Неожиданность для одного
19 декабря 2021 г., 13:10
Думал, что когда я приду домой, то быстро схожу в душ и улягусь спать. Думал, что совершенно забуду про странное вознаграждение за молчание, что тяжёлым грузом покоится в закрытом чемодане.
Но любопытство взяло вверх.
И вот, уже битый час я сижу напротив раскрытого чемодана, в котором оказались купюры по десять тысяч йен каждая. Специально пересмотрел. И я совершенно не знаю, что с этим делать. Как бы я сам это унёс к себе домой после того, как мне это добровольно отдали. Но что теперь? Мне даже страшно считать начать, чтобы узнать конечную сумму.
А если кто узнает? Мою комнатушку тут же обворуют! А если это будет Судная ночь, то и вовсе убить могут. И будет мне счастьем, если просто получу пулю в лоб, а не что-то ещё…
— Во что же я вляпался? — Только успеваю задать вопрос самому себе, как мою дверь сотрясают.
Стук в дверь арендодателя я не спутаю ни с чем. Только она стучит сначала три раза, и, не дождавшись моментального ответа, эта женщина начинает хаотично стучать, совершенно не боясь сломать эту хрупкую дверь.
— Ханагаки! Я знаю, что ты там! Открывай дверь!
Прятаться от неё – бесполезно. Как минимум сейчас, когда я и так торчу ей денег. Соблазн велик, а деньги так и манят использовать их. И я беру несколько купюр, даже не задумываясь о том, сколько взял. Просто понимаю, что этого не просто хватит, а сверх меры того, что я ей задолжал. На пару тысяч йен так точно. Саму улику в виде чемодана прикрываю пледом, что до этого лежал на потрёпанном годами футоне.
Дверь открываю медленно, но сразу же, стоит её лицу, блестящему от кожного жира и тонны косметики, просунуться в щель, сую ей деньги. Она не этого ожидала, и потому стоит теперь с открытым ртом.
— В-вот. — Деньги отдаю прямо в её руки. — Я усердно работал последние несколько недель, чтобы выплатить Вам долг и заплатить за этот месяц.
Тихо фырча, она пересчитывает помятые купюры. Её округлившиеся глаза смотрят то на меня, то на деньги. Она с недоверием рассматривает каждую купюру, просвечивая их через луч солнца. Видимо, она думает, что я дал ей подделку? В чём-то убедившись, она быстро убирает деньги в свой карман, посматривая по сторонам.
— Ты что, проститутом заделался? — Неожиданно громко звучит вопрос.
— Ч-что? — Естественно, я алею до самых кончиков ушей. Как этой женщине вообще пришло нечто подобное в голову.
— Или почку продал? — Одно её предположение хуже другого.
— П-простите?
— Откуда у такого неудачника такие большие деньги? Мало того, что долг отдал, так ещё и сверху кучу приложил. Пытаешься подмазаться, а?
— Н-нет! П-просто, вы так долго ждали, что я подумал… — Делаю паузу, не понимая, что же такого придумать. И не придумываю ничего лучше. — Это ведь хороший бонус, да? А мне тут премию дали… хорошую премию… — О подробностях не рассказываю. Ей лучше не знать как именно эти деньги попали в мои руки.
— Надеюсь, ты никого не обокрал, Ханагаки. В следующий раз плати вовремя. — Женщина уходит, более не смотря на меня.
— Д-да. Всего хорошего. — Кланяюсь ей в знак прощания и благодарности.
Закрываю дверь, снова оказываюсь в полном одиночестве.
— Вот теперь точно ни йены не верну. — Провозглашаю вердикт, смотря на едва прикрытый пледом чемодан.
И ведь не смогу верну не потому что не хочу, а потому что сумма, какой бы она не была, уже не полная. И эту неполноту я точно не смогу возместить в кратчайшие сроки.
***
Хоть и надеялся никого не увидеть из тех странных людей, я всё же встречаю их спустя неделю. Пока основная группа находится за пределами магазина, охраняя вход словно верные псы, сам Майки стоит передо мной, протягивая какой-то огромный брендированный пакет, на вид довольно увесистый. Боюсь представить что там лежит. Особенно после чемодана с деньгами. И это после того, как мне сказали держать язык за зубами? Они издеваются? Зачем было так запугивать, если теперь сами ко мне пришли? Снова запугивать? Но я ведь и без этого молчу! Какой смысл в этой нашей встрече? Так и не взяв пакет в руки, отрицательно мотаю головой. Руками так же жестикулирую, показывая отказ. Пропускаю мимо ушей то, что мне говорит мужчина. Сейчас, когда он стоит на своих ногах, он кажется чуть ниже меня ростом, буквально на пару сантиметров. Кисти рук ещё тоньше, чем я запомнил. Да и сам Майки-сан выглядит осунувшимся. Удивительно даже, как пакет не перевешивает его. — П-простите, но я не могу принять это. — Уже и кланяться готов, лишь бы он отстал. Естественно, я смотрю новости. И за это время, пока он восстанавливался где-то там, я увидел в одном из репортажей новостей знакомого безумца с розовыми волосами да узнаваемыми шрамами на уголках рта. "Бонтен" — известные чистильщики Судной ночи. Эта группировка готова зачищать целые районы, убивая бедняков да бомжей. Единственные способы выжить в их компании, это либо быть наркоманом, иными словами – их клиентом, либо быть членом их семьи. Иначе не выжить. И такому страшному человеку я помог спастись. — Но я не могу вернуть тебе твою футболку: она и так была порванной из-за меня, так её ещё и Санзу разорвал на куски, пока укладывал меня на операционный стол. Так что прими это взамен твоей испорченной одежды. — П-правда, не стоит. У меня предостаточно одежды. — Тебе не нравится этот бренд? Если хочешь, то можешь сам выбрать. — Я, правда, не нуждаюсь в этом. Ваш… — И сейчас я понимаю, что не знаю их взаимоотношений в группе. Поэтому начинаю с вопроса. — Ваш друг? Мужчина с длинными белыми волосами. — Выражение лица моего собеседника остаётся неизменно нечитаемым, так что я совершенно не понимаю, двигаюсь ли я в правильном направлении. — Он дал мне более чем достаточно тысяч йен. — Наверное, это был Коко. Он всегда даёт деньги, когда нужно решить вопрос мирным путём. — Уже начинаю думать о том, что сейчас меня попросят вернуть всё обратно, а я уже не смогу. Тяжело сглотнув собственную слюну, начинаю хаотично придумывать отговорки. И лёгкая рука, что упала мне на плечо, пугает лишь сильнее. — Не переживай ты так. Оставь те финансы себе. И это тоже прими. Пакет всё же всучивается в мои руки. Майки-сан пользуется моей нервозностью, и сам сгибает мои пальцы на ручке пакета. Пробую вернуть, но мне не дают этого сделать. Тонкие пальцы с силой сжимают мои руки. И откуда такая сила в столь хрупком на вид теле? — Д-да что вы такое говорите? — Может, тогда сходим куда-нибудь поужинать? Хочу нормально отблагодарить тебя. У меня такими темпами инфаркт случится. Боюсь, что это аукнется мне в Судную ночь. Думаю, в этот раз я намного раньше уеду в дом бабушки. Иначе точно поймаю либо пулю в лоб, либо нож в печень. — Не нужно. Правда, не нужно. Вы выглядите куда лучше – этого достаточно. А вы ещё и благодарите меня сверх меры. — Во сколько ты заканчиваешь? — Резко меняет тему Майки-сан. — Э? — Не совсем понимаю его вопроса. Зачем ему это знать? — Я могу подождать, если совсем скоро. Если нет, то заеду за тобой позже. Спорить с ним – всё равно что головой об стенку биться. Он упёртый. Мало того, что я так и не вернул пакет, так теперь ещё и на ужин явно завлечёт. — У меня смена до самого утра. А после работы я всегда спать хочу. Поэтому в ближайшие дни точно не получится. П-простите. — Всё же кланяюсь, хоть и только головой. Лишь бы только мне не аукнулся этот отказ. — Мне правда жаль. — Вот как… Тогда ничего не поделаешь… — Поднимаю голову, чтобы убедиться в том, что на меня не злятся. Майки-сан же как-то грустно опускает взгляд. Если до этого я не понимал, о чём он думает, то теперь отчётливо вижу его грусть. — Хотя бы возьми это. Как небольшую благодарность от меня. — Х-хорошо. Спасибо. — Мои руки всё же освобождаются от чужой крепкой хватки. Сам мужчина же уходит, тихо попрощавшись. — Всего хорошего. Кланяюсь не сильно, стараюсь не дрожать. Страшно быть рядом с такими людьми. Молча наблюдаю за тем, как все эти люди усаживаются по машинам, как автомобили уезжают с проезжей части, даже не с парковки. Благо хоть пробку не создали, иначе мне бы и за это попало. Сердце не успокаивается и тогда, когда не осталось ни следа от этих людей. — Эй, Ханагаки! — Менеджер не кричит на меня, но её шёпот явно готов перейти на крик. Я пугаюсь неожиданного звука до такой степени, что чуть подпрыгиваю на месте, чудом не роняя пакет. — С каких пор ты водишься с Бонтеновцами? — Не вожусь я с ними. — Ага, как же. Не водится он. — Высказав недоверие, она тыкает в пакет. — А это тогда что? — Сам не знаю… Спешу уйти в служебную комнату, не желая продолжать разговор. У каждого работника тут есть шкафчик, так что я прячу "подарок" в свой. Тут нет замков или чего-то подобного, но я не беспокоюсь за сохранность. Менеджер точно не будет лазить по моим полкам, как бы любопытно ей не было. — Хэй, Ханагаки… — Второй раз за последние минуты вздрагиваю от её, менеджера, голоса. Девушка стоит в проходе, скрестив руки на груди. Она не смотрит на меня. Взгляд уставлен вперёд, что-то обдумывая. — Чего? — Даже если не врёшь, то… — Она всё же поворачивает на меня голову, смотря своим самым серьёзным взглядом. — Начни с ним дружбу. Тем более их глава к тебе сам тянется. — Зачем мне это? — Совсем дурак? — Повысив на меня голос, она уже готова стукнуть меня по голове приготовленным кулаком. — Судную ночь никто не отменял. А так хоть живым останешься. — Не, не думаю. У меня есть секретное место – этого достаточно. Я не вру и не лукавлю. Недалеко от Нары есть заброшенная деревня. В ней сохранился домик моей бабушки. Не скажу, что мне нравится та рухлядь, но там хотя бы ни единой души, что равнозначно понятию "безопасно". А те картинки, вырисовываемые в темноте моим же воображением, можно спокойно побороть за игрой на кнопочном телефоне или простым сном. Правда, всё это происходит и будет происходить в холодном да сыром погребе. Но даже это лучше, чем отсиживаться в съёмной квартире с хлипкой дверью. — И правда редкостный идиот. — П-простите. — Пошли работать. Смену никто не отменял. Менеджер первая уходит в зал. Немного постояв на месте, плетусь за ней. Она права. Рабочая смена ещё не окончена, а мы тут ещё и зал без присмотра оставили.***
Пакет распаковываю уже по приходу домой. Светлый пакет с надписью "Cav empt" содержит в себе одежду данного бренда. Тут не только футболки, но ещё и худи со свитшотами, и лонгсливы. Выпотрошив всё, вижу и кислотно-жёлтую рубашку, что упала поверх всего остального. Решив, что так я не пойму толком, решаю всё разложить на полу. Собрав весь мусор, выношу его наружу, благо хоть он уже собран в чёрные пакеты. Стараюсь как можно аккуратнее разложить все новые вещи. С тех пор, как сбежал из дома, впервые держу в руках что-то новое, да ещё и столь дорогое даже для Японии, родины этого бренда. Пара футболок различных размеров и оттенков, а так же забавных и причудливых рисунков. Две рубашки, одна простая белая, с карманом на левой стороне у груди, и вторая, которую я уже видел. Лонгсливы и прочее просто складываю в стопку, толком не рассмотрев, кроме одного. Красно-розовый, поделённый словно на две части. Рисунка нет, только красная круглая вставка с надписью бренда на левом рукаве. — Блин… мне нравится… Эту вещь откладываю в сторону. Из футболок тоже выбираю одну, также без рисунка. Простая и чёрная. Если не посмотреть на брендированную вышивку, то и не будет понятно, откуда оно. Уложив всё в шкаф, кроме этих двух вещей, примеряю их. Долго смотрю на себя в зеркале в ванной. Оно хорошо сидит на мне, словно некто, кто покупал всё это, прекрасно знает мой размер. Глажу одежду руками, и чувствую всю ту мягкость, что она хранит в себе. Лонгслив ещё и тёплый, прямо созданный для ночных да утренних прогулок до работы и обратно. — Чёрт, оно такое приятное на ощупь и в ношении. Стоит признать, мне нравится то, что на мне сейчас надето. Только вот не поймут меня соседи, точно полезут взламывать мою квартиру. Надо что-то придумать, и при том срочно.
