Кровавая мания

... Что-то в горле мне мешает глубоко вдохнуть воздухом. Странное чувство тревожности возрастает во мне. Кашель будто убивает меня изнутри, мне больно пытаться делать болезненные вдохи и выдохи... Что же это за чрезмерные пытки во мне живут? Будто меня душат уже долгое время. Мне не описать всю колючую боль, которую я сейчас чувствую. Будто вилами тыкают в горло - это невыносимо... Все нежные лепестки какого-то цветка, в окровавленных пятнах лежат на полу. Мне смешно с этой ситуацией, как я мог полюбить тебя „тряпка”? Ты убиваешь меня, ведь ты знаешь, из-за тебя я такой. И из-за тебя, я тебя полюбил. Но попытки с тобой быть вместе, были тщетны. Кажется, я так и буду лежать на полу с опухшей мордой, —Хех... было приятно видеть твоё плачущее лицо каждый божий день. Хрусталики капающие с твоего аккуратного и милейшего лица, приносили мне ещё большего удовольствия...—уже плача пробормотал „шутник”, неужели он и правда умеет плакать? Уже не имея надежды на взаимность, Вару просто ждёт конца,—я так тебя люблю „тряпка”, чёрт возьми!— крик был громким, достаточно громким и звонким, чтобы это услышал его возлюбленный. Медленно и скрепя открывалась дверь. Показалась макушка бирюзовых волос, а после и личико любимого...—В-Вару?—плача и виновато спросил Зонтик,—это взаимно? Скажи же!—так же крича, как и в прошлый раз сказал пятый. Слёзы лились с Вару как с водопада... Капали хрусталики на пол с лепестками и кровью. Иногда попадая на равные лепестки, —д-да!— Зонтик покрылся лёгким коралловым румянцем в области щёк. Вару изменился в лице после услышанного. Такая резкая и колючая боль в грудной клетке, незаметно стихала... Шестой накинулся на пятого с объятьями. Слезинки падали на толстовку нашего „тролля”. Одна, и ещё одна, и ещё... кучи слез посыпались, их не считать. Их было огромное количество, будто какой-то ливень начался, причём сильнейший. Вару тем временем вытирал окровавленным рукавом свои солёные капли на лице с алыми пятнами. Двое сидели на кровавом полу с лепестками, обнимая друг друга. Им двоим теперь не важно время, они будут сидеть так ещё очень долго...