Ожоги

      Парень сидит на кухне, забравшись с ногами на табурет, ждёт обещанный поздний завтрак от сестры и смотрит в окно, где хрипло лают собаки, а яркий солнечный свет прекрасно отражается на лужах и слепит глаза. Он заметил, что погода здесь меняется резко: вчера утро запомнилось сыпучим снегом, к обеду он стаял, потёк хлипкими, змеистыми струйками, а сейчас налетел хладный ветер, что покрывал тело Шатохина мелкими мурашками и раздувал пепел, который парень стряхивал в какой-то стакан.       Несколько часов назад Артёму позвонил Голубин, оповестив о том, что ночью отец сбежал, а парня, который за ним приглядывал, застрелили. Все чёткие, продуманные планы пошли нахуй. И только потому, что одна девушка, прости здравая логика, «троюродная сестра» друга, взяла и спутала Депо все карты. В прямом и переносном смысле этой фразы. Сначала, когда внезапно присоединилась к партии в покер, затеянной в каком-то клубе, где «неожиданно» оказалась «дальней родственницей» Макса. Потом, когда чудом попала на склад и высвободила урода, которого, к сожалению, Артём и Соня должны звать отцом.       Сигарета парня догорела до фильтра, все мысли бросились в разные стороны, ужасно болит голова, словно налита свинцом. Туман начинает рассеиваться, а холод пробирать до костей. Он прикрывает окно и видит блондинку, выходящую из ванны. Она стояла перед приоткрытой дверью, одетая в старый махровый халат. Парень подумал, что надень на неё хоть штору — фигура будет выглядеть идеально. Длинные влажные пряди, выбившиеся из прически, падали на тонкую шею. С выделяющихся, по всей видимости, из-за худобы ключиц стекали капельки воды. Бледная кожа, которую можно сравнить с чем-то связанным с произведениями искусства, ведь цветом она напоминает дорогие мраморные статуи, покраснела от кипятка, в котором любила мыться Яра.       — Доброе утро. — Неловко пробубнила девушка, пробежавшись глазами по помещению. — Думала, что ты проспишь до вечера.       — Доброе. — Ответил шатен и сделал глоток свежезаваренного кофе. — Меня твой крик разбудил.       Девушка совестно прикрыла глаза и заглянула в холодильник.       — Соня сделает покушать. — Бросил парень, с головой окунувшись в телефон, проверяя скопившуюся гору переписок в мессенджерах, отвечая на вопросы о поставках и рассматривая на картах месторасположение грузов.       — Надеюсь, сегодня будут оладьи. Она великолепно их готовит, даже лучше, чем моя бабуля. — Усмехнулась голубоглазая. — В такие моменты я осознаю, что потеряла остатки своей совести, но желание поесть Сониной еды, к сожалению, это не отменяет.       Шатен тепло улыбнулся, вспомнив о прекрасных кулинарных способностях сестры. Шатохина с детства отвечала за готовку, ведь умения Артёма заканчивались на яичнице, которая вечно получалась горелой. Стоило только вспомнить это, как брюнетка очутилась перед его глазами. Из-за большого количества слёз, что девушка вчера пролила, щёки и кончик её носа неумолимо покраснели, напоминали лёгкие румяна, но выглядели более естественно. Кроме того, ресницы обрели более тёмный оттенок, а глаза стали выразительнее.       — Вы переезжаете. — Непринуждённо заявил шатен, упираясь оттопыренными локтями в деревянную спинку ближайшего стула. Оторвав глаза от своего гаджета, он аккуратно посмотрел на девушек.       На секунду всё окунается в безмолвие, стремительно и быстро, как в воду, но ненадолго. Соня выныривает на поверхность, подменивая серьезный взгляд на неуместный смех, сгибается почти пополам, прижав руки к животу и пряча пламенеющие щеки от чужих глаз. И в этом смехе чувствуется нотка сумасшествия, что немного пугает всех вокруг. Она неспокойно дрыгает ртом, усиливая своё непонимающее выражение лица, но слова не получаются, и девушка лишь хватает ртом воздух.       — Чёрт. — Прозвучало из уст то единственное, что она смогла собрать из обилия звуков, которые перемешались в темноволосой голове. Она измученно прикрыла отёкшее лицо руками и хрипло выдохнула. — Чего, блять?!       — Будете жить у меня по соседству, так лучше. — Объяснил парень, смотря на закипающую сестру, которая вот-вот, кажется, покраснеет, словно помидор, и пустит из ушей пар.       — Ты ничего мне не объяснил вчера, негласно послав нахуй, а сейчас неожиданно заявляешь о переезде, даже не спросив моего мнения?! — Раздражительно продиктовала Соня, скрипя зубами. — Я не согласна.       Прищуренные, чёрные, горящие, глубокие, тёмные глаза брюнетки, в них было столько глухой, вымученной тоски, ожесточённости, усталости и боли, что они сами по себе притягивали ответ, как их обладательница притягивала к себе близких, до треска костей, им тогда казалось, что её цель — сломать их в самом прямом смысле.       — Сонь, мы давно хотели переехать, у нас скоро плитка отпадать начнёт. — Неудобно влезла в разговор голубоглазая, постукивая костяшками по керамическому участку стены.       — Да, но… — Нелепо похлопывая глазами, начала оправдываться Шатохина, открыв рот. — Пусть он сначала мне объяснит некоторые вещи, всё не так просто как ты думаешь. — Она сложила руки на груди и обвинительно заглянула в глаза к брату.       — Поясню всё в машине, когда мы позавтракаем и вы соберёте вещи. — Встал из-за стола Депо, сделав последний глоток кофе.       — Не буду готовить, не заслужил. — Свела брови брюнетка и потопала в свою комнату, чтобы начать собирать вещи, ведь если она откажется, то брат просто закинет её на плечо, точно мешок картошки, и принудительно запихает в новую квартиру.       

***

      Ласковый ветер трепал пушистые светлые волосы, обладательница которых уткнулась лбом в окошко. Она измученно выдохнула, оставив на стеклянной поверхности броский конденсат, что превратился в мутные и невнятные очертания, когда девушка провела по нему своими аккуратными пальчиками. Понимает, что изображение заставляет её расстраиваться — задумка, которая не получилась, идея в голове выглядела куда лучше, чем на стекле. Но она не собирается прекращать попытки, не собирается сдаваться. Натянув на похолодевшие костяшки толстовку, упёрто стирает собственное незамысловатое творение. Приближается к импровизационному «холсту», как ощущает грозный взгляд.       — Не пачкай. — Твёрдым голосом указал Депо, легко усмехнувшись и пригрозив пальцем.       Яра растерянно отпустила голову и поджала губы, отвернувшись от автомобильного окна. Вновь медленно начала вязнуть в своём удручающем душевном состоянии. Ей редко бывало скучно, всё время фантазировала о чём-то, выстраивала самый дивный и комфортный для себя мирок, была им увлечена, но сегодня иначе. Мучительно долго сменялись секунды, стали тягучими, что посодействовало превращению поездки в сплошное наказание. У неё появилось ощущение, что попала в ад, а именно в пылающий котёл, где расплачивается за все свои грешки. Она измотано припадает затылком к спинке кожаного сидения.       — Скоро там? — Интересуется Соня, приподнимая свой пытливый взгляд на брата.       — Не знаю. — Закатывает глаза парень, ведь брюнетка сотый раз повторяется вопрос. — Говорил же, что выходить нужно раньше шести часов, попали в час пик. — Раздражительно пояснил Бульвар.       Шатохина взлохматила свои смоляные волосы и сердито прорычала. Весь день старается держаться, пытается разглядеть приятные мелочи даже в этой отвратительной пробке, пытается смотреть на всё в лучшей перспективе, но это даётся невероятно сложно, ведь Артём рассказал правду, что комком застряла где-то в груди и вызывает лишь тревогу, а не облегчение, на которое она надеялась. Дура. Отчаянно подбадривает себя, пробует абстрагироваться, внушить то, что был неплохой день. Никаких весомых проблем, ссор, скандалов… Но переезд всё усугубляет, подтверждает то, что ситуация очень трудная и опасная. Страшно. У девушки создается ощущение того, что в любой момент может произойти что-то необратимое. Все негативные эмоции в голове темноглазой, что просочились туда за последние сутки, стали больно пускать корни.       Поскольку брюнетка не может сама регулировать свои эмоции, порывается в конечном итоге копаться в себе, искать что-то, что могло бы помочь ей. Цепляется за образ в голове, к которому невероятно сильно тянет, за запах, что всегда фантастически притягивал, дурманил и всякий раз по-новому влюблял в себя каждую клеточку её тела, за взгляд, который завлекал куда-то, где она готова была задохнуться, затеряться навсегда. Глеб.       Она мирно выдыхает. Успокаивается. Вспоминает тот раз, когда тоже думала, что не справится, но все же у неё всё получилось. Переживёт и это. Может быть не так, как хотелось-бы, может быть всё пойдёт другой дорогой, но это случится вновь, и она вторично справится. В Сониной с Артёмом жизни было много ошибок, проблем и бед, сколько бы страдания они им не принесли, они являются напоминанием, что они справились и пережили это. Всё будет хорошо.       Парень шумно выдыхает, когда паркует машину во дворе. Панель с множеством кнопок потухает, а девушки тревожно поглядывают по сторонам, рассматривая своё новое место жительства. Облегченно улыбаются тому, что дом выглядит хорошо и ужасно нудная дорога закончилась. Артём достаёт сумки из багажника, но сообщение от Голубина его отвлекает. Крепко сжимает телефон и тихо ругается, когда читает смс.       — Сложите вещи и покушайте, надо будет съездить кое-куда. — Отводя взгляд в сторону подъезда, кинул Депо.       — Куда? Мы только приехали, есть много дел… — Проводит по своим растрёпанным волосам Соня, пытаясь навести порядок. — Может немного позже?       — Хорошо, но нужно до двенадцати. Потом объясню. — Спокойно выдохнул шатен. Брюнетка спокойно реагирует, ведь чувствует вину за всё, что делала во время общения с братом в последние сутки. Чувствует вину за эмоции, которые выражала бурно и яростно. Чувствует вину за громкость голоса, которую не могла контролировать в особые моменты. Из-за этого не может полностью расслабиться, когда общается с ним, ведь брат пытался защищать, а она пререкалась и мешала. Почему-то девушка уверена, что неприятна ему.       — А мне зачем? Мне через полчаса на работу. — Сказала Яра, закрывая дверцу автомобиля за собой.       — Блять. — Выразился парень. — Можешь отпроситься?       — Нет. — Обречённо выдохнула блондинка.       — Занесёшь вещи и сначала поедешь со мной, потом довезу тебя до работы. — Усмехнулся парень, вспомнив знакомство с девушкой и её род деятельности. — Соня, за тобой вечером тогда заеду.       — Хорошо. — Тихо прошептала брюнетка, заходя в подъезд.       

***

      Начало смеркаться. Солнце, словно на прощание, кинуло капельку чуть-чуть горячих лучей, которые прорезались изящным огненным потоком через весь лес, заливая прекрасным янтарным оттенком верхушки сосен. Светловолосая обняла себя за плечи, мило дрожа. Терялась в домыслах: зачем она здесь? По мере продвижения вперёд замечает, что лес становится всё более дремучим, деревья всё плотнее прижимаются друг к другу, точно сливаясь в стальных объятьях. Снова повеяло холодом, что вызывает россыпь мурашек по худому бескровному телу блондинки, а звуки шагов Артёма стали тише.       — Эй. — Испуганно вскрикнула голубоглазая, которая сейчас никак не хотела оставаться наедине с собой. Всем телом сжимается в клубочек, останавливая свой тихий ход, стремится побороть страх и обернуться, но мышцы будто парализованы. Гробовая тишина. До дрожи пугающая. Но это лучше, чем слышать какие-то шорохи и ничего не видеть.       — Я здесь. — Успокаивает Шатохин блондинку, органы которой уже давно сжались в тугой узел из-за страха.       — Зачем мне вообще учится стрелять? — Негромко прохрипела она, почувствовав себя в безопасности. — Да ещё и в лесу…       — Думаю, что у жителей города будет много вопросов, если они услышат выстрелы у себя во дворе. — Ухмыльнулся Депо. — Другого места нет.       Дорожка, немного завеянная снегом, убегала в глубь леса. Всё вокруг было скованно тишиной. Мифически-тёмные омуты неба, на которых догорали последние, печальные краски заката, пугали. Зимние сумерки завораживали своей эфирной красотой. Наступало самое загадочное, окутанное тайной время, когда обволакивающие и триумфальное беззвучие природы пленило всё существо. Зимняя сказка могла ещё долго продолжаться, но молодые люди прошли уже достаточно.       — Держи. — Парень протягивает глок, замечая охваченный страхом взгляд, когда фокусируется на голубых глазах Яры. — Это травмат, не переживай. — Нагло врёт, чтобы девушка взяла оружие в руки, а не стояла десять минут как истукан.       Она медленно тянется ручкой, чтобы взять пистолет, но сразу же отдергивает её от холодного метала, будто нечаянно прикоснулась к всепожирающему огню. Пытается что-то сказать, но получается лишь чудаковатое мычание, ведь способность связанно излагать мысли куда-то канула.       — Чёрт. — Кинул Депо, самостоятельно вкладывая глок в руки блондинки. — Очнись. — Приказным тоном говорит парень, зажимая её пальцы вокруг рукоятки.       — Я не могу. — Тихо шепчет Яра, осматривая диковинный для неё предмет.       — Этот пистолет очень чувствителен к хвату и работе указательного пальца на спуске, будь аккуратнее. — Начинает объяснять шатен, игнорируя сказанное девушкой, когда видит её прикосновение к курку. — Оружие считается всегда заряженным, пока не удалось убедиться в обратном лично. — Возвращает глок в свои руки, отсоединяет магазин, отводит затвор в крайнее заднее положение, осматривает патронник, убеждаясь, что в нём нет патронов, и возвращает всё в изначальное состояние. — Всегда носи его с собой, Соня неответственная и будет забывать.       — Всё настолько серьёзно, что вечно нужно таскать с собой пистолет? — Перебивает светловолосая, озадаченно смотря в серые глаза парня.       — Это необходимо. — Твёрдо отрезает Шатохин. — Особенно учитывая, что ты лучшая подруга Сони. — Поправляет он волосы, пытаясь скрыть небольшую тревогу. — Я уже объяснял. Тебе слишком опасно не уметь постоять за себя. Мой отец конченный ублюдок, хрен знает, что может прийти в его сумасшедшую голову.       — Хорошо. — Поддаётся и свободно выдыхает.       — Возьми двумя руками. — Парень вновь отдаёт Яре оружие, которое успел зарядить. — Прицелься к тому дереву. — Указывает он пальцем, подходя ближе к спине девушки, когда она выполняет его команду. — Вот так. — Интонацию его голоса вполне можно счесть похвальным, и голубоглазая чувствует себя немного увереннее.       Пальцы девушки начинают трястись, когда та чувствует, как железный ствол словно становится тяжелее, ведь она всё больше размышляет о том, какую опасную вещь держит в руках. Ладони Артёма аккуратно поправляют положение её рук и останавливаются на запястьях, ненавязчиво и деликатно, но достаточно крепко их сжимая. Девушка делает глубокий вдох. Противный холод металла в её руках удивительно контрастирует с теплом его ладоней. Она спиной ощущает жар его тела и немного утешается. Если он рядом — она никого не пристрелит и, дай боже, никого не искалечит.       — Наводи и стреляй. — Тихо говорит Шатохин ей на ухо.       Выстрел, от которого девушка страшно дёрнулась и дико задышала, получился успешным уже хотя бы потому, что у неё хватило храбрости не сощурить глаза. И к тому же дерево становится дырявее на одно отверстие.       — Отлично. — Голос Шатохина звучит так, словно он едва воздерживается, чтобы не указать Девушке на то, что был прав и она может научиться стрелять, если сама того пожелает. — Теперь… давай сама.       Ярослава чувствовала решительность до тех пор, пока Шатохин не отпустил её руки и не отошёл в бок. Она снова начинает страшиться пистолета в своих руках. Было гораздо комфортнее, пока парень стоял у неё за спиной, персонально контролируя то, как она держит оружие, и то, как она держится сама. Сейчас же все его поучения и советы относительно их занятия моментально вылетели из светловолосой головы, и она скорее воображает, как Артём раздосадовано вздыхает и просит поднять руки повыше, с предполагающимся контекстом: «Я же тебе об этом много раз говорил».       — Не отходи, пожалуйста. — Со страдальческим взглядом просит девушка.       И парень, к счастью, без лишних слов, снова приближается к её спине. Его руки расправляют тонкие плечи блондинки, а потом осторожно перемещаются на её живот, так совсем некстати водя по нему пальцами, что вызывает сладостную дрожь, но потом они замирают, и сильнее прижимают к себе спину девушки. Уютно. Блондинка послушно стреляет, а Шатохин безмолвно и так приятно придерживает её за талию. Начинает тереться носом о её шею, мгновенно ощущая, как по её телу вновь пробегает табун горячих мурашек, и с усмешкой выдыхает шёпотом на ухо:       — Научись не отвлекаться во время стрельбы на… внешние факторы. Сконцентрируйся.       Голубоглазая поддалась назад и стала ещё ближе к парню, сладко вдохнула и наполнила свои лёгкие волшебным запахом. Пьянеет от его близости. Даже через эти жалкие сантиметры она ловит ритмичные и безмятежные вдохи, от которых у неё мышцы наливаются кровью, начинает дрожать и безумно нервничать.       — Стреляй, Яра. — Его голос звучит так сексуально, когда он намеренно понижает тон, но сейчас ей точно не следует думать об этом, это только мешает ей усваивать то, что он ей говорит, а ведь это имеет большое значение. Ни в коем случае не отвлекаться на звучание его прекрасного тембра и обдумывать смысл его слов.       Выстрел.       Девушке не удаётся унять трепет в руках, когда он будто бы нечаянно проводит подушечками пальцев вверх по её животу, поэтому и промазывает. Она удручённо закусывает губу, собирая остатки сил, чтобы изложить Шатохину всё, что она думает о…       — Да ладно тебе. — Нагло усмехается парень. — Я прикалываюсь. — Его руки исчезают с талии Яры.       — Думаю, что этих умений мне хватит. — Смущённо говорит девушка, возвращая пистолет Артёму, и с интересом смотрит на сырую землю, будто это новая часть любимого фильма.       — Хорошо, если обстоятельства сложатся так, что придётся стрелять в человека, то стреляй в ноги, чтобы не убить. — Любезно делится опытом Шатохин. — И не надо возвращать, сказал же, что нужно с собой таскать.       — Я иду на работу. — Возразила девушка, поправляя свои пшеничные волосы. — Мне его в трусы засунуть?       — Положишь куда-нибудь. — Парень потянул девушку к себе, подцепив за шлёвки. — Не протестуй. — Суровым тоном сказал парень, оттягивая пояс джинсов блондинки, чтобы всунуть туда оружие. — Вот и всё. — Он прикрыл футболкой места, которые могут вызывать подозрения, и с нахальной усмешкой поднял палец вверх. — Супер!       — Давай быстрее, я опоздаю. — Устало попросила девушка, закатывая свои голубые глаза.       Молодые люди вернулись обратно в машину, где наконец-то смогли согреться.       Девушка начала бессмысленно тыкать в сенсор телефона, чтобы создать видимость того, что выполняет первостепенные задачи, ведь разговаривать с Артёмом неловко. Взглянула в окно и увидела скудные панельки, горестно вздохнула, вот бы побывать где-нибудь за пределами своей страны. Увидеть мир. Она всегда хотела в Японию, ведь всегда считала её природу потрясающей. Хвойные леса, что были на картинках в интернете, так и притягивали к себе. Надеется, что сможет увидеть их воочию.       Шатохин все время поездки тоже хранил молчание. Всматривался в даль дороги и думал, что эта поездка однозначно лучше, чем дневная, более спокойная и быстрая, как он хотел. Он вообще не привык к разговорам, предпочитал тишину шумным беседам.       Яра постепенно возвращается в реальность, когда автомобиль паркуется у клуба, освещая такую картинку: около плотных чёрных дверей были маленькие ступеньки, которых насчитывалось ровно четыре штуки, а по бокам их обвивал небольшой выступ из искусственных камней, поверх которых также располагались железные прутья с изящными цветными фигурками. У входа стоял молодой человек, что обладал крупным телосложением, и спрашивал документы. Над ним болталась неоновая вывеска, которая атмосферно вписывалась в дизайн всего этого чуда. Жаль, что это только обёртка, внутри всё плохо…       — Пока. — Кидает Яра, открывая дверцу машины, чтобы выйти. — Спасибо, что подвёз. Снова. — Она мило улыбается, когда получает кивок от Депо.       Шатен рассматривает уходящую фигуру подруги и шумно выдыхает. Последнее время он постоянно ловит себя на том, что не знает, чего хочет. Вечно старается спросить себя об этом, но всё безрезультатно. В его голову приходит лишь: спать, трахаться, бухать, курить, принимать. Судя по всему, именно из этого состоит его реальная жизнь, под этими искусственно созданными слоями личности. Ему чего-то не хватает, но чего? Он думает, что причина в городе, ведь всё началось после переезда…       Парень раздражённо набирает смс для Глеба и выходит на улицу, заглушая автомобиль.