Гарри Поттер и Перепутье выбора

Альбус Дамблдор. «Где же я мог ошибиться? Как так вышло, что какой-то сопляк обвёл меня вокруг пальца? А ведь весь план моего величия зависит от него. Ещё и Снейп узнал об отцовстве... Что же делать? Он же сейчас костьми ляжет, но не даст подобраться к щенку! Ну ничего, ничего, и не на таких управу находили. Надо вызвать этого папашу и всё вызнать. Может, ещё не всё потеряно, и он мне сможет помочь. А ведь как удачно всё складывалось: взрывная ненависть мародёров, которых было легко направить, его ненависть, переходящая с «отца» на его сына, была очень удачна. Ну ничего, бывало...» Дамблдор вздохнул, взял в руку летучий порох и, кряхтя, опустился у камина, чтобы вызвать свою марионетку. Северус Снейп. Он вышел из зелёного пламени камина, горя от негодования и разочарования. Северус прикоснулся длинными холодными пальцами к вискам. Кожа лица казалась обжигающе горячей, и мелькнула мысль выпить зелье от начинающейся простуды сразу после обезболивающего настоя. Голова раскалывалась от боли, и виной этому был чёртов Поттер. Теперь он понимал, почему шляпа хотела отправить Поттера на его факультет. Так умело скрывать свои силы и характер, оценивать отношения людей, достойно отстоять свою независимость — всё относится к его факультету и так очень похоже на него самого. Хуже всего то, что во многом этот мальчишка был прав. Вспыхнул камин, и в языках пламени появилось лицо директора. — Северус, будь добр, зайди ко мне... — Хорошо, директор, скоро буду. Я как раз хотел с вами посоветоваться... Том Марволо Реддл. «Что же происходит? Как так вышло? Как этот мальчишка узнал о крестражах, и почему у него дневник? Нужно вызвать Люциуса и допросить с пристрастием! Он у меня ответит за это!» — Хвост! Ко мне!

Малфой-Мэнор.

В кабинете хозяина дома медленно и неотвратимо напивался сам хозяин. Он понимал, то, что произошло на кладбище, аукнется ему ещё большими неприятностями со стороны Господина. И сейчас он сидел, напивался и думал, как выпутаться из этого дерьма. Люциус Малфой. «И стоило же этому недоноску упомянуть дневник, который я в 92-м году подложил Уизли! Сам Дамблдор говорил, что он уничтожен, а теперь выходит, что это я и помог этому недоноску во всём разобраться, да ещё и дал средство для шантажа Лорда. Он мне этого не простит. Если я выживу, это будет большим везением». Лорд Малфой сидел и пил, смотря на огонь в камине и обдумывал, как выкрутиться из этой ситуации. Его размышления и попытки составить план вдруг прервала сильная боль в метке, и он понял, что час настал..

Кабинет директора.

Сидя на золотом троне, старик думал, как бы заставить Снейпа следовать его плану, и чтобы он ещё и мальчишку приволок — для того чтобы можно было спихнуть его этому уроду. Ведь когда Том убьёт свой крестраж, то ослабнет, и его можно будет застать врасплох, как вышло с Геллертом. Вспыхнул камин, и на ковёр его кабинета вышел Снейп. Он отрехнулся от сажи и сел в кресло для посетителей. — Вы чего-то хотели, Альбус? — Да, мне нужно, чтобы ты, как отец мальчика, вернул Гарри в школу, – сказал безапелляционно Дамблдор. — Ты же понимаешь, мы не можем его отпустить. Он должен победить Тома! — И как по вашему я смогу это сделать? – в шоке спросил он. — Так как Гарри всегда мечтал о семье, то на этом можно сыграть. Надо втереться к нему в доверие. Ты же понимаешь, что надо во что бы то ни стало вернуть его, иначе весь план по уничтожению Лорда просто рухнет. Невилл не способен справиться с такой задачей. Снейп посмотрел на Дамблдора широко раскрытыми глазами и сказал: — Вы хотите, чтобы я получил печать предателя крови? Или ошейник отверженного? — Почему это? Я всего лишь... — Вы всего лишь требуете, чтобы я привёл сюда Поттера, и при этом участвовал в том, чтобы он вышел на неравный бой, и также делал всё, чтобы он не смог воспротивиться? Ну уж нет, в этом я участвовать не буду и не просите! По кодексу Принцев! Так что, тут уж извините, ничем не смогу помочь. До свидания. Дамблдор нахмурился, но в его глазах сверкнуло что-то холодное, совсем не похожее на привычное мягкое тепло. — Северус… — протянул он почти ласково, — ты драматизируешь. Никто не собирается делать из тебя предателя крови. — Поттер — не оружие, Альбус. И уж точно не пешка, которую я обязан притащить, ухищряясь, чтобы вы могли им рискнуть. — Это не риск, а необходимость, — раздражённо бросил Дамблдор, впервые за разговор допуская себе поднять голос. — Тебе ли не понимать, сколько жизней зависит от этого? Том неуязвим, пока его крестраж не будет уничтожен. — И вы хотите, чтобы это сделал мальчик? — Такое у него предназначение от рождения, — пожал плечами Альбус. — Идите к дракклу с вашим предназначением! Вы же велите мне сыграть на его самой больной мечте. Притвориться ему… семьёй, — он сказал это так тихо, словно слово жгло губы изнутри. — Альбус, это подлость. Даже для вас. — Не забывайся, Северус, — холодно произнёс Дамблдор. — Я сделал для тебя больше, чем кто-либо. Ты мне должен... — И потому вы считаете, что вправе требовать от меня всё, что угодно? — Снейп встал, чёрная мантия зашуршала, словно крыло большой летучей мыши. — Нет. Поттера в Хогвартс я не приведу. Кодекс Принцев запрещает обращаться к семье ради корысти. Даже если это… условная семья. — Ты отказываешься? — голос Дамблдора стал ледяным. — Да. И не просите больше. Если вам нужен послушный инструмент — ищите другого. Северус развернулся и шагнул в камин. — Покои декана Слизерина.

Покои Снейпа.

Выйдя из камина в своих покоях, Северус уселся в кресло. В его голове метались мысли — то о новоиспечённом сыне, то о Лили. Ребёнок, которого он всё это время ненавидел, был его. Этот мальчишка, у которого глаза были как у его подруги, которая поддерживала его, заботилась о нём. Мальчишка, у которого глаза авады. Мальчик-который-какого-то-хрена-его-сын просто ушёл. Северус не хотел потыкать любителю лимонных долек и решил назначить встречу с Поттером.

Хогвартс.

Рон Уизли. Рон Уизли сидел в Гриффиндорской гостиной в тяжёлых раздумьях. После третьего задания турнира, когда вернулся Поттер, он ушёл в кабинет директора, и больше его никто не видел. Он столько помогал этому поганцу, выполнял все указания Дамблдора, а в итоге сегодня, когда семью Рона и Гермиону позвал директор и сказал, что временно финансирования не будет, они пришли в шок. Как так? «Мы всё делали, чтобы этот придурок Поттер мог в итоге сражаться с Тем-Кого-Нельзя-Называть, а теперь, из-за исчезновения этого гадёныша, мы остались без денег. А директор ещё сказал, что мы плохо выполнили свою работу, раз этот тупица исчез, и, если мы не сможем найти его, то финансирование нашей семьи прекратится, это нечестно! Мы же не виноваты, что этот гад раскусил Дамблдора! Он должен нам выплатить наши деньги за этот год!!!» Короче, Рон депрессировал как мог и даже не догадывался, что ждёт его в ближайшем будущем. Джинни Уизли. Джинни сидела в комнате девочек и пыталась понять, что же ей сейчас делать. Поттер пропал, а с ним пропали и её мечты о безоблачном и богатом будущем. И сейчас надо думать, как же быть и кого сейчас обольщать и опаивать амортенцией. До конца учёбы осталось четыре курса и за это время надо заложить прочный фундамент, чтобы основной богатый муж не сбежал. «После свадьбы, через некоторое время, можно избавиться от него, я стану вдовой и заживу богато и свободно. Но кого же найти?» Джинни всё мечтала об обеспеченной жизни и теперь находилась в поисках. О Поттере она не думала, потому что понимала, что если он смог исчезнуть, то она больше не сможет его использовать для исполнения своей мечты. Гермиона Грейнджер. «Как этот дебил смог сбежать? Теперь из-за его побега я не смогу получить новые книги! Дамблдор сказал, что надо получить мальчишку, но как? Я ему отправляла письма, но этого негодяя не могут найти даже совы! И Дамблдор хочет, чтобы я его нашла? Я же не Мерлин!» Грейнджер была в ярости, ведь из-за побега её подопечного ей перекрыли дорогу к знаниям! Ведь она решила изучить всё, не глядя на то, тёмное оно или нет. Ведь без знаний, которых нет в программе, ей никуда попасть в магическом мире. Она не понимала, что её планам на будущее придёт конец.

Нора.

Молли Уизли сидела на кухне своего дома и думала о том, как бы найти Поттера и женить его на своей дочурке. Она столько времени потратила на зелья, которые подливала гадёнышу, чтобы он считал их своей семьёй и находился под контролем, что очень удивилась и разозлилась, когда Дамблдор сообщил, что Поттер исчез.