Вспомнить все

Итак, для меня начался совершенно новый этап в жизни. Сменив работу, я внезапно почувствовал себя практически вольной птицей. Нет, разумеется, я не превратился в бездельника. Мой рабочий день начинался около семи утра, поскольку мне так и не удалось отвыкнуть от старой Хогвартской привычки просыпаться ровно в шесть, и продолжался до семи-восьми вечера. Излишне упоминать, что во время выполнения особенно сложных заказов и я, и мои сотрудники, все, как один, отобранные мной лично, оставались в лаборатории столько, сколько требовалось. Тем не менее, несмотря на более чем плотный график, я ощущал, что у меня внезапно появилась масса свободного времени. Впрочем, это было и неудивительно. Ведь теперь мне не требовалось по ночам варить зелья для больничного крыла, или патрулировать коридоры в поисках шаставшего под мантией-невидимкой Поттера, или проверять бездарно написанные эссе, или улаживать бесчисленные конфликты среди моих слизеринцев. И это я еще не упоминал частые вызовы к Темному Лорду, периодически оканчивавшиеся небольшой профилактической дозой Круцио, и не менее частые чаепития с Дамблдором. Сейчас все мое свободное время принадлежало исключительно мне и, положа руку на сердце, порой я не знал, как убить это самое время. Можно было, конечно, продав родительскую развалюху, заняться, к примеру, покупкой нового гораздо более комфортабельного жилья поближе к Лондону. Однако меня вполне устраивал тот факт, что соседи обходили мой окруженный массой защитных заклинаний дом стороной, а потому я решил оставить все как есть. Превыше любого комфорта я ценил уединение и тишину. А здесь, в Коукворте, меня уж точно не стали бы беспокоить. Как это зачастую бывает, мои надежды не оправдались. * * * Месяцев через пять спокойной и ничем не омраченной жизни, незадолго до Рождества, у выхода из облюбованного мной кафе в Косом переулке на меня налетел какой-то тип в низко опущенном по случаю непогоды капюшоне. – Смотрите, куда идете! – огрызнулся я, не глядя на неуклюжего прохожего. Прохожий откинул капюшон, скрывавший его лицо, и передо мной предстал Поттер собственной персоной. – Профессор Снейп, вы меня не узнаете? – искренне удивился он. – Поттер? – теперь настала моя очередь удивляться. – Что вы тут делаете? – Вообще-то, вас жду, – жутко смутился Гарри. – А как вы выяснили, где я обычно ужинаю? – с недоверием прищурился я. – Я... я вас вычислил, – Поттер явно так и не научился врать. Мысленно я пообещал себе завтра же непременно разобраться, кто из сотрудников сообщил Поттеру о моем излюбленном ресторанчике. – И зачем же я вам понадобился? – поинтересовался я. – Давайте зайдем внутрь и поговорим? – осторожно предложил Поттер. – Могу угостить вас кофе... или... Первым моим порывом было отказать Поттеру. У меня выдался совершенно сумасшедший день. Усовершенствованное Оборотное – срочный заказ Министерства – никак не желало действовать дольше пяти часов, а требовалось все двенадцать. Раз за разом я заново переписывал магическую формулу, изведя, наверное, с десяток пергаментов, но чего-то все равно не доставало. Это, разумеется, неимоверно раздражало, а когда я находился в таком взвинченном состоянии, окружающим было гораздо безопаснее не попадаться мне под руку. Доведя до истерики двух лаборанток, я решил, что на сегодня, пожалуй, хватит, и отправился домой, по дороге заглянув в небольшое, но очень уютное заведение, где подавали отменный бифштекс с запеченным картофелем и умопомрачительный пудинг с заварным кремом. Поглощая ужин в полном одиночестве, я мало-помалу успокоился. Оставив официантке щедрые чаевые, я вышел на улицу с твердым намерением хорошенько выспаться, чтобы завтра на свежую голову разобраться с формулой коварного зелья. И вот теперь, вместо того чтобы принять ванну и лечь в постель, я был вынужден выслушивать своего бывшего и, прямо скажем, не самого любимого ученика. – Пойдемте, – обреченно вздохнул я, – только изложите вашу проблему покороче. У меня сегодня был трудный день. Мы уселись за тот же самый столик, который я освободил всего несколько минут назад. – Вы не возражаете против чар Конфиденциальности? – спросил Поттер, доставая палочку. Я не просто не возражал. Я был обеими руками за любые чары, позволявшие нам с Поттером скрыться от посторонних глаз. Существовала реальная опасность, что какой-нибудь невинный с виду посетитель окажется репортером «Ежедневного пророка» и завтра наврет с три короба о нашем с Поттером «романтическом свидании». – Так в чем проблема? – поинтересовался я уже более спокойно. – Я учусь в Академии авроров, – выдал общеизвестный факт Поттер. – Похвально, – ободряюще кивнул я, мечтая о горячей ванне. – И у нас скоро экзамены. – Логично, – снова кивнул я. – По Высшим зельям! – теперь в голосе Поттера отчетливо проскользнула паника. – Само собой! – подтвердил я, прекрасно осведомленный о том, какие именно зелья изучают будущие авроры. – И я их завалю! – едва не плача, произнес Поттер. – Непременно! – «успокоил» его я, наградив фирменной усмешкой. – Но это нечестно! – не опасаясь быть услышанным посторонними, воскликнул Гарри. – Я не учился на седьмом курсе и не проходил эту программу! – Сочувствую, – я равнодушно пожал плечами, – но при чем здесь я?! – Я подумал, что вы могли бы немного подтянуть меня. – Вы подумали что?! – я удивленно уставился на восседавшего передо мной юного нахала. – Я подумал, – покраснев как рак, выдавил Поттер, – что вы могли бы позаниматься со мной. – И зачем мне это нужно? – вкрадчиво поинтересовался я. – Затем… – Гарри набрал побольше воздуха в легкие и выпалил: – Что, если я провалюсь, вам будет стыдно. Ведь все мои знания по зельям получены от вас. Вы и сами это знаете. Даже на шестом курсе, когда нам преподавал профессор Слагхорн, я учился только по вашему учебнику. Честно признаться, на несколько мгновений я даже онемел от подобной наглости. Мне хотелось одновременно рассмеяться и высказать Поттеру в резкой форме все, что я думал по поводу его бредовой идеи. Однако у того был такой несчастный вид, что, вместо ядовитой фразы, готовой сорваться с языка, я лишь мрачно сказал: – Я подумаю, – и, не удержавшись, добавил: – Но ничего не обещаю. * * * Вернувшись домой и наконец погрузившись в вожделенную ванну, я глубоко задумался. Дилемма передо мной стояла весьма непростая. С одной стороны, я не собирался в обозримом будущем возвращаться к преподаванию. За двадцать лет на посту профессора Хогвартса малолетние неучи надоели мне хуже горькой редьки. Оглядываясь назад, я искренне удивлялся, как мне вообще удалось проработать учителем так долго и при этом не сойти с ума или не заавадить кого-нибудь. С другой, я действительно не мог допустить, чтобы мой студент – пусть даже и трижды бывший – завалил экзамен по Высшим зельям. Хитрый Поттер знал, куда нужно надавить, чтобы заставить меня согласиться стать его репетитором. А еще гриффиндорец называется! Да такому манипулятору – самое место на Слизерине! Я в сердцах стукнул кулаком по воде, расплескав вокруг мыльную пену. «И вот что прикажете делать в подобной ситуации?! – со злостью думал я. – А ведь Поттер, чего доброго, еще и деньги начнет предлагать, с него станется! Ну уж нет! На это я никогда не пойду! А то мальчишка возомнит, что за его кровные галеоны я буду с ним миндальничать». Придя к такому неутешительному выводу, я решительно поднялся из ванной, призвал полотенце и принялся так агрессивно вытираться, точно собирался немедленно объявить кому-нибудь войну. Вытеревшись докрасна и облачившись в халат, я отправился на кухню варить кофе. Что-что, а чашка хорошего кофе всегда улучшала мне настроение. Но не в этот раз, когда я собирался дать Поттеру положительный ответ, тем самым снова впустив его в свою жизнь. Пусть даже всего на пару часов в неделю. По-хорошему, надо было сообщить Поттеру о своем решении, но я не торопился. Герой магической Британии и так привык получать желаемое на блюдечке с голубой каемочкой. Пускай слегка потомится в ожидании. А сову с письмом можно послать и завтра. А еще лучше – послезавтра. * * * Процедура «томления» героя магической Британии немного затянулась. Не зря же о моем мерзком характере в Хогвартсе слагали легенды! И, между прочим, Поттер был сам виноват в сложившейся ситуации. Его никто не просил снова вторгаться в мое личное пространство: пусть даже и в качестве частного ученика. Так что я имел полное право потянуть с ответом или вообще не откликаться на его просьбу. Именно так я и сделал. Прошел день, за ним второй, а я из чистой вредности так и не сообщил Гарри о своем решении. При этом пару раз я как бы «случайно» столкнулся с ним в своем любимом кафе, пробормотав при этом: «Я еще ничего не надумал, Поттер». Почему, спросите вы, я вел себя не как взрослый человек, а как влюбленная студентка, заигрывающая с предметом ее воздыханий? Да потому что я действительно влюбился в Поттера как мальчишка. А признать это у меня не хватало смелости. Неделю спустя сова принесла записку. «Простите, что зря побеспокоил вас, профессор, – было накарябано на куске пергамента (почерк у Поттера по-прежнему не отличался аккуратностью). – Я понимаю, что вы очень заняты, и поищу другого преподавателя». Мордредов гриффиндорец с повадками законченного слизеринца снова переиграл меня. Сказать, что я разозлился, прочитав его вежливое, но вместе с тем полное завуалированной наглости послание, значит – не сказать ничего. – «Другого преподавателя»! – кипятился я не хуже своего магловского чайника. – Да что этот молокосос себе позволяет?! Интересно, к кому он собирается обратиться?! Наверняка отыщет какого-нибудь шарлатана, который не только сдерет с глупого мальчишки кучу денег, но и не подготовит его толком к сложнейшему экзамену! Не помня себя от гнева, я схватил пергамент и написал на обороте: «В воскресенье, в семь вечера. Опоздаете хоть на минуту – урок не состоится». * * * Отправив Поттеру записку с приглашением на урок, я впервые задумался о том, чтобы привести свое жилище в приемлемый вид. До сегодняшнего утра в собственном доме меня волновали лишь три помещения: лаборатория, оснащенная по последнему слову магической техники, ванная комната и крошечная кухня. Остальные комнаты пребывали в относительном запустении. Теперь же, в ожидании Поттера, мне пришла в голову мысль, что было бы неплохо облагородить гостиную и прихожую. До этого дня я никого не пускал на порог, а меня самого нисколько не напрягал непрезентабельный интерьер вкупе с обшарпанными стенами. Но ударить в грязь лицом перед Поттером отчего-то совсем не хотелось. Несмотря на то, что после ухода со сцены Дамблдора и Темного Лорда меня по праву можно было считать самым сильным темным магом Британии, на борьбу с отслоившейся штукатуркой, отклеившимися обоями и грозившей развалиться прямо на глазах мебелью у меня ушел весь день и добрая половина ночи. А чего вы ожидали?! Ремонт – это вам не помахивание палочкой возле кипящего котла. Тут требовались иные навыки, более присущие домовому эльфу. И вот их-то как раз мне катастрофически недоставало. Однако я не привык пасовать перед трудностями. Напротив! Примерно к середине ремонтных работ, когда гостиная выглядела так, будто в ней неоднократно использовали Бомбарду Максима, а я оказался с ног до головы вымазан в адской смеси клея и краски, вместо усталости мной внезапно овладел необъяснимый азарт. Теперь довести ремонт до конца стало чуть ли не делом чести. Я принялся еще энергичнее махать палочкой, заставляя скребки и валики носиться по комнате с угрожающей скоростью. Часам к трем ночи мои усилия увенчались успехом. Пошатываясь от изнеможения, я с гордостью озирал плоды своего труда. Гостиная, совсем недавно являвшая собой довольно жалкое зрелище, сейчас выглядела стильно и уютно. Свисавшие клоками обои сменила приятная для глаз бежевая краска. Пыль, плесень и паутина исчезли, точно их никогда и не было. Жалобно стонавший при каждом шаге паркет был переложен заново и блестел так, словно его только что покрыли воском. А вместо дряхлой мебели, принадлежавшей еще моему давно почившему отцу, комнату украшали два массивных дивана и солидный стеллаж для книг. Еще один, последний, взмах палочкой, и на стенах появились картины, изображавшие Хогвартс в разное время года, по бокам от диванов возникли высокие светильники на тонких ножках, под выбеленным потолком закачалась бронзовая люстра, а в камине весело затрещал огонь. Теперь сюда не стыдно было позвать самого Министра магии, не то что курсанта Академии авроров. Покончив с ремонтом, смертельно уставший, но всецело удовлетворенный собой, я отправился сперва отмокать в горячей ванне, о которой мечтал все последние часы, а затем спать. К счастью, я весьма предусмотрительно назначил урок на семь вечера, а значит, мог выспаться и отдохнуть по-человечески.