Снегодождь, опять снегодождь

На улице царила типичная дерьмовая лондонская погода — в декабре снегодождь казался особенно мерзким и противным даже по мнению ярых любителей посидеть дома с кружечкой чая, — и редкие прохожие, застигнутые врасплох очередной порцией то ли дождя, то ли мокрого снега, торопливо пересекали улицы, поднимая повыше воротники, раскрывая зонтики разных расцветок и недовольно поглядывая по сторонам в попытке ни с кем не столкнуться. Гарри привычно игнорировал магглов, а те — его, по уши завернутого в пальто и отводящие взгляд чары. Плохая погода ничуть не омрачала его необычно жизнерадостное настроение, и даже случайная встреча с, например, внезапно воскресшим под Рождество Тем-Кого-Нельзя-Называть точно бы не сделала этот день хуже. К счастью, Неназываемый послушался голоса совести и воскресать не стал, а потому Гарри спокойно дошел знакомой дорогой до скромного магического магазинчика — так, обычная лавка с самыми обычными зельями, вот только владелец у нее был своеобразным. На двери висела хорошо заметная табличка «Закрыто», однако Гарри просто проигнорировал ее и вошел внутрь. Тренькнул колокольчик, дверь как ни в чем не бывало защелкнулась на замок за его спиной, и Гарри, коротко хмыкнув на подобное гостеприимство, парой ловких движений высушил от влаги пальто и трансфигурировал себе стул. Сел на него, закинув ноги в только что вычищенных ботинках на невысокий прилавок, и принялся отсчитывать секунды. Примерно на двадцатой где-то внизу хлопнула дверь, и чуткий слух Гарри уловил легкие летящие шаги и раздраженное бормотание хозяина магазина. — Во всем мире есть только один такой идиот, что игнорирует табличку «Закрыто» и лезет напролом, снеся лбом два уровня защиты и магический замок за пятьдесят галлеонов. — Ой, — совершенно без раскаяния в голосе произнес Гарри, услышав подробности своего (очередного) проникновения со взломом, и широко улыбнулся в этот момент вошедшему в комнату Снейпу. — Здравствуйте, профессор. Снейп раздраженно вздохнул и, быстрым, едва уловимым движением вытащив из кобуры палочку, при помощи одного меткого Депульсо сбросил ноги Гарри с прилавка, а его самого — со стула. К превеликому сожалению Снейпа, последующего грохота и звука падения одного бестолкового шкафа не было — Гарри мгновенно сориентировался, замедлил падение и, ловко перевернувшись в воздухе, встал на ноги. И даже стул успел придержать, чтобы тот не шлепнулся шумно на пол. — На старости лет совсем читать разучились, мистер Поттер? Ну так пора вам в таком случае заканчивать с карьерой артефактора — ваши глаза уже ни одни очки спасти не смогут. — Снейп отменил наложенную на несчастный стул трансфигурацию и с удобством устроился за прилавком. Пусть постоит пока, подумает о своем поведении, несносный мальчишка. Но, судя по всему, Гарри думать о своем поведении не собирался. — Никак нет, профессор, сэр. На зрение не жалуюсь, как и на карьеру, — тут он запнулся на мгновение, то ли подбирая слова, то ли раздумывая, как много стоит сказать или утаить. — Не то чтобы у артефакторов вообще была карьера, конечно. Сэр. — Упаси Мерлин слушать еще ваши жалобы о том, как тяжело вам живется. — Снейп окинул Гарри нечитаемым взглядом и, окончательно убедившись для себя в чем-то, призвал для него из соседней комнаты стул. Настоящий, не трансфигурированный. — Садитесь, Поттер. — Спасибо, сэр. Вы как всегда очень любезны. — Гарри ухмыльнулся и сел. — И с какой гениальной идеей вы пришли на этот раз? — Снейп привычно пропустил мимо ушей бессмысленную болтовню, в которой сарказм был смешан пополам с лестью, а также едва-едва приправлен толикой уважения, и решил перейти сразу к делу. — О, я ждал, когда вы это спросите. Гарри, намеренно позерствуя, подмигнул своему бывшему профессору и вытащил из пространственного кольца стопку чертежей — удивительно четких и аккуратных для того, кто в Хогвартсе ни одного домашнего задания не мог написать без помарок и чернильных клякс. Снейп подцепил один из них кончиком палочки и отлевитировал чуть выше — так, чтобы можно было с удобством и в деталях рассмотреть написанное. — Это… игрушки? — Рождественские, сэр! — бодро отрапортовал Гарри, сияя как начищенный галлеон на солнце. — Соцзаказ от Министерства Магии, между прочим. — И для чего вам нужен я, мистер Поттер? В создании магических игрушек не должно быть ничего сложного, и даже такой бестолковый артефактор-растяпа, как вы, справится с этим делом. — Снейп вернул чертеж обратно в общую стопку и взглянул на Гарри в ожидании ответа. Впрочем, ничего неожиданного он не услышал. — Разумеется, я за зельями, сэр. Из-за вспышек спонтанной детской магии чары прочности не так хороши для игрушек, как зелья с аналогичным свойством. — Гарри, заметив, что Снейп больше не проявляет к чертежам никакого интереса, быстро и аккуратно сложил их обратно в кольцо. — К тому же я мог просто соскучиться по вашему вечно хмурому лицу в этот замечательный день, поэтому пришел отдохнуть от всеобщего праздничного настроения. Скоро Рождество все-таки, сэр. — Действительно замечательный день, — Снейп хмыкнул и указал на окно, за которым ветер с новой силой начинал бросаться каплями снегодождя. — Кроме того, за зельями необязательно идти ко мне. Снова. Судя по его интонации, Снейп уже давно смирился с тем, что Гарри наведывался к нему по любому мало-мальски важному поводу — впрочем, без повода тот имел совесть не приходить. — Ну так что, сэр, могу я рассчитывать на вас? Снейп вытащил из собственного пространственного кольца стандартный бланк договора на поставки зелий и протянул его Гарри. — Можете, мистер Поттер. А теперь пишите.

***

По какой-то причине в этом году уже под самое Рождество совесть вдруг подвела Гарри — теперь он начал приходить в магазинчик к Снейпу практически каждый день, не выискивая для этого поводы и причины. По крайней мере, достаточно весомые для того, чтобы объяснить свое ежедневное присутствие в компании мрачного зельевара, чей ядовитый язык был запатентован как минимум в пятнадцати странах мирах. — Мистер Поттер, хватит отвлекать меня от работы, — раздраженно произнес Снейп, в очередной раз почувствовав, как магическая защита на здании пошатнулась из-за одного неуемного активного болвана. — Возвращайтесь домой и займитесь наконец своими делами. А если с вами неожиданно приключилась старческая деменция, я любезно напомню вам адрес и провожу до камина. Гарри приветливо помахал Снейпу рукой и вернулся к прерванному занятию. — Что, черт возьми, это такое? — тот выругался из-за внезапного наплыва эмоций и машинально потянулся за палочкой. Затем остановил себя на полпути, сделал глубокий вдох и выдох — и попытался успокоиться. Почти успешно, но ключевое слово тут «почти». — Несносный мальчишка, вам больше нечем заняться, кроме как портить интерьер чужих домов? — Почему же портить? — притворно удивился Гарри и даже на пару мгновений прекратил махать палочкой, оторвавшись от развешивания по углам мишуры и декоративных елочных веточек. — Я украшаю ваш магазин к Рождеству, сэр. И делаю это, между прочим, от всего сердца. Снейп обошел помещение по кругу, подмечая уже попорченные «украшениями» места, однако снимать их пока не стал. Мало ли сколько еще потрясений его ждет сегодня. — Мне с трудом верится в ваше чистое сердце и не менее чистые помыслы, мистер Поттер. К тому же у вас совершенно нет вкуса, — говоря это, Снейп был абсолютно серьезен. Гарри вешал все как попало, не следя за сочетанием цветов и гармонией с интерьером в целом. Удивительно даже, как этот великовозрастной болван умудрялся создавать прекрасные и эстетически приятные артефакты (хотя, ладно, последний факт Снейп никогда не признает вслух). — Эту убогую мишуру я не отдал бы и худшим в мире магглам, вместо этого уничтожив ее из милосердия. Никто не заслуживает настолько отвратительного Рождества. — Милосердие? К мишуре? — Гарри рассмеялся, однако развешивать украшения перестал. Те из них, что еще не попали на стены, полки или окна, грустно повисли в воздухе, поддерживаемые остатками левитационных чар. — Тогда, сэр, покажите мне мастер-класс в украшательстве. У вас-то наверняка есть вкус. Снейп приподнял бровь в немом вопросе, прекрасно понимая намек на череду однотипных черных мантий, что он ежедневно носил в Хогвартсе, однако вслух по этому поводу ничего говорить не стал. Обойдется. — На мой вкус, в отличие от вашего, никто никогда не жаловался, мистер Поттер. — Будто бы вы много жалоб слышали на мой вкус. — Гарри скрестил руки на груди, невольно пародируя Снейпа в его профессорские годы, за что едва не получил очередное Депульсо в лоб. — Мне достаточно и одной. Моей, — возразил Снейп и взмахом палочки отобрал у Гарри остатки украшений. — И никаких львов или алого с золотым, Поттер, иначе я в ту же секунду выкину вас отсюда. — Так точно, профессор, сэр. Никаких львов — только змеи, брызги яда повсюду и рождественский остролист. По лбу Гарри все-таки получил. И весьма заслуженно.

***

На то, чтобы заново украсить магазин, они потратили несколько часов, и на улице уже давно стемнело. Большую часть времени это были обычные препирательства на тему, кому что стоит или не стоит делать, почему эта побрякушка висит не так и где самое место венку из омелы («На помойке, Поттер!» — «Да какое же Рождество без омелы, сэр?»). В конце концов они все равно сделали так, как сказал Снейп, и только рождественское чудо, не меньше, спасло многострадальный венок от уничтожения. Омела гордо повисла над камином, украшенная единственным оставшимся в магазине алым бантиком, и Снейп просто махнул на нее рукой, не желая больше тратить свои несчастные нервы. — Неназываемый наверняка издох в мучениях именно из-за вашей бесконечной болтовни, Поттер, — произнес он, устало устроившись на призванном при помощи Акцио стуле. Огонь в камине весело и жизнерадостно потрескивал, и даже в очередной раз разбушевавшийся за окном снегодождь не мог испортить (и так испорченное) настроение. Гарри неторопливо обошел магазин, осматривая поле боя — в смысле, творение рук своих. Он чувствовал себя удивительно воодушевленно в отличие от расслабленно устроившегося на стуле Снейпа, энергия буквально кипела в нем и требовала выхода. — Это будет лучшее Рождество за последние годы, — весело сказал Гарри, возвращаясь к камину и греясь в его тепле. — Худшее, — пробормотал Снейп, почти истративший всю свою язвительность на то, чтобы прокомментировать глупые дизайнерские решения Поттера. — Зря, ох как зря я пустил подобное тебе исчадие ада в дом. Скоро от него не останется камня на камне. Гарри беззлобно рассмеялся, прекрасно понимая причину этих слов, и вдруг стянул с каминной полки омеловый венок, поднимая его над собой и Снейпом. — Профессор. — Негодный мальчишка, — вздохнул Снейп, поднимая голову и пересекаясь с Гарри взглядом. — А я все думал, решишься ли ты на эту глупость. — Почему же глупость, сэр? — Гарри заклинанием подвесил венок в воздухе и наклонился немного ниже, оставляя при этом достаточно места для маневра — так, чтобы в любой момент можно было отказаться от всего и уйти. — Могу я попросить вас о рождественском подарке? — Рождество только через два дня. — Снейп заметил и намеренно оставленное между ними расстояние, и скрытое внутри Гарри напряжение, и то, как в последний момент дрогнула его рука. — И что же ты хочешь? — Поцелуй. — Гарри слабо улыбнулся, готовый в любой момент сбежать. Увы, убегать он умел лучше всего на свете. — Пожалуйста, Северус? Снейп взглянул в его глаза — их зелень для него была глубже любой бездны — и, протянув руку вверх, мягко коснулся щеки Гарри. — Хорошо. Поцелуй, — кивнул он и притянул Гарри к себе ближе. Забытый омеловый венок парил над их головами.