Newermind

Моя — это только моя боль. и никого она не интересовала,

так всегда было и так всегда будет.

Она останется только со мной.

©Иар Альтерус.

*****

Ким Тэхён запрыгнул в машину, кидая мокрый зонтик на пол салона автомобиля. Вздрогнув от холода, он поздоровался с ними, а затем поправил немного намокшие волосы, проведя по ним рукой. — Добрый вечер. Вы Мун Бэтами? — обратился парень к душке, что сидела и рассматривала его в зеркало заднего вида. Получив положительный ответ, он начал рассказывать о том, что сам только что узнал. — Значит так, жертва была убита в период с пяти до шести утра. Но до этого её ещё мучали какое-то время. В общем там полный фарш во всех смыслах этого слова.. Прошу прощения, если девушка очень впечатлительная. — Поспешил извиниться парень, но Бэтами лишь закатила глаза. — И не такое видела и слышала в своей жизни. — Тихо ответила она. — Да, действительно. — Вздохнув ответил тот. — У вас в самом деле нелёгкая жизнь. — Мы будем сейчас обсуждать то, как у меня всё пошло по откос из-за какого-то ублюдка? Давайте воздержимся от подобного разговора, по крайней мере сейчас. — Девушка устремила взгляд в окно, совершенно перестав слушать разговоры детективов. Она опять погрузилась в собственный мир, который не принимал её, как бы она не старалась. До сих пор не нашлось ни единого человека, который бы попытался понять её мир, мысли и то, чем она живёт, а не ссылаться на её "невменяемость". Да это никому и не нужно. Чтобы передать всё, через что ей приходилось, приходится и ещё придётся пройти, серии фильмов ужасов с пометкой NC-22 не хватит. — ...Бэтами? — Возвращая в этот мир своим зовом, Чонгук сообщил о том, что они добрались до больницы. — Вы пойдёте к сестре или нет? — Я пойду к доктору. С ней я уже на общалась сегодня. Да и вам она мало что вразумительного скажет. Она сейчас под сильными препаратами. — Натягивая капюшон на голову, говорила девушка. — Хорошо. Может вас обратно домой отвезти потом? Такой ливень идёт... Такси будет очень дорогим. — Улыбаясь предложил молодой человек. — Я не против. Тогда встретимся в холле больницы. — Девушка вышла из машины и побежала к входным дверям, прикрывая голову рукой. Она не хотела идти вместе с ними, точнее даже не думала об этом. Она всегда сама за себя, поэтому подобных мыслей в её голове даже не появлялось. Больничный запах уже стал ей совершенно привычным. Дорога до кабинета лечащего врача, картины и плакаты на стенах уже были изучены вдоль и поперёк за эти годы. — Доктор Джин? — Девушка заглянула в кабинет после того, как постучала в дверь. — Добрый вечер, можно? — Бэтами? Да, конечно, присаживайся. Как самочувствие? — врач отложил бумаги, которые спешил заполнить до конца смены, и снял свои очки. — Отвратительно. Не самый удачный вопрос, учитывая обстоятельства, не находите? Как долго она будет тут? Я не выдержу ещё одной попытки самоубийства. Мне всё это надоело. — Девушка села в кресло и зарылась руками в свои волосы, тяжело вздыхая. Ей было тяжело. Очень тяжело. Она держалась из последних сил. — Я боюсь, что она меня за собой утянет. Я и так себя живой не чувствую, а она просто в щепки меня ломает. Сраная лицемерка. — подытожила девушка, откидываясь на спинку. — Успокойся — доктор протянул ей стакан с уже добавленным туда успокоительным препаратом — Вот, выпей. Должно отпустить. Трясти, по крайней мере, точно перестанет. Что на счёт сестры... Постараемся добиться ремисии. Не уверен, что это будет скоро, учитывая её состояние сейчас. Но ты сможешь отдохнуть какое-то время. Она здесь под нашим присмотром, так что на счёт неё ты можешь не переживать. — Я только из-за неё и переживаю. — Она выдохнула и закрыла глаза, делая большие глотки горькой жидкости. Допив, она отдала стакан врачу и спустя какое-то время молчания, заговорила. — Ночью было новое убийство. Вроде как это Он. Не знаю... Я устала от всего. Ужасно устала. Хочется уснуть вечным сном. Хочу встретиться с родителями. Мне так их не хватает. — Снова слёзы залили всё лицо девушки. Тот день, когда она обнаружила своих родителей зверски истерзанных и разделённых на куски, она никогда в своей жизни не забудет. Каждый день ей снятся сны о том дне. Каждый день эта картина встаёт перед её глазами. Любой бы сошёл с ума. Любой. — Я понимаю тебя и твои чувства, Бэтами, но всё, чем я могу помочь – это увеличение дозы... Но не думаю, что сделает лучше. Я уже много раз говорил тебе перестать следить за убийствами. Это добивает тебя, не даёт зажить твоей ране. Ты сама себя терзаешь. Твоя сестра занимается физическим самоповреждением, а ты психологическим. Ты не лучше неё, если подумать. Но ты даже слушать моих советов не станешь, тем более Чимин работает в полиции и без новостей тебя не оставит. — Доктор устало вздохнул. Он тоже уже очень устал от всего этого. Бэтами и Джиён самые тяжелые его пациенты и за них он переживает больше всего. — Я не буду пока увеличивать тебе дозу, я оставлю твою сестру в стационаре. Я изолирую её от тебя и тебе это должно помочь. За неё не волнуйся. Если что с 10:00 до 16:00 ты можешь приехать к ней и навестить, или с 18:00 до 20:00 позвонить. Я тоже всегда на связи. — Хорошо, спасибо вам. — Сеанс подошёл к концу и девушка покинула кабинет, попрощавшись с врачом. Её таблетки закончились, поэтому она сразу зашла в аптеку и купила новых препаратов по рецепту, который ей выписали. Складывая всё в сумку, она шла в холл больницы, где её уже ждал Чонгук. — Можем ехать? — Где ваш напарник? — поинтересовалась девушка, не замечая нигде брюнета. — Уже уехал домой. Идёмте в машину. — они вышли из больницы и сели в автомобиль. — Джиён и правда в бреду... — Я же говорила... — вздыхая и закатывая глаза, сказала девушка, а перед глазами проносились моменты сегодняшнего дня. — Но нам сказали, что завтра мы сможем с ней поговорить. — Что ж, удачи. — Вы не будете против, если мы перейдём на "ты"? Думаю, что так будет комфортнее. — Хорошо. — Она сказала свой адрес детективу и они поехали. — Дождь уже прекратился. В машине играла лёгкая музыка. Они молчали. Бэтами совсем не хотелось сейчас ни о чём с ним говорить. Ей хотелось спать, но она даже представить не могла, как заснуть после такого дня. Хотя... Как и всегда. Примет таблетки и заснёт сразу же. Вскоре они подъехали к её дому и девушка не могла не предложить зайти на чашечку чая, чтобы поблагодарить детектива за "услуги таксиста". Они поднялись к ней в квартиру и прошли на кухню. Она предложила к чаю всё, что было в наличии, но Чонгук от всего отказался. Они просто сидели пили чай и разговаривали. — Можешь рассказать мне о том дне? В материалах дела словно нет каких-то мелких, но важных моментов, необходимых для полной картины. Я понимаю, что ты давала показания уже огромное количество раз, но я не такой детектив как они. Я обращаю внимание на всю картину. На мелочи, задний план, передний, все детали, а не как остальные – главное действие и достаточно. — На самом деле, в деле написано абсолютно всё, что я говорила. Я видела его. Из-за стресса я всё помню лишь отрывками . Как раз таки это "главное действие". Не помню ни того, как выглядел дом, ни сестра в тот момент, не помню даже того, как выглядела наша старая квартира. Я забыла всё это. Препараты тоже способствуют этому. Моя память сильно ухудшилась, я уже не помню своего детства, не помню каких-то мелочей, которые происходили со мной некоторое время назад. Я, как это называется, живу моментом. Воспоминаний у меня попросту нет. Иногда я падаю в обморок и тогда ко мне могут возвращаться какие-то моменты, но если я не запишу это сразу куда-то, то вскоре забуду. Точнее я забуду в любом случае, но так это хоть где-то сохранится и у меня будет возможность прочесть это. — Я никогда не сталкивался с подобным, поэтому даже не знаю какие слова поддержки мне стоит подобрать... Мне жаль, что это случилось с тобой и твоей семьёй. Мы с Тэхёном постараемся посодействовать тому, чтобы дело скорее раскрыли. Но нам, конечно же, не обойтись без твоей помощи. Давай договоримся — он отставил чашку с напитком и серьёзно посмотрел в глаза девушки — Как только тебе возвращаются хоть какие-то воспоминания, даже если они, как тебе может показаться, не связаны с делом, ты записываешь их во всех деталях на сколько это возможно и звонишь мне. Договорились? Это может круто нам помочь. — Хорошо... Я.. Я постараюсь записывать абсолютно всё. — У тебя уже есть какие-то записи? Могу ли я взглянуть на них? — Он спросил без напора, просто по-дружески, но интересовал его лишь один ответ – да. Девушка кивнула и пошла в свою комнату за блокнотом, в котором хранились, без малого, все её воспоминания о прошлой жизни.

*****

Светло.Тепло.Мягко.

— Мам, ну сколько можно тебя ждать? Папа уже весь изнервничался там в машине. Мы везде опаздываем! — Джиён торопила маму, они собрались все вместе в кино, но их сеанс уже начался, однако семья ещё не выехала из дома. — Я уже бегу, скажи ему, что там сейчас реклама и мы приедем как раз к началу. — Донёсся голос мамы из гостиной — Бэтами, а ты скоро? — Я уже обуваюсь, между прочим... — Ах, похоже я и впрямь самая последняя, ладно вызывай лифт, я пока замкну квартиру. — Мама спешно замкнула дверь и мы поехали вниз.

Темно.Холодно.Страшно

— Мама! Папа! Нееееееет!

*****

Девушка кивнула и пошла в свою комнату за блокнотом, в котором хранились, без малого, все её воспоминания о прошлой жизни. Чонгук задумался обо всей этой ситуации. О психическом и психологическом состоянии девушки, о её сестре, провалах в памяти, о том злосчастном дне, что отобрал у Бэтами надежду на счастливое будущее в кругу семьи. Из потока непрекращающихся мыслей, атаковавших голову Чонгука, его вырвал грохот, который донёсся из комнаты, в которую пошла девушка. Парень молниеносно подорвался с места и побежал на звук. Девушка уже лежала на полу совершенно без сознания. Чонгука на мгновение охватила паника, она предупреждала его о подобном, но он не был к этому готов. Девушка лежала на полу и вся тряслась. Детектив, быстро сообразив, схватил подушку с кровати и подложил ей под голову, чтобы та ей не билась о пол, её руки он крепко сжал в своей руке, а ноги зажал собственным телом. Он начал звать её и несильно бить по щекам. Результата это особого не давало, но она хотя бы уже не травмировала сама себя. Через пару минут девушка успокоилась и просто лежала, не подавая никаких признаков жизни, лишь её грудь редко и медленно поднималась от тяжелого дыхания. Чонгук не ослаблял хватки, словно чувствовал, что припадок может вернуться. Но девушка просто лежала с закрытыми глазами и мягко улыбалась, а из глаз её текли слёзы. Чонгук понимал, что прямо сейчас она с ними. Со своими родителями, в своём счастливом прошлом. Когда он понимал это, то её сердце что-то неприятно сжимало. Сейчас ей хорошо, она там счастлива, но это не будет длиться вечно и скоро она снова вернётся в реальный мир. Мир, в котором у неё нет ничего. Чуйка детектива не подвела. Бэтами в секунду изменилась. На всю квартиру тут же стал невыносимый крик. Она кричала, она звала, она умоляла. Ей было больно. Рвя глотку, срывая голос, она звала своих родителей. Её трясло с ещё большей силой, Чонгук уже еле справлялся с ней, но бросить не мог. Он отчаянно пытался привести её в чувства. Мгновение. Она открыла глаза. Свои красные глаза, что были наполнены слезами. Девушка не сразу поняла что происходит, но когда увидела испуг в глазах парня, затем крепко сжатые им руки и ноги, и почувствовала подушку под своей головой, то тут же расплакалась. — Эй, ты чего? — Растерялся Чонгук, он не знал что делать и как ей помочь. — Спасибо тебе огромное... — Еле выдавливая из себя слова, говорила девушка. — Спасибо за заботу. Помоги встать, мне нужно записать то, что я увидела. — Брюнет тут же слез с девушки и помог подняться, она подошла к столу, взяла блокнот и начала что-то очень быстро и сосредоточенно писать, перед этим попросив ничего не говорить ей, не отвлекать и просто тихо сидеть на кровати. Чонгуку за это время удалось многое для себя узнать. Он обращал внимание на всё. Блокнот был очень толстым, около 200 страниц и исписан он уже более чем на половину, можно сделать вывод, что такие обмороки дело нередкое. На руке Бэтами он увидел покраснения и мысленно отругал себя за то, что так поздно среагировал и она всё же покалечилась. В комнате нет ни одной фотографии на стенах, что довольно странно для человека, у которого даже не остаются воспоминании о родных. По его мнению было бы вполне логично повесить фотографии родителей на стену, дабы спровоцировать возврат воспоминаний. Может это не помогло бы полностью, но хотя-бы их образ был бы четким. Все полки были заставлены баночками с нейролептиками, антидепрессантами, что было вполне ожидаемо для этой девушки. Чонгук рассматривал каждый сантиметр её комнаты, пока та сосредоточенно всё записывала. И спустя 10 минут она выдохнула и отбросила ручку в сторону. Она встала из-за стола, протянула блокнот Чонгуку и, сказав, что ей необходимо выпить воды, вышла. Чонгук сидел перед этим блокнотом и чувствовал себя максимально паршиво. В своих руках он держит вещь, ценность которой он даже не хотел представлять. Он знает, что то, что там написано может помочь следствию, сдвинет с мёртвой точки, направит на верный путь, но он не мог даже глазом взглянуть на содержимое. Чонгук видел, он знал каким способом они ей достаются и чувствовал себя каким-то предателем. Он не мог зайти в её жизнь так просто, он не мог себе этого позволить, хотя уже давно должен был всё прочесть и вообще изъять этот блокнот в целях расследования. Он так и просидел всё то время, пока Бэтами не вернулась, смотря на обложку блокнота, боясь даже прикоснуться к страницам. Он боялся так сразу попадать в её мир.

"Непрофессионализм"– сказал бы Ким Намджун.

"Уважение" – ответил бы Чон Чонгук.