Дзюкай

Ты боролся за меня весь год, я пришла бороться за тебя. Ты сказал, что я всегда играла против тебя, но сейчас я полностью за тебя.

Blair Waldorf «Gossip girl»

— Ханахаки. Миф или реальность? — разносится голос профессора по аудитории и между студентами проходится возбужденный шёпот. — Ким Тэхён? Профессор кидает взгляд на парня, сидящего в самом конце аудитории, который лениво поворачивается в ответ. На нём капюшон, который скрывает ярко-голубые волосы, пряди прячут глаза, которыми парень юрко бегает по аудитории. Студенты затихли ожидая ответа от коллеги, который не спешит отвечать. Под ребрами начинает першить и Тэхён молится всем японским богам чтобы не зайтись в безумном кашле прямо сейчас. — Миф, — глухо звучит в ответ и он откидывается на стуле, пытаясь незаметно вдохнуть в себя больше воздуха в попытке остановить приступ кашля. Складывает руки на груди и давит на грудную клетку, будто это поможет. — Правда, — звучит с другого конца аудитории и все поворачиваются на звук. Ким Намджун, староста потока, ходячая энциклопедия мифов, что неудивительно на литературном факультете, должен оспорить любое слово сказанное Тэхёном. Тэхёна эта особенность в его лучшем друге бесила, но с другой стороны она ему нравилась, потому что большинство мифов в жизнь Тэхёна привнёс именно Намджун. Студенты переглядываются между собой, кидая взгляд то на одного Кима, то на второго, ожидая словесной баталии. Не то чтобы эти двое в порыве спора уничтожали друг друга, но их словесные перепалки занимали поллекции и это позволяло студентам отдохнуть от конспектирования и в некой мере отдохнуть. Тэхён устало вздыхает и вскидывает руки, мол, хорошо, ты прав, я не буду спорить, чем удивляет даже профессора. — Ким Тэхён, Вы не станете возражать? — Профессор, я бы обязательно вступил в ним в словесную баталию, но он найдет тысячу и один аргумент уничтожить мои аргументы. Сегодня я достойно принимаю поражение, — на самом деле Тэхёну трудно говорить и каждое слово приносит неимоверную боль. Аэлита кажется полностью проросла в дыхательных путях, царапая своими шипами стенки горла. Такой вердикт Тэхён вынес утром, когда вместо привычных белых лепестков, его вытошнило цельным цветком, красивым, с махровыми лепестками, так бессовестно испачканными в крови. Пока Тэхён смотрел на цветок в его руках, кровь продолжала капать с его губ на его руки, пока аэлита из невинно-белой не превратилась в кроваво-красную. Кажется, ему осталось недолго. — Что ж, — Тэхён ушел далеко в свои мысли и не сразу понял, что диалог в аудитории продолжается. — Ким Намджун, Вы утверждаете, что ханахаки это правда. Можете ли вы подтвердить свои слова? Упоминаемый Ким встает со своего места, спускается вниз и встает за кафедру. Не то чтобы в этом была нужда, но Намджун готовил реферат на пару японской мифологии, который опровергает теорию о том, что ханахаки просто миф и не может не воспользоваться этим сейчас чтобы ткнуть Ким Тэхёна носом в его проблему. — Итак, — Намджун прочищает горло, — большинство из Вас, если уж не все считают ханахаки мифом, который используют писатели и поэты в своих творениях. В книжках и легендах это звучит трагично и красиво. Любовь, которая сопровождается цветами, от которых в итоге человек и умирает. В жизни всё обстоит иначе. В 1921 году, в Торонто был зафиксирован случай, когда молодая девушка обратилась в больницу с жалобами на боли в груди. Когда ей сделали рентген, врачи ужаснулись, потому что её легкие были заполнены цветами васильков. Медицина в те годы была не способна помочь девушке, а врачи не имели никакого опыта в таких делах. Это один из двух официально задокументированных случаев. Второй был зафиксирован в ОАЭ через полвека. И когда врачи не смогли помочь дочери шейха, тот приказал уничтожить все доказательства о существовании такой проблемы. С чем человек не может бороться, то он и предпочитает скрыть, — дополняет фразой и кидает беглый взгляд на Тэхёна, а после возвращает его обратно на аудиторию. Открывает папку лежащую на кафедре и вытаскивает документы, и среди них... рентген, с чёртовыми цветами аэлиты. — Этот рентген я нашёл случайно, когда путешествовал по Индии с группой археологов в поисках утерянной информации об этой болезни. Старушка в забытой деревушке Индии рассказала, что её сын был безумно влюблён в своего лучшего друга, но не смог признаться в чувствах, потому что знал, что не получит взаимности. В последние дни своей жизни он оставил матери письмо, в котором он раскрывает свои чувства и просит за них прощение, прикрепляя цветок аэлиты. Тэхёна начинает трясти. Он знал об этой истории. Воодушевленный Намджун, прилетевший из Индии, рассказывал и рассказывал об этой удивительной истории. Рассказывал и рассказывал, пока Тэхёна не затошнило, а заботливый друг нашёл его на полу в ванной с лепестками аэлиты на руках. Тогда ему всё стало ясно и он начал объезжать все возможные места чтобы найти решение проблемы. Но чтобы решить проблему, для начала нужно найти её корень. Тэхён её корень знал, Намджун нет, они так и колесили: Тэхён от раковины до туалета, Намджун по миру, собирая по кусочкам информацию, которая, к слову, Тэхёну не нужна. — Что случилось после? Друг получил послание? — звучит заинтересованный вопрос от студентов, которые притихли и навострили ушки. Едва ли не впервые кто-то находит факты о реальном существовании этой болезни. — Да, — кивает Намджун. — А после повесился, потому что не смог вынести чувства вины. Возможно он бы не смог ответить на чувства друга, но он точно знал, что не бросит его ни в каком случае. Но заболевшему этого мало. Когда предмет воздыхания находится рядом, цветы успокаиваются и не шипят. Они.. будто в анабиозе. Не беспокоят хозяина, будто боятся противника. На время болезнь бы отступила, но это жизнь и их пути могли разойтись. Он в любом случае умер бы, — грустно заключает Намджун. Рядом вздыхает профессор. Намджун не первый за годы его преподавания, который берет эту тему за реферат. Но первый, кто копнул так далеко, привёл настоящие факты. Профессор делает себе метку в голове, что этот парень имеет личный интерес к этому всему. — Как можно излечиться..кроме взаимных чувств? — спрашивает девушка, сидящая по левую руку от Тэхёна. Тэхён замечает, что правой рукой она давит на свои легкие и все становится ясным, как белый день. Он не один, боже правый, он не один. — Мудрецы в Шотландии говорили о ритуале, который избавляет от любви к человеку, но нет гарантий, что болезнь отступит окончательно. К тому же ритуал опасный и в процессе болеющий может умереть. Мифология же гласит о хирургическом вмешательстве. За все случаи, что я изучил, я нигде не нашёл упоминания об удачном исходе такой операции. Пациенты лишались полностью всех чувств, походили на роботов, которые живут по установленной установке. В теории хирургическое вмешательство должно лишать только цветов и чувств к человеку, но по итогу забирает все чувства. — Лучше так, чем умереть, — вставляет свое слово какой-то парень с первой парты. Намджун задумчиво трет переносицу. И да, и нет. Плюсы: ты живой. Минусы: ты ничего не чувствуешь, ты ничего не хочешь, у тебя нет цели, желаний, ощущений. — Не соглашусь, но и не стану перечить. Человек остается жить, но он не живёт. В любом случае пока наука не верит в существование этой болезни, то не будет никаких процедур по лечению. Моя цель — доказать научному сообществу, что это не просто миф и помочь тем, кто молчит, — Намджун многозначительно смотрит на Тэхёна и тот опускает глаза. Ещё пара минут и он зайдется в безумном кашле. Но видимо вселенная сегодня на его стороне, потому что звучит спасительный звонок и Тэхён схватив рюкзак, выбегает через дверь аудитории, даже не попрощавшись с профессором. В коридоре он кого-то задевает плечом, не оборачиваясь бросает «Прошу прощения» и забегает в туалет, открывая крышку унитаза. Плечо неприятно саднит, неплохо так приложился, а цветы.. Больше не рвутся наружу? Какого чёрта.. А через пару секунд его выташнивает цветами. Да, цветами, потому что их сегодня два, а Тэхён стал на шаг ближе к смерти.

***

— Сколько? — спрашивает Намджун, пока Тэхён моет руки в раковине и после пытается отстирать кровь с голубого худи, которая так неудачно капнула с губ. — Два, — отвечает и пожимает плечами Тэхён. — Тэхён, вчера это были лепестки, утром один, теперь два. Ты понимаешь, что твое состояние ухудшается? — Тэхён не просто понимает, он чувствует. Он чувствует, как аэлита пробивает кожу где-то в районе ребёр и безжалостный цветок грозится показаться наружу. — Понимаю. — Понимаешь и ничего не делаешь. Тэхён раздражено закрывает кран и поворачивается на друга, который облокотился на стену возле выхода из туалета. — А что я, по-твоему, должен сделать? Я не понимаю, — раздражено цедит Тэхён. — Кто он? — спрашивает Намджун в сотый раз зная, что не получит ответ и ещё больше раздраконит Кима. — Что тебе даст его имя? Ты напишешь миленькое письмо от моего имени, как этот долбоеб в Индии, и он сразу в меня влюбится? — слышит в сотый раз Намджун в ответ и устало прикрывает глаза. — Это не так работает, ты же понимаешь? — Но ты даже не пробовал! Ты мне даже не говоришь кто это, откуда я могу знать, как тебе помочь! — терпение Намджуна на исходе и в конце он срывается на крик. Тэхён небрежно вытирает ладони о джинсы, хватает рюкзак и подходит к Намджуну. Закидывает рюкзак на плечо и осматривает друга. Хороший друг, жаль Тэхён плохой человек. — Мне не нужна твоя помощь, уясни это. Я жалею, что ты тогда увидел меня. Я раньше сдохну от твоих попыток спасти меня, чем от этой вьющейся хуеты в моей груди, — бросает Тэхён, заслуживая пощечину. Он лишь трёт место удара, усмехается и выходит из туалета. Этот разговор ему наскучил. Он пересекает коридор и направляется в столовую, когда его неуверенно окликает женский голос. Он оборачивается и видит ту самую девушку, которая сидела возле него и сжимала кулаки ближе к груди. — Слушаю, — отвечает Тэхён, когда девушка неуверенными шагами подходит к нему. — Мы.. можем поговорить? Ты же Ким Тэхён? — её голос звонкий, красивый, как сакура весной в центре Киото. Она сама по себе красивая: длинные черные волосы, заколоты по бокам милыми заколками, бордовая юбка и белая майка, поверх которой накинут вязаный кардиган. Она невысокая и худая, ничем не отличается от среднестатической японки. Только глаза у неё красивые и большие. Да только грустные, настолько, что будь они океаном слёз, Тэхён давно бы утонул. — Мы знакомы? — Тэхён догадывается о чём будет идти разговор, но надеется дать заднюю. Как всегда. — Мы с тобой ходим на японскую мифологию вместе, я Мэй. — И о чём ты хочешь поговорить, Мэй? — особо выделяет её имя, Тэхён. — Об аэлите, — шепчет Мэй, боясь что их кто-то услышит. Взгляд Тэхёна меняется, прежняя уверенность испаряется и в глазах мелькают искринки страха. Приехали. — Иди за мной, — говорит Тэхён и сворачивает в свое заветное место. Сюда практически никто не заходит, иногда зажимаются парочки. Место под лестницей практически неприметное, а это единственная лестница которой никто не пользуется из-за дурной славы. Он усаживается у стены, вытянув ноги, пока Мэй неуверенно нависает над ним, боясь посмотреть в глаза. — Говори, — устало звучит. Тэхён и правда устал. Он надеялся зайти в столовую, схватить гранатовый сок, избежать встречи с Чонгуком, который вечно тащит его к их столу, пытаясь его накормить. Жаль Тэхён ему не может объяснить, что аэлита не любит рис или что он там пытается в него впихнуть. — У тебя ханахаки, — не спрашивает, а констатирует Мэй и Тэхён вздрагивает. Это не остаётся незамеченным от девушки. — Подожди, то есть.. Боже, я не так начала. Не пугайся, я.. никому не расскажу. Я хочу тебе помочь. — У тебя тоже ханахаки, Мэй, но я не рвусь тебе помочь, — прилетает в ответ. — Это.. мне не помочь, но тебе возможно ещё не поздно. Пару дней назад я увидела на твоем кардигане лепестки аэлиты, залитые кровью и мне все стало ясно. Я давно наблюдала за тобой, ещё когда начала замечать твоё странное поведение. Я постаралась их незаметно смахнуть, чтобы к тебе не было вопросов от других, а после выбросила. Тэхён, у тебя острая форма, почему ты ничего не делаешь? Мэй неожиданно стала превращаться в Намджуна, и это начало раздражать Тэхёна. Но Тэхён джентельмен, а перед ним девушка и про манеры он ещё не забывал. — На мои чувства никогда не ответят, Мэй. — А я.. не об этом, — сообщает в ответ Мэй. Она садится рядом с Тэхёном и укладывает руки на коленях, прижимая к себе. Юбка задирается, но никому нет до этого дела. — Я недавно узнала о своей болезни и сразу же сообщила родителям. Они у меня врачи, и знаешь, они самые лучшие. Мама кардиолог, которая постоянно контролирует работу моего сердца, а отец хирург, ищет пути лечения, путешествуя по миру. Но мне осталось недолго и я это чувствую с каждым днём всё отчетливее. Хризантема полностью окутала моё сердце и скоро перекроет последние артерии благодаря которым сердце ещё перекачивает кровь. Несколько дней назад отец звонил с Амазонки и рассказал, что узнал у местных племен способ избавиться от цветов навсегда. Намджун сегодня рассказывал о хирургическом вмешательстве и отец хочет его испробовать, но с наставлениями амазонцев. Хоть бы он успел, пока я не задохнусь окончательно. Если всё получится, то Тэхён, заклинаю тебя.. сделай это. Тэхён думал об этом. Особенно много думал, когда просыпался под утро, выкашливая из себя сотни лепестков перемешанных с кровью, шипы которых давили на стенки горла и приносили неимоверную боль. Процесс, после которого он заходился в рыданиях до самого утра, а после засыпал в слезах и собственной крови, весь вспотевший и несчастный. — Расскажи. Не говори мне, кто это. Просто расскажи. Я хочу знать историю... себе подобного. Тэхён понимает, что возможно это последний разговор этой девчушки с едва-знакомым парнем и не отказывает в желании. Лучше ему не станет, но вот ей.. — Я не понял, как это случилось. Мы, кажется, дружим всю жизнь. В средней школе к нам перевелся парень из Кореи и я узнал в нем родную душу. Бывает такое, что хватает одного разговора с человека чтобы понять, что вы будете друзьями до гроба. Иронично, но факт. В прошлом году, когда я впервые почувствовал першение в горле и зашелся в кашле, мне на ладонь упал лепесток и тогда я ничего не понял. Я сбегал к флористу спросить что это за цветок. Он рассказал, что это аэлита, удивительно-красивая роза с приятным запахом. В то время мой друг начал увлекаться мифологией и я услышал про ханахаки. Прошерстил весь интернет, но информации очень мало. Пять стадий принятия неизбежного прошли очень быстро и я даже долго не задавался вопросом, кто это. Я знал, кто это, Мэй. Потому что в него невозможно не влюбиться и судьба сыграла со мной злую шутку. — Какой он? — Он.., — минуту Тэхён замолкает и думает стоит ли делиться настолько личным, но аэлита давит на ребра и Тэхён чувствует поступающую кровь, поэтому решается. — Он красивый, самый красивый кого я видел в этой чертовой жизни. Когда он улыбается время застывает, а когда грустит застывает мое сердце. Я не люблю, когда он грустит. Мне хочется укрыть его от всего мира, подарить своё израненное сердце, в котором почти нет места, потому что он в нём, переплетен с аэлитой. Он добрый и любит собак. Его мечта открыть приюты во всем мире для бездомных собак, в котором они не будут ни в чем нуждаться. Он бескорыстный, поэтому он не берет от родителей ни одной йены, а все делает сам. Он талантливый, у него красивый голос, который пробирает до мурашек когда он записывает каверы или свою музыку. Он самый лучший, знаешь? Он может сорваться в три часа ночи ко мне, если услышит мой грустный голос по телефону, притащить три пиццы и разговаривать со мной до утра, пускай утром вставать на первую пару. В моем лексиконе нет слов, которые бы описали его. Потому что таких слов ещё не придумали, потому что таких, как он, никогда не было и не будет. Тэхён не замечает, как катится предательская слеза, которую Мэй вытирает кончиком мизинца, пока его взгляд устремлен в стену напротив. От исповеди аэлита разошлась ещё больше и Тэхён пробирается руками под худи, цепляя пальцами капли крови. Горько усмехается и убирает руку из под кофты. — Ты говорил ему? Тэхён отрицательно качает головой. — В друзей не влюбляются, Мэй. Несколько минут они сидят в тишине и каждый думает о своем. Тэхён о смерти, а Мэй о Тэхёне. Он так юн и глуп, как же он боится быть отвергнутым. Она грустно смотрит на его пальцы перепачканные в крови и касается хризантемы на своем запястье, задирая кардиган. Тэхён обращает внимание на этот жест и утыкается взглядом в цветок перед его глазами. Мэй любовно гладит лепестки красной хризантемы и грустно улыбается. — А ты? Твоя история какая? — Подруга детства. Я всегда это знала. Это не было неожиданностью или я однажды проснулась в приступе кашля. Нет. Это было медленно, как окунаться под воду, но вполне ощутимо. Я сразу перешла к стадии принятия и не мучала себя. — Тебя отвергли или ты..? Девушка вздыхает. Отвергли ли её? Загадка, которую она никогда не разгадает. Даже если все получится с операцией, ей уже будет абсолютно безразлично. — Призналась ли я? — Тэхён кивает, не отрывая взгляда от хризантемы. — Признаюсь каждый день, Тэхён. Тэхён поворачивает на неё голову. Неужели за годы рядом она не смогла получить чувства в ответ? Значит у него нет никаких шансов. — Но.. Я не понимаю. За годы она не смогла принять тебя.. или попытаться быть рядом? Я вижу, что она тебя давно не касалась. Ей.. твои чувства противны? Мэй достает с сумки листок и беглом пишет на нём свой номер, протягивает парню. Встает и прячет хризантему под ткань кардигана. Встряхивается и отвечает: — Могильная плита не имеет свойства любить в ответ. Тэхён пристыжено опускает голову и шепчет тихое «Прости». — Мне пора. Напиши мне, — машет рукой девушка и покидает его святое место. Не возвышай свои проблемы, пока не услышишь о чужих. Головой Тэхён понимает, что у него есть шанс. Тем временем аэлита выпускает первый незначительный цветок на ребрах Тэхёна. Только вот времени у него нет.

***

Тэхён долго не задерживается, бегло вытирает салфетками свои руки от крови, хватает рюкзак и направляется в столовую. Сейчас самый разгар и она заполнена студентами и Ким надеется затеряться среди толпы. Он берёт гранатовый сок и собирается покинуть столовую, как его хватают за предплечье и Тэхёну не нужно оборачиваться чтобы понять, кто это. Аэлита в груди зашевелилась, если бы могла, она бы кричала, а хватку Тэхён не перепутает ни с чем. Он натягивает улыбку и поворачивается. — Опять сбегаешь? — звучит с упреком, но парень улыбается. Улыбается, а Тэхён влюбляется в сотый раз в эту улыбку, в это детское лицо и большие глаза. — Ты знаешь, что я не люблю шумные места, Чонгуки, — отвечает Тэхён и невинно хлопает глазами, надеясь, что его предплечье скоро отпустят и он продолжит свой побег. — Не сегодня, — отвечает Чонгук, перехватывая того за запястье, направляясь к выходу. — Сегодня мы пообедаем вместе, хочу тебе что-то рассказать. Тэхёну ничего не остается, кроме как покорно идти за ним. Он бы пошёл куда-угодно. Огонь и воду — не то изречение. Он бы поднял на уши ад, пересек вселенную и пустил бы время вспять если бы знал, что тому это нужно. Но ему не нужно. Они устраиваются во внутреннем дворе университете, на лавочке под ярко-цветущей сакурой. Аэлита притихла. Не скребется, не давит и не шипит. Покорно свесила ушки и ждёт. Боится. Тэхён тоже. — Ты не ел? Хотя кого я спрашиваю, конечно нет, — бурчит Чонгук и вытаскивает из рюкзака два контейнера с едой и две пары палочек. Ставит на колени Тэхёну, а сам принимается за еду. Тэхён прислушивается к аэлите, которая так же молчит, и пытается понять, вывернет ли его если он съест парочку грибов шиитаке. Роза молчит, и Тэхён пробует наудачу. Первое время они едят молча, а Тэхёна гложет страх о чем же хочет поговорить младший. — Сегодня тепло, а ты в худи, не жарко? — спрашивает Чонгук. Сам он одет в легкую цветочную рубашку и узкие черные джинсы, которые привлекательно обтянули чонгуковы бёдра. — Мне холодно, — не задумываясь отвечает Тэхён, а после чувствует руку Чонгука на своём лбу. Аэлита визжит, скукоживается и прячется. — Температуры вроде нет. Ты не заболел? — о, да, заболел. Тобой, давно и бесконечно. — Нет. С утра было прохладно. Чонгук кивает и откладывает свою еду. Тянется к рюкзаку, вытаскивает бутылку воды и жадно к ней присасывается. — Ты хотел поговорить? — Тэхён решает не откладывать неизбежное. Чонгук кивает в ответ и отставляет бутылку с водой, поворачивается на Тэхёна. — Ты отдалился от меня в последнее время и я хочу узнать причину. Если я в чём-то виноват, то скажи мне, я все исправлю. Я не хочу терять тебя, Тэ, ты мой лучший друг, — последняя фраза рушит последние надежды Тэхена и аэлита нещадно бьёт по рёбрам. Он неосознанно хватается за рёбра, чем привлекает внимание Чонгука. — Что с тобой? Он порывается задрать кофту друга, но Тэхён останавливает его движением руки и заходится в кашле. — Тэ, твою мать, что с тобой? — кровь просачивается через ткань и Чонгук не выдерживает, дёргает толстовку наверх, открывая взору.. Аэлита пробилась через кожу, усыпая тело цветами вперемешку с алой кровью. Цветы маленькие, но плотно укутанные махровыми лепестками. Самый большой расположился под самим сердцем и рядом опасно пульсирует красный участок кожи, обещающий к утру стать ещё одним цветком. Темно-зеленый листок выглядывает совсем рядом: маленький и округлый. — Тэ, это что? — голос Чонгука переходит на шёпот, а увиденное заставляет его замереть. Он не слышит, как его друг заходится в кашле, а отмирает лишь после того, как тот начинает бить себя по рёбрам. Через пару секунд на ладонь он выплевывает очередной белый цветок. Иногда мифы становятся реальностью. Они становятся реальными в тот момент, когда ты к ним не готов. Они становятся реальными тогда, когда ты не знаешь что делать, тебе остается хлопать большими вселенскими глазами и пытаться найти хоть одно разумное слово. Они.. — Ты... блять, у тебя ханахаки, — неверяще проговаривает Чонгук. Но звучит это словно приговор, будто гром Зевса с Олимпа прогремел, впечатал в землю эти три слова. Тэхён вытирает подбородок, что измазался в крови и вымученно улыбается. Так вышло, дружище. — Сколько? Если бы Тэхён знал. Это не тот процесс, который можно контролировать или тормознуть. Это как обратное течение: ему сложно сопротивляться. — Не знаю, возможно месяц? — вопросительно звучит в ответ. — Давно? Тэ лишь кивает. Нет сил и совести ответить. Он понимает, что последний год поступал эгоистично. Несмотря на эти дурные чувства, Чонгук его лучший друг и он имел право знать, но.. Слишком много но в этой истории. Чонгук тяжело вздыхает и трет глаза руками, что-то бормочет под нос. — Почему ты не сказал мне? Это ничего бы не изменило. — Зачем? Чтобы ты жалел меня? Брось, Чонгук, я ненавижу жалость. — Жалел? Я хочу тебе помочь, а не жалеть тебя. О чём ты думал вообще? И кто это? Кто так сильно забрался в твоё сердце? И почему я не знаю о нём? — с долей обиды и даже ревности восклицает Чонгук. «Ты», хочется прокричать, но цветы так сильно сдавливают грудь, что Тэхён еле может мотнуть головой. Достаёт из рюкзака воду и отпивает прежде чем кашель снова не прорвал его. Чонгук в ту же секунду хватает его, чтобы тот не упал с скамьи и аэлита отступает. Стерва испугалась и как загнанный в угол зверь замолчала, ожидая дальнейших действий. — О боже, ты как? — взволнованно спрашивает Чонгук и убирает пряди, что мешают Тэхёну разглядеть чужое обеспокоенное лицо. От его прикосновений горит не только кожа, но и паразит что поселился в тэхёновом теле. — Всё в порядке, такое бывает, — Тэхён успокоившись наблюдает за сакурой над ними. Самый сезон цветения, только вот Тэхёну давно тошно от всех цветов. — Хочешь чего-нибудь? — Нет, — Тэхён мотает головой. — Расскажи мне, пожалуйста. И Тэхён рассказывает. О том, как в один день проснулся от того, что лепестки в трахеи перекрыли ему воздух. Как видел испуг в глазах врачей, которые не могли дать ему ответа. Как Намджун узнал и объездил пол мира в поисках лекарства и не продвинулся ни на йоту. Рассказывал и рассказывал, а параллельно думал о том, как красиво лепестки сакуры украшали бы его могилу. — Мы что-нибудь придумаем, обязательно. В конце концов мы сделаем операцию, Тэхён. Я не дам тебе просто так умереть, — Тэхён мотает головой. — Лучше умереть, Чонгук, нежели ничего не чувствовать. — Этот человек.. он знает? — спрашивает Чонгук и Тэхён отрицательно машет головой. — Почему? «Потому что в друзей не влюбляются, Чонгук.» «Потому что для него я только лучший друг, Чонгук.» «Потому что я трус, который скорее умрёт, чем потеряет тебя.» — Возможно я расскажу, но пока я не готов. — Но ты умираешь! — в сердцах восклицает Чонгук и оглядывается по сторонам, но никому нет дела до двух парней, сидящих под сакурой. — Тэхён, прошу тебя.. — Мне не всегда так плохо, Чонгук. Просто..мы давно не виделись и она.. вне себе. Знаешь, это как в тех фанфиках, что мы любим читать. Помеченным истинным плохо без своей половинки если они долгое время проводят врозь. Здесь тоже самое, практически. — Значит, вы знакомы и общаетесь? — Чонгук уцепился за ниточку и Тэхёна передёрнуло. — Конечно знакомы. Я камикадзе, но не настолько чтобы влюбляться в незнакомого мне человека, — рассмеялся Тэхён и роза внутри его неприятно уколола. «Смешно тебе?», словно шептала она. Чонгук невесело усмехается. Конечно он был влюблён. Было глупо думать, что сердце такого человека, как Тэхён, не будет занято кем-то. Чонгук лишь удивлён тем, что он так сильно не взаимно влюблён. — Он.. безумец, если не отвечает на твои чувства. — Он не может о них знать, — пожимает плечами Тэхён. — Ты слишком очевидный или я тебя так хорошо знаю. Я давно приметил, что ты влюблён, но всё ждал чтобы ты мне сам рассказал. Я и не думал, что всё настолько.. Но меня всё еще обижает тот факт, что я не знаю кто он. «Если бы ты меня так хорошо знал то давно бы понял, что нет никого. Что это ты и всегда был ты. Ты и твой любимый цветок, который ты по всей видимости толком не рассмотрел. Цветок, которыми полон твой сад, потому что его любила твоя мама и привила эту любовь тебе.» — Всё будет хорошо, Чонгук. Я так просто не дамся этой костлявой. Смерть рядом лишь хмыкнула.

***

Месяц спустя

Чонгук стал надоедливым. Он бегал за Тэхёном собачкой. Порой Тэхёна это бесило, но цветы и вправду успокоились. Некоторые бутоны, что так по хозяйски расположились на его груди, попрятались, лишь неприятно покалывали изнутри рёбра. Паразитка молчала, словно Чонгук жалил её своим ядом. Впрочем, так и было. Тэхён очень боялся, что Чонгук заметит что его состояние улучшилось. Иначе он всё поймет, ведь они практически двадцать четыре на семь вместе. Чонгук нагло переехал в его квартиру, готовит ему завтраки и ужины, по вечерам вытаскивает Тэхёна гулять, и до поздней ночи они смотрят фильмы из тэхёнового списка «Что я должен посмотреть прежде чем умру». Тэхёну кажется, что он никогда не был так счастлив, как сейчас. И даже если ему придётся умереть он будет рад знать, что перед смертью был нереально счастлив. Он часто спрашивал Чонгука почему он всё время рядом. Тот отвечал простым: хочу побыть с тобой подольше пока мы не придумаем как избавиться от этой хрени в твоём сердце. И ответ был на поверхности и как только Чонгук его нащупывал, он ускользал. И это бесило его ещё больше, чем эта хрень в груди Тэхёна, которая убивала его. Но Чонгук заметил, что состояние друга стало лучше. Мысли, которые закрадывались, он посылал далеко и глубоко, не позволяя себе думать о таком. Ведь будь Тэхён в него влюблён он бы признался ему, не так ли? Чушь какая, думал Чонгук, готовя очередной завтрак для Тэхёна, который вот вот должен был вернуться после встречи с Намджуном. Тот, кажется, нашёл какое-то решение его проблемы. Хоть бы это было так, думал Чонгук со вчерашнего дня. Хотелось позвонить ему, но он заметил, что его телефон остался лежать на прикроватной тумбочке. Внезапно на его телефон пришло сообщение. Он не хотел его читать, но любопытство взяло вверх. Отложив готовку завтрака он взял телефон в руки. Он всегда знал пароль от его телефона, потому что между ними не было никаких тайн. Так казалось Чонгуку. Ему писала какая-то Мэй. Говорила о том, что её операция прошла успешно, правда она теперь ни черта не чувствует. Теперь её отец ищет способы вернуть ей чувства, но.. Мэй: Знаешь, Тэхён, я думала что боль которую я испытывала каждый день это худшее, что может случиться с человеком. Но хуже всего то, что я чувствую сейчас. Ни-че-го. Забавно. Мне было лучше, когда я думала о том что моя любовь убивает меня, чем сейчас когда я могу жить и единственные мои ощущения - от физической боли. Помнишь, я говорила тебе подумать? Так вот. Подумай о том, как сказать ему о своих чувствах. Заклинаю тебя, не иди по моим стопам. Это хуже смерти. В конце концов лучше получить отказ, чем жить мертвецом. И я в этом убедилась. Если это тот человек о котором я думаю, то скажу лишь следующее: он без ума от тебя. И не спрашивай откуда я это знаю. Я видела, как он смотрел на тебя. Знаешь откуда я это знаю? Потому что ты также смотришь на него. Будь смелее. Увидимся через пару недель, буду докладывать тебе о попытках отца вернуть мне человечность. Кстати, а ты знал, что попугаи.., — дальше Чонгук не читал. У него было куча вопросов. Кто такая Мэй? Почему? Она знает из-за кого болен Тэхён? И почему она знает, а он нет? Он отложил чужой телефон на тумбочку и вернулся к готовке завтрака, но рой вопросов не покидал его. Таким его и нашёл Тэхён. — Вкусно пахнет, что готовишь? — сказал Тэхён заходя на кухню, но увидев хмурое лицо Чонгука всё его настроение скатилось вниз. — Что случилось? Чонгук выключил плиту и повернулся к вошедшему парню. Внутри его распирало, но он не мог давить на Тэхёна в его состоянии и быстро взял себя в руки. — Садись, будем есть и поговорим, — он нежно улыбнулся и Тэхён расслабился. Сел за стол и они молча начали завтракать. — Тэхён, прости меня. Тэхён встревоженно посмотрел на друга. — За что? — Чонгук неловко отвёл взгляд. Когда доходит дело до признаний.. в общем, трудно ему. — Я не хотел, но ты знаешь какой я любопытный. Тебе написала некая Мэй.. и я прочитал. Извини пожалуйста, — Тэхён подорвался с места и бросился в комнату за телефоном. Чонгук не стал бежать за ним, а покорно дожидался на кухне. Тэхён в смешанных чувствах вернулся за стол, держа телефон в руке. — Не думал, что она решится.. — задумчиво сказал Тэхён и сделал глоток кофе. — Кто она? — Тэхён лишь тяжело вздохнул. — Девчонка с моего потока у которой тоже ханахаки. Точнее, был. — Расскажешь? — Это подруга её детства. Мэй намного смелее меня и смогла признаться, но было поздно. Возлюбленная умерла. Удивительно, что Мэй столько прожила после её смерти. Её родители сразу начали искать выход. И, видимо, нашли. Ей провели операцию и удалили цветы. Она уговаривала меня подумать над этим, но я всегда был против. Лучше умереть, чем ничего не чувствовать, — ответил Тэхён и погладил себя в районе груди. Стерва молчала, вот уже неделю не давала о себе знать. Ни кашля, ни рвотных позывов, и все видимые цветы попрятались. Дурной знак: скорее всего она оплетаются вокруг сердца и времени осталось не так много. — Она знает.. кто? — Да, — сразу перебил его Тэхён. — Не злись. Ты скоро тоже узнаешь. Я обещаю тебе. Пойдём погуляем? Расскажу тебе про разговор с Намджуном. Чонгук лишь кивнул и принялся допивать свой кофе. Он часто размышлял, почему Тэхён. Почему не он? Тэхён — самый светлый человек, которого он знает. И он не заслужил такой участи. Не заслужил того, чтобы костлявая пришла за ним настолько рано. Чонгук не представляет своей жизни без него и не хочет. Поэтому намеревается встретиться с Намджуном и всё узнать. Он обязан попытаться сделать хоть что-нибудь, пока не стало совсем поздно. Они часто долго гуляли, Тэхёну нравилось проводить больше времени на свежем воздухе. Погода была невероятная, пахло весной. Они болтали и болтали и в эти моменты чувствовали себя самыми счастливыми. Намджун всё был в разъездах и Чонгук не мог с ним встретиться. Лишь написал короткое: я почти нашёл решение, не отпускай его. И Чонгук не отпускал. Пока в один момент Тэхён не отправил его в магазин, а когда Чонгук вернулся, то его нигде не было. В квартире всё выглядело так, словно он вышел вынести мусор и сейчас вернётся. Обыскав все комнаты и сотню раз набрав его мобильный, который каждый раз бездушно отвечал "Абонент вне зоны доступа", его взгляд упал на белый конверт на кухонном столе с одним лишь именем. Чонгуку. Он знал, что это значит. Быстро набрав Намджуна и всё ему пересказав начал судорожно думать о том, куда он мог поехать. — Аокигахара, Чонгук. Он поехал туда. Но прежде чем ты сорвёшься за ним прочитай письмо. И знай: если его человек не испытывал к нему чувств с самого начала, у него нет никаких шансов кроме хирургического вмешательства. Прочитай письмо и найди его, Чонгук. И я буду ждать вас на операцию. Всё будет готово к завтрашнему дню. Намджун просто выбил почву под ногами. Схватил письмо и вышел на балкон, попутно закуривая сигарету. С каждым словом в груди давило всё больше. Здравствуй, Чонгук. Если ты читаешь это письмо, значит меня уже нет. Я часто задумывался о том, как умру. Помнишь мы всегда размышляли о том, что может быть после смерти. Я надеюсь, что в следующей жизни я стану кошкой. Свободной, дикой и бездомной, вольной ходить куда мне вздумается и спать на солнце животом кверху. Наверное ты сейчас очень злишься, пока читаешь это письмо. Прости меня, что не сказал тебе. С самого начала я знал, что меня ждёт такой итог. Потому что даже если бы ты мог ответить на мои чувства я слишком труслив, чтобы признаться тебе. Да, Чонгук, это всегда был ты и не могло быть иначе. Я планировал любить тебя тихо, быть рядом как друг, радоваться и грустить вместе с тобой. Я не представлял своей жизни без тебя. Но я не думал, что моя любовь к тебе меня погубит. По правде я и не думал, что могу так сильно любить. Так что да, Чонгук, я люблю тебя и это меня убивает. Ты как-то спросил меня: кто тот безумец, которому нравится аэлита? Это ты, Чонгук, всегда был ты. Твоя мама любила эти цветы и эта любовь передалась тебе. И эти цветы действительно всегда у меня ассоциировались только с тобой. Они красивые, но колючие. Не похожи на тебя, потому что ты невероятный, самый добрый, и прекрасный человек. Не смей винить себя ни в чём. Это был мой выбор. Я выбрал умереть любя тебя, чем жить без возможности что-либо чувствовать. Я не смог бы так, пойми меня. И прости, за то что ушел и бросил тебя одного. Досмотри все фильмы из моего списка, пожалуйста. И посади возле моей могилы сакуру: мне было приятно думать, как красиво опадали бы листья и окутывали бы моё место вечного сна. С любовью, вечно твой Тэхён. Чонгук не заметил, как сигарета упала из рук, а из глаз хлынули слёзы. Какой же он слепой.. Всё в Тэхёне буквально кричало о его любви. Слова, прикосновения, взгляды, его состояние которое становилось лучше лишь рядом с Чонгуком. Но Чонгук слишком труслив, чтобы признать это.. Слишком труслив чтобы узнать, что его чувства взаимны. Что он не в закрытые двери любит Тэхёна. И что будь он немного смелее Тэхён бы сейчас не был на грани смерти. Чонгук выбегает с балкона и на ходу звонит Намджуну. — Операционная не нужна. — Ты узнал кто это? — Это я, Намджун, — отвечает Чонгук и заводит машину, срываясь с парковки и поднимая за собою пыль. — Всё время это был я. Какой же я слепой идиот.. — Я мог и догадаться.. Поспеши, Чонгук. Ты должен успеть, — Чонгук лишь кивает и давит сильнее на газ. Намджун делает пометки возле своего исследования: ханахаки не проходит само по себе, даже если человек влюблён в ответ, пока он не признаётся в этом больному; если один из возлюбленных заболел, второй не может заболеть. — Выходит его любовь и жалила цветы в груди Тэхёна, а не его присутствие. Интересно..

Аокигахара. Несколько часов спустя.

В Аокигахару приезжают суицидники. Но нечасто многие из них прожив здесь одну ночь оставшись наедине с собой передумывают, собирают вещи и возвращаются назад. При входе в лес висит табличка и Тэхён останавливается чтобы прочесть её: Ваша жизнь является бесценным даром от ваших родителей. Подумайте о них и о вашей семье. Вы не должны страдать в одиночку. Позвоните нам. Лишь хмыкает и идёт дальше. Тэхён устроился недалеко от дороги, почти сразу за табличкой, разложил свою палатку и принялся дописывать сообщение Мэй. Не боялся быть обнаруженным спецслужбами, потому что пускай они и боролись с суицидами, всё время патрулировали, и даже установили камеры по периметру, они не могли каждого туриста обвинить в попытке свести счёты с жизнью.

Тэхён:

Я приехал в Аокигахара.

Мэй: Ты совершаешь ошибку, Тэхён. Почему ты не послушал меня?

Тэхён:

Я оставил ему письмо.

Мэй: Ты чёртов эгоист, Ким Тэхён. Оставил его с чувством вины. Какое же ты дерьмо.

Тэхён:

Для того кто остался без чувств ты

слишком печёшься о незнакомом тебе человеке.

Мэй: У меня пропали чувства, а не мозги. Тэхён лишь хмыкнул и отложил телефон. В лесу было жутко. На дороге часто можно было встретить брошенные машины. Суицидники просто оставляют их у дороги и сводят счёты с жизнью где-то глубоко в лесу. Часто можно увидеть повешенные тела и это многих отрезвляет. Поэтому Тэхён не зашел глубоко в лес. Боялся передумать? Возможно. Цветы в груди цвели. Тэхён старался не обращать внимание. Он не думал убивать себя. Но что-то подсказывало ему, что эта ночь последняя. Он не хотел умирать на руках Чонгука. Думая о смерти он представлял себя именно здесь. Аокигахара всегда его манила. Он хотел исследовать этот лес, но слишком боялся наткнуться на кого-то, кто устал от жизни. А затем случилось то, что случилось и ему стало безразлично. Через пару часов с улицы послышался звук едущей машины. Спецслужбы, подумалось Тэхёну. На улице потихоньку начинало темнеть и холодать, несмотря на разгар весны. Накинув на себя ветровку принялся выходить из палатки, чтобы сообщить о том, что ни о каком суициде он не думает, а лишь приехал переночевать. Выйдя из палатки он ожидал увидеть кого угодно, а не запыхавшегося Чонгука с его письмом в руках. — Что.. ты как меня нашёл? — испуганно смотрит Тэхён на письмо и задаёт вопрос. — Ты сказал что не бросишь меня. Так почему ты ушёл, Тэхён? — сразу нападает Чонгук и Тэхён не знает что ответить. — Это правда? — спрашивает Чонгук показывая письмо. Тэхён отводит глаза и лишь кивает. Ему безумно стыдно. Он надеялся, что как минимум до следующего утра его никто не найдет, а когда найдут уже будет поздно. Он даже не смотрит в его глаза когда говорит. — Прости, я знаю что разочаровал тебя. Я не смог признаться. Прости, что я вообще влюбился в тебя. Но я не мог не влюбиться. Мне очень жаль, — шепчет Тэхён и слёзы начинают катиться по его щекам. Чонгук лишь вымученно вздыхает и крепко обнимает Тэхёна. Тот стоит столбом, а цветы в груди начинают увядать. Аэлита бьется в груди, пытается найти выход или спасение, но её так сильно окутала чужая любовь, что она буквально в ловушке. — Я боялся, что не успею. Ты не представляешь что я пережил за эти пару часов пока ехал сюда. Я никогда тебе не прощу эту выходку, Тэхён, — говорит Чонгук и нежно берёт его лицо в свои руки, стирает прозрачные дорожки с любимых щёк. — Тэхён, ты никогда не должен бояться говорить мне правду. Ты мой самый родной и близкий человек. Я не представляю свою жизнь без тебя, ты же знаешь это? — Знаю, — шепчет Тэхён в ответ. — Прости меня, я ведь такой же трус как и ты. Я люблю тебя, Тэхён. Давно и бесповоротно. Последний цветок в сердце засох. Аэлита покинула чужое тело не сумев справиться с любовью своего хозяина. Что было потом Тэхён смутно помнит: их первый поцелуй, поездка домой и долгая ночь разговоров. А на следующий день рентген показал чистые легкие и УЗД сердца подтвердило, что на самом деле в сердце Тэхёна хозяин лишь Чонгук, а не колючая стерва. Намджун будет долго ворчать о том, что Тэхён утаивал от него чувства к Чонгуку. Тэхён дождётся Мэй, которая вернётся с уже обретенной чувственностью и познакомит её с Чонгуком. И о цветах они больше не будут вспоминать. Лишь в те редкие моменты, когда будут гулять по саду мамы Чонгука говоря о ней. Чонгук всегда крепко обнимает Тэхёна словно боится, что тот растворится в его руках. И даже сейчас, стоя на берегу океана крепко прижимает к себе и шепчет слова о любви в ушко, нежно зацеловывая шею. И нет никого счастливей на свете. — Знаешь, говорят любовь живёт три года. — Может у кого-то она и живёт три года, но моя любовь к тебе не имеет срока годности. И Тэхён с ним полностью согласен.