Часть 60
11 декабря 2021 г., 18:49
“Он просто немного более злобный, чем мы, и немного больше! Не отступай!” Благородный орк взревел, и его воины ответили, дав волю своему пылу. Однако эта бравада не уменьшила силы Людоеда. Он замахнулся своим мясистым кулаком на голову орка, которая взорвалась от этого единственного удара. Другой Орк отлетел от простого удара ногой. В одно мгновение пятеро орков, раненых или мертвых, лежали вокруг свирепой туши Огра.
Я был поражен и напуган разницей в силе между этими двумя видами монстров. Другому орку размозжили голову, когда Людоед поднес свою добычу ко рту, его толстый подбородок задрожал, когда он вгрызся в еду своими неровными зубами. Тело Воина-орка содрогнулось, когда верхняя часть его туловища была поглощена.
“Оххо-го-го, охо-охо-хо!” Раздался ужасный шум, почти смешок, когда Людоед продолжил жевать труп. Воины-орки, которые все еще атаковали его, остановились как вкопанные. Теперь Благородный орк бросился на монстра, его алебарда горела красной энергией. Людоед отбросил свою жевательную игрушку в сторону, готовясь встретить эту новую угрозу. Благородный Орк бросился вперед, уворачиваясь от трупа, который был так небрежно брошен в него. Алебарда опустилась, и Людоед замахнулся кулаком. Плоть встретила железо, но алебарда просто отскочила, настолько твердой была шкура Огра. Благородный Орк взял под контроль свое оружие, повернув его в пол-оборота, когда Огр еще раз взмахнул кулаком. Алебарда вонзилась мимо руки в подмышку Огра, и снова оружие не смогло пронзить грубую кожу, даже несмотря на то, что сила рвения орка усиливала лезвие.
Там, где упало лезвие алебарды, виднелось лишь небольшое повреждение, небольшая припухлость.
Огр к этому времени уже разозлился, набрасываясь на своего врага в неистовой ярости. Благородный Орк уворачивался от этих атак с головокружительной скоростью. Я восхищался тем фактом, что ему все еще удавалось направлять свой пыл, выполняя свои защитные движения. Наблюдая за ним, я понял, что он обладал большим мастерством, чем Благородный Орк, которого я убил. Его мастерство владения алебардой было превосходным, а боевой пыл-едва уловимым.
Достаточно сказать, что этот орочий экземпляр вызвал у меня восхищение.
“Не бойся! Он всего лишь один зверь!” - крикнул Благородный Орк, укрепляя боевой дух своих солдат, которые вновь обрели боевой дух и бросились в бой. На этот раз, однако, они атаковали с большей хитростью, обходя Огра и нападая только в том случае, если в обороне громадного чудовища появлялась брешь. Эти Воины-орки были в тяжелом положении, и даже используя свой пыл, ни один из них не мог даже ранить Огра. Тем не менее, их нападения было достаточно, чтобы отвлечь внимание Огра от его настоящего врага.
“За короля!” Благородный Орк взревел, изо всех сил вонзая алебарду, его боевой пыл сиял ярче, чем в любой другой момент во время битвы. Брызнула кровь, когда его клинок вонзился в толстую голень Огра, сам порез был примерно таким же глубоким, как человеческая рука.
“Воспользуйся этой возможностью!” Он командовал своими Воинами-орками, которые вонзали в раненую голень Огра копья и мечи, вскоре превратив единственный порез в большую рваную рану. Тем не менее, этот зверь, который действительно был Владыкой Горы, не преклонил колени и не молился перед своими врагами. Нет, ущерб, который был нанесен ему, только разозлил его еще больше по мере того, как его ярость нарастала. Огр теперь размахивал руками случайными дугами, его могучие удары настигли нескольких неудачливых орков в полную силу, прежде чем они смогли убежать от его гнева.
Мое внимание было отвлечено от жестокой схватки чем-то, что схватило меня за воротник. Это была Аделия, ее голова наполовину уткнулась мне в грудь, когда она смотрела мне в глаза, ее лицо все еще оставалось того же оттенка призрачной бледности. Она дрожала, на ее лице было написано страдание. Мое внимание привлекли ее глаза болезненного желтовато-красного оттенка.
” О, черт”, - пробормотал я, поняв, что с ней происходит. Я совсем забыл о бедной Аделии. В воздухе стоял густой запах крови, и именно этот запах теперь угрожал выпустить на свободу маньяка, которого я держал в руках. "нет! Наберись терпения, - приказал я ей. Ауры [Военной мании] и [Мясника] ослабли вокруг нее, но все же не исчезли полностью. “Теперь наберитесь терпения. Подожди немного, и тогда сможешь вести себя дико”.
Она снова уткнулась лицом мне в грудь, а затем ее шипящее дыхание с грохотом прорвалось сквозь густой мех и доспехи, которые я носил. Между ее ртом и моим сердцем плясал тот болезненный желто-красный свет, который отмечал ее истинную природу. Ее тело дрожало, как осина на ветру, хотя и не от страха.: Нет, она дрожала, охваченная приступом безумного смеха. У меня мурашки побежали по коже, когда я оказался рядом с ней, и тогда я понял, что на горе появился новый монстр.
Я чувствовал хаос, который был ее существом, хаос, который она никогда не могла надеяться контролировать. Я почувствовала этот хаос у себя на груди. Я знал тогда, что должен был оставить ее в Зимнем замке, но сейчас было не время для таких пустых сожалений. Пока я держал ее голову в своих объятиях, сзади ко мне подошли еще несколько мужчин. Они с нескрываемым удивлением смотрели на заснеженную поляну. Даже Рейнджеры были удивлены открывшейся перед ними сценой.
“Север действительно удивительное и странное место", - прокомментировал Эрим Кирингер. Я понимал его удивление, потому что до того, как покинуть королевскую столицу, даже я не представлял, что существуют такие монстры, как этот Людоед. Однако мы не могли позволить себе удивляться, потому что существо все еще жило. Орки к этому времени пришли в отчаяние, сосредоточив все свои усилия на том, чтобы, по крайней мере, отнять у него ногу и тем самым искалечить ее. Он взревел с вызовом, явно не обращая внимания на их тщетные усилия. Внезапно красная аура Аделии засияла все ярче и ярче, ее глаза вспыхнули и приобрели болезненные желтоватые оттенки. Выражение лица Эрима посуровело, когда он увидел это.
“Какого черта? Это ужасно, - пробормотал он. Это была просто суть ее существования, ибо она унаследовала со дня своего рождения черты хищника, чей голод был бесконечен. Она была прирожденным [Мясником]. Аделия все больше и больше начинала светиться в моих объятиях.
Тогда я понял, что происходит. Она чутко реагировала на энергию другого [Мясника], того зверя, который проложил себе путь через стольких орков. Я крепко обнял ее, и она, в свою очередь, крепко прижалась ко мне. Она знала, что нам еще не пришло время вмешиваться, поэтому, собрав последние остатки воли, она удержалась от того, чтобы броситься в драку.
Нападать сейчас было бы глупостью, так как мы еще не видели истинной сущности Огра. Пусть он насытит свой аппетит орками.
” Идите за ним, ребята! " - скомандовал Благородный Орк. Людоед скривил рот в жестоком рыке, его лицо растянулось в самой свирепой и звериной ухмылке. Он полетел на своих врагов, и Благородный орк откатился в сторону, когда он снова призвал боевой пыл в свою алебарду. Однако его маневр был бесполезен, так как у Огра были другие цели на уме. В вихре движения Огр ворвался в самую большую группу Воинов-орков, разрывая их на части зубами и когтями. Орочьи конечности разлетелись в воздухе, когда Огр ворвался в них, тряся головой, как разъяренный бык. За считанные секунды погибло десять Воинов-орков. Благородный Орк даже не успел метнуть алебарду в своего врага-бегемота, как тварь ворвалась в следующую группу Воинов-орков.
Воистину, фестиваль мясника начался всерьез. Оставшиеся орки боролись с таким безумием и бросились на Огра, не заботясь о собственной безопасности. Они не могли даже поцарапать его, когда он снова прорвался сквозь орочью плоть, как ребенок, отрывающий крылья у мух.
“И ты пришел сюда, чтобы убить что-то подобное?” - недоверчиво спросил меня Эрим. Его сомнения были естественны, так как Орк раскрыл свою сущность как [Мясник], сущность, которая была наравне с сущностью [Мастера Меча]. Мысль о том, что я, как [Эксперт по мечам], могу убить это существо, была абсурдной, по крайней мере, если смотреть на нее через обычную призму.
Однако я знал, что иногда приходится идти на большой риск, чтобы пожинать большие награды. Улучшение наступало не благодаря выполнению ожидаемого; нет, только столкнувшись лицом к лицу с невозможным, можно было по-настоящему улучшить качества рыцаря, как, например, столкнувшись лицом к лицу со зверем, который бесчинствовал на поляне.
“Приготовьтесь, нам почти пора вмешаться", - сказал я своим товарищам. Воинов-орков, которые ворвались на поляну, насчитывалось около сотни. Теперь осталось меньше двадцати. Благородный Орк все еще был жив, но Огр игнорировал его, выбирая более мягкие цели для своих воинов.
“Ты зверь без гордости!” Благородный Орк взревел, снова бросившись на Огра. Существо повернулось спиной к Орочьему Дворянину, бросившись за несколькими оставшимися Воинами Орков. Я прищелкнул языком, так как было очевидно, что явное пренебрежение Людоеда к своему врагу было довольно хитрой ловушкой, чтобы заманить в ловушку самую большую угрозу. Как я и ожидал, Людоед продолжил свою шараду. Когда Благородный Орк бросился для удара, Огр развернулся и схватил лезвие алебарды в своей руке. Благородный Орк усилил пыл в своем оружии, сумев порезать ладонь Огра и пролить немного крови. Однако чудовище все еще держалось за оружие. Людоед потянулся к своему пойманному врагу.
Красные спекуляции и болезненно-зеленая плоть Огра встретились, а затем: вспышка золота.
Это была Аделия, которая вырвалась из моих объятий. Людоед даже не удостоил ее вторым взглядом, худощавый маленький человечек, который осмелился броситься на него. Это само по себе было ее самой серьезной ошибкой. Человек, которого этот Повелитель Гор считал ничтожным комаром, на самом деле был истинным потомком Короля Великанов, монарха той великой расы, которая правила этим миром в прошлые века. Меч, которым она владела, бесчисленное количество раз омывался кровью тех самых великанов, и, поскольку Людоед также был отпрыском этой вымершей расы, ее клинок теперь жаждал попробовать его плоть.
Ее взволнованный голос ясно прозвучал в зимнем воздухе:
“В реку потекла кровь
Земля, обогащенная плотью”.
С этими словами золотая аура этого благоприятного меча ярко расцвела. Его убийственное намерение по отношению к неуклюжей мерзости, которая кралась по поляне, было сильно ощущаемо. Аделия произнесла отрывок из [Псалма Гэбека], составленного Геомху. Орк взревел от ужаса, слишком поздно осознав, что эта маленькая женщина была естественным, древним врагом его мерзкого вида.
Карма и меч Аделии, убивающий гигантов, теперь обрушились на зверя, и даже если в прошлом меч знавал более сильных обладателей, он все равно с легкостью вонзился в Огра.
” Кваааааггггг! " - взревел зверь, когда на его спине появилась тонкая красная линия, почти такая же тонкая, как нить шелка. Однако вскоре этот порез расцвел ярко-красным, и из раны, которая на самом деле была глубоким-глубоким порезом, хлынула кровь. И когда хлынул фонтан крови, Аделия захихикала от чистого ликования. Людоед продолжал реветь и рычать, но победитель уже был определен.
“С кровью великана
И плоть на его спине
Я заново переделаю землю".
Тогда у меня вырвался еще один отрывок из [Псалма Гэбека], но вскоре мне пришлось остановиться в своем повествовании. Я не мог справиться с грубой силой оставшихся стихов и был вынужден замолчать. Пока я боролся с болью, которую такое полу-стихотворение оставило в моем сердце, яркая вспышка света задержалась на кончике моего клинка.
* * *
Эрим Кирингер не мог поверить своим глазам.
Стройная женщина, которая по какой-то неизвестной причине была включена в их группу, с трудом поднималась на гору. Теперь эта же самая женщина одним ударом меча рассекла шкуру Огра. Сотня орков и их направленный боевой пыл боролись за то, чтобы нанести зверю хоть одну рану, и даже тогда это уничтожило их всех. Когда кровь хлынула из спины Огра, женщина, насквозь промокшая от этой артериальной струи, стояла там, ее кровавая ухмылка растянулась на ее лице. Он изо всех сил пытался разглядеть ее странную внешность.
Даже если бы Огр зарычал ему в лицо, Эрим не был уверен, смог бы он выйти из своего ошеломленного состояния полной неожиданности. Медленно его рука потянулась к клинку, но прежде чем он успел его выхватить, он увидел пальцы Огра, каждый толщиной с человеческое запястье, отрубленные и летящие по воздуху. Адриан стоял перед монстром, и его сверкающий огненный клинок отсек ему пальцы.
“Ты только начало моего путешествия”,-сказал принц Адриан, когда зверь издал еще один яростный, полный боли рев.
