Смерть в бою

Глава вторая Спарта Через три месяца       Сегодня прекрасный день. Мне исполнилось тринадцать, что означает, я теперь могу носить одежду. Конечно, непривычно чувствовать как что-то покрывает твою кожу и поначалу было чуть ли не неприятно. Но посмотрев как Эспер после помывки в реке испытывает холод на ветру, заставило меня понять, что можно и потерпеть.       Сегодня у меня по расписанию занятия по рукопашному бою и бою на копьях. После нам будут рассказывать про тактику и великих полководцах. Педотербии говорят, что у каждого из нас есть возможность встать с ними в один ряд. Мой отец говорит, что тот солдат, который не стремится стать Таксиархом перестанет развиваться и ослабнет, а потом умрет как тот, кто был слишком слаб.       Я посмотрел на свою одежду, тёмного цвета хитон и более светлый хламис. Еспер, который поёжился от холода, завистливо посмотрел на одежду. Одеваясь, говорю ему: — Не завидуй. Ещё несколько месяцев и ты тоже сможешь одеться, — приободрил я его. — Поскорей бы, — хмыкнул он.— Кстати, как ты думаешь, наши победят, а если и победят, то вернутся ли, с похода, мой и твой отец живыми? — Конечно вернутся, — соврал я. Я тоже боялся того, что они не вернутся. До сих пор вспоминаю как отец, собираясь в поход, сказал мне.

***

— Посмотри на щит. Я вернусь либо с ним либо на нем, — сказал он грустным извиняющимся тоном. — Но даже если я умру, я умру счастливым от того что после меня останется такой сын, как ты. — Но я, а как же я буду жить один, без отца, — я боялся что останусь один. — Ну ты уже взрослый, я уверен ты уже и сам сможешь о сможешь сам о себе позаботится, — изобразил он веселье. — Папа, у тебя плохо получается утешать. — Я знаю, я знаю. Ты главное не унывай, и что бы к моему приходу смог нормально сражаться с копьем! — Да, отец!

***

      Интересно, когда они вернутся. Я смотрел на мимо проходящий патруль спартанцев, в поход уехали почти все кроме защитников города. Мы стали уязвимей, на нас могут напасть пока большая часть воинов в походе. Это был не первый поход наших воинов на моей памяти. Первый был, когда мне было пять. Тогда отец пришёл хмурый. Я не очень помню, но кажется, тогда умер его близкий друг. Следующий поход был через полгода. Тогда длилась война между нами и Фракией. Война закончилась четыре года назад и мы полностью оправились от ран и ущерба нанесённого войной. И сейчас у нас началась война с Родосом.       Я пошёл в сторону полигона, так как уже было утро нам надо идти на занятия. Еспер учится в другой группе, так что нам надо в разные части города. Ему к храму Артемиды, мне к храму Ареса.       Там как всегда горел костёр войны возле алтаря. Его поддерживают только тогда, когда у нас идёт война. Костёр войны символизирует ярость Войны, то что война поглощает и сжигает всё. Алтарь был выполнен из бронзы, в виде большого перевёрнутого щита, в Спартанском стиле, с копьями ножками, при этом алтарь казался массивным и внушал своим видом. На стенах были мазайки самых величайших побед с участием Ареса.       Там меня ожидали два навеса. Одна под столовую, вторая для оружия. В столовой как всегда ряд столов и скамеек. В конце рядов находился котел в котором варили кровавую похлебку. Её готовят из чечевицы, свинины или говядины и крови. На вкус ужасно, но питательно и сытно.       Иду к педотербию и спрашиваю. — Хайре! Тренировка ещё не началась? — быстро отчеканил я. — Хайре! Ещё нет, — так же лаконично.       Иду к оружейной палатке. Тут были в основном только учебные образцы, затупленые мечи, деревяные копья юниора, щиты и доспехи с утяжелителями. Взяв в руки копьё и выбрав щит, я быстро снял с себя хламис и хитон. Вокруг никого почти нет, кроме педотербия и меня, были только пятеро детей. В том числе и Ерос. Ерос был как всегда весел и о чём-то говорил с Клименом, пареньком с черными как смоль волосами и безучастными глазами. Он таким стал после смерти своего отца во время одного из походов. Я подошел к ним и спрашиваю — Хайре. Как у вас дела? —приветливо улыбнувшись. — Хайре. У меня всё хорошо! А у тебя как? — отвечая, Ерос улыбнулся. — Хайре… Всё нормально, — Климен посмотрел на меня всё также безучастно. — У меня всё хорошо. Вот только грустно немного… — не успел закончить я. — ХЭЙ!!! Говорите кратко!!! – сурово прокричал педотербий. – Не забывайте о лаконичности. — Да. Простите! – хором. — … — инструктор просверлил нас суровым взглядом. — Это естественно. Поход всё же, — Климен внял совету воспитателя Иона. — Я тоже волнуюсь, — Ерос уже не так радостно. — А вернутся ли они? – Климен стал ещё более мрачным. Он всё же не хотел что бы еще кто-то остался без отца. — Я надеюсь, — пожёвывая губу, ответил я. — Точно вернутся. Мы всегда побеждаем, — к Иеросу вернулась его уверенность. — Да. Вот только не бывало битв без потерь, — и посмотрел я в небо с лёгкой досадой. — К сожалению, да, — согласился Климен. — ... — мы все промолчали, обдумывая каждое своё. — Давайте не будем о грустном. Вы слышали о Елене Прекрасной? — Ерос никогда не любил грустить, и здесь постарался уйти с грустной темы. — А кто не слышал? — съязвил Климен. — Слышал. Что-то с ней не так? — вопросительно выгнул бровь я. — Нет, с нею всё нормально. Просто слышал, что её хотят выдать замуж, — возбуждённо проговорил Ерос. — Только через три-четыре года. Ей всё же только четырнадцать, – напомнил я. — Возможно, уже подбирают мужей, — предположил Климен. — Ну не знаю. Эх! Вот бы за меня! — Ерос всегда был тем ещё мечтателем. — У неё, скорее всего, будет политический брак, – Климен скептично посмотрел на Ероса. К полигону уже подходили другие дети. Они общались на свои темы, не обращая на нас внимания. Но тут к нам подошла Кибела. — Хайре! Вы слышали о Тесее? — с придыханием в голосе спросила Кибела. — А кто не слышал! — на этот раз уже я съязвил. Просто уже не понимал, с чего все так часто говорят о нём, есть же еще более достойные герои, Геракл, Ясон, Атланта. Что все вспоминают об этом насильнике. — Кого он убил на этот раз? — Климен посмотрел на Кибелу уже более живыми глазами. — Что? Да нет. Я слышала, что его молодую жену убили кентавры. Ох, раз он теперь свободен, то может быть он возьмёт меня в жены, — с придыханием сообщила она свою «радостную» новость. — И ты туда же… — сказал Климен, переводя взгляд с Ероса на Кибелу. — Вряд ли… Зная этого любимчика Афродиты, он поищет себе невесту из самых красивых женщин, — ответил я и тут же получил ненавистный взгляд от Кибелы. И чего это она, я же говорю правду. — А ведь Елену уже называют прекрасной, не смотря на возраст… — Климен задумался над своими словами.       Но договорить нам не дал крик воспитателя. К этому моменту уже все явились на тренировку. Так что на окрик Иона, мы не удивились. — Дети!!! Скажите мне, почему Спарта всегда побеждает? — со странной интонацией, он как будто знал то, что мы не знали. — Дисциплина? — раздался голос в строю. — Скажи увереннее! — воспитателю явно не понравилось такая неуверенная интонация в ответе. — Дисциплина! — уже более уверенным голосом произнес тот же самый голос. — Правильный ответ, но есть и другие причины. Ещё ответы? — инструктор явно хотел услышать ещё предположения. — Подготовка! — уже девчачьим голосом, раздалось слева от меня. — Близко, но нужен другой ответ, — он снова выжидающи посмотрел на нас. — Воспитание! — прокричал рядом со мной Климен. — Правильно… — некоторое время помолчав, Педотербий продолжил говорить. — И сегодня будет ещё один этап вашего воспитания. Идите за мной.       Инструктор пошёл на выход с полигона, а на площади я увидел другую группу воспитанников, и среди них я увидел Еспера. Я не стал с ним здороваться и двинулся дальше за инструкторами.