Путь к победе. Неправдивая история о невышедшем интервью.

— Извините. Человек творческий. Давайте этот момент опустим. Молодой ведущий говорит «ок», как будто и не становился свидетелем такой личной, даже интимной сцены. Мягко улыбается. Задает вопросы. О профессиональном. В отличие от личного — тут она сильна. Тут она уверенна. Тут все понятно — кто друзья, кто враги; что говорить — о чем промолчать. Внезапно. — А о чем вы мечтаете? Улыбка. Максимум искренности. Выжимаем. — Вы знаете. Я предпочитаю не мечтать. А делать. — Работаем дальше? — Вот! Вы всё знаете. — И не всё. Взгляд зеленоватых глаз высматривает то, чего нет. Сказано же. Не мечтает. Мечтательница — это же практически ругательство. Так Даня ее называет в припадке гнева. — Вот и не все знаю. Не может такая красивая и успешная женщина жить только работой. Какие-то желания внеледовые все же существуют у вас? Молча смотрят друг на друга. Ну и что я тебе, парень, буду рассказывать о желаниях? Твое желание накопать сенсацию, мое — не дать тебе этого сделать. — Ну хорошо, можете не рассказывать о них. Но просто подтвердите — существуют или нет? Молча смотрят друг на друга. — Или вы действительно такая Снежная королева, какой вас рисуют в СМИ? — Я ненавижу, когда меня называют Снежной королевой! Это абсолютно злой и деструктивный персонаж. Конечно же у меня есть желания. Я нормальный, живой человек. Только мои желания, знаете ли, несвоевременны. Есть время цвести, а есть время собирать плоды. И прижав крепко Мишель, поцеловала собаку — Вырежьте это, пожалуйста. Твердо и настойчиво сказала женщина. «Вроде бы мягкая и теплая. А натянутая, как струна» Подумал ведущий. — Этери Георгиевна, можно с вами селфи сделать? — Конечно. Она никогда не отказывала в фото. Это тоже ее работа. Работать лицом — это часть ее дела. Ведущий взял привычным жестом в руки Мишель. Собака, которая обычно кроме своих ледовых никого не признавала, легко и расслабленно пошла в руки и даже с азартом заправской фотомодели стала позировать в камеру. — У вас тоже есть собаки! Догадалась Этери. — Да. Малыши — той-терьеры. Уже искренняя улыбка осияла все вокруг. Камера такие моменты ловит мгновенно. Красный огонек — on air. Их еще не распетличили. И незаметно для самой Этери, был записан самый искренний и трогательный фрагмент интервью. О малышах. И малышках. Молодой ведущий нашел подход к героине. Справился с редакционным заданием. *** — Зря ты, конечно, ввязалась в это интервью. Оно тебе надо? Вот кого ты и чем хочешь удивить? Да, я конечно тоже был неправ. Что психанул. Так себя подставил. Да они тоже блин… пришли средь рабочего дня и давай командовать — туда ходи, сюда ходи. Я им что осел на дудочке? — Змея. Дудочками только змеи управляются. Этери смеялась легко и весело над ним. Он такой забавный, когда возмущается. Бровки домиком, губа нижняя дрожит — славный! — Нет, ну правда. Вот зачем тебе эта мозгоебистика? — Настало время выйти из сумрака. Расскажем о нас все, как есть. Неделю поговорят — угомонятся. А тебе разве приятно, что то тебе, то мне приписывают разные романы? Всякую белиберду, если честно. — Ну я же не верю ни в одну сплетню о тебе. Пусть говорят. Мне все равно. Это же неправда. А ты? Ты что веришь? — Нет конечно, но мне все-равно неприятно, что о моем мужчине такое сочиняют. — Вот! Вот видишь — ты не обо мне беспокоишься, ты о себе беспокоишься и своей репутации. О твоем мужчине. О чем-то, что принадлежит тебе. — Да иди ты нафиг, Даниил Маркович. Философ доморощенный. Так умеешь все перекрутить. — Я? — Ты! — Нет ты! — Я тебя сейчас покусаю! — Зубы сломаешь! Вначале комната залилась смехом. Потом на какой-то момент стало тихо. А потом понеслись те звуки, которые в мелодию слагают только двое. — Вот секс — это прям твое. — Не ту профессию выбрала, да? Этери шаловливо прикусила Даню за плечо. — Нееее. Не надо тебе в эту профессию. Это только для меня. Богиня! Жрица! Она была счастлива. Такое счастье — абсолютное. Когда ты любишь. И можешь целовать любимые губы. Даже дневной скандал на работе померк. Уже было. Но нет. — Секс — твое, лед — твое. А интервью — совсем не твое. Вот просто признай это, Этери. — Ну ты опять? — Ну а кто тебе правду скажет? Цени меня. Я единственный, кто тебя может оценивать объективно. Тебе лучше молчать и молча делать свою работу. Так и вид у тебя загадочней и скандалов меньше. Откажись от этого интервью. Оно лишнее. Я еще на "Вечернем Урганте", тогда весной, не знал куда со студии деться от позора, когда ты начала заливать про продукты. Мне кажется, мы тогда с тобой приняли правильное решение — ты молчишь, а я говорю. В том числе и за тебя. У меня это лучше получается. А тебя и так много везде, тебе надо поменьше отсвечивать. — Парень, да ты ревнуешь! — Ревность — это когда нет уверенности в собственных силах, в собственном превосходстве. Чтоб я тебя ревновал — не дождешься. — Эх ладно. Хоть поцелуй у тебя выпросить можно? — Это можно. Пожалуйста. Наслаждайтесь. И все-таки недолюбленная ты барышня. Чтоб ты делала без меня? Если бы я тебе вдруг не встретился? Рука уже путешествовала по бедру вглубь. И снова требовала открываться. А мысли путешествовали в голове. Да, он абсолютно прав. Надо быть скромнее. Меньше фотографироваться. Больше уходить в тень. И так, что не статья о фк — то о ней. Пишут всякую ерунду — лучше бы писали о достойных людях. А тот бред, что о ней пишут, постоянно спаривая ее то с одним, то с другим — так на это внимания обращать не надо. Даня прав. Пусть льется грязь. Ее же не остановишь? Главное, чтоб Даня не верил. Наверное, зря она думала, что рассказав немного правды о себе, сможет остановить поток этого постоянного хейта. Будут бить еще больнее. Но это ее проблемы. Она к этому привыкла. Главное, чтоб Даню не задевало. А то он личность творческая — очень больно переживает всякие нападки на него. Как же здорово, что есть такой человек, который может критически и объективно посмотреть на тебя! И рассказать всю правду о тебе. Объяснить тебе тебя. Что бы она делала без него? Да, не нужно это интервью. Она его отменит.