Становление величия короля Хаоса

Это просто усталость… В голове стоял знакомый плач, пытающайся вызвать мою совесть. Однако, мне было абсолютно плевать, я просто это всё внимал, пока алкоголь заставлял невольно улыбаться. «Разбитое сердце порождает подобные» — эта фраза врезалась мне в мозг, когда я сам горевал раньше после отказа Селестии. От количества выпивки я перестал контролировать своё энергополе и слышал всё, что происходило в измерениях. И среди всех разговоров, чьих-то амбиций и развёрнутых монологов, выделялся только плач Селестии. Думаете, мне было неудобно, принимая тот факт, что я разбил ей сердце ещё более жестоко? Думаете, я винил себя? Нет. Это даже возвышало моё эго, что эта пони испытывает то же, что испытывал и я. Но почему же я пил? Моя свобода удалась только из-за её чувств… Это оскорбительно! Среди них, пони, действительно никто не верил, что я смогу исправиться, что я смогу встать на светлый путь. Думаете, я не понимаю, что в меня и шестёрка не верит? Ради чего я на свободе? А ну да! Я - защитник Эквестрии! Хоть так я могу очистить самого себя и своё прошлое. Всё было так хорошо, всё шло просто изумительно! Успех за успехом! Почему же я сейчас морально истощён? Так хватит! Я махнул лапой в слепую, что-то задев и даже разбив. Мой слух сразу вызвал от этого страшный звон, но это уж лучше, чем плач Солнечной Принцессы, ведь он уже и в правду надоел. Я приоткрыл глаза, яркий свет от факелов в доме заставил сощуриться. Я потянулся ещё за бутылочкой огневиски, осушая её полностью. Я не знаю, сколько взрывов звёзд я пил, сколько гармонических дней отсутствовал. Я не спал всё это время и меня мучали головные боли, которые я лечил спиртом. Мне было наплевать. Я забывался, как мог! Дальше пошла бутылка ягодного бакарди. Понятно, что я понизил градус, но как только я осушил и эту бутылку, меня накрыло снова. Во рту перемешались разные вкусы, которые уже были противны, однако голову так крутило, что я на это не обращал внимание. Моё отличие от многих было в том, что когда пьян был я, я ощущался, как само спокойствие, особенно если запой имел разочаровательный характер. Однако сейчас меня куда-то понесло… Я решился выйти из дома в подвешенном состоянии, держа в львиной лапе склянку горящего абсента. Стоило мне, извиваясь в разные стороны, подойти к краю своего островка, чтобы насладиться прекрасным видом всего Хаоса, как мои мысли приобрели на пару мгновений властолюбивый характер. Это всё было моим… Все эти магические лоскуты, космические пространства, островки, монстры, вулканы, сады - это всё моё. Подданные сами веселились, не замечая меня, как и подобает счастливому народу. Но моя ли это заслуга? Или меня из прошлого? Раньше я был куда мощнее и сильнее, а сейчас… Так выпьем же, за пьяницу-Короля! Я осушил эту горючую смесь, закружившись на отшибе и провалившись вниз, не сопротивляясь падению. Я спускался в бездну Хаоса, и у меня ничего не получалось с этим сделать. Да в прочем, я не пытался как то помешать падению, в принципе. Мои шея и конечности, вместе с крыльями и хвостом застряли где-то высоко, пока всё остальное тело с головой падало всё ниже и ниже. Я будто парил, хотя, не понимал: "это так моя голова время замедляет или действительно я парю в пространстве Хаоса?". Это не метафора, это моё состояние. Как вдруг, я куда-то провалился, плюхнувшись будто в океан. Но и тут я не отказался затонуть. Погружаясь всё глубже и глубже в некую воду, меня вдруг неожиданно выбросило в воздух, но одновременно я продолжал падать вниз. Мои мысли были где-то далеко, им было некогда разузнавать, как это получилось. Мои раздумья были настолько далёкими, философскими и непонятными для меня, что я даже не мог толком их и услышать, уж больно я был пьян. Падение продолжалось, глаза склеили слёзы, я чувствовал внутри себя одно лишь разрушение. Моя сущность никак не могла принять нового меня, отрицавшего старые убеждения и принципы. Внутри что-то творилось невнятное, настолько, что показалось, что сейчас меня стошнит. К горлу подбиралось нечто неприятное, и от невыносимой брезгливости мои глаза расклеились, оторвав друг об друга несколько ресниц, и из горла вышла некая светлая спесь. Это была вся радость, которую я излучал в последнее время… Когда она выходила из меня пучками, я слышал свой собственный смех, а в глазах застряли именно те присущие ему моменты. Я пытался когтями поймать то, что вышло через меня, но оно взлетало куда-то вверх, пока я продолжал падать всё ниже и ниже. Это была единственная попытка, которая изначально была обеспечена на провал. Не пытался я ничего с этим делать больше. Радость сама покинула меня. Зачем пытаться её вернуть? Моя морда лишь выстроила удивление, ведь глаза продолжали видеть всё расплывчато. Как вдруг, в груди что-то начало болеть так, будто душа увядала, как цветок, которого долго не поливали и не давали выйти на солнечный свет. Я схватился львиной лапой за шерсть худой груди, корчась от этого ощущения. Горло горчило от всего этого, передавая мигрени в голову. Грудь всё болела, так будто душа не только завяла, но и начала постепенно гнить. От такого невыносимого чувства хотелось распороть себе грудь и вытащить то, что мешало жить! Изворачиваясь в воздухе, я всё же не вытерпел и пошёл на поводу своего безумного желания. Я кусками отрывал от своей груди кожу в агонии, пытаясь распотрошить собственную душу. Но когда я добрался до внутренностей, я ничего там не нашёл... Осколки сердца были скреплены вместе, но настолько ненадёжно, что от одного моего касания они рассыпались по внутренностям вновь. Души в груди не было. Как ничего того, что могло мне мешать и гнить. Что это тогда было? Вытащив лапу из груди, на ней я заметил нечто странное, похожее на чёрную смесь, пахнущую неким топливом... Я не сразу понял, что это и могло быть причиной моего состояния. Пока эта тьма не заполнила всего меня изнутри, распространившись не только в абстрактную душу, но и во всё тело. Моя кровь меня смутила лишь в последний момент, когда начала пропадать с моих лап и тела, а рана залечивалась самостоятельно, однако впервые так больно и так медленно, будто испытывая меня. Но почему моему телу это нужно? Нужно... Хоть так я кому-то нужен... Новый я... Он никому не нужен из пони! Просто "я"! Не Великий Дух Хаоса, не сильнейший дух миров, а я! Дискорд! Новый Дискорд! Меня никто не сможет никогда понять. Никто даже не попытается. Ведь всем интересны силы и власть, которыми я обладаю, что внутри меня происходит - никому не интересно! Это я никому не нужен?! Это мне никто не нужен! А нужен ли я сам себе? Сомневаюсь... Я так и продолжаю падать, не думая, что со мной будет дальше. Мне ничто неинтересно... Я полностью разочаровался в жизни, во власти и... в себе... А об этом я думаю? Или о чём то ещё? Это точно то, что должно быть в моих мыслях? Не знаю... Я не нужен самому себе... Пусть падаю в пучину Хаоса! Какой толк дальше пытаться что-то сделать в этой бренной жизни! Когда твои достижения ничего не значат! А изменения принимаются в штыки! Я не вижу смысла в своих стараниях... страданиях... Есть ли смысл вообще? Неизвестно. Ясно одно, в моих испытаниях и изменении, отрекаясь от прошлого, - смысла нет. Как и во мне, в целом. Зачем я только существую? Я готов был перейти на сторону света, но меня не поняли и мне не поверили... Мои чистые намерения для них - пустой звук. Мной двигала любовь... Сначала к магии, потом к Селестии, потом к себе. Я был верен собственной любовной щедрости, верил в ту самую любовь, а сейчас... Точно ли она существует? Может среди всех только я её недостоин? Действительно... Я даже нормально себя полюбить не могу. Куда там до всего остального... А я так и падал вниз, уже закрыв давно глаза, утопая в пучине собственной ненависти, как вдруг, меня кто-то укусил за колено. Я вообще этого не понял и готов был отбросить это хаосное недоразумение, как неожиданно, на меня напала стая из... хаосных летучих мышей-вампиров?! Эти мерзавцы своими тёмными крыльями хлестали по моей морде и телу, одновременно прокусывая своими ядовитыми зубами моё тело. Я пытался в полсилы от них отбиться, но это было бесполезно. Тем более среди я увидел их королеву, она была огромного размера чуть ли не с пони, жёлтого цвета и с розовым чубчиком на голове. — Флаттершай? Монарша летучих мышей глянула на меня, проискрив своими красными глазами. Она была настолько безобразна и мышеподобна, что я точно понял, что это никак не могла быть дух доброты. Но почему я подумал о ней в столь ужасный час? Разве я храню верность доброте? Вряд ли... Но я ещё Король, особенно в таком состоянии, и негоже на меня нападать обитателям МОЕГО ХАОСА!!! Рявкнув из последних сил, я устремил мощнейший отпугивающий импульс в разные стороны, напугав летучих мышей настолько, что они с писком отлетели куда-то в дальние просторы Хаоса вместе с их «королевой», лишь подальше от моего гнева. Но это была лишь малая часть того, что я хотел наколдовать. Я сам был недоволен собственными результатами. Неужели я потерял форму? Хотя неудивительно от такого количества алкоголя... Опять раны тяжело затягиваются... В моей лапе образовалась бутылка астрологического джина, все асценденты, вертексы и середины неба в голубой неоновой жидкости мигом оказались осушены мною залпом. Я думал, что хоть так успокоюсь чуть чуть, но нет. На что я надеялся?! Меня не исправить! С каких пор я стал щедр на честность?! Я никогда не стану таким же великим, как старый я! Старый я не знал пощады! Старый я добивался всего сам! Ему никто не помогал, а новый... Сам готов помочь? Да он себе не может помочь! Я стал слабым и бесхарактерным... Я загнан в тупик. Я бы мог захватить всё, что только существует и может появиться, но... не хочу? Смешно от такой честности! Слабак!!! Я никогда себя таким не приму! Не могу я ничего больше... Не хочу. Внутри опять начинает что-то твориться... Однако уже плевать! Хаос взывал меня одуматься, проснуться от ужасных мыслей, а я продолжал падать. В ушах играл тот самый добрый смех Флаттершай. Да... Он старался что-то пробудить в моей душе, но всё было тщетно. Внутри меня смешалось всё тёмное, горькое и боль приносящее. Ладно... Пусть будет как будет... Уже не страшно. Уже не больно. Сейчас просто всё равно. Неси меня, падение, в бесконечную пучину безразличия! Тихо... И Хаос замолчал... Теперь я точно знаю, что моё изменение ничего не значит. Я сам ничего не значу. У меня есть право так считать... Я вижу сам, к чему привело моё изменение... Ни к чему значительному... Как выйти из этого состояния, если мне оно подходит сейчас наибольше всего? Если мне оно... нравиться? Как боль может нравиться? Я бы начинал грусть с того, с чего она заканчивается? Эти мысли, всё равно, - вода. Это понятно... О Хаос, куда они меня ведут? Все духи и так убиты мной, правильно ли я поступил? Все говорят да, но... Точно, ДА? Или не точно? НЕТ, что ли? Как это всё непонятно... Зато я всё пережил. Ну что за внутреннюю войну я опять устроил? Опять что-то в горле застряло... Наверное совесть опять играет, может что-то она и говорит, но я этого не чувствую. Я всё вижу. Знаю. Как мне теперь жить, когда всё знакомо? Неинтересно... Ветер от медленного падения лишь гладит морду, но хотелось бы, чтобы это были его последние дуновения. Мне точно нужно забыть всё, чтобы забыться в этом небытие. Как же всё надоело... И пока я опять ухожу на дно, даже те осколки сердца во мне кисло тлеют... Они когда-то горели, а ещё когда-то целыми были. А сейчас, еле им хватает сил на испепеление. Не хотелось бы всё отпускать, но смысла уже во всё этой канители - нет! Где же слёзы мои? А вот... Они уже сами текут без того, чтобы я плакал. А может я и хотел побывать в таком ужасном состоянии? Может я хотел почувствовать себя жалким и ненужным? Я на пределе... Готов вот сейчас обратиться в бега от самого себя... Я помню весь яд, который выливали на меня все за то, что я не был похож ни на кого, за то, что я был самим собой... А сейчас я стараюсь быть кем-то другим, но всё равно это никому не нравиться... А может тот кто-то другой был я новый? Но мы уже определились, что новый я - тем более никому не нужен. И даже мне... Моя вина... Я не люблю себя... Мне нужен воздух, он повсюду... Но он не тот... Он постепенно превращается в лезвие для лёгких. Я не сбавляю темп, не боюсь разбиться... Это похоже всё на сон, только я знаю, что никогда не проснусь. Всё будет хорошо, все будут улыбаться, кроме меня, только тогда будет всё хорошо... Что я хочу ещё услышать? Неизвестно, мне неизвестно... Я и так истекаю этой болью... Узнаю потом, куда я так беспросветно падаю! Сейчас без разницы. Главное куда-то... Упрётся ли какая-то земля мне в спину? Поломает ли она мои крылья? Во мне любви этой не место. Снова стало больно... Вся тьма обратно ушла в грудь, затрагивая душу, которая снова объявилась там. Я приоткрыл глаза, звёзды воссияли так ярко, что я сощурился от такого "послания" через лоскуты. Видимо что-то внутри меня хочет до меня же достучаться. Я сам до себя достучаться не могу... О чём вы все?! Это всё магия внутри меня... Жалко, что я умереть не могу... Хотелось бы исчезнуть. Раз и навсегда. Я готов окунуться в эту пучину небытия! Мне и так там всё знакомо! Мне и так никто никогда не сможет доверится… Знаю! Я и сам не смог бы себе довериться… Как же мне всё надоело… Теперь, я точно хочу исчезнуть, испариться! Чтобы обо мне больше никто никогда не вспоминал! Тлеющие осколки сердца дали о себе снова знать. Только сейчас они загорелись. Горло сразу же пересохло, но я и бровью не повёл, чтобы как-то это предотвратить. Я на пределе. Я уже и не вижу той дороги к величию, не могу взлететь, ведь крылья пропитались немыми слезами и стали тяжёлыми от своей солёной скрепляющей влажности. Внутри застрял немой крик, который ни коим образом не мог и не должен был пробиться наружу. Я дышу, но вокруг будто нет воздуха, мои лёгкие сами отвергают эту смесь Хаосной атмосферы. В моих заплаканных глазах было столько вопросов: «Почему я?», «За что ненавидят именно меня?», «Чем я всё это заслужил?», на которые ответить самому себе больше не будет способов. Я слышал, как где-то падают звёзды, но для меня это был лишь пепел, который падал стремительно во время твоего проигранного боя. Я никак не мог отряхнуться от этих "серых пушинок", настолько я не принимал собственную новую натуру. Я своим падением пытался от самого себя убежать, и забывая как же дышать, понимал, что я-новый себя же и настигал всё это время. Но если я уже не старый я, но и отвергаю нового, то кто я? КТО Я?! Сердце и так разорвано в клочья, разбившееся мельчайшими осколками по всей груди в перемешку с чёрной мутной жижой, вытесняющее всё счастье. Эти мысли меня тянули всё ниже и ниже, и уносили меня во тьму. Я не буду искать этот смысл больше, хочется выпить ещё полбутылки вина или больше. Хотелось большего от этой жизни. Было сложно обрести величие, но когда я его познал, что я получил? Его же и разрушение. Ко мне пришли с оружием, направленным на меня. Мне уже никто не нужен. Мне плевать во что уже верить. Меня и так ломали, не спрашивая ни о чём, даже когда слёзы бегали рекой. У меня было всё, что нужно, чтобы сделать себя же счастливым. Я не был готов отдать и частичку своей души, но сейчас, я готов отдать ее без цены, лишь бы меня не тронули и не трогали. Ведь никто и так не хочет узнать меня ближе. Мои мольбы никто не услышит... Я ГОТОВ ПРЯМО СЕЙЧАС УПАСТЬ НА КЛИРОС И ПЕТЬ ВСЁ ТО, ЧТО БЫЛО У МЕНЯ НА ДУШЕ И В МЫСЛЯХ!!! Я ГОТОВ НА ИСПОВЕДЬ!!! Я ГОТОВ ПРИЙТИ В НЕБЫТИЕ!!! А точно… Я же бессмертен, мне некуда деться. Я понял, для меня нету любви сильной во всех Светах и Мглах. Я так хотел тепла, а принял лишь холод. Всё, что было в страшном сне, сейчас не пугает. Оно уже произошло и происходит. Этот яд убивал меня оказывается медленно. Я попрощался со всеми молчанием. Выхода нет. Если я не ищу значит он мне не нужен. Всё свое величие я оставил в прошлом, где моё представление о себе сейчас уже разрушено. Вся моя жизнь была наполнена болью, я помню те чувства... Когда обжигая морду, солнце показывало мне путь мой, в итоге, направив в бездну. И тысячи лап, готовы были ловить мои взгляды, задыхаясь. Я потерял всё, что знаю, найдя в своём разбитом сердце свою же слабость. Я потерял всё, что знаю, потеряв себя. Что было в моём сердце? Что было в моём сердце? Что было в моём сердце? Что было в моём сердце? Что было во мне? ЧТО БЫЛО СО МНОЮ?! Да дайте же глотнуть полной грудью этот воздух свободный от камня! А… Уже нельзя… Я запретил самому себе, увлёкшись самобичеванием. Пламя уже не играет в глазах, и вряд ли будет. Нет. Не будет. Точно. Я уже пытался быть в вечном поиске страсти и смыслов бескрайней вселенной параллельных миров. Что я нашёл, потеряв всё, что знаю? И что мне осталось? Что мне оставалось найти по судьбе?! Или это и есть моя судьба? Испариться в этой бездне?! Секрет. Дайте мне исчезнуть. Дайте мне исчезнуть быстрей, дайте мне исчезнуть сейчас! Я готов! Я устал от самого себя! Магии во мне больше нет!!! Тут же я почувствовал некое облегчение. Я почувствовал, как сам же начал гореть и мне было совсем не больно. Мой хвост пропадал, и включив на самых высоких вибрациях осознанность, я чувствовал как он рассыпался в воздухе Хаоса, потом и крылья обратились в перья и пыль, тело начало расщепляться на отдельные магические частицы, умелые лапы мага, подобно песку на ветру, вихрями освобождали меня от своей же ноши. Мой разум расщеплялся самым последним, давая мне шанс передумать, но я им, казалось бы, решил не воспользоваться. Меня - нет. Облегчение… Я - никто и звать меня: никак. … … … … … … … … … … … (От лица автора): Стоп. Это вообще как? Да что же за общество гнилое такое, что принижают всех, кто не похож на них?! И заставляют их войти в сухие рамки и в безжизненные шаблоны! Да что же они себе позволяют?! Вгонять творческих бунтарей в такую апатию и сжигать их же изнутри своей завистью к ним? Не позволю! Не дам вам загубить и его! Из любого выгорания можно возродиться, как феникс! (Мысли автора кончились, продолжение от лица Дискорда): … … … … … … … … … … … Если честность сменяется на обман, то быть раздору. Если доброта обращается ко злобе, то быть раздору. Если смех перерастает в ворчливость, то быть раздору. Если щедрость меняется на жадность, то быть раздору. Если верность меняется на предательство, то быть раздору. Но всё встаёт на свои места и теряется вновь, когда устаёшь от своей же боли и находишь то, что неизменно. Это магия! Все эти мысли чутко проникли в оставшиеся нейроны моего разума. Я сейчас не ослабел от новой версии себя, этот новый я и есть настоящий я! Я чуть не отказался от того, что я так долго искал. Раздор и Хаос - это не только тьма, это и свет, играющие во мне! В разных пропорциях свет и тьма перемешиваются внутри меня, роняя старые устои и преобразовываясь вновь и вновь. Пусть этого многие и не видят, но Хаос познаёт в движении. В развитии. Деградации. Воссоздании. Разрушении. В этом весь раздор. Когда его никто предугадать не может. Даже сам Хаос не может. Оттого, что контролировать он сам себя еле умеет, но познав это, он становится великим. Так возьми контроль в свои магические лапы вновь! Внутри что-то взорвалось и вся пыль, частички и песок собрались воедино, будто пепел, из которого должен был возродиться новый и несдающийся я! Я понимал, как бы меня не тянуло вниз и как бы не ломала жизнь, никто не должен был видеть моих слёз. Произошёл мощнейший магический взрыв, который играл разными салютами, петардами, будто призывая моё сознание, я не знал источника моего пробуждения от падения, но все мои элементы собрались воедино прямо в эпицентр взрыва. Однако я понимал, что никто не должен был видеть мою сдачу позиций, даже если у меня может и не хватать сил. По Хаосу прошлась фиолетовая магическая звезда, из которой предстал воскрешённый я, а эго моё возвышалось выше звёзд. В этом всём был именно я. Не слабый, а помудревший. Не потерявший своё величие, а нашедший более ценное естество. Это свою же значимость! Я всё! Я весь мир! Эта вся горечь на самом деле в голове и только! Все обвинения в свою же сторону, тем более! Я чуть сам себя не запер в клетке самобичевания, но всё равно смог взлететь и буду самым великим всегда. Я остался таким же сильным и властным! И пусть многие в меня и не верят, я верю в себя. Но, всё равно, что же это за новый прилив сил?! Я заметил, как только что восстановленное тело светилось ярчайшими магическими красками самых разных цветов. Будто моя победа над своим выгоранием. Ведь чего грустить, если я - это целый мир?! Неизведанное чувство одновременно гармонии и хаоса проникло через мою душу. Что это?! Почему мне это даже приятно? Меня будто снова предали свободе? Я сам себя освободил от тяжёлых представлений и страданий от своей гениальности. От такого я, конечно, протрезвел. Не только от алкоголя, но и от мыслей о своей какой-то неполноценности. Если бы не я? То, что бы было с этими всеми мирами? Я - венец своей же работы над собой! Я выкроил себя из боли, побед, унижений и величия! Я, Помимо принятия себя, чувствовал нечто знакомое и неожиданное. Магическая звезда… Что же это… Я настроил свою магию на все измерения и миры и увидел нечто… ПОРАЗИТЕЛЬНОЕ!!! СЕРЬЁЗНО?! В пучине некого света я заметил Твайлайт Спаркл и у неё были… крылья?! Она была в своей же магической звезде, после падения которой, она должна была стать новой принцессой. Но что же произошло?! Как у неё это получилось?! Что же я пропустил?! Это как то повлияло на всё, что со мной сейчас произошло? Вдруг, изнутри меня наполнился некий свет, и заглотил моё тело полностью, перекинув в уже знакомое мне пространство. Это был бескрайний космос, который был обителью Времени, хотя его самого там не было и, казалось бы, всё вроде и хорошо. Однако там мне стало ломить спину и все свои ощущения я перестал считать прекрасными в ту же пору. Изнутри будто всё меня менялось и перестраивалось, будто гармония вспомнила в чьём теле она находиться. В моих глазах застряла магическая звезда, внутри которой преображался маленький фиолетовый силуэт новой принцессы Эквестрии. Вокруг её знака отличия стояли уже старые мои знакомые: — Как тебе ощущения, Хаос? — послышался давно забытый голос Времени. — Дискорд, стоит потерпеть, понимаю, неприятно, но сразу говорю, мы тут не причём! — а вот и Смерть! — Да… что… же… — это всё что я мог произнести, как вдруг меня отпустило, и я сразу повалился без сил. Да и сама звезда стала постепенно спускаться куда то вниз. Буквально через несколько секунд я очнулся и смог задать долгожданный вопрос: — Что это только что было?! — Хаос, — обратилась ко мне Жизнь, — поскольку дух магии и дружбы постигла и приняла свою наисильнейшую ипостась, Она стала бессмертной, тем самым, соединив Хаос и Гармонию окончательно. — В каком это смысле?! — я немедленно встал от шока, пока моё свечение постепенно увядало. — В том смысле, что теперь точно от твоих сил зависит Гармония, а от сил Гармонии зависит Хаос. — пояснило Время. — Вы с Твайлайт стали связующими звеньями двух высших сил мироздания. — заулыбалась Смерть. — То есть… Это невозможно! — вскрикнул я. — Не может Гармония и Хаос зависеть друг от друга. Гармония всегда была и будет слабее! — Посмотри, Смерть. Видимо твои испытания прошли даром. — стукнуло об звёздный поток временным жезлом Время и отошёл вглубь своей обители, размахивая песочным плащом. — Погоди судить, Время! — вскричала Смерть. — Да и какое право ты имеешь?! — не отступал я обращаясь к шестерёночному дракону. — Я во время ваших же испытаний, уверен, не только Смерть их составляла, доказал, что как и я не претендую на главенство вами, так и вы не можете повелевать мной и моими владениями! — Забываешься снова? — обернулось ко мне Время. — Забываетесь все вы, объединив меня с Гармонией окончательно! — вскричал я. — Ты думаешь, что мы как то на это повлияли? — вскинула голубые брови Жизнь. — Будто не вы имеете контроль над судьбами?! — решил уколоть я всех Создателей Всего Сущего. — Подожди… — удивилось Время, — Ты всё это время меня… Ха… Ха-ха-ха! — начало оно смеяться, и его смех надо мной подхватили и создательницы. — Что я смешного сказал? — обиделся я в костюме клоуна с разноцветным парком и пятнистыми штанами. — Ты всё это время думал, что судьба подвластна нам? Ха-ха-ха! — спросила, заливаясь светлым смехом, Жизнь. — А кому ещё? — удивился я, обратившись в привычный образ. — Тебе. — чётко выпалила Смерть. — Что? — не понял я. — Каждому. — пыталась пояснить Жизнь, перебивая тёмную со-создательницу, — Судьба она многогранна и была создана сама собой. Как бы мы не пытались её контролировать она существует без чьей либо силы. — Но я думал… — Мало ли что, кто думал. — ухватилось за собственные виски Время, — Как только были созданы миры, создалась и судьба. Она и есть, но её и нет. Больше существует она на философском основании, хоть и переплетается с межвременьем. — необычный создатель будто был недоволен этим фактом, но меня интересовало другое: — Что за межвременье? — Это то, чем правлю я. — пояснило Время. — Разве не это твоя обитель? — удивился я. — Моя. Но ты думал, как я собой управляю и где? — Я думал здесь. Значит, в том пространстве? — уточнил я. — Именно. Однако, я туда вообще не лезу и ничего не меняю. Возможно, От межвременья и зависит судьба, не знаю… — задумалось Время, — Но я всегда зависел от судьбы. Из-за моего невмешательства, судьба идёт сама собой. — Ты даже не пробовал её контролировать?! — удивился я, выражая своё некое разочарование. — Я правильно понимаю? — Пробовал. — отрезало резко Время, заставляя меня почувствовать себя немного глупо, — И потерпел неудачу да такую, что если кто-то путешествует по мне, то испытываю невыносимые боли и слабею, за счёт этих «туристов». Думаешь и Дамы среди нас не пытались? — обратилось к Жизни и Смерти Время, те в свою очередь, очень засмущались, пытаясь смотреть куда угодно, но не на нас. — Что Вы молчите? — Да уж, Жизнь, чего мы молчим? Мы лишь выполняем свою работу. Не так ли? — претенциозно высмеивала ситуацию Смерть. — Время, то, что мы создаём и забираем в наши миры души, может и двигает судьбой, но ничего более. Мы всё равно работаем по твоим инструкциям. — грациозно преподнесла информацию Жизнь. — А моменты с реинкарнацией? Думаете души ничего не помнят? — фыркнуло Время. — Захотят, вспомнят! — брызнула Смерть. — А теперь погодите все! — прервал я дискуссию Создателей Всего Сущего, которые уже забывали, что я нахожусь в одном пространстве с ними. — По вашей логике и я на судьбу повлиял! — Ты повлиял на историю Хаоса и Гармонии, не больше! — вскричало Время. — Разве? Раз уж Вы и случайно дали создаться судьбе, значит именно Вы её и марионетки. — А в каком то смысле… — задумалась Смерть, на что Жизнь её прервала: — Ничего подобного! — Почему же? Вы так сейчас спорите, насчёт судьбы, значит даже философия выше вас. Вы также и меня обсуждали, а теперь что мы имеем? Я сильнее каждого из вас и могу влиять и на царство мёртвых, имея полное бессмертие, и на силы Времени, умея путешествовать по нему и чувствовать его параллельные миры, … Да и все жизни были мне подвластны. — Не подвластны. — стояла на своём Жизнь. — Тогда только с тобой меня ничего не связывает. Что ты мне дала? — закатил глаза я настолько, что они оказались под лапами Времени. — Душу. — лишь улыбнулась светлая пони-аликорн. — Ты обязана была мне её дать. — уже готов был с ней поспорить, хотя не понимал, что она имеет ввиду. — Твою - не обязана. — О чём ты? — уже и Смерть не понимала в чём дело. — Ты сейчас намекаешь, что зря ты меня создала? — удивился я такой наглости. — Я о таком никогда не думала. Ты сам определил своё значение, душа твоя лишь помогла его понять, она могла пойти и в другое русло. Душа - не искусство, а лишь инструмент. — пояснила Жизнь. — Надо же… И ты мне «подарила» инструмент? — удивился я. — Нет. Я сделала нечто иное. И сама совсем недавно об этом узнала. — невинно улыбнулась Жизнь. — Устал я от ваших загадок. — зарычал я и прервал её, — Сказала бы прямо, что силу мою не признаёшь. — Не научился ты терпению и уважению за всё своё пребывание в камне, Хаос! — упрекнуло меня Время, — Не изменился ты ни капли. — А вот не надо! — разозлился я. — Я очень поменялся, я стал самим собой! — Если поменялись убеждения и мысли, ещё не значит, что поменялся полностью ты. — решило поумничать Время. — Время! — пыталась заставить замолчать его Смерть, стукнув древком косы об тёмную дыру в пространстве. — И к тебе это относится, «царица»! Зря ты заставила нас на испытания его глядеть! Прими тот факт, Хаос, что ты с Гармонией - одно целое! — Приму. — выдохнув всю злость, неожиданно для всех изрёк я: — Но только всё равно, Хаос и Гармония - два разных мира и две разные силы. Может соотносительно одинаковы, но на самом деле, совершенно отличаются. Они параллельны, идут вместе, но не столкнуться никогда! — после недолгого молчания от моей речи, Время задумалось над моими словами и хотело будто предсказать: — Я покажу… — Это вряд ли. — я подготовился телепортироваться, — Не От Вашего мнения зависит уже моя судьба. Я встретился со властными и недовольными взглядами Создателей Всего Сущего, которые осуждали меня на ментальном уровне, но мне было абсолютно плевать. Моментально я оказался в Хаосе у своего дома, зайдя в него, я увидел только валяющихся бутылки и некоторые неоткрытые флаконы и сосуды. Вот это я деградировал, конечно. Я моментально щёлкнул когтем и всё это исчезло, кроме радужного мартини. Я сел на пол ближе к входной двери и принялся подчевать данный напиток прямо из его бутылки. Понимаю, выгляжу как алкоголик, но за себя грех не выпить. А ну… и за Принцессу Твайлайт Спаркл! Конечно… И да, естественно меня никто не позовёт на её коронацию. В моих обязанностях было её к этому хоть как то подтолкнуть, что у меня и не вышло. Хотя, с другой, она это сделала без чьей либо помощи. Как по мне, это намного величественнее, чем получать власть из рук кого-то другого. Я так и сидел некоторые взрывы звёзд, задумываясь обо всём по порядку, лишь изредка попивая бесконечный алкоголь. Мои мысли не смог бы понять никто, да и вряд ли кому то они были бы интересны. Это ли одиночество? Даже и подданные не спрашивают, что со мной. Я бы мог создать множество копий себя и проводить время с ними, но всё равно это не то. А одиночество ли, если на моей стороне стоит лишь один я? Как бы хотелось оказаться в кругу того, кто хотя бы не будет тебя осуждать, но при этом этот кто-то будет иметь своё мнение… Есть ли такие? В голове промелькнул образ Флаттершай, но хотела бы она видеть меня в таком состоянии? А не существуют ли друзья для того, чтобы вытаскивать тебя из тупика? Что-то внутри меня хотело оказаться рядом с ней, почувствовать взгляд этих озёрных глаз. Только такая пони, как Флаттершай, никогда бы меня не осудила, но почему? Потому что мы… друзья! Ладно, Дискорд. Признайся самому себе, что тебе хочется её общества! Со мной снова что-то происходит! Ладно, в таких моментах думаю, нужно прислушаться максимально к себе. И чего я хочу? «Внимания» — вдруг, ответило что-то внутри меня. Я сразу понял, какого и чьего внимания я хочу. Ведь больше не могу я обратить его без какого-либо осуждения. Даже Локи бы осудил, а деда не хочется напрягать. Я протёр лицо лапами и наколдовал два идеально поджаренных тоста с помидорами на подушечке из авокадового пюре, посыпанными кусочками сыра капрэзе. Всё же я знаю, чем нужно закусывать такое пойло, чтобы запаха изо рта прям явного не было. Проглотив всё блюдо с тарелкой вместе, я ещё пару секунд посидел, прижавшись темечком к стене и закрыв глаза. Я справлюсь. Щёлкнув когтем, я оказался у красной двери домика Флаттершай. Было позднее утро, солнце заставило зажмуриться, будто мстило за свою хозяйку. Я всегда ненавидел погоду июня. Воздух этого чёртового месяца был до боли сухим. Для кого-то это был месяц каникул, для кого-то начало любимого времени года, а для меня — мучение. Я всегда любил осень с октября, всю зиму и май. Грозы и снегопады всегда находили отклик в моей душе, проливные ливни, но никак не палящее солнце и отсутствие свежести. Все бы могли подумать, что я и июль не люблю, но совсем нет. Я его воспринимаю с некой теплотой за его частые мелкие дожди и спокойствие, в отличии от его предыдущего, почти одноимённого, брата. Лучше бы май длился всегда, хотя… Я его пропил. Я нервно взглотнул, внутри что-то застопорилось. Чего я так резко забоялся? Может мне вообще уйти?! Однако и внутри что-то останавливало. Я оглянул этот домик, отойдя пару шагов назад: разноцветные птицы то залетали в различные скворечники листвы крыши домика, либо вылетали, чтобы оглядеть меня. За домом доносились всякие звуки зверья, что не могло добавлять этому месту какой-то добродетельной ауры. А сзади шуршал ручеёк, в котором крякали, переговариваясь, утки. Всё это будто приглашало меня в дом и гарантировало мне помощь. В итоге, я собрался с силами, подошёл к двери и… Моя львиная лапа так и застряла в пару сантиметрах от красной раздвоенной двери. На лбу выступили предательские капли пота, а зрачки от нервов сузились до микроскопических размеров. Дыхание стало прерывистым, а осколки сердца больно давили на внутренности. Львиная лапа то приближалась, то отдалялась, настолько, что её запястье заныло. Ну! Постучи. Дискорд. Давай. Ты же умеешь… Что я не умею стучать, что ли?! Так… Это… Вдруг, я заметил краем глаза, какое-то движение у крыльца, я медленно обернул голову и увидел… — А… Это ты. — у порога стоял наглый кролик Энджел со скрещёнными лапками на груди, растопыренными ушками и довольно хитрой и наглой мордочкой, которая не сулила ничего хорошего. — Вот что ты тут встал? — на мой вопрос белохвостик лишь ещё злораднее ухмыльнулся и затопал вальяжно правой нижней лапкой. — Лучше бы сказал, дома ли твоя хозяйка! — на это кролик махнул головкой на дверь, а потом положительно закивал. Я сразу обернулся обратно к двери и… — И нечего на меня так смотреть, Энджел! — спокойно, Дискорд. Это любимый питомец Флаттершай, надо быть потерпеливее. В жизни никогда не поддавался маленькому кролику. Ужас! — Фух… Я поднёс лапу к двери и ПОСТУЧАЛ! Осколки сердца готовы были выпрыгнуть, поэтому, пару секунд подождав, я в моменте хотел исчезнуть, но моя душа будто овладела мною и я прильнул к закрытой двери: — Флаттершай? Эт… эт.. Это я! Дискорд! — за дверью мне ответила лишь тишина, — Я понимаю, что пришёл без приглашения, но… Мне… мне… нужна сейчас твоя по… по… Ой, ладно! Ты мне нужна! — ой бл*! Что я сказанул?! Снизу я увидел, как этот наглый ушастик повалился на спинку от смеха. От такого позора я ударил себя по лбу львиной лапой: — Офф!!! Вот что ты…?! — я решил не обращать на него внимания и как то вырулить ситуацию, но моя искренность, даже скрытая от меня, решила сделать своё дело: — Я понимаю, что могу тебя пугать, но… Я просто даже не знаю к кому мне обратиться. Ведь сейчас только ты хоть какого-то положительного мнения обо мне. Ведь так? — за дверью вообще ничего не доносилось, постояв так в пустую минуту, я не выдержал: — Ну и не надо мне твоего «гостеприимства». Я не думал, что ты…! — Дискорд?! — сзади меня донёсся знакомый нежный голос, который заставил меня обернуться, — Что ты здесь делаешь?! — у мостика стояла она… Розововолосый пегас с изумрудными глазами, которые светились от счастья, возможно, видеть меня? Она мигом наклонилась вниз поставить жёлтый чемоданчик на землю, чтобы тот не занимал зубов, и пыталась крылом его захватить. — Я так рада тебя видеть! Давно ты тут стоишь?! А то я только с поезда! Я грозно посмотрел на Энджела и прорычал сквозь зубы: — Ты же сказал, что она дома. — на что тот лишь хитро пожал плечами. Ох, если он ей проговорится… Беды не миновать… Хотя… Почему я на энергетическом уровне не проверил есть ли она дома? Что меня остановило это сделать?! Ох, как всё сложно! — Столько всего произошло! — продолжала Флаттершай, и тут меня осенило, что только недавно была коронация Твайлайт и действительно они могли остаться Кантерлоте на пару дней, чтобы своей женской компанией отпраздновать это событие. Она подходила всё ближе и ближе и тут заметила, что у меня лицо было далеко не ехидное, что совершенно было мне не свойственно: — И знаешь… Что с тобой, Дискорд? — её мордочка выразила явное беспокойство. — Флаттершай, я… то есть мне… — мне казалось, что я так переступаю через самого себя, — Мне не к кому идти… — внутри будто всё расцвело, порыв свежести окутал мои крылья, изнутри словно выпал какой-то непосильный груз. Ещё бы чуть-чуть и я бы взлетел без крыльев от того, что легче стало в душе. — А ну проходи в дом. — она толкнула дверь, и стоило ей войти внутрь, как все животные сбежались к ней и начали её обнимать и ластиться. — Мои милые, подождите, пожалуйста, мне нужно уделить внимание своему хорошему другу. Дискорд, — она обернулась ко мне, от её взгляда постепенно становилось теплее, — Ты будешь чай? У меня, к сожалению ничего нет поесть, я только приехала. Но ты садись на диван! Я сейчас приду! — Д.. Да! Без… проблем. — промямлил я и на ватных лапах приблизился к креслу, в которое окунулся, будто в пушистое облако. Хозяйка же дома, прошла с чемоданчиком на верхний этаж и что-то там закопошилась. Я же тем временем решил приготовить чай самому и переместил его на дубовый столик между креслом и диванчиком, я наколдовал чай из зверобоя и листьев звёздного женьшеня в изумрудных чашечках с золотыми узорами и заварочный стеклянный чайник с золотыми элементами. Всё это было на подносе с золотыми метеорными печеньками в кристаллическом блюдце. Флатти спускалась по лестнице, будто спеша: — Сейчас-сейчас, Дискорд! Я бегу заваривать чай! — Не нужно, Флаттершай, уже всё на столе. — я обратил её внимание и она изумлённо глянула на наше маленькое пиршество. — Ну тогда расскажи, что произошло… — я пытался найти слова, но понимал, что вряд ли она меня поймёт и, тем более, нельзя ей рассказывать про мироздание и Создателей Всего Сущего, я так и молчал, глядя пристально в одну точку, не в силах ничего произнести: — Оу… Или тебе нельзя говорить об этом? — Как она догадалась? — Я бы очень хотел… Просто побыть рядом… — лишь произнёс я, обняв свои колени нижних лап. — Конечно. Чувствуй себя как дома! — обеспокоено проявила милость Флаттершай. — Можешь что-то мне рассказать? Как прошла коронация? — я хотел поговорить с ней о чём угодно, тем более, я знал, что у неё могли остаться невероятные впечатления от этого грандиозного события. — А почему ты там не был? — поинтересовалась она. — Меня никто не пригласил. Зачем я должен туда приходить? — Не понимаю. Почему тебя не пригласили? Разве переговоры прошли плохо? — ужаснула розовогривая пони. — Нет… — опроверг удивительно я, — То есть… С политической точки зрения, переговоры прошли наилучшим образом, две стороны пришли к консенсусу и к подписания меморандумов. А с моей точки зрения… Как поживает Принцесса Селестия? — Мы с ней мало виделись на коронации, но она была до безумия горда за Твайлайт. Ты же почувствовал как она стала аликорном? Я же правильно понимаю? — Да всё так. Я это ощутил, а не знаешь, как это случилось? Я этого не понял. — я даже признался в том, что я что-то не понял… Почему я так Открыт? — Я сама до конца не поняла. Но там что-то связано с незаконченным заклинанием Стар Свирла Бородатого, и Твайлайт его прочла и случайно поменяла наши судьбы с друзьями местами. — То есть как?! — это было настолько неожиданное заявление, что я растопырил конечности и принялся слушать жёлтого Пегаса внимательнее: — Как бы объяснить? Ну... это заклинание на самом деле должно было ставить всё на свои места, используя элементы гармонии. Твайлайт его закончила правильно и так стала аликорном, вернув всё как и было. — Я был до безумия удивлён таким поворотом, что меня это подтолкнуло на мысль о том, что судьба зависит от каждой песчинки, и тем более от каждого волшебного слова. Получается… Гармония и Хаос всё же могут менять судьбы? Ничего не понимаю… — Была такая великолепная коронация, мы сами ещё праздновали пару дней с друзьями. Радуга так смеялась над Твайлайт, когда она бегала по всему Кантерлоту и искала книги о полёте, хаха! — я сам начал смеяться от такой истории, представив эту картину: — Представляю. И у Твайлайт будет свой замок? — Честно… Я не думаю, что она счастлива быть принцессой… — выразилась Флаттершай. — Почему? — удивился я, вспоминая, как сам рвался к власти когда-то. — Она всё время жалуется на то, что устала тащить за собой корону, что неудобно спать на крыльях и что в жизни не променяет свой дом-библиотеку на замок. — Бред какой-то! — особенно учитывая то, к чему её готовит Селестия. — Ну ничего, она не одинока, в отличии от меня, она, в конце концов, примет тот факт, что теперь она принцесса. — В каком смысле, в отличии от тебя?! — и тут я понял, что сказал лишнего… — Оу… Так вот, что на самом деле случилось… — Флаттершай дотронулась своим копытцем до моей львиной лапы, после чего я захотел ей рассказать то, что меня мучает… — Одиночество? Да… Я его чувствую. — мои глаза встали на мокрое место и я лишь глядел на неё со взглядом, просящем о помощи. — Я же с тобой. Ты до сих пор одинок? — С тобой? С тобой всё по другому. Меня никто никогда не пытался понять, в отличии от тебя, никто никогда не способен был одним присутствием поддержать и помочь во всём. Все привыкли, если я самый сильный дух времён, то я ни в ком не нуждаюсь. Любое моё проявление вызывает страх у всех. — Может быть… — даже она это признаёт, — но все не готовы признать, что за таким, как ты, скрывается нечто необычное и потрясающее. — она это говорила так искренне, будто мы были знакомы очень много лет. — Необычное и потрясающее? Ты правда так считаешь? — Конечно! Наше знакомство прошло не самым лучшим образом, но от тебя идёт свет, который ты сам не можешь увидеть. — Какой свет? Я воплощение тьмы, Флаттершай! — Ну если так… — она обратила свой взор вверх, пытаясь найти хоть какой-то шаг преподнести мне свою мысль, — То, как можно увидеть тьму без света? — Никак. — до меня и самого это дошло. Она же чертовски права. И я тогда, получается, тоже был прав. — Одинок? Ты уже со мной. Я всегда буду рядом, когда тебе это будет нужно. Мы же друзья. — Мы друзья… — я аж прослезился. Действительно, одиночество может победить и кто-то один. Не обязательно, чтобы он понимал, что ты говоришь, главное, чтобы он понимал тебя. Твои чувства, ощущения, боль. Такой и является Флатти для меня. — Спасибо тебе, Флаттершай. — В ответ, Она лишь обняла меня, что было совершенно неожиданно. Я даже забыл, когда я в последний раз обнимался. Ответив на этот милый жест, внутри меня растаяли все барьеры. — Ты мне не поможешь? — В чём? — лишь спросил я. — Я бы хотела перепроверить, поели ли все животные. Так ты поможешь? — она глянула на меня своими сверкающими озёрными глазами, что я тут же согласился: — С удовольствием. — и внутри я действительно очень рвался ей помочь. — Отлично, пойдём! — она ухватилась копытцами за мои орлиные когти, что я со смехом встал с кресла и проследовал за ней. Целый оставшийся день мы подкармливали различных животных. Её смех… Такой потрясающий смех вызывал во мне более чем положительную реакцию. Когда мы кормили птиц, я держал огромный мешок с зерном, что все пернатые напали на меня, а я лишь мог обороняться тем же мешком, той же причиной, по которой они заклёвывали меня. В итоге, я не удержал равновесие и упал, высыпав на всего себя семечки. Она не могла с этого не посмеяться, да и я не смог, упав, не разразиться смехом, пока птицы меня опять обклёвывали. Конечно, Флатти мне помогла встать, я собрал магией обратно весь корм, но меня впечатлило то, что она сказала, что я понравился её птицам. Поверю её словам, хоть и сомнения присутствуют. Потом мы пришли к ручейку у её дома, где кормили уток хлебом. Какой-то странный утёнок взлетел ко мне прямо на голову, что я не заметил. Понял я это, когда на меня напала его мать, и тут Флаттершай летела за убегающим мной от этой сумасшедшей утки. Потом, когда я общипанный возвращал этой мамаше утёнка, он меня поцеловал в нос лёгким клювком… Может в этом что-то есть? В ухаживании за животными. Мы так продолжали ухаживать за кроликами, белочками, бабочками и прочей живностью. Из ещё необычного могу отметить, как мы мыли медведя. Я удивлялся тому, что Флаттершай будто не чувствовала, как он воняет, а спокойно огромной щёткой протирала спину и брюхо косолапого. Хорошо, что он на меня не напал, а так бы я за себя не отвечал. Закончили мы ближе к вечеру и пошли вместе на рынок, где я торговался за каждую золотую монету, а то решили обманывать мою Флат… то есть… народ! Ну не может палка колбасы стоить 3 монеты!!! Мы купили всё, что требовалось, а именно: пшеничную муку, соль, сахар, сливочное масло, голубику, ежевику, кукурузный крахмал, лимоны, ваниль, яйца и молоко. А также, у основательницы Понивилля, как я узнал, бабули Смит, бабушки Эплджек, яблоки. Мы договорились, что приготовим пирог БЕЗ МАГИИ на наш общий ужин: — Флаттершай! — Даже не думай, Дискорд. — Ну вот столечко магии!!! — я приплюснул орлинные когти друг к другу. — Не-а! — Ну давай я хоть ингредиенты наколдую! — Дискорд, попробуй со мной это сделать без магии! Пожалуйста. — её предложение казалось заманчивым, поскольку я ни разу не готовил еду без магии или приказов. Ну что? Почему бы и нет? — Как скажешь. — лишь улыбнулся я. Так мы купили всё, что необходимо и принялись готовить. Для теста мы смешали муку, ложку сахара и чайную ложечку соли. Добавили сливочное масло, нарезанное кубиками. У нас так получилась крупная крошка, но не «больше горошины» — за что переживала Флатти. Далее мы влили ледяную воду, по столовой ложке за раз, пока крошки не собрались в ком влажного теста. Мы разделили его на две части, завернули в пищевую плёнку и убрали в холодильник на некоторое время. Потом мы разогрели духовку. Выложили в форму для пирога один круг готового теста так, что оно плотно прилегло ко дну и бортам формы. Так мы приступили к начинке. Мы в большую миску поместили голубику и ежевику, сахар, кукурузный крахмал, лимонный сок и ванилин. И очень хорошо всё перемешали, что весь стол бы в импровизированном варенье. Потом мы всё выложили на корж в форме. Она накрыла его вторым кругом готового теста, пока я плотно скреплял края когтями. Потом мы сделали в верхнем слое надрезы для выхода пара, в виде ромбиков. В небольшой миске мы смешали яйцо и молоко. Так мы смазали эту смесь на верхний корж, чтобы всё было более чем красиво. Затем Флаттершай всё посыпала сверху сахаром. Я поставил пирог в заранее разогретую духовку. И мы принялись ждать, когда будет всё готово. Так мы прождали час, но наше творение еле поднялось вверх: — Может я? — Нет. — Ладно… — и тут она магией не разрешила пользоваться. Пока мы ждали пирог, она попросила меня рассказать ей о Хаосе, и я с удовольствием ей о нём рассказывал и обсуждал с ней реформу образования для монстров Хаоса, придуманную мной, а также, судебную. Она удивлялась моим умозаключениям и даже сравнила меня с Твайлайт: — Да вы же одинаковые! — А вот и нет! Я - не зануда! И не сделал книги частью своей жизни! — опровергал я. — Вы такие же умные и… Королевские, ха-ха-ха!!! — смеялась Флаттершай так, что её воздушные пряди подпрыгивали. А я был просто рад, что заставил её смеяться хотя бы с этой очевидной причины. Ха-ха-ха! Потом мы откопали в её кладовой старые облачные шахматы и я удивился, что она не умеет в них играть. Я сразу начал расставлять фигуры и рассказывать ей о них: — А это король! — показал я ей белую облачную фигуру с короной на голове. — Ага, — пыталась усвоить Флатти, — Он самый сильный, да? — Как бы не было странно, король - самая слабая фигура, на ровне с пешкой. Сильнее всех ферзь, кто-то считает, что это или советник, или королева. — объяснял я, хотя я тоже считал это странным, что как приближённые короля могут быть сильнее во много раз его самого. — Я думаю это королева! — хихикнула розовогривый Пегас. — А вои она ходит вот так… — я провел горизонтальные, вертикальные и диагональные линии по всем клеточкам доски. Мы играли недолго, она не обижалась, когда я ей ставил мат, наоборот, радовалась, что я её учу так. Она прекрасно освоила рокировку, говоря, что она так защищает короля под крепостью. Называла слонов-офицеров дураками, потому что каждый ходил только на клеточки одного цвета, но тоже в шутку, и даже перед ними извинялась. Когда у нас настала патовая ситуация в игре, духовка издала неприятный ушам звон и мы побежали на кухню. Начинка пирога так и пузырилась из-под ромбиков пряного теста. Открыв окно, мы поставили пирог туда немного остыть. Мы нарезали яблоки бабули Смит, заварили чай в лиловом чайнике Флаттершай и расставили чашечки из того же сервиза. Пирог был до безумия вкусным и я не понимал, почему, если мне было очень тяжело его готовить. Я научился только с пятого раза правильно разбивать яйца, да и миксер - это оружие массового поражения. — Вкусно? — спросила Флаттершай. — Это поразительно! — не проглотив кусок пирога, чавкая, удивился я, — Ничего вкуснее в жизни не ел! Как это у нас получилось? — Когда готовишь еду сам, она вкуснее в три раза, чем она на самом деле есть. — улыбнулась Флаттершай, пробуя свой же пирог. А может она и права? Мы обсуждали, что я дальше буду делать, чтобы не вернуться в состояние выгорания. Я решил, что мы будем видеться каждую пятницу и она была только рада этим планам. Она дала мне немного пирога с собой, мы обнялись и, наколдовав портал, я вернулся в Хаос: — Пока, Дискорд. — Не прощаюсь, Флат… Флаттершай. Это был один из самых душевных дней моей долгой жизни, если не самый душевный. Оказавшись в своей обители, монстры оказывается переживали, когда я выпал со своего островка и искали меня по всему Хаосу и даже те летучие мыши-вампиры на самом деле хотели меня вернуть домой. Я понял, что я, оказывается, нужен своим подданным, они просто не додумались, что я был некоторое время дома. И действительно, они - настоящие… Понимайте как хотите. Зайдя в дом, я выкинул бутылку радужного мартини, закончив тем самым период своего выгорания. Для реформы "Умственного развития", я принялся создавать университет с монстрами-профессорами, созданными мною. Инновации шли в дело. Будущее потихоньку наступало.