Боги умеют ждать

The yellow jester does not play,

But gently pulls the strings.

And smiles as the puppets dance

In the court of the crimson king.

Сначала была пустота. Похожая на ту, что создавал Маль. Вики попыталась осмотреть себя, но обнаружила, что ее тела здесь нет. Она запаниковала, попыталась вдохнуть, помахать руками — но нечем. Попыталась отстраниться от ощущения бестелесности, что получалось с переменным успехом — паника накатывала волнами. Вики начинала слышать шепотки — детские, женские, мужские, стариковские. Поначалу было сложно разобрать слова, но понемногу они собирались в понятные формы — голоса говорили одно и то же. Такой синергии Вики даже представить не могла — слова из сотни тысяч голосов сплетались в одну мысль. И Вики осознала, что Мальбонте — лишь жалкий подражатель Шепфа, фокусник, который пытается казаться волшебником. Впрочем, его фокусы были не бесполезны — Вики не терялась, пусть и балансировала на грани. — Этот день настал! — возвестили голоса. — Мальбонте мертв! Вики ощущала огромную силу. Даже больше, слово «сила» для этого было не применимо, все пространство поглощалось немеренным могуществом. Шепфа был? были?.. Он… Они направляли мир, были миром, и в то же время давали миру свободу. Вики дрожала всеми клеточками тела, если бы оно у нее было. — Виктория Уокер, дочь Серафима Ребекки Уокер, сегодня ты уберегла мир от великого переворота. Неизвестно, было ли это к лучшему, но твоя вклад неоспорим! — высокопарно возвестили голоса. Вики вспомнила о бое с Мальбонте, который ей показался таким далеким... Ей захотелось спросить о той странной силе, которая выдала два таланта, но она не смела прерывать голоса — голоса, пропитанные старческой мудростью и детской наивностью, твердой уверенностью и ласковой нежностью. — Мы дадим пояснения, которые наметят тебе путь! Ты — сырая энергия, ты можешь освоить любую силу, которую пожелаешь. Это великий талант, никто прежде таким не обладал. В твоих руках сила, которой ты не заслужила. Но ты можешь распорядиться им с умом. Так распорядилась судьба! Вики могла лишь созерцать: голоса становились тише, пока она не осталась одна. Одиночество пугало ее, пока и ее сознание не потухло.