пранк, вышедший из-под контроля

Джисон любит пранковать своих друзей, это весело и помогает сблизиться с ними, как думает сам парень. Другие только почему-то не ценят этого и матерят Хана трёхэтажным, когда оказываются жертвой очередного пранка. Больше всех страдает, почему-то, Минхо, молясь небесам при своём атеизме, чтобы это наконец прекратилось. Они не то, чтобы друзья, скорее просто люди с кучей общих знакомых и товарищей, но это не мешает им сраться каждую свободную минуту. Ли вообще считает себя лапочкой и солнышком, которое не заслуживает таких ужасных пыток от человека, который даже не общается с ним адекватно. Но поделать ничего с этим невозможно, потому что если Джисон выбрал жертву, то это на века. И это знают все, сочувственно пожимая плечо Хо, чтобы тот крепился и находил силы не совершать убийство. Очередной пранк закончился кулаком в живот и это Ли ещё сдержался, чтобы действительно не покалечить парня. Какой человек в здравом уме вообще додумается написать обращение в психбольницу о том, что его друг находится в нестабильном психическом состоянии? Минхо потратил половину дня на то, чтобы доказать обратное слегка неадекватным по ощущениям врачам. Вечером руки чесались в желании выбить из Хана всю дурь настолько, что терпеть уже было нельзя и вот уже младший с тихим стоном боли прижимается к стене, хватаясь за живот и обиженно смотря на хёна. —Но это же было весело! Когда бы ещё у тебя в медкарте появилась запись про учёт в психушке? —Ты идиот, скажи? Блять, Хан Джисон, я такую запись тебе сейчас на лбу нарисую, чтобы все понимали, что имеют дело с придурком. Белкочеловек лишь непонимающе моргает, обиженно поджимая губы и выпрямляясь наконец, прекращая корчиться от боли. —Я понял, осознаю свои ошибки, прости. Я буду более серьёзен. Ли неверяще глаза щурит, даже подвисая на какое-то время. Неужели он действительно вправил ему мозги одним ударом? —Ещё одна выходка и ты пожалеешь о том, что существуешь. А ты знаешь, я шутки шутить не буду. Минхо окидывает абсолютно спокойного Джисона последним предупреждающим взглядом и уходит, не замечая, как тот хитро улыбается вслед. Проходит неделя и отсутствие каких-либо привычных пранков начинает напрягать всех. Чан несколько раз спрашивает, всё ли у Хана в порядке, на что тот правдоподобно кивает, посылая Минхо загадочные взгляды, от которых того уже дёргать начинает в приступах паники. Явно же этот недоюморист что-то да удумал. Проходит ещё два дня и Ли начинает... скучать? Нет, вы не подумайте, он не страдает ебанутой зависимостью от шуток Джисона, но когда Хёнджин становится следующей жертвой розыгрышей, почему-то кулаки сами сжимаются и хочется вмазать этому грызуну снова. Не потому, что Хвана жалко, боже упаси, просто потому, что хочется, возможно, чтобы Минхо был единственным, кому удостоена такая честь и внимание от младшего? Странно наверное, но в мыслях Ли это звучит абсолютно адекватно. Он просто хочет обратно своего Джисона, что такого? Ну, своего не в том плане, о котором вы могли подумать, а просто в плане... да какая разница вообще? Минхо предпочитает заткнуть свои мысли на этом и не продолжать, потому что, что за нахуй творится у него в мозгах, точно поход в психиатрическую клинику не прошел бесследно. Хван заходит в их общую комнату с грозовыми тучами над головой и громко материт Хан Джисона с его ненормальностью, что заставляет Ли оторваться от телефона и удивлённо посмотреть на злого до чёртиков друга. — Забери своего мучителя обратно блять, почему он выбрал именно меня для своих тупых пранков? — Что случилось? - Минхо смотрит как-то слишком заинтересованно, нутром чуя какой-то напряг внутри, хотя вроде бы нужно радоваться свободе и тому, что Джисон нашел новую жертву. — Он засосал меня на глазах у всех, представляешь? Там была моя несостоявшаяся девушка, между прочим несостоявшаяся именно из-за Хана. Хёнджин возмущённо ходит по комнате, в красках рассказывая о произошедшем и задаваясь вопросом, как ему теперь жить с разбитым сердцем и ощущением того, что его поцеловал почти лучший друг. А Минхо.. Минхо хочет подняться с места прямо сейчас и ебануться хорошенько головой об стену, а лучше ебануть кого-то. Ну поцеловались они и что? Подумаешь, да это даже не серьёзно. И вообще, какая ему разница до того, кого там целует этот придурок. Правильно, никакой разницы, вообще похуй. Именно поэтому Ли поднимается, даже не дослушав роман в пяти томах от Хвана, направляясь куда-то точно не в сторону комнаты Хан Джисона. Спустя две минуты он стоит напротив двери младшего и уже почему-то стучит, он правда не знает почему, ладно? Неужели вы сами никогда не приходили в неизвестном направлении к своим недодрузьям? Минхо вот может. Дверь открывается как-то слишком быстро, Ли не успевает даже сообразить, что сказать такого, чтобы его не посчитали ебнутым, но в целом, он сам пришел к не совсем адекватному человеку, а значит они язык друг-друга поймут. Джисон стоит на пороге действительно удивленный, потому что он даже не был уверен, что старший знает, на каком этаже он живёт, не говоря уже о походах в гости. — Хён? Если ты к Феликсу, то его пока нет, он уехал куда-то. Ну а что он ещё мог подумать? Из них двоих в этой комнате Минхо мог прийти точно не к нему, иначе Хан покрутил бы пальцем у виска. — Я передумал. Вернись ко мне. Джисон глаза округляет, становясь похожим точно на белку или какого-то бобра, Ли не ебёт за всех этих грызунов, но факт в том, что Хан действительно очень.. милый? Какого хуя, Ли Минхо? Ты точно на солнце перегрелся. — Я о пранках. Не трогай Хёнджина и остальных. Можешь продолжать заёбывать меня, я не буду тебя убивать. На.Ху.Я? Минхо не знает. Он сейчас сам, честно говоря, ощущает себя сумасшедшим. Будто в нём сидит ещё один кто-то и управляет его языком. Да блять, он просто хочет простого человеческого секса. Почему ему записи на учёт в психушку, а Хвану поцелуи? Несправедливо как-то, не думаете? Почему нельзя было сделать блять наоборот. Нет, Минхо не хочет сосаться с Ханом. Правда не хочет. Он хочет повалить его на кровать, раздеть, а потом.. Блять. Ли не планировал стоять перед Джисоном со стояком. — Хён? Хан стоит с ещё более распахнутыми глазами, совершенно ахуевая от жизни и Минхо его правда понимает, он бы сам ахуел. А что теперь делать, собственно говоря? — Каким образом ты распределяешь, кому какие пранки? Минхо делает шаг вперёд, буквально вторгаясь в чужое личное пространство, отчего Джисону приходится отойти немного назад, отпустив дверь. — На рандом.. Ли злобно прикусывает щёку изнутри, стреляя страшным взглядом в младшего, отчего тот ещё немного отходит от греха подальше. — Почему твой рандом такой ебанутый? Где мой поцелуй и почему вместо этого меня теперь всего-навсего не возьмут ни на какую нормальную работу, потому что будут думать, что я псих? Хан, кажется, бьёт все рекорды по ширине глаз, совсем уже отходя от старшего куда-то за кровать, чтобы хоть так оградиться от весьма странного сейчас парня. — Я.. я перегнул, я знаю, хён... — Да похуй мне на эту психушку, где мой поцелуй, я тебя спрашиваю? Минхо резко замолкает, видимо только сейчас осознавая, в какую гейскую степь его понесло. Нет, он ну правда не считает это странным, просто видимо для Джисона, судя по его ошарашенному взгляду, это было совсем неожиданно. А может Ли просто реально немного с прибабахом? Разберёмся с этим позже, а пока дико хочется поцеловать Хан Джисона. Не спрашивайте, что изменилось за минуту, просто хочется. Не хотелось, а теперь это жизненно необходимо, у вас разве такого не было? У Минхо вот было. — Я могу поцеловать тебя, но я не умею.. И тут Ли натурально ахуевает и резко пересекает комнату, настигая зажавшегося в углу парня. — Тебе не помешало это целовать Хёнджина. Джисон краснеет сильнее, чем в сорокаградусный мороз, опуская голову и нервно перебирая ткань футболки пальцами. — Хёнджина я не боялся разочаровать.. Минхо несколько секунд обрабатывает информацию, удивлённо застывая и протягивая короткое "оу". Это что получается, он нравится младшему? Или это просто очередная хуйня какая-то? Честно говоря Джисон совершенно плохой актёр и о его розыгрышах обычно все догадываются по его поведению. Все, кроме Минхо, ну потому что нет у него времени понимать, кто врёт, а кто нет. Но сейчам Хан не врёт и это видно, особенно по его пунцовым кончикам ушей. — Так ты.. никогда не целовался? Ли и сам почему-то смущается, как девственница на первом свидании, не зная, что дальше делать, потому что ну Джисон такой хрупкий вроде, но в то же время посильнее его возможно будет в каком-то плане.. нет, ну вы видели эти мышцы? Не то, чтобы Минхо пялился, но да, он пялился. Можно подумать вы не пялились. Даже судья оправдал бы его за это, потому что не смотреть на эти подкачанные руки невозможно, понятно вам? — Ну.. с Хёнджином не считается? Значит никогда. Хочешь это исправить? Хан почему-то смотрит слишком дерзко, как для человека, который секунду назад дрожал в углу, как осиновый лист. Но Ли эту смелость одобряет, хитро улыбаясь и приближаясь к чужому лицу почти вплотную, отчего Джисон очень быстро теряет весь свой пыл и снова испуганно смотрит куда-то в область груди старшего. — Ты ведь специально всё это затеял, маленький хитрый лисёнок, м? Минхо поднимает голову младшего за подбородок так, чтобы у него просто не оставалось другого выбора, как посмотреть в его глаза. И Хан смотрит. Смотрит и в обморок готовится упасть от ощущения близости и чужого дыхания на своих губах. — Я просто.. не знал, как с тобой.. подружиться? Парень пытается говорить как можно осторожнее и тише, потому что буквально немножко и его губы коснутся губ Минхо. Он этого не переживёт, вот правда. Именно поэтому слова выходят полушепотом, отчего старшего аж передёргивает. А что он поделает, если его возбуждает тихий голос Хана. Это же у всех так, да? Ли осторожно наклоняется ниже, окончательно касаясь губами чужих, мягких и слегка влажных. И о боги, если бы он знал, что эти губы будут такими, он бы сделал это давным-давно. От Джисона чувствуется отдача, но совсем слабая, с примесью страха и неуверенности в себе, от которых Минхо быстро избавляется с помощью языка, протолкнув его внутрь. Возможно первый поцелуй должен быть немного поспокойнее и поприличнее, но скажите это стояку Ли и очень длительному желанию Хана. Они с вами не согласятся. — Просто подружиться? Минхо наконец отстраняется, давая младшему возможность вдохнуть и прийти немного в себя после головокружительного поцелуя, но вид такого одурманенного желанием продолжения Джисона просто сбивает весь настрой на разговоры. — Возможно не просто. Хан снова шепчет и Ли сходит с ума окончательно. Секунда, и земля уже уходит из-под ног, а Джисон оказывается на кровати под крепким чужим телом, отчего хочется ущипнуть себя в надежде, что это не сон. Минхо бережно помогает парню перебраться на середину кровати, краем глаза замечая чужую выпуклость в штанах и довольно ухмыляясь. Новый поцелуй начинается так же неожиданно, как и ожидаемо, заслоняя собой весь мир и утаскивая в самый настоящий рай на земле. Не то, чтобы Ли философ или писатель, но когда он целует Хана, в его голове именно такие странные мысли. До тех пор, пока Джисон не начинает стонать. Теперь уже точно не до философии, хочется простого человеческого секса, как уже и говорил ранее чертёнок на плече Минхо. Но совесть прокрадывается незаметно, помогая открыть глаза и посмотреть на абсолютно невинного парня под собой. — Ты ведь девственник, да? Джисон моментально краснеет, и не важно, что секунду назад его язык пытался бороться с другим за право вести этот бой. — Да.. Минхо мягко улыбается, оставляя совсем несвойственный ему нежный поцелуй в уголке чужих губ, начиная медленно спускать чужие брюки вместе с бельём. Сегодня он не будет разгоняться, сегодня он просто доведёт этого мальчика до самого прекрасного в его жизни оргазма. И да, Ли очень самоуверенный, но разве это плохо? Джисон ну очень хочет спрятаться, убежать, прикрыться, ну или хотя бы закрыть глаза, но эти самые глаза сами зачарованно смотрят на Минхо, слишком уж долго он ждал этого момента. Ли действует нежно, осторожно и неспеша, хотя его стояк давно говорит о том, что ждать он не планировал как бы. Хан чувствует чужую ладонь на собственном члене и громко охает, впервые ощущая там не свою привычную руку, а более мягкую, чуть поменьше в размерах, но с такими ахуенно приятными пальцами, что можно закончиться прямо уже сейчас. Минхо ведёт вдоль ствола медленно, действительно наслаждаясь выражением лица младшего, который уже находится в полуживом состоянии, а Джисон ощущает эти мягкие подушечки пальцев на головке и завыть готов от ощущений. Подождите-ка, он это и делает, причём довольно громко, что заставляет Хо прикрыть его рот свободной ладошкой, потому что стены картонные, а сосед Чанбин с его сумасшедшими шипперскими наклонностями наверняка круглосуточно только и сидит у стены, прислушиваясь к звукам и выжидая, когда же минсоны уже поебутся. Минхо в этом уверен. Хан дышит очень учащённо, что означает его недолгую выдержку и приближение оргазма, а ведь Ли только разыгрался, начиная надрачивать чуть быстрее и сжимать возбуждение чуть сильнее. — Х.. хён.. Джисон выговаривать слова разучился, но он в целом и не против, лишь бы старший приходил и каждый вечер вышибал из него дар речи своими касаниями. А может даже чем-то получше? Теперь Хан, наверное, может надеяться на что-то большее. И не зря, потому что Минхо своё никому больше не отдаст, лишь бы только больше в его медицинской карте не было записей о психическом здоровье.