Слуга со стальными веерами

Когда холодное и далёкое солнце взошло над городом лилий, на его улицах кровь врага была тщательно убрана с каменных дорог, и ничего не напоминало о том, что происходило накануне ночью. Люди открывали ставни, пекли рисовые лепёшки, птицы щебетали, а колокольчики — весело звенели. Город ожил, и лилии в прудах раскрылись, танцуя по серой воде от лёгкого и холодного ветра. Это утро было необычайно свежо и приятно, даже несмотря на запрятанные в мешки конечности и головы, которые пока не вынесли за город в могильную яму. Ли Ёнбок — тот самый слуга со стальными веерами — тоже не спал в это самое приятное утро. Он каждый день просыпался рано, потому что у слуги второго принца королевства Чосон всегда было много обязанностей. Как только лучи солнца достигали его ног, он открывал глаза и принимался за дела. Ёнбок спал в позе лотоса, сидя на жёсткой подушке, неизменно за дверьми покоев его господина. Ему не было неудобно, потому что всё это оказалось делом привычки, а сам сон у парня был очень чутким — таким, что его мог разбудить даже один слишком громкий вдох принца. Ли считал эту способность полезной, ведь он не мог знать, когда враги его господина могут на того напасть. А врагов было предостаточно — и тех, кто могли потягаться даже со стальными веерами. Ёнбок, подумав об этом, огляделся. Всё было тихо. Коридоры заливал холодный солнечный свет, в котором танцевали пылинки, оседая на деревянные полы. Парень вздохнул, потянулся, надвинул сползшую бамбуковую шляпу на лицо и встал с подушки. Он поправил свои веера за спиной и тихо двинулся по коридорам. Слуги дома также не спали, но дабы не разбудить второго принца, передвигались босиком, маленькими и тихими шажками. У них были и свои дела, так что Ли не ругал их за то, что они могли каким-нибудь нелепым звуком прервать сон его господина. Когда слуга со стальными веерами сталкивался с кем-то из других слуг, то те ему молчаливо кланялись. Ёнбок всегда хмурился на эти действия. Он редко разговаривал с другими, но если разговаривал, то неизменно улавливал желание других назвать его господином. Ли думал, что они, вероятно, его боялись. Или считали его настолько важным слугой, что казались себе ниже по рангу. Слуга со стальными веерами не давал себе рангов — он был просто тем, кто защищал второго принца. В очередной раз поймав лёгкий поклон от юной девушки, спешащей на завтрак, Ёнбок вышел во внутренний двор — квадрат земли, закованный в четыре внешних стены дома, — и умылся ледяной колодезной водой, отложив бамбуковую шляпу в сторону. В воде мелькнуло его отражение, но он потревожил гладь воды ладонью, пуская по своему лицу рябь. Своё лицо парень не хотел показывать даже самому себе, словно оно имело в себе что-то, что могло опорочить имя его господина. Ли встал на ноги, схватив шляпу, и уже хотел уйти, как услышал громкое приветствие: — Слуга второго принца, доброе утро! — девичий звонкий писк заставил вздрогнул, и Ёнбок, быстро накинув на голову шляпу, обернулся. В девичьем платье с длинной косой с вплетённой в неё розовой лентой в дверях стояла юная ученица дома и махала рукой. Она была ещё совсем девочкой, и лицо её оказалось таким нежно-детским, что сложно было на неё злиться. Ли лишь нахмурился и открыл рот, чтобы что-то сказать, но внезапно позади девчушки выросла статная женщина в богато вышитом зелёном ханбоке и нефритовой шпилькой в тёмных волосах. — Даян! — зашипела она, уперев руки в боки, и девочка, вздрогнув, обернулась. — Второй принц ещё спит, а ты тут раскричалась! У тебя и других учениц сейчас завтрак. Снова опаздываешь? — Да я просто хотела поздороваться со слугой второго принца, — пролепетала Даян, опустив голову. Женщина покачала головой и указала во внутрь дома. — Иди к остальным, Даян, у слуги второго принца много других обязанностей, — строго приказала она, и девочка со вздохом поплелась в указанном направлении. Женщина снова покачала головой и с лёгкой статной улыбкой посмотрела на Ёнбока. Намного тише, чем это сделала Даян, она сказала: — Доброе утро. Хорошо ли Вам спалось, слуга второго принца? — Как обычно, госпожа Мин, — поклонился хозяйке дома Ли. — Сейчас я должен начать давать утренние распоряжения. — Я зайду на завтрак к принцу, — вдруг предупредила дама Мин. — У меня есть для него новости. — Да, госпожа, — кивнул Ёнбок и, проследив, как женщина уходит, зашёл следом. У слуги со стальными веерами и правда было много дел. Ему нужно было сказать поварам начать стряпать для принца завтрак, подготовить главный зал для отдыха господина и проверить дом на безопасность. Сделал это Ёнбок быстро, чтобы надолго не оставлять принца Со одного, а затем вернулся к покоям с несколькими служанками. Слуга со стальными веерами сложил руки за спиной и кивнул. Двое стражников, кивнув в ответ, повернулись к дверям и три раза постучали. — Ваше Высочество второй принц, просим Вас проснуться! На несколько минут затянулась тишина, но вскоре послышался вздох, и Со Чанбин фыркнул: — Входите… Стражники быстро отворили двери, и Ли Ёнбок зашёл, тут же склонившись перед своим господином, что в сорочке сидел на кровати и сонным взглядом смотрел на него. — Доброе утро, мой господин, — распрямился слуга со стальными веерами. — Я хотел поспать ещё хотя бы час, — вздохнул принц Со, потерев лицо. — Почему ты всегда будишь меня так рано, а, Ёнбок? — Простите меня, мой господин, но Вас с утра ждут важные дела, и я обязан напоминать Вам о них, прошу ещё раз меня простить, если Вам это неприятно, — проговорил Ли и махнул служанкам, что внесли в комнату таз с водой и полотенца. — Ты говоришь это совсем без сожаления. Хорошо… — кивнул Чанбин, встав с кровати, и подошёл к тазу, опустив в него свои руки. — Ледяная, — оповестил слугу он. — Холодная вода должна быстрее Вас разбудить, мой господин, — снова сложил руки за спиной Ёнбок и опустил голову. — А ты жесток, моя лилия, никогда не щадишь своего принца, — игриво проговорил Со, плеская на своё лицо воду. — Простите, мой господин, — совсем не осознав шутки, извинился слуга со стальными веерами, и Чанбин покачал головой. Умывшись, принц Со оттёр своё лицо полотенцем и встал, расставив руки в стороны. Юные служанки тут же открыли сундуки и достали сегодняшние одеяния господина. Они быстро начали одевать его, тогда как Ли стоял неподалёку с опущенной головой. Обычно одевали принца исключительно мужчины, но в последнее время тем было давать такие задания опасно. И хотя даже юная красавица с лентой в косе могла всадить в горло нож, им доверяли больше. По крайне мере слуга со стальными веерами знал, что отрезать им конечности получается быстрее. — И чем же я должен заняться сегодня? — проследив, как служанки начали крутиться вокруг него, спросил Чанбин. — Сначала у Вас завтрак, мой господин, — ответил Ёнбок. — Это хорошо, — кивнул принц Со и опустился на пол, усаживаясь в позу лотоса. — Надеюсь, ты распорядился подать мне роскошный завтрак, потому что я хочу наесться на весь день, — проговорил Чанбин, и служанки начали заплетать его волосы. — На завтрак будут рисовые лепёшки и вода, мой господин, — сказал Ли. — Вчера от плотного завтрака Вам стало нехорошо, поэтому я распорядился подать что-нибудь лёгкое. Простите за дерзость, мой господин. — И правда, жестокий-жестокий Ёнбок, — скуксился принц, и даже служанкам стало его жалко. Когда господин оказался одет, он вышел из комнаты, и слуга со стальными веерами проследовал за ним. Мужчины пошли в главный зал, и после того, как Чанбин сел на подушки перед столом, Ёнбок наказал внести завтрак. Служанки лёгкой походкой зашли и поставили рисовые лепёшки, фрукты и колодезную воду на стол, а затем, поклонившись, удалились. Второй принц посмотрел на тарелки с нескрываемым недовольством и кинул: — Я надеялся, что ты пошутил, — он вздохнул и покачал головой. — Ладно, ничего не поделаешь, — бодро схватился за лепёшку Со, но слуга со стальными веерами вдруг сказал: — Мой господин, Вы кое-что забыли, — он подошёл к столику и, присев рядом, договорил: — Я должен проверить еду на яд. Чанбин опустил лепёшку в тарелку и спросил: — Неужели это не может сделать кто-то из слуг дома? — Слуги умрут от яда мгновенно, но я приучен ко многим видам и смогу выжить, — ответил Ёнбок и взялся за заранее подготовленные деревянные палочки, с помощью которых ловко оторвал от рисовой лепёшки небольшой кусочек. Он попробовал его, а затем фрукты, сделал глоток воды. — Яда нет, мой господин, — парень отсел обратно и выпрямился. Принц Со вскинул бровь и со смешком сказал: — Ах, Ёнбок, может, ты просто хочешь попробовать вкусную еду, а? Слуга со стальными веерами шутки снова не понял и лишь сказал: — Это только ради Вашей безопасности, мой господин. Чанбин закатил глаза и пробормотал: — Ты такой скучный, Ёнбок, совсем не понимаешь шуток. С тобой одна тоска! — всплеснул второй принц руками и принялся за свой завтрак. — И если ты скажешь, что слуга, а не шут, как в прошлый раз, то я обижусь. Ли, который уже взял в лёгкие воздух, чтобы сказать это, прикрыл рот, а затем проговорил: — Прошу прощения, мой господин. Чанбин тряхнул волосами и всё же приступил к завтраку. Но стоило ему только откусить от рисовой лепёшки, как за дверьми зала громко сказали: — Ваше Высочество, прибыла хозяйка дома — госпожа Мин — и просит Вас принять её! — Даже позавтракать уже не дают, — вздохнул второй принц. — Госпожа Мин предупреждала меня о визите. У неё есть для Вас новости, — рассказал Ёнбок, и Чанбин со вздохом ответил страже: — Впустите! Дверь распахнулись, и в зал вошла госпожа Мин, поклонившись, присев и склонив лоб к полу. Она сделала это грациозно и красиво, всё в ней в этом движении выдавало богатую даму. Госпожа Мин была хозяйкой этого дома, но Ёнбоку она нравилась, потому что в её морщинистом лице было много мудрости. К тому же она располагала к себе, ведь не встала на сторону мужа, когда тот хотел выдать принца семье. Сейчас она жила в своём доме и пользовалась милостью господина, тогда как её муженёк гнил в темнице. Ли было интересно, что же этой женщине было нужно, и он внимательно прислушался к разговору. — Что Вам нужно, дама Мин? — спросил принц Со, решив не отрываться от завтрака и начав жевать лепёшку. — Ваше Высочество, — распрямилась женщина, но не стала поднимать голову, — все в городе уже знают, что скоро Вы отъезжаете. — И что? — оторвал кусочек от лепёшки Чанбин и закинул его себе в рот. — Горожане в знак своего уважения решили устроить в честь Вас праздник, — рассказала госпожа Мин. — Его проведут сегодня вечером, Ваше Высочество. — К чему эти глупости? — поморщился принц, махнув рукой, и вдруг обратился к своему слуге. — Моя лилия, разрешишь ли ты мне выпить вина вместо воды? Жуть как хочется. — Мой господин, Вы не должны спрашивать у меня разрешения, — ответил Ёнбок. — Но я хочу Вас предупредить, что нас ждёт много дел, и вино может помешать Вам здраво мыслить. — Значит, не разрешаешь, понятно, — помрачнел Со, присосавшись к пиале с водой. — Никак нет, мой господин, всего лишь предупреждаю, — даже не шелохнулся Ли. — Ваше высочество, — с лёгкой улыбкой сказала госпожа Мин, — если Вы хотите выпить вина, тогда посетите праздник. Там Вам подадут лучшие напитки. Соджу и вино. К тому же люди будут очень рады, если Вы оцените их старания. Прошу, посетите праздник. Для них это повод повеселиться в этот тяжёлый год. Принц Со вздохнул и уставился на женщину, чтобы затем бросить: — Я подумаю, дама Мин, а теперь можете идти. — Да, Ваше высочество, — кивнула госпожа Мин и, встав, начала медленно идти назад, пока двери позади неё не открылись, и она не смогла развернуться и уйти. — Что думаешь насчёт этого праздника, моя лилия? — повернулся к слуге Чанбин. — Это может быть опасно, если учесть, в каком Вы положении, — подал голос Ёнбок. Со понял, что тот имел в виду. Каждый город, который они посещали, в итоге настигал наследный принц, либо казнив чиновников, либо спалив его дотла. Не было удивительно, что кто-то пытался убить принца или заставить его остаться вместе с войском, которое могло бы защитить город. Сам бы Чанбин не остался. Он не мог сражаться за каждый город. Это не было жестокостью. Это было тем, чему обязан был следовать принц, борющийся за престол. Не все понимали такую простую истину, но Ёнбок понимал, и ему было этого достаточно. Ли тоже не хотелось кромсать враждебных воинов каждый день. Принц Со всмотрелся в поверхность воды и вдруг заметил, как по ней плыл маленький лист, который проглядел его слуга. Чанбин лишь улыбнулся и сказал: — Даже прекрасным слугам свойственно совершать ошибки, — он посмотрел на Ёнбока: — Будь внимательнее на празднике, напасть могут с любой стороны. — Да, мой господин, — стальным тоном проговорил Ли и поклонился. — Ну что ж, приступим к делам, — махнул рукавом принц Со, и Ёнбок встал с места. Теперь нужно было и потрудиться.

***

В главном зале самого богатого дома города лилий царил мир и покой. Деревянные крыши были подняты и через окна по залу гулял слабый потеплевший ветер. Колокольчики звенели, листы бумаги на столах легко поднимались и шуршали, чёрная кисть выводила символы письма. Погода радовала, и птицы пели свои песни. Ну разве не благодать для такого мрачного года? Второй принц королевства Чосон не особенно был счастлив даже так, ведь ему уже третий час приходилось писать письма, аккуратно рисуя слова на разных языках. В чернильнице заканчивались чернила, и не осталось воды, коими их можно было развести. Доведя до конца ещё один столбец и заметив, что кисть почти перестала писать, Чанбин замер и отложил кисть в сторону. Он перевёл взгляд с идеального письма на слугу со стальными веерами, что сидел в позе лотоса, склонив голову и совсем скрыв своё лицо бамбуковой шляпой. Ли Ёнбок сидел неподвижно, и к принцу пришла мысль, что тот от столь долгой тишины заснул. Со похлопал глазками, подумав об этом, и вдруг хитро улыбнулся, блеснув взглядом. Вообще-то второй принц никогда не видел лицо своего слуги, и он не мог сказать, что ему не было интересно его увидеть. Чанбин посмотрел по сторонам и начал тихо красться к Ёнбоку. Но только он подполз к нему и протянул руку, как слуга вдруг спросил: — Что Вы делаете, мой господин? Принц замер, резко поперхнувшись воздухом, а затем прокашлялся и, поднявшись, вернулся на своё место. — Ёнбок, может, ты всё же перестанешь носить эту шляпу? — проговорил Чанбин, сев перед столом и взглянув на парня. — Господин не должен видеть уродливое лицо слуги-убийцы, — без какого-либо стыда сказал Ли. — А я хочу увидеть, — взял кисть в руку Со. — Я ведь никогда его не видел. В нашу первую встречу твоё лицо было в грязи, а потом ты носил повязки. Затем эта дурацкая шляпа. Какое лицо ты скрываешь от меня, моя лилия? — сверкнул глазами он. — Ничем непримечательное, мой господин, — ответил Ёнбок. — К тому же… это лицо может многим дать понять, что некоторые слухи обо мне верны. Я не хочу, чтобы из-за меня у Вас были проблемы. — Понятно, — макнул принц кисть в чернильницу и заметил, что она пуста. — Хм-м, — протянул он, взяв сухие чернила и сосуд. Чанбин проверил сосуд и выдал: — Вода закончилась. — Я наберу её для Вас, — встал с места слуга со стальными веерами и, подойдя к столу, забрал сосуд. — Раз вода закончилась, может отдохнём от дел? — предложил вдруг Со. — Мой господин, Вам ещё нужно отправить ответ послу империи Цин и наследному принцу королевства Аютия, — напомнил слуга. — Важно сделать это сегодня. Раз мы скоро покинем город, они должны знать, куда отправлять следующие письма. — Ладно… Иди за водой. Я жду, — кивнул Со, опустив взгляд на бумагу и решив перечитать письмо, вспомнив, насколько оно было важно. Ли Ёнбок удалился из зала и направился во двор, где стоял колодец с чистой водой, по которой плавали лилии. Слуга со стальными веерами ступил на мелкие камни, ощущая хруст под тяжёлой подошвой, и направился к колодцу. Погода всё также была приятна, и Ёнбок опустился на колени, окунув сосуд в холодную серую воду. По ней пошли пузырьки, и вскоре сосуд наполнился. Ли подумал, что ему стоит побыстрее вернуться к своему господину, чтобы тот мог скорее вернуться к столь важным делам. Но только слуга со стальными веерами обернулся, как на него прыгнули, и сосуд с водой оказался на земле, оросив её колодезной водой и оставив на травинках блестящие капли. — Попался! Ёнбок поморщился, ощутив, как в спину уткнулись лезвия его вееров, и открыл глаза, уставившись на ту самую девочку, что махала ему с утра. — Даян, — лишь мрачно выдохнул Ли. Его бамбуковая шляпа улетела в сторону, и Ёнбок поспешил схватить её. Даян, усевшаяся на животе парня, надув губы, пронаблюдала, как слуга накидывает на себя шляпу, и сказала: — Ты такой красивый. Почему же ты скрываешь своё лицо, слуга второго принца? — Это же очевидно, юная ученица, — фыркнул Ли, выпрямившись и заставив девчонку сползти на траву. — Даян, если кто-нибудь увидит, что ты так общаешься со старшим, то тебя высекут. Тебе не страшно? — Никто не увидит, — покачала головой Даян. — Все готовятся к празднику в честь принца. Ёнбок покачал головой и, задумавшись, спросил: — Что ты знаешь о празднике? — Жители устроили его только для того, чтобы вдоволь напиться вина и соджу, — хихикнула в ладошку девочка. Она махнула длинной косой, и ленточка на ней колыхнулась. — А принц придёт? — воодушевилась она, засияв глазами. — Да, — кивнул Ли. — Ва-а, — пискнула Даян. — А я смогу пойти с ним в качестве красивой дамы? Слуга со стальными веерами посмотрел на неё с явным непониманием, и только он хотел девочке ответить, как рядом раздалось: — Слишком долго, моя лилия. Второй принц соскочил прямо на траву и с лёгким удивлением посмотрел на эту парочку. Подумать и тем более что-то сказать Чанбин не успел — Даян вмиг подпрыгнула и с писком повалила его на землю. — Принц! Я та-а-ак скучала! — девочка обвила шею Со руками и повисла на нём, как маленькая обезьянка. Ёнбок лишь глубоко вздохнул. Даян следовало знать своё место. Так гласили правила, которым должны были следовать все юные ученицы, хотя Ли всё равно издал совсем неслышный смешок, смотря на ошарашенного принца. Тот, отойдя от произошедшего, нахмурился и пробормотал: — Что ж ты так налетаешь, Даян? — Вы так красивы, принц, я не смогла удержаться! — хохотнула девочка и села на коленях Чанбина. — Я всю неделю была очень хорошей девочкой, много училась и всех слушалась. Ли тихо фыркнул, потому что знал, что это было далеко не так. — И? — сощурился второй принц. — Разве я не заслужила сопровождать Вас на празднике? — похлопала Даян своими оленьими глазками. Чанбин расплылся в улыбке и погладил девочку по голове. Он вздохнул и сказал: — Ты ещё маленькая, Даян, — парень снова улыбнулся и продолжил: — Сопровождать меня уже будет Ёнбок, а ты должна танцевать в компании своих подруг. — Значит, мне нужно вырасти, чтобы Вы женились на мне? — поникла девочка. Со тряхнул волосами и снял с мизинца перстень, который нежно надел девочке на указательный палец. — Когда вырастешь, приезжай во дворец и покажи это кольцо, — он снова погладил Даян по голове. — Скажи им, что ты моя невеста, ладно? Девочка засверкала глазками и, взвизгнув, обняла принца. — Даян! — крикнули из соседней комнаты, и девчонка вмиг вскочила на ноги, подбирая полы ханбока. — Ну вот, — скуксилась она, — мне нужно идти. Обещайте мне, принц, что Вы точно возьмёте меня в жёны! Чанбин показал Даян мизинец, и она, с улыбкой соединив его со своим, убежала на голос своей учительницы. Со выдохнул, когда Даян скрылась, и, повернувшись к своему слуге, сказал: — Какая же она мечтательница. — У неё будут проблемы, если она не станет более кроткой, мой господин, — тихо сказал Ёнбок и встал на ноги, отряхиваясь. — Простите за задержку, я наберу воду заново, и Вы сможете вернуться к Вашей работе. Чанбин посмотрел на Ли и в очередной раз покачал головой. С ним он делал это постоянно. Погода была такой чудесной, а Даян так его развеселила, но Ёнбок всё также был серьёзен. Слуга со стальными веерами совсем не умел понимать радостных моментов.

***

Когда на горизонте солнце в последний раз полыхнуло оранжевым, а водяные лилии перестали гулять по водам и закрылись, люди уже начали выходить на улицы ради громкого праздника в честь второго принца королевства Чосон. Где-то заиграла струнная мелодия, где-то запахла приготовленная с заботой еда, где-то в небо отправляли красные бумажные фонари. Свет на улицах зажгли и повсюду летали алые ленты — знак императорской семьи. Со Чанбин сложил руки перед собой и тихо шагал по улицам, наблюдая за тем, как люди оживают, стаптывая обувь в танцах и поглощая праздничные блюда. Музыка становилась громче, и ближе к центру появлялась всё более плотная толпа из женщин и мужчин — богатые и бедные, значения не имело в этот день. Где-то там мудрый старец читал народу истории из помятой книги, и все заворожённо его слушали. Особенно дети, которым разрешили сегодня гулять со всеми. Второму принцу нравилось наблюдать за ними больше всего. Мальчишки сражались на деревянных мечах и бегали, тогда как девочки — будущие дамы из благородных домов — танцевали и плели друг другу косы. Где-то там должна была быть и Даян, весело болтая со своими подругами. Чанбин невольно улыбался и смотрел, как маленькие фонари на тонких верёвках зажигаются над ним. Воздушные змеи путались в них, и Со вспоминал, что змеи в этом месте водились вполне живые. У принца всегда было много врагов, и он знал, что они могут появиться в любой момент. Именно поэтому позади него, прикрывая спину, неизменно шёл Ёнбок, сложив руки за спиной и вытянув указательный и средний пальцы, чтобы в любой момент запустить свои веера в демонов, угрожающих его господину. Чанбин подумал, что это даже как-то эгоистично, ведь Ли совсем не отдыхал в этот праздник. Возможно, конечно, слуге со стальными веерами это и не было интересно, потому что Со никогда не видел, чтобы тот развлекался. Слишком уж Ёнбок был серьёзным. — Моя лилия, — кинув на парня взгляд, сказал принц, — скажи, ты внимательно следишь за всем? — Более чем, мой господин, — кивнул слуга. — Я вижу и слышу каждого. — Неужели тебе не хочется отдохнуть? — вскинул брови Чанбин. — Вы приказали быть мне бдительным, — напомнил Ёнбок. — А если я прикажу не быть? — поинтересовался Со с лёгкой улыбкой. — Мне придётся ослушаться Вашего приказа, мой господин, — ответил Ли. — Ваша безопасность превыше всего. — Ты вообще умеешь веселиться, а, Ёнбок? — вздохнул принц. — Мне ни к чему веселье, пока я защищаю Вас, — ровным тоном озвучил свои мысли слуга со стальными веерами. Он, кажется, даже не смотрел по сторонам и не впитывал в себя краски вечера с его алым сиянием и бесконечными тёмными небесами с россыпью звёзд. Ёнбок даже звон колокольчиков не слушал, всецело отдавшись своей задаче — защитить господина. Чанбин покачал головой и выдал: — Тебя это устраивает? — Да, — лишь ответил Ли. Со вмиг стало скучно на этом празднике жизни. Музыка стала не такой весёлой и всё больше походила на нечистый перебор струн, еда перестала интересовать, а все краски потускнели. Рассказы старца показались глупыми сказками для детей. Второй принц остановился и повернулся к своему слуге. — Всё-таки зря я согласился на это, — пробормотал Чанбин. — Хочу вернуться и заняться делами. — Вы только пришли, мой господин, — удивился Ёнбок. — Вы ещё не выпили вина и не поиграли в кости, как обычно любите это делать. — Здесь нет моих старых друзей, а ты никогда не веселишься вместе со мной, так что мне нечего делать, — отвернулся Со, смотря как старики неподалёку бросают игральные кости и смеются. — Я всего лишь слуга, и меня нельзя ровнять с Вашими генералами, — сказал Ли очевидную правду, но Чанбин лишь вздохнул. — Уходим, — развернулся он, но только сделал шаг, как Ёнбок сказал: — Люди расстроятся. — Они пришли сюда только для собственного веселья, а не ради меня, — хмыкнул Со. — Хотя бы скажите пару слов, выпейте пиалу вина и сыграйте раз в кости, мой господин. Прошу, поддержите их праздник, а затем мы сможем вернуться к совету и продолжить разговор, — тихо проговорил Ли, надеясь, что принц всё же решит остаться. Чанбин вздохнул, так и не повернувшись к своему слуге, а затем всё же выпил вина, бросил кости, выиграв у стариков, и сказал народу, как будет скучать по этому красивому городу. Наверное, всё же не будет. Молодой господин не испытывал по этому поводу сожалений. Ему всё это так приелось. Почти в каждом городе принцу приходилось участвовать в пьянках. И если раньше это было весело, то сейчас вызывало лишь скуку. Со быстро закончил с речью и уже собирался уйти, как где-то в толпе раздались крики. Ёнбок незамедлительно обнажил веера, и они блеснули в жёлтом свете. Он встал рядом с принцем и твёрдо сказал: — Мой господин, не отходите от меня. — Что случилось? — нахмурил брови Со, остановившись на ступенях сцены, и мужчины закричали: — В лесу видели зверя! — Это тигр, тигр! — Все по домам, быстро! Быстро! Толпа, словно вода обтекает камень, потоком начала проходить мимо сцены, где замер принц и его слуга, но те так и остались стоять, не понимая. В какой-то момент Чанбин схватил одного знакомого охотника и грозно вопросил: — Что случилось? — В л-лесу, — пробормотал мужчина испугано. — Мы видели зверя, похожего на тигра. Ваше Высочество, спрячьтесь в доме! — крикнул он и побежал прочь. — Нужно уходить, мой господин, — сложив один веер в ножны, а другой вскинув, сказал Ёнбок. — Хорошо, — кивнул принц, оглянувшись. Город тут же потерял праздничный блеск. Фонари погасли, змеи были растоптаны, еда брошена, а музыкальные инструменты оставлены. Всё так быстро погрузилось во тьму, что второй принц даже не успел запомнить, каким был город до первого вскрика. Чанбин решил, что нужно двинуться в сторону дома совета, где можно было решить проблему, но вдруг услышал крики дамы Мин, которая в толпе пыталась кого-то отыскать. — Дама Мин! — схватился за женщину Чанбин, тряхнув за плечи. — Что Вы делаете? Здесь опасно. Уходите домой! — Д-Даян, — всхлипывая, пробормотала госпожа Мин. — Я не могу найти Даян! Она убежала вместе с другой юной ученицей и соседским мальчишкой в лес. Я не могу… не могу их найти… — Ёнбок, — повернулся Со к слуге. — Охотники наверняка отправились на поимку зверя, мой господин, — проговорил Ли. — Нам же нужно найти градоначальника и совет. — Да, — согласился принц, глубоко вздохнув, и обратился к женщине: — Дама Мин, прошу, возвращайтесь в дом. Мы сделаем всё возможное, чтобы найти Даян и остальных детей. Вы нужны другим своим ученицам. — У-угу, — кивнула госпожа, растерявшись, но затем она собралась и понеслась в дом. — Идём, Ёнбок, — бросил Чанбин и уже хотел двинуться в сторону дома совета, как вдруг заметил, что его слуга замер на месте. — Ёнбок? — второй принц сильно нахмурился, ощущая лёгкую панику от того, как его слуга застыл на месте, пока их обегали испуганные люди. Слуга со стальными веерами развернулся и устремил взгляд куда-то вверх. Он показался Чанбину напряжённым, и Со поджал губы. — Зверь, зверь! — крикнула какая-то женщина, толкнув Ли, и он только тогда развернулся к принцу. — Что не так, Ёнбок? — совсем помрачнел Чанбин. Слуга вздохнул, открыл рот и всё-таки ответил: — Кто-то играет на каягыме.