От Кутюр

      Неоновые лампы обжигали сознание, а тяжесть басов останавливало сердце. Десятки людей заполонили собой танцпол, когда сигаретный дым взбудораженный их руками рисовал наркотический калейдоскоп.       Ацуши не любит такие места. Всё слишком – слишком. Даже слов не хватает описать это пластиковое удовольствие. По своей воле он бы ни за что не попал в такое место, но Изуми Кёка двигатель прогресса.       - Ацуши! – подошедшая девушка тронула его за предплечье. Её алое платье в китайском стиле с разрезами до самых бёдер элегантно обволакивало хрупкую фигуру и притягивала взгляды с самых дальних уголков зала. – Попробуй сегодня расслабиться и хоть с кем-нибудь познакомиться.       - Н-но…       - Ацуши. С твоей внешностью и одеждой, которую я подобрала, все будут становиться в очередь. По крайней мере знакомства лишними не будут, – Изуми подмигнула и провела друга вглубь зала, к компании танцующих.       Зеркальные стены изумительно подходят здешней обстановке и помогают незаметно осмотреть весь танцпол, и в том числе себя. Шёлковая рубашка в вертикальную оранжево-жёлто-алую полоску на синем фоне, чёрные брюки с множеством цепей и бежевые лоферы. Броско, ярко и эпатажно, совершенно не в его стиле. А золотые цепи на шее и джинсах совершенно выбивают из зоны комфорта.       Компания в которую привела его Кёка до жути пьяна и скучна. Их тема обсуждения не меняется весь вечер: от самых вставляющих наркотиков, до кто с кем спит в VIP-зоне. Выбравшись к бару Накаджима смог вздохнуть и расслабить плечи. На танцполе его всё не покидало чувство что за ним наблюдают, но сколько бы не искал всё тщетно.       - «Мохито» пожалуйста.       - Может чего покрепче? Или «особый» заказ?       - Нет, только «Мохито».       Наблюдая за ловкими движениями бармена Ацуши в зеркале увидел красивого высокого мужчину, пристально наблюдающего за ним. Не успев приметить деталей тот уже смешался с толпой. Но ощущение пристального рассматривания никуда не пропало. Чувство будто ты товар в коробке. Тебя рассматривают, а ты не видишь кто.

~***~

      Зелёный свет светофора. Ацуши бежит сквозь людей умело маневрируя между, боится опоздать на показ скульптур Джима Лэмби. Он с таким трудом выбил приглашение, что теперь просто не может себе этого позволить.       А в это время Дазай Осаму, знаменитейший кутюрье высокого мира моды, под руку с Накахарой Чуей, его супругом, шествует среди яркого многообразия настенных панно и пьедестальных скульптур.       - Как тебе эта работа? - Чуя обратил внимание Осаму на настенное панно с загнутыми краями, состоящее из цветных листов.       - Колоритно и воздушно. Мне нужно что-то такое для июльского подиума. Всё-таки не зря мы сюда пришли. Мой блокнот не у тебя?       Кое-как попав внутрь Ацуши затаил дыхание. Вживую увидеть настоящие работы современного скульптора это что-то поистине чудесное. А возможность пообщаться с автором – бесценна.       - Парень, это ты тот студент, который так отчаянно пытался попасть на мою выставку? – Джим Лэмби приветливо обратился к неброскому юноше в растянутом сером свитере с большой сумкой на плече.       - Д-да месье скульптор. Я Ацуши Накаджима учусь на третьем курсе «Academy of Art University», на профиле скульптура и реставрация.       - Прекрасная профессия, с ней ты далеко пойдёшь. Желаю приятного просмотра моих работ, – после художник обратил своё внимание на группу людей, стоящих неподалёку. Ацуши взбудораженный вниманием Джима прошёл вглубь зала.       - Дорогой, это ли не тот парнишка, которого ты высматривал неделю назад в клубе? – Накахара отвлёк мужа от зарисовок.       - И в правду. Пойдём подойдём, мой персиковый цветок, я обязан уговорить его открывать июльский показ.       Ацуши стоял чуть дальше от толпы и рассматривал яркую фигурку оптической иллюзии. В руках была стопка бумаги с заметками и неаккуратными набросками, а из открытой сумки видна металлическая линейка. -

«Есть у меня твой силуэт,

Мне мил его печальный цвет;

Висит он на груди моей,

И мрачен он, как сердце ней.

В глазах нет жизни и огня,

Зато он вечно близ меня;

Он тень твоя, но я люблю,

<center>Как тень блаженства, тень твою.»       Добрый день, моё имя Дазай Осаму.       - П-приятно. Ацуши Накаджима.       - Ваш платиновый шёлк привлёк моё внимание. Не желаете ли выпить со мной чашку кофе.       -Прошу прощения, я вас где-то видел, но не припомню.       - Извините за бестактность моего мужа, - Чуя вмешался в разговор, на что Осаму посмотрел на него с долей недовольства. – Меня зовут Чуя Накахара. Вот так подходить к незнакомому человеку и предлагать кофе не слишком учтиво. Вам нравится выставка? Джим постарался на славу. Видели масштабную работу в дальнем зале?       - Приятно познакомиться. Да, она покорила меня. Форма, цвета, динамика. Я просто поражён, – аметриновые глаза парня чуть ли не заискрились от восхищения.       - Вы студент? Ваша чистота взгляда и яркие эмоции выдают юную душу. – Дазай мягко напомнил о себе. – Вы свободны после выставки?       - Да, я учусь на третьем курсе. А на счёт выставки, я хотел пробыть тут до закрытия и собрать материал, мне нужно для курсовой работы.       - Не вопрос, как насчёт обменяться номерами, я позвоню вам позже, – Дазай записал номер в блокнот и под руку с Чуей проследовал к выходу. Уже в машине Чуя потянулся на сиденье, с довольным стоном прогибаясь в пояснице, и с прищуром посмотрел на водителя.       - Дазай, я знаю, что «Не одежда определяет человека, а человек одежду», но он будто старается слиться с окружающей обстановкой. Ты уверен, что он согласится?       - Чиби, будет большим упущением, если он не будет открывать дефиле. Вся коллекция словно создана под него.