Гроза

Туча нависла над городом зловещей пеленой, уничтожив любую надежду на солнечный свет на ближайшие сутки. Затишье, давящее тишиной перед бурей, начинало сдавливать в ничто, не оставляя выбора. Накрапывал дождик. Но Линч был уверен, что эта морось скоро разрастётся в проливной дождь. Переписка заканчивалась на словах Джона "Как знаешь, это твоё дело." Егор твёрдо решил, что даже если непогода взбунтуется, он всё равно не оставит товарища. Парень собрал пару нужных вещей и спустился к машине, беспрекословно определив курс: к дому Джона. Телефон молчал. – Отошёл?.. Джон поглядывал на экран смартфона, ожидая ответа от друга. Но его не было. – Да и чёрт с ним. Он наспех надел куртку, обулся и как можно быстрее покинул квартиру, хлопая дверью. Но в парадной его ждал сюрприз. Он наткнулся на Линча, стоявшего на крыльце подъезда. Оба молчали пару секунд. Вдруг дыхание Джона сбилось, он сорвался с места и побежал прочь, как можно дальше отсюда. Ноги сами несли его, но куда – понять он не успевал. – Стой! Егор забыл, что у него есть машина – он побежал вслед за товарищем. Дождь нарастал. Уже громко шумели ударами по крышам капли, вдали, за горизонтом, что–то ярко полоснуло в небе, вслед за чем гулким отдалённым эхо по небу раскатился громовой грохот. Джон бежал чёрт знает куда – но Линч всё равно следовал за ним, стараясь не упускать из виду. Но он всё равно отставал. – Джон, стой!!! Дыхание сбилось, сердце бешено отбивало ритм. Линч не успевал. Он свалился на колени посреди аллеи в парке, через который бежал. Он слышал и чувствовал, как капли падают на его куртку и бьют по затылку. "Не понимаю... В чём дело? Что с ним вдруг случилось? Я должен встать... Встать и догнать его. Но я так устал уже бежать..." Через силу Егор встал с асфальта и тут же почувствовал, что джинсы почти насквозь промокли в местах коленок. "Твою мать... а, чёрт с ним. Куда он побежал?" Снова вдогонку. Но теперь он уже не видел фигуры Джона на горизонте. Он доверял только смекалке и интуиции. В конце концов, минуя не одну лужу, разворошив не одну кучу листьев, ноги Линча привели его... к окраине города. Здесь находился утёс. Не раздумывая, парень двинулся на самую высокую точку этого места; нет, он что-то понял и рванул туда как можно скорее. Дождь всё увереннее тарабанил по зданиям и стучал по всему, где мог. Гроза приближалась. Вдали отгремел гром. Порывный шквальный ветер сбивал с ног. Джон стоял почти у самого края, закрывая глаза рукой. Он зажмурился. – Стой! Рехнулся!? – Егор вытянул руку, тут же её опуская. Он устало склонил вниз голову, упираясь руками в поджатые колени. – Дурак... – ... Линч?.. Это изумление было настолько тихим и искренним, что было трудно в него поверить. И голос Джона как-то странно охрип... Он прокашлялся. – Ага, ты чёрта ли тут забыл?! – он поднял голову. – ... Прости, дальше справляйся сам! Я устал! Да хрен знает, что ещё случиться может! Я уже сколько раз чуть не умер из-за этих твоих дурацких экспедиций! Меня на органы чуть не разделали в глуши у чёрта на куличиках! Ты задолбал уже, Линч! Тебе всегда везёт, все шишки только мне и приходятся! Да какой ты друг после этого! Я заколебался, всё! Сам свои секреты размухлёвывай! Он сорвался на крик. Хотя не было видно, но по оседающему голосу было ясно, что Джон расплакался. У него была истерика. – Я не могу так больше, надоело! Я нормальной жизни хочу, а не... не.. Он глубоко рвано вздохнул. И разрыдался. – Проваливай! Егор в шоке и ступоре смотрел, как его друг развернулся к нему спиной и сделал шаг к обрыву. – Прости, Линч... – прошептал Джон. Гром гулко, долго, переходя из места в место, отгремел почти над их головами. Егор опомнился. – СТОЙ, ПРИДУРОК! – он молниеносно схватил друга за капюшон куртки, оттащив назад. Джон испуганно попятился в том же направлении. Его грудь вздымалась от частых вздохов. Взгляд, застывший на беспроглядном, тёмном, бушующем штормом море, был полон ужаса и испуга. Сердце, казалось, сейчас пробьёт грудную клетку. Птице хотелось свободы. Свобода оказалась ложной. – Совсем сдурел, олух?! Ты... ты совсем на голову больной, Джон! Ты чуть не умер! Чуть себя не убил, ты в своём уме вообще!? О чём ты вообще думал?! Но Джон никак не реагировал. Он ошарашенно смотрел в пустоту, упираясь локтями в землю. – Джон? Слышишь меня вообще, нет? Парень, не проронив ни слова, прерывисто вдохнул. Снова, уже короткий вдох, и глаза снова предательски застелила пелена слёз. – Я ч... чуть не умер... Егор присел рядом с товарищем. – Джон? И тут молодой писатель резко обнял своего друга, крепко сжимая его промокшую куртку в руках. Оба дрожали от холода. Оба были напуганы до смерти по одной и той же причине – безрассудство Джона. – Если бы... если бы не ты... Линч, я... – Успокойся. Обещаю, я до конца своих дней буду защищать тебя любой ценой. Я никогда тебя не брошу. Никогда. Слышишь? – Прости меня... – он едва слышно прошептал сквозь слёзы, хныкая и утыкаясь носом в плечо своего друга. Егор обнял Джона в ответ. – Дурак ты, конечно... – Пошёл ты, – всё ещё сквозь слёзы усмехнулся Джон и невзначай шмыгнул носом. Дождь лил, не переставая, разве что каждый раз то припуская сильнее, то чуть ли не сходя на нет. На горизонте, прежде покрытом облаками, теперь виднелся край грозовой тучи, так зловеще нависшей над городом. Где–то там, вдали, сквозь кучевые облака, пробился солнечный луч, обозначая дорожку на встревоженной непогодой воде.