Оператор

"Всем выжившим, передаю координаты безопасного места. 43.104612 градусов северной широты и 44.392258 градусов восточной долготы. Здесь вас ждут еда, кров, другие выжившие. Повторяю…" Запись голоса Оператора повторилась. Слышал ли его кто-то, или нет - разве это важно? Так думал и сам Оператор. Рутина средней весны полностью захватила его: добыча воды из источника, поедание последних консервов, изредка повторение сообщения лично и на других частотах. Так было уже год, так будет. Это его путь, который закончится смертью. "Повторяю, здесь вас ждут…" Оператор выключил передачу, очень хотелось закурить. Но сигареты давно кончились. Как скоро кончится еда. После нескольких безмолвных минут он включил передачу вновь и сел к микрофону: -Я буду выходить на связь на этой же частоте утром и вечером каждого дня. Координаты безопасного места — 43.104612 градусов северной широты и 44.392258 градусов восточной долготы. Отбой. Он выучил эти числа наизусть. За год никто так и не пришел. Если и пришел, то принял радиостанцию на холме за заброшенную и пошел дальше. Жизнеспособность этой гипотезы под сомнение не ставилась. -Эй, радио! Я с миром! Что? Голос другого человека? Нет, очередная галлюцинация. Оператору стоило не пропускать обед. -Открывайте! Я по координатам пришел! Как их там, сорок три пятьдесят два северной широты и сорок с чем-то западной долготы. До сих пор галлюцинации никогда не ошибались в координатах. И не стучали так яростно в дверь. Вооружившись топором, Оператор открыл дверь, за которой стоял молодой человек. Плотно укутанный в поношенную одежду, окруженный сумок. -Наконец, докричаться никак не мог. Привет! Два месяца по лесам и горам шлялся, пока не нашел эту вашу вышку. Ожидаемо. Оператор опустил топор. -И как тебя звать? -Михаил я. Миша, для друзей. А тебя, радио? -Оператор. Зови меня так. Правда была в том, что Оператор забыл своё истинное имя. Очень хотел забыть. -Ну, Оператор так Оператор. Встречал клички и похуже. Так что, где все? К этому вопросу Оператор долго готовился во время бессонных ночей. И, предсказуемо, оказался не готов. -Ты первый, кто пришел. Место правда безопасное, здесь нет радиации, бандитов и всяких тварей. Миша стоял молча. Теперь он, очевидно, уйдет. Оператор взялся за ручку двери и потянул её на себя. -Эй, Опер! Можно у тебя где-нибудь вещи сложить? У меня еды есть немного, поделюсь. Оператор замер. Это было не по сценарию. -И что ты собираешься делать? -Раз я первый, кто пришел, подготовлюсь к приходу других. Михаил сложил руки на груди и посмотрел в небо. -Надо найти подходящее место, где можно разбить палатки, пока не получится либо занять поселок поблизости, либо построить что-нибудь более прочное. Я тут одну деревеньку видел, вниз по склону. Что про неё скажешь? Он очень много говорит. За несколько месяцев прибыли ещё люди. Михаил сплотил всех, они отбили ту самую деревню у подножия горы. Оператор оставался в своей радиорубке, продолжая транслировать сообщение на разных частотах. -Эй, Опер. Михаил бесцеремонно открыл дверь в рубку, Оператор отключил микрофон и включил запись. -Миша? -Я тебе тут немного того, немного того принёс. Не соврал - Михаил положил пакет с яблоками в свободное кресло, поверх него бутылку сока. -Спасибо. Корректировки передачи? -Нет, я... Слушай, не буду ходить вокруг да около, вопрос есть один. С первого дня задать хотел. -Слушаю. -Почему ты соврал в передаче? Место безопасное, но тут был один ты. -Разве я соврал? Оператор поднялся. Он был на голову выше лидера новой колонии. Но выглядел Оператор скорее задетым, чем злым. -Звучало всё более хорошо, чем... -Ты не нашёл здесь крова, еды и других выживших? -Эх, нашел, но... Я не совсем об этом. Ты говорил об этом месте, как о рае. Безопасное место. -И оно оказалось безопасным. Оператор стоял на своём. -А зачем ты вообще кого-то звал? Не помню, чтобы ты спускался хоть раз за год к нам. -За год? Прошло всего несколько месяцев. -Так бывает, когда живёшь рутиной. Повторюсь, зачем? Оператор сел в своё кресло. Более не подавливаемое ложью, ощущение времени вернулось. Прошел год, даже чуть больше. -Лучше человек погибнет на пути к великому счастью, к спасению, нежели в грязи, перегрызая глотки себе подобным. Михаил облокотился о дверной косяк и сложил руки на груди. Мимика выдавала его недоумение. -В этом есть смысл, признаю. И что же, ты благородно давал людям благую смерть всё это время? А чем питался? -Миша, слишком много вопросов. Ты глава деревни, но я не её часть. Михаил заглянул слишком глубоко в душу Оператора. Гораздо глубже, чем того хотелось последнему. И он это понял. Подобравшись, Михаил двинулся к выходу. -Приходи к нам хоть иногда. Шли годы, Оператор спустился в деревню раз, другой. И зачастил. Под управлением Миши тот гниющий бетонный шрам на теле природы расцвел: дома были восстановлены, построены ограждения и вышки. И зелень. У каждого дома высажен куст или юное деревце. Дети помогали родителям, вооруженные люди следили за округой и деревней. Все были сыты, лечились по мере необходимости. Оператор вскоре помог с проводкой, свет засиял в каждом доме. А вместе с электричеством появилось и радио. В один из дней Оператор вернулся в свою вышку вместе с Мишей, неся припасы. -Ну что, Опер, не зря спускался? -Да пошёл ты, Миш! Оператор смеялся. Впервые за многие годы своей жизни, он искренне смеялся. Сложив продукты на кухне, которую ему помогла отмыть одна из девушек деревни, он сел в кресло. -Я-то пойду, дружок. Не оставаться мне на всю ночь с тобой в этой затхлой сычевальне. -Эта сычевальня привела сюда тебя и остальных, неблагодарный. У, балбес. В комнате радиопередач повисла благая тишина, Миша и Оператор восстанавливали дыхание после подъема. Вдруг память Оператор преподнесла ему подарок. Дрожайшее сокровище, которое он очень долго и бережно хранил. -Миш, пусть все, у кого есть радио, настроятся на мою частоту вечером. -Да выучили мы все твои координаты. 43.104612 градус... -Нет, в этот раз будет кое-что другое. Миша пожал плечами, они вместе с Оператором съели принесённую курицу и выпили медовуху, сваренную энтузиастом из деревни. Тем же вечером по настоятельной рекомендации главы все радио настроились на частоту Оператора. Но там были только помехи. Когда несколько передатчиков уже выключили, появились первые звуки. Это была музыка. Музыка погибшего мира, тронувшая сердца всех выживающих. Мужчины обнимали жён, дети с открытыми ртами слушали незнакомые для себя звуки. Музыка раздвигала тишину в деревне, стала для людей моментом осознания проделанной работы. Оператор сидел в кресле и улыбался. По его щекам текли слёзы. Он не плакал, когда погиб мир, погибли все, кого он знал. Когда погибло его прошлое. Но осколок былого, выделивший новое, ударил Оператора в самое сердце.