Страсти в джунглях

Зойка раскорячилась на своей раскладушке и смотрела в потолок. Ничего необычного в нем не было--просто белый потолок кое где покрытый желтыми пятнами, небольшими трещинами и сомнительными дырами неясного происхождения, как будто до нее его уже кто-то ковырял отвёрткой.От безделья женщина вглядывалась в каждый миллиметр, щюрила каждый раз глаз от напряжения сосудов и изредка почесывала жопу. На улице стояла адская жара и от душного воздуха (а в камере её содержания он был еще и спёртым) жопа намокала и между двумя половинками образовывалось настоящее болото. ----нужно как то проветрить мою страдалицу. А здесь даже нет вентилятора--тихо про себя прошипела Зоя и словно разваренный пельмень плюхнулась с раскладушки на пол, кое как встала на ноги и подошла к наглухо закрытым дверям.Двери были закрыты плотно но через небольшой проем между аркой и самой дверью чувствовался просвет свежего воздуха. Зойка припала к нему щекой и даже просунула туда язык что бы убедиться что сквозняк там все же есть. (в тесноте да не в обиде. И то хорошо. Теперь надо приспособиться)---подумала дама и сняла свои совдеповские, не видящие стирки и свежей воды уже не один месяц трусишки. Она ловко встала раком и тщательно подстраивала пятую точку под сквозняк. Злополучный ветер постоянно менял направление и бедной женщине пришлось изгибаться в различных неестественных позах пока наконец то не наступило долгожданное облегчение и жопа вдохнула свежий поток кислорода. Солдаты уже сменили караул около Зойкиной камеры и на этот раз почётное дежурство выпало Дженкинсу. Он как и многие другие, заступавшие до него на этот пост вояки, не отличился умом и хорошими качествами на службе.До этого Дженкинс заступал поваром. После его очередной смены взвод не покидал толчков а командиры и другие начальники просто не брали свои порции.Дженкинс не считал своей обязанностью мыть руки, так как по его мнению полы на кухне были тщательно помыты рядовыми новобранцами и под его строгим контролем начинающие вояки добавляли в ведро с водой пищевую соду а значит и микробов там точно не было.В ход так же шел просрок и иные продукты, порой не пригодные для определенных блюд. Самое вкусное и свежее быстро съедалось Дженкинсом в первые дни после привоза провизии. Меню было непредсказуемым и загадочным, ведь только в его смену можно было получить кисель, бонусом которого являлась стеснительно плавающая в нем селёдка и голубцы с начинкой из капусты (хоть голубцы и состоят из этой самой капусты, но внутри она хотя бы была лучше проварена). На этом чудеса военной столовой не заканчивались. Манная каша подавалась с чистыми протеинами (и то попадало не всем, возможно что от блюд Дженкинса дохли даже тараканы и их количество в тарелках было ограничено--по этому не всем везло на эту пищевую добавку) а суп в тарелке явно был переварен кем то и не один раз.Вечное пребывание солдат в клозете изрядно выводило Волкова и по этому он захотел лично решить проблему провизии: установить в пищеблоке столовой камеры. До этого злополучного случая счастливая жизнь Дженкинса в части прервалась словно упавший на пол бутерброд маслом вниз. Камера быстро засекла тайные вылазки в холодильник, вымачивание просрочки в марганцовке (что бы лишить её запаха а так же избавиться от вони) и прочие хитрости вояки. Так Дженкинс был лишен своего места и по распоряжению переведён часовым камеры с Зойкой. Прошло где то около часа и скука одолела Дженкинса. Стоять словно обезьяна в клетке ему надоело и он решил разнообразить свое несение службы просмотром содержимого камеры. Солдафон прищурил глаз и начал через просвет в дверях досматривать казематы, как вдруг в нос бедолаге ударил противный запах прелости с кислинкой.Дженкинс пытался рассмотреть хоть что либо, но он даже не видел самой камеры. Перед его взором представал серовато--телесный оттенок непонятного нечто. (Да что там такого? Проверить что ли?)--подумал солдат и потянулся в карман за связкой ключей. Дженкинс отрыл нужный ключ и вскрыл камеру.От неожиданного визита Зойка подпрыгнула от страха и отскочила. ----извращенец бля! Придурок!--воспалилась дама и быстро натягивала труханы на себя. Дженкинс скорчил рожу, почесал затылок затем сухим голосом ответил: ----так это твоя жопа тут воняла. Подмойся хотя бы, трупятиной несёт. Я бы такое не за что не трахнул. Зойка нахмурилась и брызжа слюнями схватила из пола заранее выкрученную пальцами ножку от табуретки и стремительно нанесла удар по голове Дженкинса. Вояка не ожидал такой засады и его туша повалилась с грохотом на пол. ---теперь я на свободе--прорычала дама нависая над телом Дженкинса и обыскивая карманы солдафона. Она забрала у оглушенного бойца пистолет, небольшую аптечку и берцы, ведь передвигаться по джунглям босиком было бы тем еще экстримом. Зойка втиснула ноги в уставные берцы, положила пистолет в трусы и начала прислушиваться что бы ее не засекли. Дама незаметно прокралась мимо лаболатории и получила долгожданное освобождение. На улице уже темнело и прохлада пробирала окрестности, но впереди остался последний рубеж, последнее препятсвие--высокие ворота с колючей проволокой.