Волки тьмы

Морозным майским утром в комиссию Тенрё принесли доклад развед. отряда с острова Сейрай. Кудзё Сара лично приняла донесение, вскрыла конверт и прочла письмо: “На Цуруми замечена довольно необычная для заброшенного места активность. Флот, направленный на блокаду Ватацуми, потерял практически все суда, оставшийся уцелевший корабль поспешно направился к руинам деревни Косэки, где команда корабля была арестована и перевезена на Наруками. По законам военного времени, все пятеро должны быть приговорены к повешанью за дезертирство, но все они утверждают, что сразиться с “НИМИ” они не смогли, и с острова Цуруми стаи неопознанных существ напали и потопили все корабли, буквально разломав в щепки. Ожидаем Вашего решения.” В конверте так же лежал наполовину раскрошившийся то ли зуб, то ли коготь чёрного цвета, очень похожий на уголь. Сару это крайне озадачило и следующим приказом было привести на допрос каждого очевидца событий по очереди. Ничего противозаконного в действиях моряков по итогу не оказалось, а приговор отменили. Все они, как один, в страхе и шоке рассказывали о огромных чёрных монстрах со светящимися глазами. Лапами они рвали корабли, разрезали людей на части, гнули металл и втаптывали обломки вертикально в дно, после чего объедали и слизывали останки солдат с палуб и вылавливали ошмётки мяса из воды. Теперь был лишь один выход - как можно скорее прекратить операции в водах между Цуруми и линией фронта до тех пор, пока угроза не будет предотвращена. Такие заоблачные потери в один день сравнимы с потерями недельной битвы у Татарасуны. Штаб, так же ознакомившись с положением дел, отправил на Ватацуми телеграмму, где правительственная армия, от лица Сёгуна, предлагала заключить перемирие. Через несколько дней договор был подписан. Спустя месяцы подготовки и строительства, экспедиция на забытый туманный альбион была готова. Ничего не подозревающие самураи не понимали смысла всего похода на неизвестный далёкий остров Цуруми, но бесприкословно следовали за крылатым воплощением воли Сёгуна. Корабли обогнули Каннадзуку и под раскаты грома взяли курс на еле видную в тумане вершину горы. Старые карты, давно кое-где порванные, не соответствовали тому, что видели перед собой почти прибывшие на место капитаны кораблей. Вода ушла, обножив дно перед утёсами, когда-то бывшими на его месте. К востоку, вместо маленький островков, вырос довольно внушительных размеров полуостров, вдобавок на нём не было молочного тумана, по легендам заводящего всех гостей в неприятности, кончавшиеся смертью. Сара, махнув крыльями, быстро поднялась на пригорок и дала знак к десантированию. Сотня бойцов маршем сошли на берег, неся на плече копья-трезубцы. Фиолетовые знамёна развевались на ветру. Орудия на трёх крупных кораблях перенаправлялись в сторону каменных руин, где и начинался туман. Армия двинулась вслед за Сарой по тропе, давно поросшей перьеобразной травой-сорняком, так же выросшей и на голых ветках мёртвых деревьев, и на отвесных скалах, и на песке. Тишина звенела в ушах, до момента, когда дымка не начала буквально поглощать людей в себя. Гул разразил воздух, как только солдаты приблизились к обрушевшейся арке на пути к горе. По традиции всем было приказано пройти между двумя исписанными колоннами. Напитавшаяся электрозарядом стрела, выпущенная Сарой в целях осветить путь перед собой, буквально испарилась в воздухе. Душераздирающий крик поверг солдат в ужас, трое даже собирались бежать, но стрелы пронзили паникёров в голову. Те упали замертво и прямо на глазах разложились и лопнули от метановых газов гнили. Туман раздвинулся перед незваными гостями, даже скорее вторженцами. Вдоль обочин дороги парили странные субстанции белого цвета, сменившегося на синий. Они сверкнули и исчезли так же быстро. Стоило им двинуться дальше, как серое туманное нечто сменилось на чёрное, затем же вовсе показав землю, деревья, перья на земле. Он растворился. Тёмное небо гудело, гора будто раскачивалась из стороны в сторону. Крик повторился, уже справа, потом ещё один, но выше, слева. Потом десятки голосов, сотни из-за перевала. Одного моряка, вызвавшегося помочь в благодарность за помилование, хватил удар, ведь эти звуки предшествовали трагедии на море неподалёку. Монстры показались, двое огромных летающих нечта кружили над головами. Это гигантских размеров псы! Гул усилился, земля задрожала и из горы повалил поток этих чудовищ. Решение Сары было: “Срочно отступаем! Отступаем!” она подожгла ракеты, заранее закупленные в столице, давая команду обстрелу побережья. Десятки громовых залпов с моря заставили армию бежать быстрее. Генерал взмыла вверх и отбивалась от двух волков угольного цвета, всаживая стрелу за стрелой им в яркие синие, красные и жёлтые глаза. Один из них пнул Сару и та упала прямо на бегущих самураев. Даже будучи смертельно напуганными, они взяли её на плечи, бросив оружие, и добрались до кораблей, всё ещё громящих Цуруми. Орда псов остановилась на утёсе, где началось сражение, но вожак этой стаи прыгнул прямо на отплывающий корабль. Артиллеристы метили прямо в летящего монстра, но даже ядра, пинающие его туда-сюда, не давали результата. Волк пробил палубу, раскрошенная морда уткнулась прямо во врачебную каюту, где Сара, оповещённая об остаке судна, зарядила в каменную голову железный прут и дала несколько направленных зарядов тока. Итог был ясен, как небо над Тенсюкаку. Тело довезли в Наруками, где еле выжившую в схватке “боевую ворону Инадзумы” поставили на ноги.