Ради тебя

Гермионе пришлось поискать Драко по всему замку после уроков, прежде чем она нашла его одиноко сидящим около Чёрного озера. Этот совершенно бестолковый аристократ не потрудился даже наложить согревающее на себя. Продрог, как ледышка, сидя на снегу и глядя перед собой. На вопрос «что случилось?» он, конечно же, только хмыкнул. Его выбесил Кормак, и Гермиона знала это. Знала, как ему хотелось сорваться с места и вырвать ручища Маклаггена из плеч, когда тот посмел коснуться Грейнджер. Его Грейнджер. Они посидели у озера около получаса, и, когда Малфой заметил, что Гермиону не спасают уже даже согревающие, велел ей подниматься в спальню и греться, а сам обещал подойти через пару минут. Ведь по школе вместе они не ходили, что начинало уже дико раздражать. Потому что Малфой, идя за Грейнджер, слышал, как два Пуффендуйца обсуждали её длинные ножки. Мерлин, дай ему сил дожить до окончания школы. Он с удовольствием увезёт Грейнджер на край света, спрятав от всех их отношения, и будет наслаждаться этими ножками часами напролёт. — Тебя долго не было, — улыбнулась Гермиона, прыгая Малфою на шею, как только тот вошёл в их общую гостиную. Она очень скучала. После завтрака он ушёл из зала и до первого совместного урока они не виделись, а всё остальное время отчаянно делали вид, что в общении друг с другом не нуждаются. А они нуждались. Порой даже слишком сильно. Как сейчас, когда он обнял в ответ, зарываясь носом во всё ещё влажные от снега кудри. — Почему не высушила? Не болела давно? — И это мне говорит человек, который сидел и мерз на ледяной земле весь в снегу, — улыбнулась Гермиона, поднимаясь на носочки и целуя Драко в подбородок. Высокий засранец. — Мне ничего не будет, я же Малфой. А вот ты — маленькая и слабенькая, можешь заболеть. Драко расхохотался, когда Грейнджер фыркнула на прозвище «слабенькая» и ударила его ладонью по плечу пару раз. Смешная, даже ударить нормально не может. — Драко, пожалуйста, не злись, — вдруг изменилась она в лице. — Я не имею с Кормаком ничего общего, — Гермиона крепко обняла Малфоя, улыбнувшись, когда тот оторвал её от пола и сел на диван, усаживая Грейнджер сверху. — Я знаю, — он кивнул. — Просто херов Маклагген не оставляет попыток подкатить к тебе с пятого курса, а я даже сделать ничего не могу. — Ну, с посыланием его в Мерлинову задницу я и сама неплохо справляюсь, — она улыбнулась, проводя ладонью по чуть колючей щеке. — Я искала тебя после завтрака, хотела увидеться. Где ты был? — Ушёл на задний двор, чтобы не кинуть в Кормака Сектумсемпрой, — усмехнулся Драко. — Знаешь, я скоро не сдержусь, кажется. — И тогда все узнают о нас, — нахмурилась Гермиона. — А это для тебя слишком опасно. Поэтому дай мне разобраться с ним самой, ладно? — волшебница коснулась лбом лба Драко и потёрлась кончиком носа о его. — Я люблю тебя, знаешь? — Знаю, Грейнджер, — он выдохнул. Вся злость тут же сошла на нет. — И я тебя люблю. Она поцеловала его, возвращая этому дню потерявшееся утром счастье. Влюбиться в самого заносчивого Слизеринца казалось наказанием, но на деле это было самым правильным решением за всю её ещё недолгую жизнь. Малфой был засранцем со всеми, кроме неё. Он любил так, как многие не умели. Заботился и давал уверенность в себе и завтрашнем дне. Гермионе было абсолютно плевать на все невзгоды мира, пока рядом с ней был Драко.

***

Она проснулась утром от каких-то странных ощущений. Было слишком жарко, сердце колотилось, как заведённое, а дыхание сбивались, заставляя в панике открыть глаза, и тут же застонать от понимания происходящего. Блондинистая голова медленно двигалась между стройных ножек Гермионы. Он вылизывал её, как сладкое мороженое, крепко удерживая на месте сильными руками. Такой вариант пробуждения был неожиданным, но дико приятным. Грейнджер зарылась пальцами в волосы Малфоя, хрипло простонав его имя. — Мерлин, Драко, ты сумасшедший! — И тебе доброе утро, сладкая, — шепнул Драко, почти не отрываясь от её половых губ. Черт, она была такой вкусной… Он бы лежал между её ног сутками, если бы была такая возможность. Когда она зажала его голову ногами и стала неконтролируемо стонать, Драко со знанием дела принялся уделять особое внимание клитору, зная, что Гермионе хватит нескольких движений умелого языка, чтобы кончить. И она кончала. Дрожала всем телом, притягивая Драко к себе и крепко целуя его во влажные губы. Мерлин… Он был совершенно ненормальным. — Проснулась? — ухмыльнулся Малфой, оставляя ещё парочку поцелуев на шее. — Ещё бы, — она покраснела, закусывая губу. С Малфоем никогда не было «просто». Даже проснуться просто он ей почти никогда не давал. Но… Каждое «непросто» стоило его любви. Даже самое сложное. Даже те несколько лет их вражды и его издевательств стоили того, чтобы сейчас просыпаться от настойчивых поцелуев и спать в обнимку с Малфоем под зелёным пледом со Слизеринским гербом, вышитым в уголке. Грейнджер буквально забыла, когда последний раз ночевала в своей спальне одна. — Я не хочу тебя отпускать сегодня из этой постели, — хрипло прошептал Малфой, больно кусая Грейнджер за нижнюю губу. — Хочу весь день любить тебя здесь, а не смотреть, как к тебе подкатывает Кормак. И Уизли. И ещё половина студентов старших курсов, — он закатил глаза и уронил голову ей на грудь, громко вздыхая. — Я плохой человек, Грейнджер, ты помнишь? Я могу и Авадой начать кидаться в каждого из них. — Потерпи немного, Драко, — прошептала Гермиона, поглаживая его по волосам. — До выпускного осталось всего полгода. — Ещё целых полгода, Грейнджер. За это время я свихнусь миллион раз. — А я свихнусь, если с тобой из-за меня что-нибудь случится. Пока хоть один из Пожирателей на свободе, ты можешь быть в опасности. И если молчание о нас даёт тебе хоть немного защищённости, то я буду молчать, ясно? Он не боялся Пожирателей. Но боялась она. А он не хотел ее расстраивать. Малфой был уверен, что пока они в Хогвартсе, то никто из ПСов не сунется к нему. А после выпускного он бы увез Гермиону хоть на самый край света, только бы она была в безопасности. Но Гермиона предпочитала молчать, а Драко… А Драко соглашался с ней, просто потому что не хотел её расстраивать. По крайней мере, пока вся ситуация была под его контролем. — И так, что у нас сегодня по плану? Суббота же, — Драко перевалился на кровати и обнял Гермиону, прижимая ту к себе и глядя прямо в глаза. — Сегодня все студенты идут в Хогсмид, ну а мы с тобой остаёмся здесь, чтобы… — Ммм, Грейнджер, — Драко смешно поиграл бровями, — и что мы будем делать? — Писать сценарий рождественского бала, — Гермиона расхохоталась от его страдальческого выражения лица. — Да-да, Малфой, нас ждёт Макгонагалл уже вечером с набросками сценария, а мы ещё даже не приступали к написанию. До Рождества осталось пять дней, времени катастрофически мало. — Ладно, — он кивнул и медленно встал с кровати. — Идём на завтрак. Ты первая, пока не опаздываем, чтобы твоя рыжая подружка снова не напала с расспросами.

***

— Зайдём в «Шапку-Невидимку?» — спросила Джинни за завтраком. — Посмотрели бы наряды на Рождественский бал. — Я бы с удовольствием, Джинни, но нам с Драко нужно готовить сценарий для праздника, поэтому мне придется обойтись сегодня без Хогсмида, — ответила Гермиона, поглощая банан, не замечая странных взглядов друзей. За столом повисла давящая тишина, даже Рон перестал жевать, пытаясь осознать сказанное подругой. — Вы чего? — осторожно спросила Гермиона. — Чего вы на меня так уставились? — Ты назвала хорька по имени, — скривился Рон. — Ты никогда не называла его Драко. Вот чёрт. И действительно не называла. При друзьях уж точно старалась. Наедине не назвать его по имени было почти преступлением. Она, как минимум, каждый раз кричала имя Драко во время оргазма. — Мерлин, Рон, — Гермиона закатила глаза, пытаясь не выдать нервозность. — Конечно я называю его по имени. Мы живём в одной башне и постоянно работаем вместе, это нормально. А ещё мы спим и любим друг друга, но тебе, Рон, это знать необязательно. — И ты хочешь сказать, что он тоже называет тебя по имени? Не грязнокровкой и другими оскорблениями, а Гермионой? — Да, Рональд, Драко называет меня Гермионой. Когда целует меня перед сном. — Мой мир никогда не станет прежним, — нахмурился Уизли, возвращаясь к еде, когда Джинни и Гарри просто пожали плечами, продолжая завтракать. — Принести тебе что-нибудь из Сладкого Королевства, моя сладкая королева? — рядом на лавку уселся Кормак. Достал. — Или ты передумала и всё же решила посетить со мной «Три Метлы»? Учти, Грейнджер, ты не знаешь, от чего отказываешься. — От тупых подкатов и твоего неумения обращаться с девушками? — прозвучал над головами грубый голос, и Гермиона вздрогнула, поднимая взгляд. Он не выдержал. Этого стоило ожидать. — Какого ты тут забыл, Малфой? Я разговариваю с Грейнджер. — А я ее забираю. Чувствуешь разницу? Грейнджер зажмурилась, ожидая скандала, но Малфой молча перекинул её через плечо на глазах всех студентов и преподавателей, и понес к выходу из Большого зала. Это полный провал.