Навеки твоя

Пройдут дни, года, века, но ты навсегда останешься в сердце моём. Твои карие глаза, в них тонула я каждый день. Руки твои взяли в плен моё хрупкое тело. Ты Господин моей души, мой любимый и дорогой Мустафа. Спи спокойным сном, мой Шехзаде, любовь моя. Навеки твоя, Бирсен. Сворачиваю в трубочку маленький клочок бумаги и обматываю серой тонкой ниточкой. Из глаз льются слёзы, а дрожащие руки не дают справиться с свёртком. Я не могу поверь, что моего Мустафы больше нет. Я никогда не увижу его улыбку, глаза, никогда не притронусь к его мужественным плечам и никогда не услышу голос который напевал мне стихи перед сном. Жизнь перестала быть жизнью, а лишь только название осталось от неё. Мои мысли перервал плач маленького ребёнка, который лежал в кроватке у окна. — О мой милый мальчик, теперь в этом страшном мире мы остались только вдвоём. — я подошла к малышку и взяла его на руки. — но никто не сумеет нас сломить. Стук в дверь. Ложу младенца в кроватку и сжимаю клочок бумаги в руке. — Войдите. — я подошла ближе к двери ожидая, когда она откроется. — Госпожа. — девушка небольшого роста зашла в покои и поклонилась. — нужно идти. — Да. — я сделала глубокий вдох, вытерла остатки слезинок и направилась к выходу из комнаты.

Два года назад.

— Мария, ты сегодня пойдёшь в покои Шехзаде, он так пожелал. — ко мне подошла женщина, которая была Калфой в гареме и взяла за руку. — этот шанс даётся не каждой. — Что? Я не хочу. — вырвала руки из её и надув губы развернулась. — Ты хоть понимаешь что говоришь! Нельзя перечить воле Шехзаде, а то голова твоя полетит с плеч. Не приведи Аллах ещё кто-то услышит. — Калфа притихла и стала смотреть по сторонам. — Лучше я умру, чем проведу ночь с ним. — Хватит перечить и иди в баню, не хочу больше ни слова от тебя слышать. Я смотрю на себя в зеркало. Синее длинное платье, украшенное узорами и камнями, на шее ювелирное изделие цвета метала и аккуратно уложены волосы. Сейчас я вижу красивую, знатную девушку, а не ту что была два месяца назад. Запуганную и потерявшую всю свою семью и дом, девочку. — Всё, мы идём. — евнух махнул рукой и посмотрел на меня. — Как зайдёшь, поклонись. Подойдёшь к Шехзаде, опустишься на колени и поцелуешь подол его кафтана. Поняла? — Поняла. Как же я хотела оказаться сейчас у себя дома, в тёплой постели, окутанная мамиными руками и слушая её истории. Но судьба оказалась жестокой, мне предстоит пережить эту горькую ночь. Дверь распахнулась и я задержавшись пару секунд на пороге, собравшись с мыслями зашла внутрь, не поднимая взгляд.  — Шехзаде. — я немного поклонилась и застыла на месте.  — Подойди. — его голос звучал грубо и властно, от чего моё сердце начало биться сильнее, а руки предательски задрожали. Я сделала, то что велел мне евнух. Подошла к Шехзаде и опустившись на колени поцеловала подол его кафтана. В комнате стояла тишина, было лишь слышно пламя свечи, которое танцевало вальс возле постели. Я крепко зажмурила глаза и ждала. Ждала, самой ужасной ночи, которая разобьёт мою хрупкую душу вдребезги. — Как тебя зовут? — Мустафа поднял моё лицо за подбородок и заглянул в глаза. — Мария, Шехзаде. — я быстро зашевелила ресницами и опустила взгляд вниз. Парень, тем временем поднял меня на ноги и взял за руку. — Откуда ты, Мария? — Из Чернигова. — мой голос дрожал, так же как и руки. Сердце пропускало тысячи ударов, а мозг затуманило. — Интересно. — Мустафа усадил меня на диван, а я повернув голову посмотрев на него. Какой же он оказался красив. Утончённые черты лица, карие глаза, в которые хочется смотреть вечность и сильные руки. Теперь я начинаю понимать, почему все девушки Гарема хотят попасть к нему в покои. Солнечные лучи окутали украшенную золотом комнату, обнимая моё лицо и голое тело спящего парня рядом. За окном птицы пели свадебные песни оглушая все звуки вокруг. Распахнув глаза я увидела его. Такой невинный, мягкий, посапывает и немного дёргает правым веком. Моя рука потянулась к его щеке и легонько дотронулась, проводя подушечками пальцев по бархатной коже. Парень замычал и медленно приоткрыл глаза. — Доброе утро. — его глаза засияли, а на лице появилась улыбка. — И вам доброго утра, Шехзаде. Как же я ошибалась, когда отказывалась идти в его покои. Ещё два дня назад, когда я впервые увидела его, я хотела быстрее всё закончилось. Но сейчас моё сердце ожило, а душа зацвела, мне снова хочется жить и бороться за место рядом с Шехзаде. Я хочу стать Госпожой его души и сердца навеки. Видеть его глаза цвета тёмного шоколада, чувствовать прикосновения на своём хрупком теле, слышать мятный голос который шепчет мне слова любви. Шехзаде Мустафу я хочу видеть в последние секунды моей жизни, перед тем как уйти в мир иной.

Один месяц спустя.

— Шехзаде. Я вновь стою в его покоях. Платья цвета лилий окутывает моё тело, а на шее красное колье подаренное моим Господином. — Душа моя. — Мужчина положил руку на мою щеку и заглянул в глаза. — Я слушаю тебя. — Я хочу верить в то что вы верите, хочу жить так как вы живёте, хочу дышать тем же, чем и вы дышите. — моё сердце бьётся всё сильнее, а руки начинают трястись. — хочу принять веру вашу и быть навеки вашей. Лицо Мустафы выражало удивление и радость, от чего моё волнение смягчилось. Мужчина подошёл ближе и поцеловал тыльную сторону моей ладони и мягко коснулся моей шеи. — Отныне ты Бирсен, что означает «Одна единственная». Моя единственная навсегда. Я начала непроизвольно улыбаться. В этом человека я вижу весь свой мир и не представляю больше жизни без него. — Твоя единственная Бирсен и никого больше.

Два месяца спустя.

— Вы уверенны? — Да, Госпожа. — женщина средних лет, стояла возле меня, сложив руки в цепочку. — Она беременна. — Ах, это чудесная новость! — Султанша захохотала и присела возле меня. — Да пошлёт нам Аллах здорового Шехзаде. — Иншала, Госпожа. Я смотрю на свои руки и с трудом пытаюсь скрыть радость. Скоро на свет появиться маленькая копия Мустафы, как же я благодарю Аллаха за этот подарок. — Тебе нужно беречь себя, Бирсен. — Махидевран взяла меня за руки и посмотрела в глаза. — Фейхан, прикажи раздать всем сладости и монеты. У нас скоро будет Шехзаде!

Девять месяцев спустя.

— Эсма! — Эсмааа! Я не могу сдерживать крик, в глазах темнеет, а голова кружиться. Ужасная боль окутала всё моё тело. — Ох. — молодая девушка забежала в покои и застыла на месте. — Лекаря! Срочно! С моих глаз потекли слёзы, руки и ноги совсем не слушались, а разум затуманило. Невыносимые муки предстоит перенести этой ночью. Двери с грохотом распахнулись и в них вошёл мой Шехзаде. Запыханий и взволнованный, а на лице застыл страх. — Мустафа. — я с последних сил выдавила имя и упала в его объятия. — Бирсен, душа моя, потерпи немного, скоро всё пройдёт. Дай Аллах и мы увидим нашего Шехзаде. — мужчина поцеловал меня в лоб. — Ну где же Лекарша? Она должна быть тут уже сейчас! — Она уже идёт, Шехзаде. — взволнованная Эсма не знала куда себя день и поэтому нервно перебирала камешки на своём платье. Двери вновь открылись и в них зашла женщина, поклонилась и направилась ко мне. — Ну наконец-то. — Шехзаде уложил меня на кровать и отошёл в сторону. — Выйдите. — Лекарша посмотрела на Мустафу и махнула рукой на дверь. Мужчина взглянул в мои глаза. В его взгляде я увидела всю любовь и поддержку, от чего мои боли на мгновения утихли, а дышать стало легче. — Давайте, Госпожа, ещё немного. — оставались последние толчки, но мои силы медленно покидали меня. — Не сдавайтесь. Издавши громкий крик я услышала плачь младенца и радостный возглас Эсмы. Это означало, что всё в порядке и мой малыш здоров и жив. — Мальчик, Госпожа. — лекарша улыбнулась и протянула мне ребёнка. — Слава Аллаху, мой цветок. — я притянула его к себе и поцеловала в лоб, ощутив теплоту и спокойствие в груди. — Мустафа. — в двери зашёл мой Шехзаде. — Мальчик. Только он услышал мои слова, как из его глаз полились густые мужские слёзы. Как говорил один великий человек: «мужчина может плакать только в двух случаях. Либо от большой любви, либо от смерти». Хвала, сейчас это слёзы любви. — Нарекаю тебя Сулейманом, в честь великого правителя мира. — Шехзаде взял на руки ребёнка и крепко прижал к себе. — Пусть даст тебе Аллах силы и здоровья мой Шехзаде Сулейман. — Иншала. Сейчас мне ничего больше не нужно, лишь бы только они были рядом. Мой любимый, покровитель моего сердца — Мустафа и душа моя, жизнь моя — Шехзаде Сулейман.

Месяц спустя.

Как в первый раз, вхожу в покои Мустафы. На голове корона, а красный как розы платок закрывает лицо. Я слышу стук своего сердца, которое кажется, сейчас выпрыгнет из груди. — Моя Госпожа. — слышу голос своего любимого и подхожу ближе. Опускаюсь на колени, целуя подол платья. Сегодня важный для нас день, сегодня мы совершили Никах. Закрепили нашу любовь перед Аллахом, получили его благословения.  — Всеми стихами мира не описать мою любовь к вам, Шехзаде. — смотрю в его глаза и чувствую как тону в них. Мир перестаёт быть реальностью, а никого больше кроме нас не существует. Вместо тысячи слов, чувствую его губы на своих. Такие манящие, сладкие и родные. Зарываю руки в его волосы, которые наощупь как нежный пух. — Любовь моя, теперь вы навсегда повелительница моей души и сердца моего. — Мустафа проводит рукой по щекам моим, от чего я растворяюсь как сахар в крепком чае. — Навсегда, Шехзаде, Навсегда.

Наши дни.

Вырываюсь из воспоминаний резко мотнув головой. Плакать уже нет сил, кажется, все слёзы которые у меня были, пролиты давно. Сейчас, я увижу его. Бездыханного и холодного, лежащего в гробу, отца моего ребёнка и любовь всей моей жизни. Сейчас, моё сердце завянет навеки, а душа станет чёрной как смоль. Выхожу на крыльцо дома, нашего дома, где собралось уже много людей. Первое, что я слышу это крик Махидевран-Султан, который отдаёт звоном в уши, проникая в самую глубь разбитой души. — Мустафа, сыночек. Султанша кричит и разрывается от слёз, а я не могу пошевелиться. Моё тело онемело, ноги совсем меня не слушаются, кажется что это происходит не со мной, что я герой какой-то книги и дочитавши до конца, я лишь закрою её и вернусь в счастливую реальность. — Господин. — я сказала это так тихо, что казалось никто из присутствующих не услышал меня. Махидевран поднимают на ноги и оттаскивают от него. Моё время подойти. Собираюсь с духом и делаю первый шаг, плотно зажмурив глаза, когда я чувствую чью-то руку на плече, быстро распахиваю и вижу его… Бледного, с закрытыми веками и пятном от верёвки на шее. Дышать совсем не получается, поднимаю голову вверх и падаю на колени, слёзы вновь текут, а руки тянутся к его лицу, как будто внутри ещё есть надежда на то что он живой. Но когда я ощущаю лишь холод исходящий от его тела, из рта вырывается громкий крик, заполняющий всё вокруг. Опускаюсь и прислоняюсь всем телом обнимая моего Шехзаде. Такого любимого и единственного. Какая же моя жизнь теперь будет без него? Как мне жить? Он был моим смыслом, душой моей, моим дыханием. Смотрю на любимого и доставши маленький клочок бумажки, просовываю его под Саван, который окутывает всё его бездыханное тело. Теперь есть лишь только боль и страдания, жизнь остановилась, сердца и любви больше нет. Весь смысл который был, похоронен вместе с ним, вся любовь осталась только в воспоминаниях, а слова в письмах. Сейчас есть только я и мой сын, ради которого я буду стараться жить и делать всё, что бы он знал какой у него был отец и как его мама любила.