнаю, ты же хорошо меня знаешь. — подойдя к бывшему мужу, заключил неоспоримый вердикт он, потрепав его кудрявые волосы, а после и вовсе удалился, оставив Антона наедине с собственным ахуем. Сколько времени после он провел в уборной, Шаст и сам не знает, вот только когда все же вышел, его ждал один Егор, который сообщил, что французы решили перенести встречу на другой день, якобы возникли неотложные дела. Тогда-то Антон и понял, что сам попался в ловушку, ведь если обдумывать все холодным разумом и головой на плечах, Арсений даже оставил подсказку, дал шанс не явится. Одно слово:       «Французы» И Антон увы ее не понял, хотя если он будет честен до конца с самим собой, то не сможет сказать, что пойми он даже сие загадку от бывшего мужа, не явился бы сегодня на встречу. Все равно бы пришел, так что можно сказать, что толком выбора то у него и не было, ноги бы сами сюда привели. Вот только теперь была другая загвоздка, Арсений начал что-то подозревать и, зная его характер, он докопается до правды раньше, чем Антон разберется с ебаным шифром, поэтому кажется, теперь нашему герою придется работа в трое раз быстрее и в четверо осторожнее. Ну а пока ему лишь остается принять поражение, заведомо зная, что все только начинается. И да, вопрос насчет отношений Арсений Попова и Эдуарда Выграновского, все еще, сука, остается открытым!