Младшие сестры

За год до основных событий

      — Скорп, — позвал Малфоя Альбус.       — Ну что еще? — Скорпиус вышел из душа в одном полотенце с голым торсом, как собака, стряхивая воду с мокрых волос.       Поттер уже стоял в новом с иголочки черном костюме, под которым была белоснежная рубашка, обутый и даже причесанный, держа в руках два галстука и бабочку.       — Что лучше? — спросил Альбус, разглядывая себя в зеркало и прикладывая по очереди все к себе. — Галстук или бабочка?       — Бабочка, — ответил Скорпиус, чуть усмехаясь.       — Да? — Альбус тут же откинул от себя галстуки, осматривая бабочку. — Почему?       — В порыве страсти снимать удобнее, — рассмеялся Скорпиус.       — Да пошел ты, — Альбус обиженно кинул в друга аксессуар. — Я же серьезно.       — Да и я серьезно, — Скорпиус встал и тоже достал свой костюм с парадной мантией. — Думаешь твоей Бриттани не все равно? Вы будете зажиматься, она смотреть только в твои глаза, ты только в ее декольте. А под конец вечера уединитесь в какой-нибудь коморке. Хотя… В таком случае больше будет удобен минет, а значит, точно плевать, галстук или бабочка.       Скорпиус видел, как Альбус засмущался.       — Серьезно? — удивленно поднял брови Скорпиус. — Больше чем за полгода отношений она тебе еще ни разу не делала?       — Скорп, я не хочу обсуждать с тобой эту тему, хоть ты и мой друг, — насупился Альбус, который очень ревностно относился к Бриттани и рассказывал о ней по минимуму, все еще боясь, что Скорпиус захочет добавить ее в свой список. — Мы привыкли к более традиционным методам.       — Ясно, — вздохнул Скорпиус, понимая, что бесполезно рассказывать другу, чего он себя лишает. — Только знай, девочки любят плохих мальчиков, поэтому…       — Мы разберемся, — перебил его Альбус, бросая на него неодобрительный взгляд. — Сам то с кем идешь?       — С Кейт, — расплылся в улыбке Скорпиус.       — Это еще кто? — Альбус все-таки завязывал бабочку.       — Полукровка с седьмого курса с Пуффендуя, — хмыкнул Скорпиус. — Номер сорок четыре, кстати.       — Все родителей выводишь? — покачал головой Альбус.       — Скорее, пытаюсь надышаться, — поджал губы Малфой. — Скорее всего летом подпишем помолвку, отец там вроде кого-то присмотрел…       — А чего семикурсницу? — поинтересовался Альбус. — Или на нашем шестом курсе уже всех перетрахал?       — Ал, ты со своей любовью всю рациональность растерял, — ответил Скорп. — Шестой курс будет и в следующем году, там и пятый подрастет. А седьмой выпустятся. Или ты думаешь ради меня в следующем году Хогвартс пополнят сотней новых девушек?       — Ладно, я пойду, — махнул рукой Альбус.       — Еще же час до начала, — ответил Скорп.       — Я хочу к Лили зайти, — поджал губы Альбус. — Четвертый курс, первый бал, хочу разъяснить все ее хмырю, чтобы его рук ниже лопаток я не видел, а лучше вообще расстояние в метр их разделяло.       — Прямо как социальная дистанция при драконьей оспе, — усмехнулся Скорпиус. — Увидимся.       Скорпиус совершенно не понимал, чего Альбус так носится с Лили. Или же ему в отличие от друга просто повезло с сестрой, которая умела себя вести. Во всяком случае Урсула на бал не собиралась, а Малфой был спокоен и готов дарить всего себя красивым девушкам.       Но как только Альбус вышел из комнаты, в ней тут же очутился Эйвери. Скорпиус удержался, чтобы не закатить глаза. Прошло уже шесть лет, а они до сих пор ненавидели друг друга. Альбус постоянно разнимал их вечерние дуэли.       — На вечеринку собрался? — зло проговорил Эйвери, плюхнувшись на свою кровать, доставая из тумбочки бутылку с огневиски.       — А ты нет? — удивился Скорпиус, потому что Эйвери, в отличие от него, был одним из самых ярких представителей чистокровных, который обожал все эти светские сборища.       — Да кто со мной теперь пойдет? — прошипел Эйвери.       Скорпиус не знал причину, но после окончания предыдущего учебного года, когда они выиграли квест, как громом среди ясного неба была новость о том, что единственный наследник Эйвери полностью лишен всех средств и своего статуса, а о причинах не знал никто из их окружения, сколько бы Малфой не спрашивал.       — Мало ли, — пожал плечами Скорпиус.       — Вот ты и достоин только этого «мало ли», предатель, — Эван сделал глоток прямо из горла бутылки. — Этим грязнокровкам и от тебя только деньги нужны и этот статус, все же все равно больше, чем у них есть на самом деле.       Малфой ничего не ответил и вышел из комнаты.       Как он и предполагал, бал был скучнейшим мероприятием. Поэтому повальсировав с Кейт пару танцев и угостив ее коктейлями, Скорпиус намекнул ей об уединении. Он был уверен, что ее спальня сейчас свободна, так как мало кто уходит с танцев в такой ранний час.       Идеально сделав свое дело, Скорпиус довольный выходил из Пуффендуйской гостиной, на ходу застегивая свой пиджак. Он хотел вернуться на вечеринку в надежде украсить вечер собой еще одной девушке, которые за это время должны уже были прийти в состояние готовности на все его извращенные желания и фантазии. Но как только он повернул в коридор на первом этаже, тут же замер от шока от развернувшейся перед ним картины.       В пустом коридоре были Лили Поттер и Эйвери. Слизеринец, который был в два раза ее больше, зажимал ее между собой и стеной. Поттер была настолько испуганна, что только зажималась, отвернув от него свое лицо, совсем не предпринимая попыток вырваться.       Скорпиус выхватил свою палочку.       — Ну же, малышка, не сопротивляйся, — прохрипел Эйвери, опуская руку на ее ключицы и наклоняясь, чтобы поцеловать.       — Не смей трогать ее, — крикнул Скорпиус, направляя на него палочку.       Эйвери, не ожидавший никого увидеть в этом коридоре, отскочил от Лили.       — А, Малфой, — рассмеялся слизеринец.       Скорпиус понял, что Эван пьян. Он еле-еле стоял на ногах. Наверное, в таком состоянии он не сможет элементарную Левиосу использовать.       — Я сказал к ней не приближаться, — Скорпиус уже стоял в нескольких сантиметрах от парня, смотря в его глаза.       — А если трону, что будет? — спросил Эван, ткнув в предплечье Лили пальцем, которая все также и стояла, вжавшись в стену, а по щекам текли слезы.       Скорпиус сжал кулак и врезал парню с такой силой, что тот даже повалился на пол.       — Ты еще пожалеешь об этом, Малфой, — Эйвери поднялся с пола и ушел, бубня про себя ругательства.       — Ты как? — спросил Скорпиус, накидывая на плечи Лили свой пиджак. — Он ничего не успел сделать тебе?       — Нет, — всхлипнула Лили, заворожено смотря на него.       — С тобой точно все нормально? — забеспокоился Скорпиус, потому что такая реакция Поттер его напрягала.       Но вместо ответа Лили поднялась на носочки и потянулась к нему.       — Поттер, что ты делаешь? — нахмурился Скорпиус, отворачиваясь от ее губ, делая шаг назад и удивленно смотря на нее, боясь представить, что с ней мог сделать Эйвери, что Поттер решила поцеловать его, Малфоя. — Тебе надо в Больничное крыло, у тебя шок…       — Нет, пожалуйста, не надо, — вдруг закричала Лили, отчего в коридоре начали мигать факелы.       — Тихо, ладно, не надо, — Скорпиус поднял руки. — Если ты мне расскажешь, что случилось и что этот… от тебя хотел.       — Меня парень бросил, — всхлипнула Лили. — Я отошла за напитками в бар, возвращаюсь, а он уже с этой… дурой целуется. Я и побежала в гостиную. А тут Эйвери мне навстречу, зажал меня, и тут ты появился…       — Пойдем, я тебя провожу, — тяжело вздохнул Скорпиус.       Он был рад, что оказался в нужное время в нужном месте. Ведь совсем не представлял, что было бы с Алом, доведи Эйвери свое дело до конца. Впрочем, рассказать об этом прецеденте Альбусу нужно, чтобы поговорил с Лили. А заодно приглядывал за Эйвери. Скорпиуса аж передернуло от одной мысли, что бы он сделал, если бы вместо Поттер была его сестра…       — Не говори ничего Альбусу, пожалуйста, — будто прочитала его мысли Лили.       — Это еще почему? — нахмурился Скорпиус. — Поттер, Эйвери ужасный человек, и я почти уверен, что он к тебе не случайно полез, он никогда не опускался до… таких как ты.       — Он мне перед балом весь мозг выел, что раз Марк с пятого курса, то ему только от меня одно надо, а я еще маленькая, и… выходит он был прав, — снова всхлипнула Лили. — Пожалуйста, я не хочу, чтобы он ко мне теперь приклеился…       — Ладно, — согласился Малфой, забирая свой пиджак и совсем не понимая, зачем он это делает.              

Три месяца спустя

      Вроде ничего подобного больше не повторялось. Эйвери даже стал какой-то шелковый, и они со Скорпиусом не вступали больше в открытые конфликты, чему и поражался Альбус. А Малфой совсем не понимал, зачем он продолжал хранить этот маленький секретик эгоистки Поттер от своего лучшего друга, ведь сам бы предпочел знать о таком. Он же даже на их ежегодной игре в этом не признался. А раньше они на ней рассказывали все свои тайны друг другу…       — Ты скоро дырку в этой карте просмотришь, — пробурчал Скорпиус. — Сыграли бы хотя бы в шахматы или эссе старухе написали, больше пользы было бы.       Альбус неотрывно смотрел в карту Мародеров уже второй час подряд, наблюдая за своей любимой Бриттани.       — Да Брит какая-то странная последнее время, — нахмурился Альбус. — Звал ее сегодня гулять, сказала, что у нее дела, надо сделать эссе. Но сидит в своей башне. Столько народу у них там, что я даже не понимаю с кем.       — Все, Ал, кончай дурью маяться, — Скорпиус сел рядом с другом, тоже заглядывая в карту. — Лучше Милану найди, устроим чего-нибудь. Где кстати этот хер? Неужели от недостатка секса до полукровок опустился?       — Да в лабораториях наверняка своих сидит, — сказал Альбус.       — Нет, пусто, — Скорпиус ткнул пальцем в карту.       — Тогда у себя, — Альбус открыл разворот с женскими спальнями Слизерина. — На, сам смотри, а я в душ, раз Бриттани пока что никуда и не собралась…       Альбус протянул ему карту. Скорпиус не увидел Милану в ее комнате, там были только Николь и Беатрис, а вот у Урсулы совсем не было соседок. И был Эйвери, который находился в опасной близости от его сестры.       Скорпиус схватил палочку и выбежал из своей спальни. Он молнией миновал общую гостиную, забегая в женскую половину. Он попытался открыть дверь, но на нее было наложено оглушающее заклинание.       — Бомбарда, — произнес Скорпиус, а дверь разлетелась на мелкие щепки.       Он вбежал в комнату. Картина была похожа на ту, которую он видел в своей голове, когда представлял вместо Поттер свою сестру. Только все зашло уже дальше, потому что эти двое целовались, а пальцы Эйвери уже расстегнули на рубашке Урсулы несколько пуговиц, но Малфой видел, как его сестру трясет от страха.       — Ах ты тварь, — Скорпиус отшвырнул его от Урсулы. — Круцио.       Эйвери упал на пол, извиваясь и крича от боли. Вместе с ним где-то кричала Урсула, умоляя его прекратить. Но Малфой все сильнее желал его замучить до смерти, чтобы он больше не дотронулся ни до одной девушки в этом замке.       — Скорп, прекрати, — Малфой почувствовал, как Альбус на него запрыгнул.       Скорпиус словно пришел в себя. Он только сейчас заметил, что на крик сбежались все ученики Слизерина. А Эйвери едва живой и без сознания лежал на полу, а Урсула с ужасом смотрела на него, одной рукой приобнимая себя.       — Так, что здесь, — послышался голос Слизнорта, который пробивался через толпу, а его сопровождал семикурсник Розье, по совместительству староста школы и лучший друг Эйвери. — Разошлись все. Мистер Розье, доставьте, пожалуйста, мистера Эйвери в Больничное крыло. А вы трое мне сейчас все расскажете.       Рассказывать принялся Альбус, всячески избегая того, что делал Скорпиус, а Малфой виновато смотрел на Урсулу.       — Мистер Малфой, завтра в десять явитесь в кабинет директора, и я вызываю Вашего отца, — покачал головой декан.       — Скорп, что… — начала Урсула, как только Слизнорт и Альбус вышли из комнаты.       — Прости меня, — с болью в голосе сказал Скорпиус. — Это все из-за меня. У меня с ним… была стычка. Он сказал, что я еще об этом пожалею…       — Ты хочешь сказать, что он меня использовал? — Урсула снова задрожала.       — Да, чтобы отомстить мне, — подтвердил Скорпиус, который все еще не мог прийти в себя. — Я просто видел, как он также зажимал одну девушку…       — Скорп, иди, пожалуйста, — Урсула повернулась к нему спиной.       — Давай я принесу тебе успокоительного, — Скорпиус дотронулся до ее плеча.       — Нет, иди, — Урсула убрала его руку с плеча и закрылась пологом на своей кровати.       Скорпиус поплелся к себе в спальню.       — За что ты его так? — тут же накинулся с расспросами на него Поттер.       — Он хотел изнасиловать Урсулу, — буркнул Скорпиус, забираясь в кровать.       — Что? — ахнул Альбус.       — Спокойной ночи, Ал, — Скорпиус одернул полог.       Однако он не спал всю ночь. Он винил себя в случившемся. Ведь если бы он тогда не отогнал его от Поттер, он бы не полез к Урсуле, чтобы ему отомстить, но он ведь не мог пройти мимо сестры Альбуса, прекрасно зная, что Альбус тоже не прошел бы сегодня мимо спальни Урсулы, если бы Скорп был на тренировке.       На следующее утро за слизеринским столом в Большом зале было молчание. Но как-то информация все же сумела просочиться из подземелий в замок. Без подробностей о Круциатусе, но вся школа обсуждала их стычку с Эйвери.       Альбус пожелал ему удачи, а Урсула сказала, что пойдет с ним и все расскажет, как было, от себя, поэтому ровно в десять Малфои зашли в кабинет директора.       — Присаживайтесь, — сдержано сказала МакГонагалл.       В этот же момент из камина вышел Драко, а через дверь зашел мистер Эйвери и Эван.       — Мистер Малфой, — повернулась к Драко МакГонагалл. — Я довожу до Вашего сведения, что Ваш сын использовал заклятие Круциатуса на своем однокурснике и замучил его почти до смерти, и это на глазах у всего факультета…       — Эйвери хотел меня изнасиловать, — тут же сказала Урсула, не дав Скорпиусу и рта раскрыть.       Скорп видел, как строгий и холодный взгляд отца с него переходит на Эвана.       Он совсем не слушал дальше перепалку между взрослыми и какие-то реплики Урсулы. Он с ненавистью, но одновременно и ужасом смотрел на Эйвери. Он не мог поверить, что они оба дошли до такой вражды…       — Профессор МакГонагалл, — улыбнулся Драко. — Я Вас прошу не выгонять Скорпиуса из школы, ведь он защищал честь сестры, я не оправдываю методов, но…       — Мистер Малфой, я не могу спустить это, когда половина Слизерина видела… — покачала головой директор.       — Я это улажу, не сомневайтесь, — уверял ее Драко. — Думаю, что и мистер Эйвери заинтересован в том, чтобы его сын…       — Он мне не сын, — выдавил из себя Эйвери старший.       — Но их нельзя оставлять теперь не то, что в одной спальне, но и школе, — нахмурилась МакГонагалл. — Если какая-то школа будет готова принять…       — Я не хочу в другую школу, — воскликнул Скорпиус.       — Помолчи, — Драко бросил на него уничтожающий взгляд.       — В другую школу перейдет Эван, — неожиданно для всех сказал мистер Эйвери. — В Дурмстранг. Ему будет полезно посмотреть, как живут там. Тем более, у меня есть некоторые связи, проблем с переводом не будет.       — В таком случае… — МакГонагалл явно думала над решением. — Если мистера Малфоя не посадят, я буду готова оставить его в школе, но если еще хоть одна выходка с применением волшебства к своему коллеге…       — Разрешаю наказать его по всей строгости, — кивнул Драко, обнимая Урсулу и прижимая ее к себе. — Повторяюсь, что у него был мотив, есть свидетель, тем более, он еще школьник, а в этом возрасте дурь иногда превалирует в мозгах.       Эйвери уже на следующий день отправили в Дурмстранг. Скорпиус выдохнул с облегчением. Урсуле больше ничего не угрожало.       А к нему изменилось отношение в школе. Не сказать, что у слизеринцев, а вот на других факультетах Эйвери успел тоже разжиться врагами. Во всяком случае фанаток со стороны девочек у него прибавилось.       Отец каким-то образом договорился, поэтому Скорпиусу дали условное наказание до первой подобной выходки, а МакГонагалл согласилась оставить его в школе не без постоянных уговоров Урсулы. Скорпиуса, конечно, это не радовало, он понимал, что отец выложил круглую сумму и, возможно, сыграла роль его дружба с Альбусом Поттером, но из-за репутации Малфоев никто не согласился спустить это совсем на тормозах. Альбус же его убеждал, что повезло, что не Азкабан. А Скорпиус надеялся, что к Урсуле больше никогда никто не притронется, да и был уверен, что она сама будет обходить всех парней стороной после такого (ведь поумнее Поттер, которая по словам Ала наткнулась на те же грабли со вторым парнем, который ее бросил), и ему больше не придется защищать ее такими методами, хотя ради счастья и здоровья любимой сестренки он был готов и сесть в Азкабан, и жениться по контракту, чего так желал отец.