Дети Феникса/Children of the Phoenix

Время не исцеляет раны, оно лишь учит жить с ними.

𓆩♡𓆪

      Драко сидел на краю кровати и пытался разлепить сонные глаза. Эти чёртовы подъёмы в такую рань сведут его в могилу. Потянувшись, он встал и подошёл к окну. Взяв со стола пачку вишнёвых сигарет, он прикурил, ощущая, как никотин расползается по лёгким. Погода за окном не радовала: утреннее небо было затянуто плотными чёрными тучами, а ветер яростно хлестал в стекло. Парень невольно поймал себя на мысли, что внутри зарождается чувство тревоги, но не мог понять, откуда оно взялось. Возможно, виной всему была погода.       Потушив окурок, он лёг на кровать и аккуратно прикоснулся пальцами к волосам спящей Гермионы. Девушка смешно нахмурилась во сне, вызывая у него умиление. Сейчас, спящая, она казалась такой милой и беззащитной. Драко внимательно изучал каждую её кудряшку, каждую веснушку и не мог насытиться этим зрелищем. Иногда у него проскакивала мысль о том, что с ней может что-то случиться, и это вызывало в нём панику. Ведь после смерти матери у него больше никого не осталось, кроме друзей, а теперь ещё — Гермионы. Она стала для него как воздух, как надежда на лучшее. Драко коснулся губами её лба и осторожно поцеловал. Взглянув на часы, он увидел, что до начала тренировки осталось совсем немного времени.       — Гермиона, просыпайся, — прошептал он ей на ухо. Девушка нехотя открыла глаза, но, увидев его, тут же расплылась в улыбке. Этот её взгляд, этот мягкий свет в глазах заставляли его забыть обо всех тревогах и проблемах. В такие моменты он особенно остро ощущал, насколько она для него важна и как сильно он боится потерять её.       — Нужно идти умываться, иначе Акай опять разразится претензиями, — нехотя отстраняясь от Драко, пробормотала Гермиона. Тот согласно кивнул.       Свет в ванной был приглушённым, отчего всё обретало мягкие, почти волшебные очертания. Гермиона первой включила воду и, освежив лицо, бросила игривый взгляд на Драко через плечо. Вода стекала с её лица мелкими каплями по изящной шее и груди. Драко, стоя за её спиной, неотрывно наблюдал за ней через отражение в зеркале. Девушка, заметив его пристальный взгляд, откинула кудрявые волосы на одну сторону, открывая ему больше пространства для наблюдения. Блондин, уловив это движение, подошёл вплотную, прижимаясь к ней, коснулся языком её шеи и слегка прикусил мочку уха. Гермиона непроизвольно подалась назад, чем вызвала довольное урчание у слизеринца. Запустив руку под тонкую девичью майку, он коснулся её груди, и гриффиндорка протяжно простонала, снова прижимаясь к Драко.       — К чёрту всё! — прорычал он, разворачивая девушку, и, подхватив её, усадил на тумбу рядом с мойкой.       Гермиона не сопротивлялась — она безумно хотела его. После последнего раза они больше не возвращались к этому: тренировки и наставник забирали всё свободное время, и всё, чего хотелось молодым людям, — просто лечь спать. Но ей это уже изрядно надоело, и, послав всё к чёрту точно так же, как Малфой, она обхватила длинными стройными ногами торс парня и притянула его ближе.       Он стянул с неё футболку, обнажая красивую небольшую грудь, и начал покрывать её поцелуями. Стон за стоном вырывался изо рта девушки. Сквозь ласки и поцелуи парень почувствовал, как Гермиона прикоснулась рукой к его возбуждённому телу, освобождая его от одежды. Блять, как же я хочу тебя, — лихорадочно пронеслось в его мыслях. — До твоих криков. До сорванного голоса. Ты моя. Только моя. Словно в подтверждение его мыслей, девушка вновь простонала, активно двигая бёдрами и создавая безумное трение. Он видел, как закатывается золото её глаз. Но ему этого было недостаточно. Он понимал, что прямо сейчас не сможет перейти грань до конца, но довести её до исступления — вполне. Отодвинув в сторону тонкую ткань трусов, он коснулся её.       — Ещё, ещё, — стонала девушка. Чёрт бы тебя драл, Грейнджер. Сознание парня окончательно помутнело, и он, не удержавшись, стал ласкать её смелее, чем прежде. Гермиона вскрикнула. Испугавшись, он остановился и посмотрел на неё. Девушка широко распахнутыми глазами смотрела на него.       — Гермиона, всё нормально? — он пытался понять, что сделал не так. Она прикрыла глаза, словно ей было неловко смотреть на него, и произнесла:       — У меня просто ещё никого не было. Осознание. И полное охренение. Драко почувствовал, как внутри него радостно заплясали черти. Я буду у неё первым. Чёрт, она действительно будет только моя, — почти ликующе верещал внутренний голос.       — Мне остановиться? — хриплым шёпотом спросил он.       — Нет, не нужно. Просто можешь чуть медленнее, — всё так же смущённо отводя взгляд, ответила она.       — Посмотри на меня, Гермиона, — в его голосе звучала нежность. Девушка подняла глаза.       — Я буду осторожен. Если тебе будет некомфортно, просто скажи. Она кивнула.       Он вновь аккуратно коснулся её, постепенно приучая к новым ощущениям. Когда девушка перестала испытывать дискомфорт, его движения стали увереннее. Судя по стонам Гермионы, она была на грани. Чтобы усилить эффект, он спустил её с тумбы ниже и сам встал на колени между её ног.       Взглянув на неё, он увидел взгляд, полный возбуждения и предвкушения. Касаясь её губами, он доводил её до исступления и не заметил, как Гермиона впилась рукой в его белоснежные волосы. Парень был готов сорваться от одного этого зрелища. Помогая себе рукой, а ей — языком, блондин чувствовал, что балансирует на грани. Вновь её полустон, полукрик — и он не выдержал. С хриплым рыком Драко потерял контроль. Девушка же дрожащими руками вцепилась в него, переживая последние секунды своего первого оргазма. Их дыхание постепенно выравнивалось, и комната наполнилась тишиной, нарушаемой лишь редкими вздохами. Он осторожно отстранился, чтобы посмотреть на неё, и увидел на её лице выражение удовлетворения и лёгкой неуверенности. Их взгляды встретились, и он мягко улыбнулся, пытаясь убедить её в том, что всё в порядке.       — Ты в порядке? — тихо спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно и уверенно. Она кивнула.       — Да, всё хорошо, — ответила она, всё ещё немного смущённая, но блеск в её глазах говорил, что ей всё понравилось. Он крепко обнял её, утыкаясь лицом в её макушку. Они стояли в тишине, наслаждаясь близостью друг друга, и в этот момент им не нужны были слова.       — Мы, кажется, увлеклись и забыли, что у нас сейчас тренировка. Акай будет в бешенстве, — вздыхая и с тоской глядя на часы, произнесла Гермиона.       — Ну, если честно, я готов испытать все виды наказаний. Это того стоило. Он подошёл ближе, включил кран, опуская руки под прохладную воду, и слегка брызнул водой в её сторону. Плеск заставил Гермиону отступить на шаг назад, но на её лице играла озорная улыбка.       — Ах, ты так? — Она наклонилась и собрала в ладони побольше воды, метко обдав его с ног до головы. — Вот теперь мы квиты! Раздался их беззаботный смех. Когда они наконец привели себя в порядок, Гермиона уложила волосы в небрежный пучок, ловким движением заколола его и, удовлетворённо покачав головой, оглядела своё отражение.       — Я всё ещё не понимаю, как ты управляешь этими кудряшками, — пробормотал Драко, помогая ей с заколкой, которая так и норовила отцепиться от густых волос. Его прикосновения были нежными и заботливыми. Её волосы были пропитаны свежим, тонким ароматом шампуня, и Драко на мгновение закрыл глаза, вдыхая этот запах. Это был тот редкий спокойный момент, когда казалось, что мир со всеми его передрягами и войной остался позади. Драко уже застёгивал рубашку, когда дверь в ванную с грохотом открылась, и на пороге появился их наставник, чьи глаза метали молнии. Он явно был в бешенстве. Драко интуитивно заслонил собой Гермиону, словно пытаясь защитить её от его гнева.       — Та-а-ак, — протянул наставник. Драко видел, как его взгляд сканирует помещение, останавливаясь на слегка раскрасневшейся Гермионе и его не до конца застёгнутой рубашке. Слизеринец чувствовал, как под маской наставника растягивается язвительная ухмылка.       — Наставник! — воскликнула Гермиона. — Позвольте, я всё объясню... Он поднял руки кверху.       — Боже, мисс Грейнджер, избавьте меня от этих интимных подробностей! Драко взглянул на девушку и увидел, как она покраснела до самых кончиков волос.       — Мне не нужны объяснения! — рявкнул он. — Мне нужна ваша дисциплина! Меня не касается, что происходит между вами. Это не моё дело. Но не забывайте, для чего вы здесь! У меня нет ни времени, ни желания с вами возиться. Ещё раз собьёте режим — и я наложу на вас заклятие: месяц не сможете приближаться друг к другу! А теперь марш на поле! Как только Драко и Гермиона скрылись из виду, Акай тяжело вздохнул и опёрся на косяк двери.       Наблюдая за этой парой уже длительное время, он не мог не отметить их искреннюю привязанность и заботу друг о друге. Он не знал всей истории Драко и Гермионы, но однажды услышал разговор мисс Паркинсон и мистера Поттера, когда они обсуждали школьную неприязнь этой пары друг к другу и то, как мисс Паркинсон смеялась над тем, как всё изменилось. Это напоминало ему о его собственных отношениях с той, которую он безвозвратно потерял. Отгоняя от себя непрошеные мысли, он поспешил вслед за ними. Ветер хлестал по лицу молодых людей, но они терпеливо ждали, что скажет им наставник. Он сначала долго нервно расхаживал, потом о чём-то задумался и наконец произнёс:       — Через три дня вы отправляетесь в поместье Малфоев. Раздались удивлённые и недоверчивые возгласы.       — Куда? — воскликнула Пэнси Паркинсон.       — Вы слышали, мисс Паркинсон, — резко произнёс он. — Но это ещё не всё. Отправятся не все, а только шестеро из вас. И вы в их числе, — он кивнул брюнетке. — Далее отправляются Теодор Нотт, Полумна Лавгуд, мисс Грейнджер, мистер Забини и мистер Малфой. Как только Гермиона услышала последнюю фамилию, она выскочила вперёд и, встав перед Малфоем, процедила:       — Вы что, совсем спятили? Отправить его, — она ткнула пальцем в Драко, — в дом, в котором восседает Тёмный Лорд? Вы в своём уме? Вы хотите его убить? То, как яростно Гермиона защищала Малфоя на глазах у всех, многих удивило, но все, кто знал об их отношениях, были восхищены девушкой. В глазах Пэнси стояло неподдельное уважение.       — Молчать! — развернувшись всем корпусом, рявкнул наставник, вперив в неё взгляд. — Я прекрасно понимаю, мисс Грейнджер, о чём вы, но это не моё решение. Благодарите Орден.       — Что? — удивлённо воскликнул Гарри. — Ну это же абсурд!       — Я придерживаюсь такой же позиции, мистер Поттер, но Орден посчитал, что мистер Малфой лучше всех знает свой собственный дом. Соответственно, с его помощью вы можете быстрее найти то, что нам нужно. По этой же причине были выбраны его друзья, которые неоднократно бывали у него в гостях и должны неплохо ориентироваться в поместье. Рон, не выдержав, воскликнул:       — Тогда по какой причине были выбраны Полумна и Гермиона? Это опасно!       — Ну, предполагаю, мисс Грейнджер была выбрана из-за своих интеллектуальных способностей, а мисс Лавгуд — за умение нестандартно мыслить, — ответил наставник. Драко, который стоял с ледяным выражением лица, произнёс:       — Я согласен.       — У вас нет выбора, мистер Малфой, — ответил Акай. Драко, не обращая внимания на наставника, продолжил:       — Но я против того, чтобы с нами шли девушки. Наставник вопросительно посмотрел на Драко.       — Это обуза, — пояснил тот, чем вызвал недовольные взгляды и шипение в его сторону. — Они физически слабее, и в случае опасности нам нужно будет защищать ещё и их. Как вы думаете, какова вероятность того, что в случае чего нам всем удастся уйти живыми? — медленно процеживая сквозь зубы каждое слово, закончил Малфой.       — Это просто смешно! — возмущённо заявила Пэнси. — Мы не обуза, и мы справимся не хуже вас!       — Да, мы не намерены оставаться в стороне, — поддержала её Полумна. Её взгляд невольно нашёл кучерявую макушку Тео.       — Это не только опасно, это безумие! — продолжал настаивать Рон. — Отправлять их в самое логово врага — это просто...       — Это не обсуждается, — перебил его наставник. — Я понимаю риски как никто другой, но это приказ Ордена.       Гарри, который стоял в стороне, задумчиво посмотрел на своих друзей. Он понимал, что Орден не принял бы такое решение без веских причин. Тем не менее мысль о том, что он может потерять кого-то из них, была невыносима. Наконец Гарри произнёс:       — Наставник, какой план Ордена? Я должен быть уверен, что у нас есть надёжный план. Без права на ошибку. Будь его воля, он бы без раздумий бросился в самое пекло. Но, к своему великому сожалению, Гарри понимал, что у него совсем другая миссия. Ему было тяжело смотреть на то, как друзья собираются рисковать своими жизнями.       — Согласна, — произнесла Гермиона. — Озвучьте нам их план, и, если что, мы сможем его доработать, если в нём есть какие-то недочёты. Мне кажется, так будет правильнее. Акай согласно кивнул:       — Вы абсолютно правы, мисс Грейнджер. Если что, мы его доработаем, а Ордену об этом знать не обязательно. Поверьте, я искренне желаю, чтобы вы были в безопасности. Моя цель — не только научить вас. В приоритете для меня стоит сохранность ваших жизней. Молодые люди были так удивлены откровением Акая, что даже не нашлись, что ответить.       — Итак, — продолжил он, — вот задача и план, который Орден приказал выполнить. Вам нужно проникнуть в поместье Малфоев и найти артефакт, который, по данным Ордена Феникса, находится в поместье. А точнее — в библиотеке.       — Где? — удивлённо переспросила Гермиона. — Почему именно там?       — Мне это неизвестно, — ответил наставник.       — Что за артефакт? — прищурившись и глядя прямо в глаза наставнику, произнёс Малфой.       — «Глас Властелина», — пояснил Акай. — Он способен управлять сознанием огромного количества людей, внушая им самые разнообразные мысли и убеждения. Он выглядит как изящный обелиск из чёрного обсидиана, украшенный древними рунами.       — Как он попал к Волан-де-Морту? — спросила Гермиона.       — Хороший вопрос. Понятия не имею. Всё, что мне известно, — один из шпионов Ордена Феникса, приближённый к Пожирателям смерти, передал им эту информацию, — ответил наставник.       — Наставник, что вам лично известно об этом артефакте? — продолжал Малфой.       — Всё, что мне известно, я уже вам сказал. А вот как он попал к Тёмному Лорду — очень интересно. Насколько я знаю, он был под охраной и находился в Ватикане. Если это действительно так и он стал обладателем артефакта, то у нас серьёзные проблемы, — закончил он с беспокойством в голосе.       — Орден не прислал рисунка, чтобы посмотреть, как он точно выглядит? — поинтересовалась Полумна, её глаза блестели от любопытства.       — Орден — нет, но я позаботился об этом. Наставник зашуршал мантией и вытащил оттуда камень, похожий по описанию на «Глас Властелина», покрутив им перед учениками.       — Что это? — не понимая, уставилась на него Гермиона.       — Это копия. Я создал её по своим воспоминаниям. Она может слегка отличаться, — пояснил наставник.       — Вы видели камень вживую? — недоверчиво спросил Рон, прищурив глаза.       — Да, видел. И человек, у которого я его видел, не мог просто отдать его Тёмному Лорду. Это всё очень странно. С этими словами он подкинул копию вверх, и она зависла в воздухе, чтобы все могли её рассмотреть.       Полумна подошла ближе к камню и неспешно начала обходить его, разглядывая со всех сторон. Через несколько минут она замерла, а потом повернулась к Акаю.       — Наставник, значит, он действует по принципу Империуса, только, в отличие от него, может управлять огромным количеством людей? — спросила она, её голос был полон любопытства.       — Всё верно, — кивнул Акай.       — Да-а-а, — протянула она, — тогда у нас и правда проблемы. Ведь Тёмный Лорд сможет при желании подчинить себе правителей разных государств. Акай про себя ещё раз отметил способность Полумны к анализу.       — Всё верно, мисс Лавгуд, — подтвердил он.       — Как думаете, это достаточный повод, чтобы Орден Золотого Круга вмешался? — прохрипел Рон. Акай бросил на него недовольный взгляд.       — Нет, — холодно произнёс наставник. — Этого недостаточно.       — Да чёрт возьми, если он силой камня заставит подчиняться соседние государства, как этого может быть недостаточно? — Рон был явно взволнован и раздражён.       — Вы ничего не понимаете, мистер Уизли. Для Ордена это пыль, не стоящая их внимания, — ответил наставник, его голос был полон усталости.       — Я искренне не понимаю! То вы твердите о сохранении баланса, а когда этот баланс, по идее, находится на грани, вы говорите, что это не стоит внимания. Тогда что, чёрт возьми, стоит? — Рон кипел от негодования. Акай устало вздохнул.       — В мире около ста девяноста пяти стран. Вы же не думаете, что он захватит их все? — в голосе Акая звучало раздражение, вперемешку с иронией. Рональд скривил губы и раздражённо фыркнул.       — Если Волан-де-Морт начнёт действовать, — вмешалась Гермиона, её голос был полон тревоги, — это может вызвать цепную реакцию. Некоторые страны падут, другие будут вынуждены подчиниться, чтобы сохранить хоть какую-то стабильность. Акай посмотрел на неё. Его глаза выражали уважение и печаль одновременно.       — Именно поэтому мы должны действовать быстро, — сказал он, его голос стал мягче. — Нужно не позволить ему укрепить свою власть, пока у нас есть шанс помешать. Полумна, всё ещё глядя на камень, задумчиво произнесла:       — Нам нужно просто его украсть? Мы сможем взять его в руки?       — Голыми руками — нет. Акай покачал головой, затем отошёл к своему рюкзаку и вытащил оттуда пару чёрных перчаток и что-то похожее на шкатулку.       — Когда вы найдёте камень, кто-то из вас наденет эти перчатки и осторожно положит камень туда. Потом вы произнесёте: «Арканиум Клауденции Этернум». Это заклинание запечатает артефакт, и он станет безопасен для вас. Вы его заберёте и принесёте мне. А я передам его Ордену.       — Где в это время будет находиться Волан-де-Морт? — произнёс Малфой. Гриффиндорка покосилась на него и увидела, как его губы сжаты в плотную линию, а в глазах — пустота. Гермиона понимала его состояние: возвращаться в дом, в котором восседало зло, было для него невыносимо. И дело было не в страхе.       — Тёмный Лорд отправится на переговоры с премьер-министром Италии, — ответил Акай, глядя ему прямо в глаза.       — Значит, он уже начинает действовать? — произнёс Гарри.       — Не думаю. Скорее всего, пока он хочет разведать обстановку и наладить контакт. Не думаю, что Волан-де-Морт сразу решит действовать силой. Я более чем уверен, что сначала он попробует склонить его на свою сторону добровольно, — ответил Акай. Гарри издал ироничный смешок.       — Добровольно? Вы серьёзно?       — Вы не понимаете, мистер Поттер. Вы ещё слишком молоды и совершенно не разбираетесь в политике. Волан-де-Морт далеко не глуп и понимает, что, чтобы заручиться поддержкой стран, нужно действовать аккуратнее.       — Но какие конкретные цели он преследует? Я думала, что его основная цель — захват Англии, — произнесла Пэнси, потирая пальцами подбородок. Акай ответил, его голос звучал серьёзно:       — Расширение влияния на международной арене, контроль над важными магическими артефактами и существами. Но одна из самых главных задач — помощь в уничтожении сопротивления. Волан-де-Морт будет всячески убеждать правителей других стран, что сопротивление — это зло, которое необходимо уничтожить. Если он убедит хотя бы часть мирового сообщества в том, что Орден Феникса опасен, то для его уничтожения могут быть присланы добровольцы. Это позволит ему не только усилить свои позиции, но и ослабить сопротивление, получив поддержку извне. Важно понимать: он будет использовать любую возможность, чтобы дискредитировать Орден и заручиться поддержкой тех, кто опасается нестабильности и хаоса. Гарри нахмурился, и его глаза потемнели от тревоги. Он сжал кулаки, стараясь удержать себя в руках.       — Это безумие, — пробормотал он. — Мы знаем, что Орден Феникса — это не зло. Если он действительно сможет убедить в этом других... — Гарри замолчал на мгновение, пытаясь осмыслить услышанное. — Мы должны сделать всё возможное, чтобы предотвратить это. Мы не можем позволить, чтобы его ложь стала правдой для всего мира.       — Вот именно поэтому нам нужно действовать и выполнять чёткие указания Ордена, чтобы ослабить позиции Волан-де-Морта. Так что давайте размышления о целях Тёмного Лорда оставим на потом. Наша задача — камень, — перебивая все дебаты, произнесла Гермиона. Девушка повернулась к наставнику и выжидающе посмотрела на него. Уловив её взгляд, он разложил перед ними карту. Их задача заключалась в том, чтобы незаметно и скрытно проникнуть в поместье Малфоев. Драко, внимательно разглядывая карту, вдруг произнёс:       — Этот вход, через который мы должны проникнуть, совершенно не подходит для этих целей. Чтобы не привлекать внимание, мы должны разделиться и пройти вот сюда. — Он ткнул в западную часть поместья. — Здесь находится чёрный ход. Он ведёт через подземелье, но там есть люк, который приведёт прямо в библиотеку. Если мы последуем плану Ордена, это займёт слишком много времени, и мы привлечём к себе ненужное внимание. Также у нас будет шанс уйти незамеченными, хотя я в этом искренне сомневаюсь. Где будут Пожиратели в это время? — взлохматив платиновые волосы, поинтересовался парень.       — В день вашей операции Орден устроит взрыв вот здесь, в центральной части Лондона. Соответственно, будет тревога, и большинство из них отправится туда. Кто-то, естественно, останется в Мэноре, но их будет недостаточно. У вас будет шанс уйти живыми.       — Очень оптимистично, наставник, — изображая радость в голосе, произнесла Пэнси. Он закатил глаза.       — Я рад, что вы оценили, мисс Паркинсон.       — И ещё раз: по возможности делайте всё тихо и незаметно. Но если поймёте, что вас заметили, убивайте без раздумий. Не жалейте, потому что, если вас поймают Пожиратели, вас не ждёт лёгкая смерть. Вас ждёт ад. Акай внимательно посмотрел на тех, кто отправится на задание. Гермиона чувствовала бегущие по телу мурашки, но она была готова и не сомневалась: если кому-то из её друзей или тем более Драко будет грозить опасность, она убьёт. Убьёт без жалости и сомнений.       Ещё несколько часов они обсуждали различные варианты исхода событий, продумывали малейшие детали. Акай без конца давал наставления и напоминал им все важные проклятия на случай нападения. Гермиона видела, что он переживает за них. Когда план был проработан до малейших деталей, началась тренировка. Почти до самого вечера они упражнялись в дуэлях, и Акай был беспощаден: он не давал им передышки, загоняя их почти до полуобморочного состояния. Драко, снова пропустив заклятие наставника, которое оставило глубокий порез на его предплечье, не сдержался и процедил:       — Я убью его.       — Он нас учит, — раздался из-за его спины дрожащий голос. Малфой резко развернулся всем корпусом и вперил взгляд в девушку, которая, дрожа всем телом, еле стояла на ногах.       — Да, ты оптимистка, Грейнджер. Услышав, что он назвал её по фамилии, девушка одарила его холодным взглядом и, надувшись, отвернулась. Драко тяжело выдохнул. Он подошёл к ней, обхватил за плечи и прошептал куда-то в макушку:       — Прости, Гермиона. Я не должен был быть с тобой так резок. Просто всё это выбивает из колеи. Особенно тот факт, что ты отправишься с нами в это проклятое поместье. Он зло сплюнул на землю. Она повернулась к нему и нежно посмотрела:       — Я всё понимаю, Драко. Я знаю, что тебе тяжело, но мы сами выбрали этот путь, и наша задача — следовать ему вопреки всему. Она развернулась к нему и крепко его обняла. Он не успел ответить на её объятие, как раздался грохот, и магический разряд отшвырнул их друг от друга на приличное расстояние. Лёжа на спине в грязи, они услышали, как наставник пробасил:       — Я предупреждал вас. До задания вы больше не прикоснётесь и не сможете подойти друг к другу. Драко поднялся, отряхивая с себя грязь, и хотел протянуть руку Гермионе, но его словно снова ударило разрядом, отбрасывая от неё. Он поднял голову и увидел, как на ладонях наставника пульсируют голубоватые шары размером примерно с мяч, а сам наставник недовольно смотрит на них.       — Вы прямо садист какой-то, — недовольно произнесла Гермиона, глядя на наставника. Её глаза метали молнии, а губы были плотно сжаты. Наставник, скрестив руки на груди, лишь усмехнулся и ответил с лёгкой насмешкой в голосе:       — О, вы даже не представляете, мисс Грейнджер, насколько. А теперь продолжим занятия. Надеюсь, ограничитель заставит вас собраться. Драко уже открыл рот, чтобы сказать что-то резкое в ответ, но Гермиона шикнула на него, бросая предостерегающий взгляд.       — Перестань, — прошептала она. — А то он окончательно выйдет из себя, и мы до конца войны не сможем прикоснуться друг к другу.       Они закончили, когда перевалило за полночь. Гермиона была настолько измотана, что не чувствовала ни рук, ни ног и могла только представить, какую боль будет испытывать завтра. Рядом, яростно бурча себе под нос ругательства, прихрамывая, ковыляла Паркинсон. Гермиона взглянула на неё и заметила, что той больно опираться на левую ногу, но она упрямо продолжала идти. Гермиона подошла ближе и мягко предложила:       — Обхвати меня за плечи. Тебе будет проще идти. Слизеринка грозно взглянула на неё и процедила:       — Мне не нужна помощь, Грейнджер. Гермиона лишь закатила глаза. Гордость слизеринцев была просто невероятной. Не слушая протестов девушки, она сама закинула её руку себе на плечо. Паркинсон, осознав, что так идти действительно легче, перестала сопротивляться и буркнула:       — Спасибо. Они подошли к ступеням поместья. Пэнси, сбросив руку Гермионы, уселась на них, вытягивая ноги. Гриффиндорка последовала её примеру. После недолгого молчания брюнетка спросила:       — Как там Поттер? Гермиона пожала плечами:       — Я его не видела. Он был на другой стороне леса с Дином Томасом, Невиллом и Маклаггеном.       — А как же младшая Уизли? — поинтересовалась Пэнси. — Мне казалось, она всегда таскается за Поттером. Гермиона слегка поёжилась от ночной прохлады и ответила:       — Они расстались с Джинни.       — Что?! — не удержавшись от восклицания, Пэнси выпрямилась. — Серьёзно? Гермиона покосилась на неё:       — Я думала, ты знаешь. Но та в ответ покачала головой:       — Я заметила, что они теперь не находятся постоянно рядом друг с другом, но думала, что просто поссорились.       — Странно, — произнесла Гермиона. — Я думала, Забини тебе рассказал. Он был в курсе. Пэнси закатила глаза и с долей досады и сарказма ответила:       — Забини иногда поражает. Как не надо — он собирает все сплетни, а как надо — молчит, как рыба. Гермиона улыбнулась и, немного поколебавшись, решила раскрыть истинную причину расставания Гарри и Джинни:       — Гарри расстался с Джинни из-за тебя, Пэнси. Пэнси замерла, её глаза широко раскрылись от шока:       — Что? Серьёзно? — её голос дрожал от удивления. Гермиона кивнула.       — Почему он тогда молчит? — неуверенно поинтересовалась Пэнси, нервно теребя браслет на руке.       — Думаю, это связано с тем, что Гарри не слишком решителен в отношениях. Так было даже с Джинни. Ведь это она проявила инициативу первой, а сам бы он не решился. Я уверена, что его терзают сомнения. Он не уверен, что ты испытываешь к нему что-то, и боится, что, сделав шаг к тебе, ещё больше заденет чувства Джинни. У него куча тараканов в голове. Мне кажется, тебе стоит с ним поговорить, если ты действительно испытываешь к нему чувства. Ведь он сделал шаг, расставшись с Джинни, и теперь, мне кажется, твоя очередь. Она сделала паузу, прежде чем продолжить, добавляя философскую ноту к своим словам:       — Знаешь, наша жизнь, особенно сейчас, может быть слишком коротка и непредсказуема. Мы должны использовать каждый момент, чтобы не пожалеть о том, чего не сделали. Иногда нужно рисковать, чтобы обрести то, что действительно важно.       Пэнси медленно поднялась со ступеней и спешно попрощалась с Гермионой. Её мысли были настолько запутанными, что она не могла ясно осознать, что происходит вокруг. Слова Гермионы всё ещё звучали в её голове, и она чувствовала, как сердце ускоренно бьётся от волнения и страха. Она направилась к своей спальне, надеясь, что уединение поможет ей разобраться в чувствах.       Когда Пэнси вошла в свою комнату, её встретил знакомый уют, который она так усердно создавала на протяжении нескольких месяцев. Большие окна, занавешенные тонким кружевом, пропускали лунный свет, падавший на мягкий ковёр. Стены были украшены картинами. Огромная кровать с серым мягким покрывалом стояла у стены, а рядом с ней — старинное зеркало в резной деревянной раме.       Она зашла в ванную, приняла душ и, облачившись в шёлковую бежевую пижаму, встала напротив зеркала, посмотрев на своё отражение. Её глаза блестели от волнения, а на лице застыло выражение неуверенности и надежды. Она провела рукой по влажным волосам, пытаясь успокоить себя. Взгляд её невольно возвращался к собственному отражению, и в этот момент она поняла, что должна поговорить с ним. Также она понимала, что, если не сделает этого сейчас, возможно, у неё больше не будет шанса. Она вспомнила, как Гермиона говорила, что жизнь слишком коротка, чтобы откладывать важные вещи на потом. Эти слова сейчас казались ей особенно значимыми. Страх сковывал её. Она боялась, что, уйдя на задание Ордена, может не вернуться. Что, если она не сможет снова увидеть его улыбку, не услышит его голос? Эта мысль была невыносимой.       Пэнси сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить взволнованное сердце. Послав всё к Салазару, она уже направилась к выходу из комнаты, как услышала тихий стук в дверь. Сердце её замерло. Она остановилась на месте, не зная, что делать. Медленно подойдя, она открыла дверь. На пороге стоял Гарри. Он выглядел взволнованно и даже болезненно, совсем как она. Его глаза были полны неуверенности и решимости одновременно. Наступило напряжённое молчание. Они смотрели друг на друга, не зная, как начать разговор. Казалось, что время остановилось, и вокруг них не существовало ничего, кроме их собственных мыслей и чувств.       Пэнси почувствовала, как истерично бьётся её сердце. Она поняла, что должна сделать первый шаг. Собрав всю свою храбрость, она схватила Поттера за руку, затянула его в комнату и закрыла дверь. Её дыхание было быстрым и прерывистым, но она знала, что не может больше ждать. Она посмотрела ему в глаза, и в этот момент всё стало ясно. Все слова, которые она хотела сказать, казались лишними. Вместо этого она приблизилась к нему и, не раздумывая, поцеловала. Поцелуй был наполнен всей той страстью и нежностью, которые она носила в себе. Это было как вспышка света в темноте, как буря, которая захватила их обоих, унося далеко от тревог и сомнений. Пэнси чувствовала, как трепещет её душа, как подкашиваются ноги, но стальная хватка парня на её талии не давала ей упасть.       Он ответил на поцелуй с такой же страстью, словно сам ждал этого момента. Его руки притягивали её всё ближе к себе. В этом поцелуе было всё: недели недосказанности, надежды на будущее, страх и даже вина. Они задыхались от нахлынувших чувств, но не могли остановиться. Время потеряло своё значение, и всё, что имело значение, — это они сами.

𓆩♡𓆪

      На улице лил дождь, барабаня по окнам и создавая в воздухе атмосферу ещё большего напряжения. В небольшом освещённом помещении собралась группа из шести человек. Все они готовились к предстоящей миссии, испытывая смесь волнения и страха. Каждый из них осознавал, насколько важно это задание.       Наставник молча вошёл, и на него уставились шесть пар глаз. Он выглядел обеспокоенным, его лицо было омрачено тревогой.       — Вам нужно переодеться, — сказал он, махнув рукой, и в комнате появилась ширма. Гермиона первой зашла за неё и развернула свёрток, который передал ей наставник. Внутри была балаклава, закрывающая пол-лица и оставляющая открытой только область глаз. Она была сделана из плотной чёрной ткани. На ней был изображён золотисто-оранжевый феникс, что повторялось и на аналогичном плаще. В комплект также входили джинсы из эластичной ткани и спортивная чёрная куртка. Надевая нижнюю часть одежды, Гермиона заметила, что на бёдрах джинсов с обеих сторон присутствуют гартеры, обычно используемые для ножей. Дополняли всё чёрные высокие берцы. Облачившись в одежду, она вышла к ребятам. Наставник оценил её внешний вид и удовлетворённо кивнул.       — Хорошо. Теперь следующие. Когда подготовка была завершена, наставник произнёс:       — У вас есть ровно пятнадцать минут, а потом я жду вас на улице. Молодые люди медленно направились к выходу. В этот момент мимо Гермионы пронеслась Паркинсон, но, заметив её, слегка затормозила рядом и, наклонившись к её уху, прошептала:       — Спасибо, Грейнджер. Гермиона удивлённо взглянула на неё, но слизеринка уже скрылась из виду. Значит, она всё-таки поговорила с Гарри, — подумала она. Когда она подошла к выходу, голос наставника заставил её остановиться и обернуться:       — Мне нужно, чтобы вы, мисс Грейнджер, задержались, — его голос звучал глухо. Гермиона остановилась, а Драко, который шёл впереди, оглянулся.       — Не беспокойтесь, мисс Грейнджер вернётся к вам через пять минут, — ехидно произнёс он. Драко недовольно пробормотал что-то себе под нос, но всё же вышел вслед за остальными. Гермиона вернулась к столу наставника и вопросительно посмотрела на него.       — Я бы хотел попросить вас присмотреть за мистером Малфоем. В последние дни я заметил, что он эмоционально нестабилен. Вернувшись в Мэнор, он может повести себя непредсказуемо и не справиться с нахлынувшими эмоциями. Я верю в его самоконтроль, но всё же прошу вас приглядеть за ним.       Девушка прекрасно понимала, о чём говорит наставник. Она видела, что Драко действительно неспокоен после того, как им сообщили о задании, и переживала за него. Ведь если он столкнётся с Люциусом, его будет не удержать. Смерть матери до сих пор отдавалась глухой болью в его сердце. Хотя они почти никогда не говорили об этом, она несколько раз случайно замечала, как он украдкой рассматривает их совместную с Нарциссой фотографию.       — Я постараюсь, — тихо произнесла она. — Я очень постараюсь. Наставник удовлетворённо кивнул.       — Но я попросил вас остаться не только поэтому. Он подошёл к шкафу, что-то оттуда вытащил и протянул девушке. Увидев это, она невольно ахнула. Перед ней было красивое перо, переливающееся всеми цветами радуги.       — Что это? — спросила она. Наставник усмехнулся.       — Предполагаю, перо феникса.       — Нет, — воскликнула Гермиона. — Я имею в виду, для чего это? Наставник подошёл ближе и, слегка склонившись над ней, посмотрел прямо в глаза. Она видела своё отражение в его зрачках.       — Мисс Грейнджер, я хочу, чтобы вы сейчас послушали меня очень внимательно. Я не знаю, чем обернётся для вас это задание, но если вы поймёте, что не справляетесь, попали в засаду или ваша жизнь висит на волоске, возьмите и активируйте это перо. Если рядом не будет палочки, используйте невербальную магию. Когда перо загорится, появится моя птица, и она вытащит вас. Я надеюсь, что вы используете его разумно, потому что я не должен сейчас этого делать и вообще вам помогать. Всё это нарушает баланс. Она испуганно положила перо на стол.       — Наставник, если мы его используем, вам что-то за это будет? — спросила она, заметив, как он отводит взгляд. Она приняла его молчание за согласие.       — Скажите, ведь именно поэтому вы не можете отправиться с нами?       — Мне очень жаль, мисс Грейнджер, что я не могу вам ничем помочь. Мне искренне жаль, и в какой-то степени я чувствую себя виноватым перед вами. Гермиона не выдержала и схватила его за руки, чем вызвала полное оцепенение наставника.       — Слышите, не смейте себя ни в чём винить. Вы наш наставник, и это уже чудо, что в такой тяжёлый период вы оказались рядом. Боюсь, без вас нас никто не смог бы так хорошо обучить.       — Пусть вы язвительны и порой как заноза в заднице, — она испуганно прижала ладонь к рту, поняв, что сказала, чем вызвала искренний хохот Акая — такой грудной и бархатистый.       — Простите, — пробормотала она. — Я просто хочу сказать, что мы все очень ценим вас и признательны. Это наша война, не ваша, и мы должны справиться с ней. А вы не должны рисковать из-за нас и нарушать баланс. Мне бы очень не хотелось, чтобы вас наказали. Наставник зажмурился, чтобы она не смогла прочесть его эмоции.       — Ну почему именно я? — Он отвёл взгляд. — Просто вы мне очень сильно кое-кого напоминаете. Ту, которой я безгранично доверял и в которую верил. Верил, что она со всем справится. Вы похожи на неё, мисс Грейнджер. Может быть, именно поэтому это перо я отдаю именно вам.       — Она была вам очень дорога, не так ли? — поинтересовалась она с нескрываемым любопытством. Акай грустно усмехнулся и произнёс:       — Вернитесь живой, мисс Грейнджер, и я обещаю, что расскажу вам. Он достал из кармана маленький мешочек размером примерно с ладонь.       — Здесь, — сказал он, предотвращая её вопросы, — лежат шесть ножей и шесть сюрикенов. Когда будете около поместья, спрячьте ножи и сюрикены в ремни на штанах. Все они пропитаны смертоносным ядом. Будьте осторожны с ними, но не бойтесь использовать их на врагах. Без сомнений и сожаления, мисс Грейнджер. Он посмотрел ей прямо в глаза. Она осторожно взяла мешочек, на котором явно было наложено заклятие незримого расширения, и, пятясь спиной к выходу, произнесла:       — Спасибо. Спасибо вам за всё. Он молча отвернулся и добавил:       — Поспешите, мисс Грейнджер, иначе боюсь, что мистер Малфой не выдержит и вынесет эту дверь. Девушка улыбнулась и, развернувшись, поспешила к выходу.

𓆩♡𓆪

      На улице бушевал настоящий шторм, несмотря на лето: грохотал ветер, сверкали молнии и хлестал дождь. Натянув капюшоны на головы, молодые люди встали в круг, как велел наставник. В центре круга стояло что-то очень похожее на порт-ключ, но в то же время отличавшееся от него. Акай пояснил, что это Куб Телепортации. В отличие от порт-ключа, его невозможно отследить. Ребята синхронно протянули к нему руки.       — Готова? — одними губами произнёс Драко, глядя на Гермиону.       — С тобой — да. Как же она хотела сейчас прикоснуться к нему. Она невольно ещё раз покосилась на наставника. Нет, всё-таки она не зря назвала его занозой в заднице. Она не успела додумать мысль, как их закружил вихрь телепортации.