Счастливого Рождества! или Дари и одаряем будешь

Декабрь в тот год выдался сырым и пасмурным. Серые тучи уныло плыли по небу, сердито проливая на землю холодные дождевые капли. Кроули терпеть не мог подобную погоду и большую часть времени проводил в спальне, свернувшись в кокон из одеял и не высовывая носа на улицу. Его рептильная натура давала о себе знать стремлением забиться в укромный тёплый уголок на всю зиму и острым желанием впасть в длительную спячку. Азирафель с пониманием относился к состоянию своего любимого Змия и старался не беспокоить его в этот период, следя за тем, чтобы спальня хорошо отапливалась. Сегодняшнее утро не стало для демона исключением. За окном монотонно шумела противная изморось, каплями повисая на деревьях, которые давно уже сбросили листья и покачивали голыми чёрными ветвями. Кроули смачно зевнул и ещё глубже зарылся в своё гнездо из одеял, собираясь проспать по меньшей мере неделю, когда услышал грохот из гостиной. — Ангел, чёрт тебя подери, что ты там творишь?! — недовольно гаркнул потревоженный Кроули. — Это угроза или предложение? — раздался звонкий голос, искрившийся весельем, и вскоре в дверях спальни показалась светловолосая макушка. Кроули пробурчал что-то невнятное, пока Азирафель втаскивал в комнату большую коробку. — Нет-нет-нет, опять ты что-то замышляешь? — жалобно протянул демон, скосив взгляд на коробку. Кроули очень хорошо запомнил генеральную уборку, затеянную ангелом в прошлом месяце, причем, Бо… Сат… кого угодно ради, человеческим способом, без использования чудес! Азирафель удивленно вздёрнул брови, опустив свою ношу на пол. — Дорогой, ты действительно не помнишь, что Рождество наступит уже через три дня? Кроули поджал губы и хмуро уставился в окно. — Люди сначала распяли Иисуса, а затем вдруг решили всем миром праздновать день его рождения, — прошипел демон. — Причем сделали из этого праздника Бог… эээ… Сатана знает что! Чревоугодие, трата денег на покупку никому ненужных безделушек, лень, жадность… да просто фестиваль всех пороков! — Кроули сердито жестикулировал, высунув руки из-под одеяла. — Да уж и если на то пошло, Иисус вообще родился в марте! Азирафель вздохнул, присев на кровать, и осторожно взял демона на руку. — В Библии немного напутали с датой и что с того? — миролюбиво ответил ангел. — И этот праздник, он ведь не только о дне рождения Иисуса или о потворстве излишествам. Это праздник любви и единения. Когда близкие люди могут вдоволь побыть друг с другом, порадоваться и насладиться весельем. Это праздник мира и добра. И мы будем впервые отмечать его вместе. Разве тебе не хочется сделать его особенным? — Мы уже встречали вместе Рождество, — напомнил Кроули. И действительно в прошлые времена Азирафель и Кроули несколько раз пересекались в Рождество. Ангелу обычно поручали в эти дни очень много благословений, а задачей Кроули было разжигать в людях отнюдь не праздничные эмоции. Излишний ажиотаж, огромные очереди в магазинах, пробки на дорогах и искусственно созданная суета — это бесспорно заслуги Эдемского Змия. Колоритная парочка потомственных врагов подменяла друг друга и даже пару раз выпивала вместе на Рождественские праздники. — Но сейчас ведь всё совсем по-другому, — тихо возразил Азирафель. — Мы впервые будем праздновать Рождество в своём новом доме. Вместе. Как семья. Кроули широко распахнул ярко-жёлтые глаза и уставился на ангела, раскрыв рот. Это слово впервые вылетело из уст Азирафеля. — Это слишком… человеческое понятие, — выдавил из себя демон. — Но поскольку мы уже совсем отуземились, то вполне можем применить это понятие по отношению друг к другу. Мы с тобой теперь навсегда вместе. На своей собственной стороне, — искренне сказал Азирафель, ласково расправляя спутанные прядки Кроули, отросшие до плеч. Кроули, казалось, на мгновение перестал дышать, а затем резко подался вперёд, втягивая ангела в отчаянный поцелуй. Временами демон всё ещё не верил, что всё происходящее с ним реально. Иногда ему казалось, что это всего лишь чудесный сон, от которого он вот-вот проснётся. Но рядом с ним всегда был Азирафель, раз за разом доказывающий, что теперь всё по-настоящему и никогда больше не изменится. — Хорошо, ангел. Если тебе хочется, давай отпразднуем, — уступил Кроули, который после слов Азирафеля готов был согласиться на всё, что угодно. Яркая улыбка ангела стала ему лучшей наградой. *** Через пару часов Кроули почти пожалел о своём решении, потому что Азирафель заставил его разбирать любовно притащенную в спальню коробку с накопленными за последние несколько веков безделушками, которые ангел собирался повесить на ёлку вместо игрушек. Весь пол был завален антикварными вещичками, за которые коллекционеры могли и убить, но они ещё не дошли и до середины коробки. Потому что Азирафель ностальгически поглаживал каждый предмет, рассказывая историю его приобретения. Наконец отложив сортировку украшений на потом, ангел объявил, что самое время ехать за Рождественским деревом. Кроули поёжился от перспективы выходить из дома в такую погоду, но Азирафель был непреклонен, поэтому, скрепя сердце и зябко кутаясь в пальто, демон выгнал из гаража любимую Бентли. — Может, мы срубим подходящее дерево в близлежащем сквере? — Кроули предпринял попытку облегчить свои страдания. — Мой дорогой, ну что ты такое говоришь?! — всплеснул руками от возмущения ангел. — Конечно же, мы не будем рубить несчастное дерево. Мы поедем в питомник и приобретём ель в горшке! А весной посадим её в нашем саду. Кроули только фыркнул в ответ. Как же это было похоже на его ангела! В питомнике Азирафель подошёл буквально к каждому дереву, гладя его по ветвям и расточая похвалы, пока, наконец, не остановил свой выбор на небольшом, но пушистом деревце, которое особенно ему приглянулось. Ангел был так счастлив от того, что нашёл подходящее дерево, что на обратном пути им пришлось заезжать в магазин, чтобы купить ещё несколько гирлянд, лент и украшений, а также красивую звезду на верхушку. Всю обратную дорогу Кроули придумывал угрозы будущей обитательнице сада, если та посмеет неподобающе себя вести. Порог дома они переступили уже поздним вечером, нагруженные пакетами с покупками и вечнозеленым рождественским символом. После ужина и вечернего чая ангел развернул кипучую деятельность по установке кадки с деревом на самом видном месте в гостиной, куда также перекочевала его драгоценная коробка с сувенирами. Раскрасневшийся от горячего чая и азарта Азирафель с энтузиазмом доставал то одну, то другую вещицу, тихонько вздыхая и аккуратно развешивая свои «сокровища» на ёлке. Кроули, сначала молча взиравший с дивана на возню своего ангела, вскоре и сам не заметил, как подсел ближе, с любопытством рассматривая памятные для Азирафеля вещи. — Это игрушки из Обераммергау? — спросил демон, рассматривая искусно вырезанные деревянные фигурки. — Да, мой дорогой. Ты помнишь, какие замечательные мастера в том чудесном местечке? — Помню-помню, — усмехнулся Кроули. — А ещё я очень хорошо помню твоё благословение, после которого чума отступила, и было спасено множество жизней. Жаль, что тамошние люди до сих пор не знают имя своего ангела-хранителя. Азирафель улыбнулся, зардевшись от похвалы. — Вот, помоги-ка мне лучше приделать петельки к этим игрушкам, чтобы их можно было повесить на ёлку, — распорядился Азирафель. — Ааангел, но почему нельзя воспользоваться чудом вместо того, чтобы делать всё это вручную? — с досадой простонал Кроули. — Мы уже об этом говорили, — словно маленькому ребёнку растолковывал ему ангел. — Чтобы в полной мере насладиться плодами своих усилий, нужно как следует приложить эти самые усилия. — Смотря о каких усилиях идёт речь… Некоторые я прикладываю очень хорошшшо, — коварно прошипел демон в самое ухо Азирафеля, обвивая его своими длинными руками. Ангел захихикал от двусмысленности шутки, легонько шлёпнув Кроули по плечу. — Кого ты пытаешься соблазнить, старый змей? Я и так уже давно и окончательно тобою соблазнён, — без тени стыда признался Азирафель, втягивая Кроули в глубокий поцелуй. Быть может, демона слишком разморило от жара камина и поцелуя, а может он просто в очередной раз не смог найти в себе силы хоть в чём-то отказать неугомонному ангелу, но Кроули безропотно принялся помогать Азирафелю. Некоторое время они работали в тишине, нарушаемой лишь треском поленьев в камине. — Мой дорогой, а у тебя сохранились какие-нибудь памятные вещи прошлых лет? — с любопытством спросил ангел, прерывая молчание. Кроули глубоко задумался. Конечно, у него завалялось несколько интересных вещичек, но он и представить не мог, к чему клонил Азирафель. — Я просто подумал, что и ты мог бы украсить ёлку чем-то значимым для себя. Ведь она наша общая, как и всё остальное. Демон хотел что-то ответить, но вместо этого протяжно зевнул, потягиваясь всем телом. — Бедняжка, я тебя совсем утомил, — спохватился Азирафель, для которого сон не был столь важен, как для Кроули, чья оболочка настолько к нему пристрастилась, что к концу дня подавала отчётливые сигналы об отдыхе. — Пойдём в постель, а с украшением ёлки закончим завтра. Кроули согласно промычал, совсем не прочь оказаться в тёплой кровати. — И я надеюсь в нашей спальне в полной мере оценить приложенные тобой усилия, — со смешком прошептал Азирафель на ухо Кроули. — Ублююууудок, — с восхищением протянул оживившийся демон, вскакивая на ноги и протягивая руку Азирафелю, утаскивая его за собой. Вскоре в их спальне стало по-настоящему жарко. *** После бурной ночи Кроули проснулся поздним утром, укутанный в неизменный ворох одеял. Азирафель, к большому сожалению демона, совсем не ценящий утренний сон, снова встал ни свет ни заря. И откуда только у неугомонного эфирного создания бралась энергия? С неохотой выбравшись из постели, Кроули отправился посмотреть, чем занимался ангел. Ещё на выходе из спальни ноздри демона уловили сильный аромат пряностей и выпечки. Пойдя на запах, демон обнаружил свою вторую половинку на кухне. Азирафель, засучив рукава белоснежной рубашки, раскатывал тесто. Рядом с ним на противне аккуратно лежали фигурки пряничных человечков и звездочки, а по соседству с ними на решётке остужались готовые румяные печеньки. — Доброе утро, дорогой, — прощебетал Азирафель, ставя перед Кроули кружку с дымящимся кофе. — Спасибо, — сонно пробормотал демон, сцапав с решётки человечка и тут же откусив ему голову. — Ох, Кроули, они же ещё не готовы, — посетовал Азирафель. — По-моему пропеклись в самый раз, — возразил демон, с хрустом отломив человечку ногу, которую сунул в рот, прихлебывая кофе. По мнению искушенного изысканными угощениями Кроули, печенье удалось на славу. В меру сладкое и пряное, с острыми нотками имбиря, гвоздики и корицы. — Печенье ещё нужно покрыть глазурью, и тогда оно станет по-настоящему праздничным, — мечтательно протянул Азирафель, доставая большую миску. Пока ангел возился с ингредиентами, Кроули незаметно стянул с решётки ещё пару печений. — Сейчас я быстро покрою их глазурью, и можно будет закончить с украшением ёлки и развесить гирлянды, — радостно продолжал ангел, сделавший вид, что не заметил манипуляций Кроули. — А ещё я хотел вырезать бумажные снежинки, чтобы развесить их в гостиной, и сварить глинтвейн. Кроули скривился от первых пунктов плана, но идея с глинтвейном ему определённо понравилась. Но едва только Азирафель успел правильно взбить глазурь до устойчивых пиков, на кухне резко прозвучала трель входящего звонка. Ангел чуть не подпрыгнул от неожиданности, выронив миксер. — Да ладно, ангел, этот телефон у тебя уже почти месяц, пора бы уже и привыкнуть, — проворчал Кроули, который настоял на том, чтобы купить Азирафелю сотовый телефон. Несмотря на то, что модель была откровенно «допотопной» кнопочной раскладушкой, демон считал это несомненным прогрессом. С тех пор, как они переехали из Лондона, Азирафелю иногда поступали звонки от коллег-букинистов или клиентов. — Да-да, мистер Фэлл к вашим услугам, — чопорно ответил ангел. Через пару минут разговора его глаза загорелись азартом. — Конечно-конечно, я очень заинтересован. Подъеду сегодня же! Премного благодарен за информацию. До встречи. — Что случилось, ангел? — с любопытством уточнил демон. — Ты не представляешь! Мне предлагают купить коллекционное первое издание Вальтера Скотта, которое я разыскиваю уже не первый год! Это прямо подарок к Рождеству. Но мне нужно съездить в магазин сегодня же. — Значит, мы едем в Лондон? — недовольно спросил Кроули, поёжившись от мерзкой погоды за окном. — А как же твоё печенье, ёлка и… снежинки? — демон сделал кислую мину на последнем слове. — Ох, мой дорогой, я прекрасно доберусь на автобусе, а ты оставайся дома. Я вернусь сегодня же вечером и успею сделать все запланированные дела. А завтра, в Сочельник, мы будем отдыхать возле камина и как следует наслаждаться праздником. Кроули был не очень доволен перспективой провести день в одиночестве, но выбираться из дома ему хотелось ещё меньше, к тому же демон прекрасно знал, что лучше не вставать на пути Азирафеля к коллекционному первому изданию, поэтому не стал протестовать. Ангел быстро собрался и бодро вышел из дома, легко поцеловав Кроули на прощание. Как только Азирафель скрылся за порогом, демон всласть отыгрался на комнатных растениях, выместив на них всё своё недовольство, но, не добившись от разбалованных ангелом зелёных созданий желаемой реакции, Кроули в раздражении скрестил руки на груди и рухнул на диван. Ему было скучно. А скука — худшая пытка для адского создания. Творить козни и сеять хаос накануне Рождества, которого с таким нетерпением ждал Азирафель, не позволяла совесть, существование которой демон яростно отрицал. Осмотревшись по сторонам, Кроули остановил взгляд на ёлке, которую его ангел так и не закончил украшать. Видимо, совместное проживание с Азирафелем наложило на демоническую природу Кроули неизгладимый отпечаток, иначе как объяснить, что в его совершенно тёмной и беспринципной душе зародилось желание помочь своему несносному ангелу. Тем более тот сам предложить принять участие в украшении ёлки. Кроули вообразил, как удивится и обрадуется Азирафель по возвращении домой, когда увидит, что всё его задумки уже воплощены в жизнь. Кроули мечтательно представил себе солнечную улыбку любимого существа и, подавив желание проваляться в кровати весь день, решительно приступил к действиям. Вспомнив, что ангел планировал развесить гирлянды, украсить печенье и вырезать снежинки, Кроули решил начать с печенья. Врубив на всю мощность Don’t stop me now, демон щедро всыпал какао в миску с белоснежной глазурью. Несколько часов спустя порядком уставший, но довольный собой демон растянулся на диване, осматривая плоды своих трудов. Теперь-то ангел не сможет упрекнуть его в нежелании участвовать в празднике, как только увидит, как расстарался для него Кроули! И словно в подтверждении мыслей демона, входная дверь хлопнула, и в коридоре послышался шум и торопливые шаги. — Дорогой, я немного задержался… — дыхание ангела перехватило в тот самый миг, когда он переступил порог гостиной. — К-кроули… что ты наделал? — едва выдавил из себя Азирафель, роняя пакет с драгоценной книгой. *** Кроули удивленно вздёрнул брови, явно не понимая замешательства ангела. — Я сделал всё, что ты хотел, — развёл руками демон. — Даже закончил украшать ёлку! Азирафель, не обращая внимания на брошенный на пол бесценный раритет, в первое мгновение только беспомощно открывал рот, словно рыба. Ангел перевел взгляд на то, во что превратилось его чудесная праздничная ель: — Хорошо… Ладно… Я отсутствовал несколько часов, что во имя Небес и Преисподней, ты сделал с нашим деревом?! — Ты же сам сказал мне украсить его памятными сувенирами. Ну… вот, — демон гордым жестом обвел зелёную хвою. Ель выглядела очень… контрастно: милые поделки и вещички Азирафеля, бусы и красно-зеленые рождественские ленты, купленные накануне, перемежались с многочисленные значками, подвесками и фигурками, изображающими оскаленных козлов разных мастей и перевёрнутыми крестами, а чёрные свечи, несомненно, добавляли ещё большего антуража декору. — Кроули, это и есть твои сувениры? У тебя не нашлось что-то более подходящего… тематике? Демон надулся и отвернулся, и Азирафель понял, что Кроули не хотел испортить праздник, а действительно старался сделать ему приятное и помочь с украшением дома. — А это что ещё такое? — более спокойным тоном поинтересовался Азирафель. Демон недоуменно воззрился на ангела, словно ответ на его вопрос был очевиден: — Снежинки! — Но почему они такого цвета?! Кроули перевел взгляд на неровно вырезанные чёрные и кроваво-красные шестигранники, которые больше напоминали паутину: — Я не нашел бумагу, поэтому решил вырезать их из обертки для подарков, которую купил. Сделав глубокий вздох, чтобы успокоиться, Азирафель почувствовал восхитительный запах вина, специй и апельсиновой цедры, доносившиеся из кухни. Поразмыслив, что было бы неплохо разрядить обстановку и выпить бокал ароматного напитка, ангел решил сменить тему: — Ты сварил глинтвейн, мой дорогой? Кроули немедленно метнулся на кухню и принёс горячий глинтвейн вместе с тарелкой печенья. Азирафель во все глаза уставился на свою румяную выпечку, которая благодаря демону приобрела неповторимый декор. Вместо белоснежной сахарной глазури Кроули решил приготовить шоколадную, поэтому узор получился насыщенно-тёмным, что можно было посчитать милой изюминкой, если бы дело касалось только формы, а не содержания. Печеньки — звёздочки в исполнении Кроули превратились в пентаграммы, а несчастные имбирные человечки взирали на зрителей нарисованными лицами, искажёнными от ужаса, пуча глаза и распахивая круглые рты в безмолвном крике. Обведенные шоколадом контуры рук и ног больше напоминали отрезанные конечности, а заполненные глазурью силуэты смотрелись так, словно бедняг кто-то расчленил с особой жестокостью. Азирафель красноречиво выгнул бровь, внимательно рассматривая плоды трудов любимого демона, отчего Кроули окончательно стушевался и опустил взгляд, ожидая неминуемой взбучки. Вместо этого ангел нежно приподнял лицо Кроули за подбородок и поцеловал его в щёку. Демон, не ожидавший подобной ласки, неподвижно застыл, не понимая, чем заслужил подобное обхождение: — Прости, что напортачил со всей этой рождественской ерундой, просто я ни разу в жизни не наряжал ёлку, и кроме сувениров с шабашей и сатанинских сборищ, мне нечем её украсить… Отхлебнув горячий глинтвейн, Азирафель уложил голову на плечо Кроули, совершенно успокоившись и смирившись с происходящим. — Любовь моя, ты очень хорошо постарался… — вынес вердикт ангел. — В конце концов, в этом весь ты. Я ни на что на свете не променяю нашу ёлку, печенье, снежинки и… тебя, — проникновенно сказал ангел, заглядывая Кроули прямо в душу. Демон тяжело сглотнул, крепко обнимая ангела. — По-моему получилось очень даже стильно, — авторитетно заявил демон, уже с гордостью взирая на ёлку. Ангел согласно промычал, хрустя человечком, на круглом лице которого были написаны такие страдания, что Азирафелю было практически его жаль. — Всё-таки соседям я завтра испеку новую партию печенья, — решил Азирафель, вертя в руках пентаграмму. — Обойдутся! — буркнул Кроули, прихлёбывая глинтвейн. Азирафель посмотрел на демона укоризненным взглядом, после которого тот решил смягчиться и неохотно пробормотать согласие поделиться выпечкой. Вскоре парочка устроилась на диване, потягивая остывающий глинтвейн и любуясь на ёлку, которая теперь уже казалась им идеальной во всех отношениях. Следующий день пролетел быстро и беззаботно. Азирафель с утра напёк свежего печенья, которое на этот раз самолично украсил глазурью, и разнёс соседям. Потом они с Кроули побездельничали в гостиной, слушая пластинки с рождественскими гимнами на стареньком граммофоне Азирафеля, под которые демон вскорости задремал, а как следует отдохнув, они оба отправились на кухню готовить праздничный ужин. Конечно же, основную работу взял на себя ангел, но нужно было отдать должное Кроули, который успешно справлялся с механическими задачами вроде чистки и нарезки продуктов, их встряхивания и помешивания на сковородке или в кастрюле. Так, в четыре руки они быстро справились с приготовлением ужина и накрыли стол прямо в гостиной. Ужин удался на славу, и даже равнодушный к еде Кроули съел гораздо больше, чем обычно, запивая сытные угощения отменным вином. Вечер Сочельника был тихим и безветренным. На улице похолодало, моросящий дождь прекратился, небо расчистилось, сверкая звёздами, которые были видны гораздо лучше, чем в Лондоне. В камине уютно потрескивали дрова, пламя которых освещало комнату вместе с гирляндами и зажжёнными свечами. Ель источала бодрящий хвойный запах, гордо сверкая милыми стеклянными, фарфоровыми и деревянными фигурками, соседствовавшими с сигилами Бафомета и двуглавыми змеями, которые вместе создавали удивительно гармоничное сочетание. Убрав со стола посуду и вымыв её без использования чудес, несмотря на протестующее шипение Кроули, они уселись возле огня, будучи абсолютно довольными вечером и друг другом. Демон рассеянно подумал, что никогда за всё своё долгое существование не был так счастлив. Возможно, Азирафелева идея последовать этой нелепой человеческой традиции была не так уж и плоха? Но Кроули никогда бы не признался в подобном вслух. — Мой дорогой, пришло время дарить подарки, — тихо прошептал ангел, пропуская между пальцев рыжие прядки Кроули. — Ты приготовил подарок? Мне? — глаза Кроули расширились от удивления. — Нет, я вручу его совершенно постороннему демону, — проворчал Азирафель, закатив глаза. — Кроули, любовь моя, кому ещё по-твоему я стал бы его дарить? Пока Кроули соображал, что сказать в ответ, Азирафель достал из кармана небольшую коробочку в красивой зеленой обертке с аккуратной веточкой падуба. Демон осторожно снял оберточную бумагу, открывая крышку. На бархатной подложке лежала изящная серебряная цепочка с кулоном-змейкой, на месте глаз которой сверкала парочка цитринов. — Ангел… — благоговейно прошептал Кроули, поглаживая украшение. — Тебе нравится, дорогой? — с надеждой спросил Азирафель, который к своему стыду никогда прежде не делал демону подарков. — Нгк… — только и смог вымолвить Кроули, энергично кивая и тут же надевая на шею свой подарок. Демон чудом сотворил зеркало, со всех сторон рассматривая обновку, отчего Азирафель разразился добродушным смехом, радуясь, что угодил вкусам своего любимого. Когда Кроули вдоволь налюбовался своим отражением, то поспешил вручить ангелу свой собственный презент, упакованный в красно-чёрную бумагу, большая часть которой ушла на снежинки, которые до сих пор были развешены по всей гостиной. — Дорогой, когда ты успел купить мне подарок? Ты же всё время был дома? — растеряно спросил Азирафель. Демон только фыркнул на подобное заявление: — Интернет, ангел, творит чудеса получше всякого демонического вмешательства! Я купил твой подарок он-лайн. Ангел развернул упаковку и восторженно ахнул, обнаружив внутри два билета в Лондонский королевский театр. После восторженного аханья и обмена поцелуями парочка уютно свернулась на диване в объятиях друг друга, ощущая полное умиротворение. Расслабленный демон только собрался потянуться к Азирафелю за очередным поцелуем, как в дверь резко позвонили. Кроули состроил недовольную гримасу, бормоча проклятия. — Это, должно быть, соседские дети, — миролюбиво заметил Азирафель. — Давай же, дорогой, пойдём откроем дверь и чем-нибудь их угостим! Демон нехотя сполз с насиженного места и вразвалочку подошёл к дверям вместе с ангелом, не меняя выражения лица. Пусть чёртовы дети знают, что их здесь совсем не ждали! Но когда Азирафель открыл дверь, челюсть Кроули непроизвольно отвисла. Демон снял очки, которые успел нацепить по пути, и протёр глаза, чтобы убедиться, что перед ним стояла не галлюцинация. — Господи Иисусе! — вскрикнул ангел, который выглядел не менее пораженным, чем Кроули. Стоящий на их пороге молодой человек кивнул, весело рассмеявшись. Прямо перед ними стоял никто иной, как Иисус Христос, одетый в грубые джинсы и широкую толстовку. На голове Спасителя вместо запомнившегося им тернового венца красовалась шапка Санта-Клауса, а за плечами был большой рюкзак. — Привет вам, Эдемский Змий и Страж Восточных Врат. Мне можно войти? — спросил Сын Божий, пряча озябшие руки в карманах. Ангел с демоном молча отошли в сторону и жестом пригласили Иисуса войти внутрь. Сняв ботинки и верхнюю одежду, бывший Иудейский царь прошёл в гостиную вместе с рюкзаком, уселся в кресло и протянул руки к огню. — Как же холодно зимой в этой части света, — пожаловался Иисус, с любопытством рассматривая комнату и задержав взгляд на ели и чёрно-красных снежинках. — Мой дорогой мальчик… — прошептал Азирафель. — Ты вернулся на Землю? Ангел во все глаза рассматривал гостя, которого не видел вот уже два тысячелетия. Мужчина совершенно не изменился со дня своей казни на Голгофе. Все то же по-юношески молодое лицо, пшенично-русые волосы и глубокие карие глаза. Вот только теперь они смотрели на мир не с болью и мукой, а с радостью и теплом. — Это значит, нас ждёт Судный День? — встрял Кроули, у которого тоже прорезался голос. — Очередной армагеддон? — Истинно говорю вам — не суди, и не судимым будешь, — усмехнулся Иисус. — Если бы каждый раз, когда я спускаюсь за Землю, случался армагеддон, уже давно некого было бы судить. Я всего лишь принёс вам подарок от мамы. Иисус быстро открыл молнию рюкзака, доставая искусно вырезанное деревянное блюдо с пирогом. — Всевышняя испекла нам пирог?! — спросил шокированный Кроули. Божественное дитя громко расхохоталось: — Это пирог от мамы Марии, которая тоже о вас помнит, а блюдо сделал я сам. Моя же Небесная Мама вручит вам подарок сама. — Мой дорогой, но почему ты решил посетить нас самолично? — А почему бы и нет? — пожал плечами Иисус. — Конечно, странно раздавать подарки на собственный день рождения, который и наступит-то почти через три месяца, но за столько времени я уже привык. — Подожди-подожди, что значит «раздавать подарки»? Хочешь сказать, что Рождественский волшебник, раздающий подарки — это не людские выдумки? На самом деле это ты! — воскликнул Кроули. — Конечно, у меня нет белой бороды и саней с оленями, да и свои дары я преподношу далеко не каждому, но всё же могу себе позволить иногда сотворить несколько маленьких чудес, — улыбнулся молодой человек. Пока демон обдумывал услышанное, Азирафель захлопотал над гостем. — Мой дорогой мальчик, могу я предложить тебе горячий напиток? Чай или какао? — Лучше кофе с бренди! — встрял Кроули. — Я не откажусь, — поддержал инициативу демона Иисус. Вскоре все трое с удовольствием потягивали кофе, в который верный себе Змий щедро плеснул крепкого алкоголя, а Сын Божий доедал печенье, украшенное Кроули, потому что всю новую партию выпечки ангел раздарил соседям. — А почему нам не были положены подарки все предыдущие годы? — словно капризный ребёнок потребовал Кроули. — Так все предыдущие годы вы и сами их не дарили, — просто ответил Иисус. — Когда люди одаривают ближнего своего искренне и от всего сердца, когда они проявляют доброту друг к другу и проводят время в мире и любви — это самый лучший подарок для меня. В такие моменты я понимаю, что всё это было не зря, — тихо закончил Иисус, поднимая ладони вверх и обнажая шрамы чуть ниже запястья. Азирафель с Кроули не нашлись, что ответить, а Иисус, между тем, бодро поднялся на ноги, забрасывая на плечо рюкзак. — Мне нужно торопиться, подарки сами себя не подарят! Ангел с демоном отправились провожать гостя, завернув ему с собой весь остаток страдающих корчами человечков и пентаграмм. — Счастливого Рождества! — помахал им на прощание Иисус. — Хотя… судя по печенью и дереву, у вас оно больше смахивает на Хэллоуин. — С днём рождения! — хором поздравили ангел с демоном. — Несмотря на то, что он в марте, — не удержался от комментария Кроули. — Говорят, только семья и истинные друзья не забывают, когда у тебя на самом деле день рождения, — отозвался Иисус, шагая по подъездной дорожке. *** Намного позже, когда Азирафель с Кроули наконец улеглись в постель, демон сонно пробормотал: — Ангел? — Да, дорогой? — А где наш подарок от Всевышней? Ангел тихо хохотнул, притягивая к себе Кроули: — А ты разве его не чувствуешь? Кроули прислушался к ощущениям. В воздухе просто искрило от благословения, такого сильного, что у демона покалывало кожу, но оно не вызывало неприятных реакций, а скорее было щекотно. — Ммм, тоже неплохо, — решил Кроули, зевая и закрывая глаза. На шее демона поблёскивала змейка, с которой он не захотел расставаться даже ночью. Азирафель улыбнулся, поглаживая рыжие волосы любимого и разглядывая ночное небо за окном. Сверху срывались первые пушистые снежинки, которые к утру превратят всё вокруг в настоящую зимнюю сказку, которая несказанно обрадует Азирафеля, а Кроули приведёт в неописуемый ужас. Но это уже совсем другая история.