Darkside х Темная сторона

Я сидела за их обеденным столом. Было тихо. Только тихий звон посуды разносился по комнате. - Как учеба? - нарушил тишину отец. Он так редко спрашивал о чем-то. Вопросы обычно были одинаковые. И мои ответы такими же. - Превосходно, -я наколола кусочек яичницы на вилку. - Я недавно такую шедевральную презентацию сделала, - Ханни заерзала на стуле, - Учитель очень меня хвалил. - Умница моя, - заулыбалась мама и погладила её по голове. Сегодня служанка заплела сестре две косички. -Учитель физики? - Ханни застыла всего на секунду затем продолжила пережевывать и глянула на меня. - Нет, с английского, - тихо ответила, - Но учитель Пак тоже очень меня хвалит, говорит я практически лучшая в классе. "Неужели..." - Какие же у меня умные дочки, что может быть лучше? Старайтесь в том же духе, и будете лидерами не только в учебе, но и по жизни, - отец сдержано улыбнулся и вернул всё внимание опять к тарелке. - У меня сегодня много работы, вернусь не раньше одиннадцати, хорошо? - он не глянул ни на кого, но все поняли, что он обратился к маме. - Конечно, - ответила она тихо. Прозвучало же это как "опять". - О, вот и машина, всё, я ушел, - он встал и в этот момент в обеденный зал входит Госпожа Бан. Это была помощница и правая рука отца, вместе они работают уже больше десяти лет. Она была частым гостем в нашем доме, моя мать её недолюбливала как и я, но следуя этикету она всегда была к ней вежлива. - Доброго утра и приятного аппетита вам, - обратилась она ко всем, без улыбки. Она всегда носила строгий черный костюм, квадратные очки, а волосы её всегда были убраны в тугой пучок. Сейчас она стояла у дверной рамы, крепко сжимая к груди папку с документами. - Спасибо, - в один голос поблагодарили мы. - И вам доброго утра и хорошего рабочего дня, - мама натянуто улыбнулась в ответ. Бан ничего не ответила, просто кивнула и обратилась к отцу. - Сегодня у вас три важных встречи, затем... - они вышли из дома и мы недослушали, что там было "затем". - Когда закончите, скажите, чтобы убрали со стола, - быстро и нервно приказала мама нам и встала на ноги. - Ты не будешь больше? - спросила я, мама ничего не ответила и вышла из комнаты. Мы переглянулись с сестрой, та нахмурила брови. Она понимала всё так же как и я. - Пойду поговорю с ней, - я направилась следом. Мама оказалась на кухне, она стояла около окна и попивала из бокала свое любимое полусухое. Мне не нравилось, что она часто выпивает, но я понимала почему так. Я подошла к ней со спины и обняла. Не глядя на неё я поняла что она улыбнулась и погладила меня по голове. - Вы опоздаете. - Ничего, я должна была это сделать, - прошептала я, закрыв глаза. Я вдыхала её родной запах и переносилась мысленно в детство. Помню, как после смерти Вилмы мама долгое время думала, что это сломало мою детскую психику и долго водила меня по разным психологам. Каждый из них пытался различными способами отгородить меня от мыслей об ужасном, но ни одному этого не удалось, потому что это априори не могло навредить мне. Оно работало прямо противоположно этому. Мама повернулась ко мне и погладила по щекам, когда она уже хотела что-то сказать сильно закашлялась. - Ма? Она склонилась кашляя всё сильнее, я взяла из её рук бокал с вином и вылила в раковину. - Не пей больше, - строго приказала я. Кашель прекратился, мама присела за стул. - Ты пьешь таблетки? - Сегодня пропустила, но ты не волнуйся, - она выдавила улыбку, - Всё, иди в школу, -я поняла, что больше разговаривать она не хочет. Всегда мы с сестрой старались жить в иллюзии, хоть это и паршиво. Мы вечно делали вид, что наша семья не трещит по швам. Создавали вид, будто не в курсе, что наши родители более не любят друг друга. Вот и ещё одна причина того почему же любовь ложь. Твоя привязанность к мужу со временем пропадает, но к детям никогда. Мама всегда готова была отдать за нас свою жизнь, так же как и отец, а сейчас ради нас они готовы продолжать притворяться, что всё так же верны друг другу не понимая, что это делает только хуже. Это был теплый осенний день. Мы вышли из машины и шли ко входу в школу. Ханни бежала по тротуару заставляя сухие листья взлетать следом вверх и кружиться в желто-оранжевом вихре. - Ах, какой же чудесный день! - она вертелась на месте задрав голову наверх и казалась такой счастливой. Чересчур счастливой... - Онни, давай сегодня сходим в ту кафешку, что открылась недавно? - она остановилась и запрыгала около меня, подхватывая под руку. Я двинулась дальше не спеша шурша кроссовками. - Там подают невероятно вкусные пироженные. - Мм? Он уже водил тебя туда? - негромко спросила я. Ханни притормозила, чуть отстав от меня, я же продолжала идти. Затем сестра быстро догнала меня. - Ты о чем? - неуверенно спросила она. - Я видела вас с учителем Паком, - я глянула на неё, оставаясь невозмутимой. Я наблюдала как её глаза быстро забегали. - Только не вешай мне лапшу на уши. - Я и не собиралась... - Мы договаривались всегда всё говорить друг другу, - я повысила голос остановилась и посмотрела на неё сверху вниз. - И ты смолчала о таком? Он домогается тебя? - Что?! Нет! - она сказала это ещё громче. - Он очень мил со мной и... - ещё щеки запылали. - И он влюблен в меня... - Какой влюблен, Ханни? Очнись. Ему почти сорок, а тебе всего четырнадцать. Ты ещё ребенок, а он педофил, ему в тебе нравиться только твоя детская невинность, - мое терпение было на исходе. Я схватила её косичку, - Ты ведь терпеть не можешь такую прическу, ради него это сделала? - она резко одернула её. Губы её скривились в отвращении. Прямо как и у меня иногда. В этом мы схожи. - Хватит говорить о том чего не знаешь. У тебя никогда не было парня даже твоего возраста. И пусть уж будет старше, чем мелким сопляком, у которого на уме игры и порнушка. Я нервно засмеялась. На нас стали оглядываться другие школьники, но было уже всё равно. - О, дорогая моя, это ты не понимаешь, о чем говоришь. - Плевать мне, не лезь не в свое дело, - фыркнула она и ушла прочь, размахивая руками. Глядя на Ханни можно подумать - какой милый ребенок. В самом же деле в ней течет кровь нашей семьи. Она маленький чертенок. Ничего, моя сестренка, я исправлю всё, не волнуйся. Я выждала момент на уроке биологии, под предлогом, что мне не хорошо вышла из класса. Я знала, что сейчас у него проходят сборы, поэтому вошла в учительскую и стащила его телефон. Конечно же он был запаролен, но это была не проблема, он так много раз палился, что я успела запомнить его. К сожалению, он оказался осторожнее чем я ожидала. В галерее ничего примечательного, фото семьи, собаки и прочее. В контактах тоже всё обычно. Теперь сообщения. Тут и было оно. Имя контакта было просто смайликом цветочка. Он писал ей о своих чувствах. Так красиво говорит, теперь понятно, на что сестра повелась. Он знает как можно очаровать маленькую наивную девочку. Нужно было действовать быстро, в учительскую в любой момент кто-то мог войти. Я искала дальше. Вошла в историю браузера, рецепты, книги, статьи какие-то. Черт возьми,ну где же?! Я искала по папкам, в файлах, но ничего... И тут меня осенило, когда я увидела непримечательное приложение черновиков. Я мотала его тупые заметки вниз, пока не заметила просто ссылку, перейдя на неё я расплылась в широкой улыбке. - Вот оно... День подходил к концу, ученики уже разошлись по домам, кроме Лисы, которая топталась у стола Пака и мило ворковала с ним, я наблюдала за ними из-за проема у двери в кабинет физики. Громко прокашлялась, привлекая их внимание. Лиса поклонилась учителю и смерив меня недовольным взглядом ретировалась, взмахнув на прощание блондинистыми волосами у моего лица. - Марш, вы что-то хотели? - обратился ко мне учитель. Я закрыла за собой дверь и подошла ближе. Пак складывал вещи со стола в свой блестяще выполированый портфель. Я подошла ещё ближе, пока он не заметил сократившегося расстояние между нами. - Учитель, мне нужна ваша помощь, я не знаю, что мне делать, - начала я елейным голоском. Пак удивленно на меня посмотрел, поправил очки и отложил портфель. - Что случилось? - Меня уже долгое время пожирают эти мысли, но могу я об этом рассказать только вам. Только вам могу довериться, - я состроило страдающую мордашку. По его лицу стало ясно, что он усердно пытается понять, что происходит. - Дело в том что я, - подошла ещё ближе, он сделал небольшой шаг назад и уже кажется стал понимать, в чем дело. - Я люблю вас, уже долгое время.И я... я так боялась признаться, правда. Мне было так плохо! - я была в этот момент действительно страдающей от любви девушкой. - Даниэль...- он стал оглядываться на дверь, чтобы убедиться, что нас не увидят. Нервничает. - Я даже думала о самоубийстве, правда, - я всё продолжала. Взяла его руки в свои. Он застыл, глядя то на них, то на меня. - Марш... Это же неправильно, вы должны успокоиться и больше о таком не думать... - притворяется праведным. Нужно поднажать. Я взяла его ладонь и приложила к своей груди, специально перед этим сняла лифчик. Он прощупал её, шумно выдохнул, а в его глазах зажегся огонь возбуждения. - Чувствуете... Как вы мне нравитесь? - далее я взяла его вторую ладонь и опустила вниз, между ног. - Я более не могу вынести этого. Я хочу вас, пожалуйста, помогите мне, - томным голосом прошептала я, встала на цыпочки и поцеловала его, сдерживаясь чтобы не скривиться. Так мерзко, но я сделаю это ради тебя Ханни. Ты ещё спасибо скажешь. Рука его трогала меня там, вторая мяла грудь, я тихо постанывала, но на поцелуй он не отвечал. - Об этом никто не узнает, прошу... - протянула я, будто более не могу терпеть. Он чуть отстранился. - Нет, нельзя нам... Я продолжала целовать его, отстегнула его ширинку. Из его рта вырвался стон, когда я взяла в руку его член. - Вы ведь тоже этого хотите... - я лизнула его губы. - Давай же... Трахни меня прямо на этом столе... - Нет! - кажется я немного переборщила. Пак быстро отошел от меня. Застегнул ширинку, нервно поправил съехавшие очки. - Что ты творишь, мелкая.. - шикнул он, но сдержался в высказываниях. Я присела на стол, перекинула ногу на ногу. - Мм? - склонила голову в сторону и улыбнулась. - Ты не хочешь меня? Но у тебя же стоит... Или это потому, что тебе нравятся только маленькие девочки? Я слишком взрослая для тебя? - Что?! - он так тяжело дышал, что мне стало смешно. - Ты что себе позволяешь? Ты наказана, ясно?! Я расскажу всё твоим родителям! - Может, мне твоим рассказать? - я раздвинула ноги в стороны, он не могу сдержаться, чтобы не посмотреть туда, - Или может мне заплести себе косички? Так вы будете хотеть меня? - я надула губки словно маленькая. Пак стоял хватая ртом воздух и пытался придумать что сказать. - Я не понимаю... Я резко поднялась на ноги и подошла к нему, схватив за яйца так сжала, что он закричал. - Чш-ш, - я прижала палец к его рту и он замер, выпучив на меня глаза. - Лишнее движение и будет очень больно, - прошептала я ему в губы. - Я знаю о твоих похождениях. Твоей ошибкой было связаться с моей сестрой, конченый ты ублюдок, - я ещё раз сжала их, от чего он затрясся и жалко запищал от боли. - Это было ошибкой, да, но я не причинил ей вреда. Я люблю её! - Больная тварь... - прошипела я. Кажется его терпение кончилось. Он толкнул меня так сильно, что я врезалась спиной о стол. В глазах от боли потемнело, но я не издала и звука. Он схватил меня за горло так, чтобы я смотрела на него. - Не смей мне угрожать, ты ничего не докажешь, ясно? - Даже это? - я подняла телефон и показала тот самый файл с детским порно. Пак застыл не сводя взгляда с картинки. - Он сохранен не только здесь, так что о удалении можешь забыть. - он отпустил меня и медленно сделал два шага назад. - Чего ты хочешь? - Сам знаешь, - я убрала телефон в карман. - Если увижу, что ты пытаешься соблазнить кого-то младше двадцати лет - тебе конец. Твоя коллекция порно, то как ты дрочишь на него, твои сообщения моей сестре и другим девочкам с просьбами скинуть интимные фото за деньги. Всё это будет достоянием общественности. Твоей кристально чистой репутации учителя и примерного семьянина наступит конец. Жена уйдет от тебя, дети возненавидят, с работы мигом уволят и это ещё цветочки. Тебе будет грозить реальный срок за совращение малололеток. Понимаешь? Я расплылась в улыбке, наблюдая как его лицо бледнеет с каждым моим словом. - Я действительно держу тебя за яйца, помни это, - на этом я покинула кабинет, оставляя ошеломленного мужчину наедине со всеми этими страшными мыслями и стояком, заставляя его сожалеть о всеми совершенном. Он в любом случае сейчас чувствует омерзение на самого себя. Как же мило. Как и ожидалось на следующий день я проследила за сестрой. Она пришла с ним на встречу. Захотела обнять, но он отстранился. Что-то ей говорит. Её улыбка исчезает, он уходит, а она начинает плакать. Но я не была удовлетворена. Потому что это ещё не конец. Сейчас он спас себе жизнь, но он обязательно совершит ошибку, потому что такие как он не меняются никогда и когда он перейдет черту - это будет его концом.