Привкус неволи

      Токугава в ужасе смотрела на своё отражение в зеркале и даже представлять не хотела, как в таком виде выйдет из дома. Дурацкая зелёная юбка слишком короткая, ещё более дурацкая рубашка тесна в груди, а красный галстук ощущается не как аксессуар, а скорее как удавка. «Нет, я не смогу», — Сецуна в очередной раз пошла кругом по своей комнате. Девушке казалось, что выглядит она глупо, но куда более важно то, что чувствовала она себя голой. От нервов кожу рук начало покалывать, а в животе завязался тугой узел. Но она должна ходить в школу в форме, как все нормальные ученики. Только для них это просто неудобство, а для Токугавы настоящая пытка.       «Я смогу, — решилась девушка и вновь остановилась напротив зеркала в полный рост. — Нет, чёрта с два, я смогу». Закусив губу и сжав кулаки, она снова затопала по кругу. Ещё пара таких заходов и на сером ковре будет вытоптана дорожка.       — Сецу-чан, от твоего топота весь дом трясётся, — послышался недовольный голос матери. Следом за ним дверь открылась, и Токугава Така вошла в комнату дочери. — Чего ты разбега…       Договорить женщина не успела. Светлые глаза заблестели от слёз при взгляде на дочь. «Как же ей идёт», — Така подлетела к Сецуне и, взяв за плечи, заставила остановиться. От женщины не ускользнула паника в карих глазах дочери, и Така мягко погладила плечи и руки девушки. Она с головы до ног осмотрела дочь и улыбнулась.       — Знаю, ты не в восторге, но тебе очень идёт форма, — негромко сказала Така. Сецуна отвела взгляд. — В ЮЭЙ строгие правила, но это дисциплинирует. Хотя знаю, ты бы хотела ходить в своём плаще, как в средней школе.       Така пыталась посмотреть в глаза дочери, но та упрямо смотрела в сторону и чуть хмурилась. Такой потерянный вид разрывал сердце женщины на кусочки, а понимание того, что из-за неё её дочь так мучается… Така резко выдохнула, сдерживая поток уже печальных слёз, и притянула Сецуну в себе. Тёплые материнские объятия лучше всяких лекарств.       — Мы с папой гордимся тобой. И любим тебя, несмотря ни на что, — прошептала Така и поцеловала каштановую макушку. — Милая, если ты хочешь всё бросить, мы поймём.       То, каким голосом были сказаны эти слова, вызвало неприятную тяжесть у Сецуны в груди. Дабы убрать это чувство, она решила заменить его иным. Решимость появилась маленьким росточком, но быстро окрепла. «Они рассчитывают на меня», — девушка чуть отстранилась от матери. Вспомнилось, как три дня назад Сецуна впервые пошла на занятия… Как папа и мама были рады, как горели их глаза при взгляде на дочь. Сецуна была уверена, что навсегда запомнит тот день и их лица. И то выражение она хотела видеть снова, а не вот эти вину и сочувствие, какими сейчас исказилось красивое лицо матери. Сецуна улыбнулась.       — Милая, — выдохнула Така.       Гордость за дочь вызвала очередной приступ сентиментальности, но женщина твёрдо решила ему не поддаваться. Вместо этого она подошла к стулу и взяла с него чёрный шарф. С улыбкой Така повернулась к дочери и повязала ткань на её шее.       — Думаю, против этого они ничего не скажут, — сказала женщина и с радостью увидела, как просиял взгляд Сецуны. — Можешь накинуть плащ поверх формы, а перед академией снимешь и уберёшь в сумку.       Сецуна согласно кивнула и плотнее замотала шарф, закрывая нижнюю половину лица. Сразу стало легче, узел в животе ослабел, а лёгкие снова нормально наполнялись кислородом. «А ведь и правда так будет проще, — решила девушка. — Хотя бы вначале, но потом стоит отказаться и от этого. Иначе так и не сдвинусь с мёртвой точки». Сецуна вытащила из шарфа распущенные волосы и подошла к тумбочке рядом с зеркалом.       — Да, волосы лучше собрать, чтобы не мешались, — сказала Така и захватила пальцами мягкую прядь. — Я уже и забыла, когда последний раз заплетала тебя. Кажется, это было ещё в начальной школе. Можно?       Така вопросительно посмотрела на дочь, надеясь, что та протянет ей расчёску и резинку. Помедлив секунду, Сецуна всё же сама взялась за расчёсывание волос. Така смиренно отступила, хоть и слегка огорчённая отказом. Уже в дверях женщина сказала:       — Папа ушёл на работу, так что позавтракаем вдвоём. Буду ждать внизу. Не забудь учебники и свой блокнот.       Женщина оставила дочь одну, и снова в комнате стало тихо. Лишь треск электричества от расчёски, проходящей снова и снова по тёмным прямым волосам, да мерное дыхание девушки, которая уже не с ужасом, но с опаской ждала начала учебного дня.       Быстрый завтрак прошёл за непринуждённым монологом Таки, повествующем об её великих планах на сегодняшний ужин. Ну, а чем ещё заниматься женщине в отпуске? Только баловать своих домочадцев кулинарными шедеврами, а те двумя руками «за». Перед выходом Така чмокнула дочь в лоб и пожелала «удачного дня». Для Сецуны это ежедневное пожелание звучало будто издевательство, но это уже её придирки. Хотя о каком везении могла идти речь, если она училась в классе с ней? Каждый раз как образ одноклассницы появлялся перед глазами, Токугава ёжилась и вздрагивала. Радовало, что она хотя бы не пыталась подружиться, а то пришлось бы совсем тяжко.       Прибыв в академию, Токугава, как и планировала, оставила плащ вместе с обувью в шкафчике. Сегодня особенный день по ряду причин. Во-первых, утренние занятия были выделены не под общеобразовательные предметы, типа английского или современной литературы. Да, в геройской академии преподавали стандартные для любой старшей школы предметы. Не может же ЮЭЙ выпускать героев-неучей, которые два плюс два сложить не могут. А во-вторых, первое занятие сегодня должен был вести никто иной как… господин Символ Мира — Всемогущий! Барабанная дробь, фанфары и сотня красавиц, танцующих канкан. Ну, это, конечно, в идеале. А в действительности же только возгласы учеников, которые пришли в восторг при виде героя номер один в его геройском костюме.       Появление Всемогущего означало, что занятие сегодня будет необычным, а именно — боевая тренировка. Снова крики и радостные вопли. А что случилось в классе 1-А, когда учитель сказал, что их геройские костюмы готовы? Как стены академии не обрушились от шквала энергии от учеников, осталось загадкой. Сразу после короткой вступительной речи Всемогущего, все похватали чемоданы с костюмами и понеслись в раздевалки. Последней из класса выходила Токугава, ведь спешить ей всё равно было некуда.       — Учитывая твоё особое поступление, наша служба не смогла изготовить тебе костюм, — сказал Всемогущий. Токугава полуобернулась и посмотрела на учителя. — Тебе стоит отдать свои пожелания в ближайшее время. Сегодня придётся обойтись без костюма, юная леди.       Токугава открыла заранее подготовленный блокнот и быстро застрочила в нём ручкой. «Значит, действительно немая. Айзава-кун и другие предупреждали об этом», — Всемогущий терпеливо ждал. Токугава закончила и повернула блокнот учителю.

Нет проблем. Мне и в своей одежде неплохо

      Токугава слабо поклонилась учителю и удалилась за вещами, что остались вместе с обувью в шкафчике. «Это же просто чудесно», — девушка не могла сдержать волнение. Облегчение приятной волной разливалось по её телу. Наконец, эти пристальные взгляды, от которых всё тело немело, не будут мучить Токугаву. Хотя есть кое-что и похуже. Минета Минору — главный извращенец в классе. Этот коротышка оказался, наверное, самой неприятной личностью из всех, кого Токугава встречала за свою жизнь. Нет, ну, вы представьте, этот мелкий попытался заглянуть под юбку девушки, когда она проходила мимо! И даже не скрывал своих намерений! Токугава еле сдержалась, чтобы не отвесить ему смачный подзатыльник.       «Нельзя бить людей без причины», — это одно из правил, которое девушке привили родители едва ли не с младенчества. И дело не в банальных нормах поведения, а в самой Токугаве. Так нужно для её же блага.       Переодевание не заняло много времени, и совсем скоро весь класс собрался на площадке гамма и встал перед Всемогущим. Профи не мог не отметить то, насколько крутыми выглядели ребята в своих геройских костюмах, а после принялся объяснять план боевой тренировки.       — Всемогущий потрясающий, — прошептала ученица с розовой кожей в пёстром костюме. Ашидо Мина живо зажестикулировала. — Нам круто повезло, да?       — Да, офигенно, — поддержал её парень с жёлтыми волосами и игриво подмигнул Токугаве. — А ты что думаешь, Токугава?       Девушка даже бровью не повела, только перевела взгляд на учителя. «Каминари Денки… Твои дешёвые подкаты как никогда кстати. Я окончательно расслабилась, — Токугава отошла чуть в сторону от одноклассников. — Всемогущий, да? Герой номер один. Выглядит он действительно внушительно. Все так возбуждены из-за его появления. Понимаю, знаменитость, но всё же… Хотя, кажется, дело в другом». Сама не понимая, почему, Токугава чувствовала приступ лёгкого восхищения. Может из-за общей атмосферы среди учеников, а может её сердце само откликнулось на яркий свет, что излучал великий Символ Мира. Может, он действует так на всех, даже против их воли?       Все эти волнения вводили Токугаву в ступор, но разбираться с ними не было ни времени, ни особого желания. И ещё эти взгляды… Хоть теперь Токугава и одета в свой любимый плащ, под которым была школьная спортивная форма, но одноклассники порой всё равно косились на неё. Ну да, все удивились, когда девушка вошла сегодня утром в класс. Её даже не признали сначала, а Иида пытался выпроводить из класса, но на выручку пришёл Мидория. Парень избавил Токугаву от необходимости что-то объяснять, воскликнув на весь класс: «Ты Токугава-сан?!». Выглядел он уморительно, и сейчас, вспомнив его лицо, Токугава не сдержала улыбки. Всё же она благодарна за своеобразную помощь.       Наконец, Всемогущий закончил объяснения и объявил первую пару соревнующихся команд. Злодеи — Бакуго Кацуки и Иида Тенья, герои — Мидория Изуку и Урарака Очако. Первые должны защищать боеголовку, вторые — захватить её или злодеев. Всё примитивно. Проходящие тренировку занимали свои позиции, остальной класс вместе с Всемогущим наблюдал за происходящим из отдельного помещения с кучей экранов.       — Интересно, кто же победит? — пробормотала Ашидо.       — Конечно, Бакуго! Этот парень не продует! — заявил парень с колючими красными волосами и шрамом на правом глазу.       — Мидория-чан тоже довольно силён, — заметила девочка-лягушка, приложив палец к подбородку.       Каждый негромко, скорее самому себе под нос, чем одноклассникам, высказывал свои ожидания от сражения. Безмолвными оставались лишь трое, в числе которых была отошедшая подальше Токугава. Девушка прислонилась спиной к стене — отсюда и так прекрасно видно всё происходящее.       Всемогущий объявил начало поединка, и Мидория с Ураракой двинулись внутрь здания. Поскольку на выполнение задания отводилось всего пятнадцать минут, действовать нужно было быстро и чётко. Спустя всего три минуты уже завязалось сражение между Мидорией и Бакуго. Токугава глянула на своих напарников по команде — высоченный парень с не то руками, не то крылья и вечно безразличный ко всему кусок ледышки. Шоджи Мезо и Тодороки Шото столь же увлечённо — как и все остальные — наблюдали за сражением. А схватка становилась всё ожесточённей и, на взгляд Токугавы, выходила за рамки того, на что была нацелена тренировка.       «У этого парня проблемы с гневом, кажется. Я не совсем знаю принятые устои, но разве герой может орать «сдохни, ублюдок»? И он будто особенно ненавидит Мидорию. То, как он сражается… — Токугава внимательно следила за каждым движением на экранах, даже когда другие одноклассники в ужасе отворачивались. — Столько ярости, а гордыня из него так и прёт. Пожалуй, было самым правильным решением избегать его».       Наконец, напряжённое ожидание подошло к концу. Победителями из сражения вышли Мидория и Урарака, но за это пришлось заплатить свою цену. Мидория использовал свою причуду лишь для одного удара, но даже это сломало ему все кости правой руки. Плюс травмы от взрывов Бакуго и его же побоев. Как итог, Мидорию без сознания увозили с площадки на носилках.       Все были в ужасе, но не говорили об этом вслух. «Зачем было так усердствовать? — искренне не понимала Токугава. — Это просто тренировка. Это всего лишь занятие в академии, а он калечит себя. Безрассудно и… и…». Девушка не смогла даже в мыслях произнести это слово. Поведение Мидории, его самопожертвование, его желание победить… Это качества героя.       Когда троица участников вернулась к классу, Всемогущий начал «разбор полётов». И лучшим, по мнению учителя, был объявлен… Иида Тенья!       — Хм, как думаете, почему я так решил? — с наигранной задумчивостью спросил Всемогущий.       — Разрешите, Всемогущий-сенсей? — руку подняла красивая брюнетка в слегка откровенном костюме. — Всё потому, что Иида-сан больше всех проникся ситуацией.       Все внимательно прислушались к девушке, которая сдержанно перечисляла недочёты в работе каждого из учеников. Яойрозу Момо — одна из тех, кто поступил в академию по рекомендации, не думала никого щадить, подбирая слова. Она непредвзято проанализировала увиденное и выдала всё так, как и было на самом деле.       — Бакуго-сан руководствовался личной неприязнью во время сражения. И как вы и сказали, учитель, глупо проводить столь масштабные атаки в здании, — сказала Яойрозу, и все вспомнили сокрушительный взрыв, почти снёсший этаж здания. — В то же время, учитывая полученные повреждения, план Мидории-сана был авантюрой. Что до Урараки-сан… Она ослабила бдительность посреди боя и выдала своё местоположение злодеям. И её последняя атака была крайне безрассудной. Если бы боеголовка была настоящей, подобный удар мог вызвать её детонацию. Такие действия могли понести за собой ужасные последствия. Иида-сан же подготовился к встрече противника и понял, что будет схватка за оружие.       От похвалы Иида засиял, а вот все остальные был, мягко говоря, удивлены. Никто даже не подумал обо всех этих «мелочах». А ведь действительно, просчётов в действиях их одноклассников было гораздо больше, чем правильных решений. Сейчас даже самые недалёкие поняли, насколько их подход к выполнению заданий незрелый.       — Команда героев выиграла лишь потому, что они воспользовались преимуществом тренировки. Отчасти это нарушение правил, — безжалостно выдала своё заключение Яойрозу.       От такого подробного анализа даже Всемогущий опешил, но быстро взял себя в руки и вернулся к ведению занятия. Следующий поединок был между командой Токугавы, что выступала в роли героев, и Оджиро Маширао и Хагакуре Тору.       — Наверное, нам стоит обсудить план, пока есть время, — предложил Шоджи, пока троица приближалась к площадке. Шедший впереди Тодороки даже не обернулся. — Я смогу определить их местоположение с помощью слуха. С невидимостью Хагакуре непросто, но я всё ещё могу её слышать. На нашей стороне численное преимущество. Если я и Тодороки отвлечём всё внимание на себя, то Токугава сможет добраться и захватить боеголовку. А?       Шоджи недоумённо смотрел на блокнот Токугавы. «В этом нет необходимости? О чём она?» — не понял парень, а девушка просто кивнула на спину Тодороки впереди. Гудок и «герои» вошли внутрь здания. Шоджи расправил свои щупальца, и на их концах выросли сначала уши, а после рот, который сказал:       — Один в холле на четвёртом этаже северного крыла. Другой где-то на том же этаже. Невидимка собирается устроить засаду и поймать нас, да?       — Выйдите из здания, — холодно распорядился Тодороки и, даже не взглянув на напарника, прошёл дальше. — Это опасно.       Шоджи хотел было возразить, но не посмел. Парень молча вышел на улицу и с удивлением заметил, что Токугава даже не собиралась заходить внутрь здания. Девушка просто стояла на улице и что-то неспешно писала в блокноте. «Что это с… А?» — Шоджи отскочил на два шага назад. В мгновение ока всё здание в прямом смысле слова заледенело.       — Вот это да, — выдохнул Шоджи. — Тодороки просто нечто. Что?       Парень обернулся на напарницу по команде, которая чуть потянула его за край майки и показала блокнот.

Я ведь говорила

      — А, да, точно, — пробормотал Шоджи. — Ты знала, что он так может?       Токугава перевернула лист и застрочила ответ.

Не знала. Видела, как он охлаждал свой чай на обеде. Предположила, что может что-то и помощнее. Нам повезло

      Токугава почти незаметно пожала плечами, убрала блокнот под плащ и потопала в направлении, откуда пришла, даже не дожидаясь объявления результатов. Сомнений в том, что их команда победила, не было. Да и, честно говоря, Токугава признавала, что идеальней поставленную задачу выполнить невозможно.       Все последующие сражения проходила с переменным успехом, но каждый ученик достойно показал себя. «Они круты», — пронеслась неосознанно мысль в голове Токугавы. Являясь свидетелем подобного впечатляющего зрелища, она, как ни парадоксально, становилась всё мрачнее и мрачнее.       Стоило последнему поединку закончиться и Всемогущему объявить о конце занятия, Токугава вперёд остальных покинула площадку. Быстрее пули она переоделась и выбежала из раздевалки ещё до прихода одноклассниц. Уже не из опасения или чего-то подобного, а из-за стыда. Токугава просто не могла больше смотреть на этих удивительных ребят. Их рвение стать настоящими героями было таким очевидным и горячим, что пробивало насквозь, словно разряд тока. Все они прошли через столько испытаний, чтобы попасть на геройский факультет, и сейчас каждый раз выкладываются на полную, чтобы доказать, что достойны быть учениками ЮЭЙ. А по другую сторону она — Токугава Сецуна — поступившая «жульничеством» и вообще не понимающее, зачем люди хотят стать героями.       Сейчас Токугава была абсолютно уверена, что вся затея её родителей провальна, ведь сегодня она тоже провалилась. И не потому что не участвовала в тренировке, отдав всё в руки Тодороки, нет. Те слова Яойрозу попали в точку. Да, в тот момент оплошали почти все, но Токугава… Она ни на долю секунды не задумалась о таких вещах как «безопасность» и «осторожность». И девушка понимала, что будь на этой тренировке обычные граждане, она вряд ли бы о них даже вспомнила. Какой герой так поступает?       «Мне… не место здесь».