黑暗之光 | Свет Тьмы

— А-Мин, А-Мин! Но почему так жестока любовь! — Кирин шумно высморкался в салфетку. Цао спешно налила другу чая и села рядом, положив руку ему на плечо. — Я люблю её.. А она.. Прямо по сердцу удар! — Успокойся, Кирин. Выпей чаю вместе со мной. Мы же друзья, расскажи мне всё. — Цао дала чашку чая Кирин в руку и похлопала по плечу, — Может это временная трудность. А может она поиграть с тобой хочет.. — Тогда это всё очень жестоко. — Кирин сделал глоток и замолчал. Цао задумалась. — Слушай, а подарки ей делал? — Делал! — А комплименты? — Было! — А совместное времяпровождение? Кирин разрыдался: — Было! Цао задумчиво почесала бровь. Все варианты, что она бы предложила, перепробованы, более того, всё впустую. Конечно, стало обидно за друга. Но и Мин, новую служанку господина Лю, Цао прекрасно понимала. Как можно заставить себя полюбить человека? — Кирин, давай, выплесни весь этот негатив из себя. Помочь я смог бы, если бы знал, что в этой ситуации делать.. А ты сам прекрасно понимаешь, что даже ты не знаешь, что делать. Надо переждать. Этот период времени кончится и тогда мы все будем вспоминать это как сон. — Ты прав. — Кирин вытер слезы, — Мне надо заниматься делами и не думать о любви. Тем более А-Мин сказала, что мы можем оставаться друзьями.. О, а это тоже здорово! Цао скривилась: — Да.. Особенно когда хочешь немного побыть наедине с собой без объекта своей любви.. Как умно.. Кирин как будто не услышал этого. Он сразу повеселел, допил чай и направился к выходу. — Слушай, мы же не в первой знакомы. Предлагаю втроём погулять сегодня вечером. Оторваться, так сказать.. Ты как, Цао? Цао скрестила руки на груди, оценивающе посмотрев на небо. Если с утра было ясно, то сейчас стало довольно облачно. Тучки вот-вот так и норовили расплакаться. Кирин махнул рукой: — Да не будет никакого дождя. А если и будет, посидим в зале. Ну, как тебе? Цао махнула рукой и Кирин, довольный, пошагал к своему домику. Закрыв дверь, Цао выдохнула. — Ну и придурок.. — Согласен. — послышалось из комнаты, — Если хочешь забыть о чувствах, нужно забыть о человеке. А тут как-то неправильно получается. Цао заглянула в комнатку. На табурете сидел Хэн Хун и держал в руках пустую чашку. В глазах таилась печаль. Девушка подошла к Хуну ближе. — Чай кончился? Налить ещё? Юноша встал и, отложив чашку, взял Цао за плечи, посмотрев прямо в глаза. Его взгляд так и сверлил душу, отчего служанка наклонила голову. — У тебя же есть кое-какой секретик, так? — хрипота в голосе Хуна куда-то делась, — Я даже знаю какой. Почему ты так его и не раскрыла? Чего ты боишься? Услышав, что к ней обращаются в женском наклонении, Цао замерла. Неужели Хэн Хун читал её дневник? Или, что хуже, она сама нечаянно спалилась? В её голове началась суматоха. — Что? К-какой сек-кретик? Ты о чем? — пытаясь загладить своё положение, начала Цао. Хэн Хун не отводил холодный взгляд от неё, отчего ей стало тяжело дышать. — Ты знаешь, о чем я. Не знаю, почему другие ещё не заметили ни разу, но ты выдаешь свою сущность. Мне это сразу бросается в глаза. Остальные, видимо, слепы и глухи, раз в их головах ты мальчишка. — Хэн Хун отошёл от Цао и лег на кровать, отвернувшись к стенке. — Если у тебя реально есть причина вот так скрываться, то я готов участвовать в этом спектакле. Цао аж присела. Её голова вскипела. Может и вправду её маскировка под мальчишку стала хуже? Или тут дело в другом? — Хэн Хун, у меня вопрос. Ты никаких вещей у меня не брал? — Брал. — от этого у девушки похолодело внутри, но ненадолго, — Полотенца, одежду, чашки, подушку.. Гребешок. Остальное ты мне сама давала. В голове мысли терялись в вихре эмоций. Цао, стараясь сохранять хладнокровие, не придумала ничего лучше, как взять чайник и переставить его со стола на пол. Из-за возникшей тишины в комнате девушка стала чувствовать тревогу. Но, решив взять себя наконец в руки, Цао с силой сжала кулаки и.. Подняв чайник с пола, поставила его снова на стол. — С чего ты вообще взял, что я девушка? — С этими словами Цао ударила кулаком по столу, — Ты вообще знаешь, что говоришь? Я родился мальчишкой, и умру тоже мальчишкой! Хэн Хун, не поворачиваясь к девушке, молча продолжал рисовать пальцем по стене. Цао смутилась и после небольшой паузы вышла на улицу. Погода оставляла желать лучшего. Туч на небе стало больше, моросил мелкий дождь. Из-за тумана скрылись улочки, а фонарный свет мягко рассеивался по периметру поместья. Цао задрала голову вверх и закрыла глаза. Она очень хотела сейчас расслабиться, но из-за разговора с Хуном она никак не могла даже убрать хаос мыслей из головы. Ей было страшно и, вместе с этим, было такое чувство, которое даёт ощущение полёта. Немного постояв на крыльце, Цао решила прогуляться до Главного Зала, взять книгу и почитать. — Доброго времени, А-Ан! — Цао повернулась и увидела, что с ней поздоровалась одна из служанок, которая на ходу плела косичку из красных поясов, свисающих у неё у талии. — А-Мин! Какая встреча! Мы с тобой два дня не виделись.. Как твои дела? Служанка надула губки, но потом махнула рукой, выражая своё недовольство. — Есть один человек, всё настроение испортил! Ведёт себя как молодая капризная госпожа! Тьфу! Цао улыбнулась. Да, такая черта у Кирин имеется, что уж тут поделать. Если видит, что желаемое недостижимо, начинает плакаться и убиваться самыми разными способами.. — Ты знаешь, Цао, он меня довёл. Я ж ему намекаю, что меня надо добиваться, и всё такое.. А он просто взял и сдался на полпути! Кто так делает? Шёл, шёл, и остановился. Как это? Вот объясни, ты вот парень хороший. Стал бы так делать? Цао почесала затылок, не зная, что ответить. А-Мин, видя это, стала руками прихорашиваться и вертеться вокруг девушки, не забывая хихикать, чтобы добавить, по её мнению, немного шарма. — Мин, я надеюсь, что всё будет так, как ты можешь представить. Но мой тебе совет – если правда любишь Кирин, то сбавь обороты, немножко пойди на уступки себе же. Тогда будет чудо, я уверен.. — Вот как? — вертихвостка задумалась, но ненадолго. В их сторону шёл виновник разговора, отчего А-Мин раскраснелась. — Мне пора. Увидимся позже, очаровательный Цао! — громким и фальшиво-нежным голосом проговорила Мин и, напоследок не забыв демонстративно провести рукой по плечу Цао, спешно удалилась. Кирин замер от такого. В его глазах читался шок и разочарование. Цао поняла, что возникла неловкая ситуация, и поспешила разрулить её в хорошее русло. — Кирин, можешь быть мужчиной? Эта девушка тебя любит, оно видно невооружённым глазом! Даже заставила ревновать. Мне она в любом случае не нужна. А тебе? — с этими словами Цао поспешила в библиотеку, оставив Кирин стоять с раскрытым ртом. В комнате Цао лежал Хэн Хун. В одной руке он сжимал зуб-кулон, другой гладил раны, чтобы успокоить боль. В какой-то момент ему надоело лежать, юноша сел за стол, достал лист бумаги, кисть и начал пытаться писать. Не успев закончить даже линию, в его глазах потемнело, отчего он упал лицом вниз на лист бумаги, обагрив кровью из снова открывшихся ран всё вокруг.