История о чувствах, рождённых на небесах.

- Расскажи, что у вас с этим типом. Сацуки по-прежнему шёл рядом с Сэйери, потому что фраза "не надо меня трогать" его, разумеется, никак не остановила. - У меня нет причин с тобой откровенничать. - отрезала девушка. - Но и не доверять мне тоже. Самаэль вздохнула, приняв решение. - Пять лет назад я была фанаткой "Квартета Ночи". Маленькая наивная девочка, полагающая, что души певцов такие же золотые, как и их песни. Один из них мне нравился особенно сильно. И вот, в один прекрасный вечер, когда они возвратились в Японию из гастролей, толпы фанатов встречали их в аэропорту. Там я выцепила Ранмару... Но когда мы пообщались я поняла, что была влюблена в сверкающую оболочку и образ, не относившийся к реальности. Он высмеял мои похвалы в его адрес и сказал, что я никогда не стану певицей. Я убежала оттуда. Под дождь. Это спровоцировало острый ларингит. А ведь я планировала карьеру в музыке, у меня был отличный голос... - лицо Самаэль стало насмешливым, - Но стало понятно, теперь эта карьера для меня закрыта. Зато мой новый голос был похож на мужской. Сацуки оказался очень внимательным слушателем. Он не перебивал, иногда кивая, и сосредоточил, казалось, всё своё внимание на говорящей. - И вот чуть-чуть тренировок, чтобы он звучал совсем натурально, - заговорила вдруг Сэйери иначе, так, как говорила после поцелуя с Сацуки, - смена имиджа, и я становлюсь Самаэлем Слэммом, с помощью Саотомэ проникаю в шоу-бизнес с одной целью. Отомстить Куросаки и доказать, что я стала певицей, несмотря ни на что. И ещё, наверно, обратить на себя его внимание. - Но почему же у тебя тогда такие плохие отношения с Лукасом? На лице Самаэль проступили подавляемые чувства неприязни к дяде. - Он, как и моя семья, счёл позором для своего имени иметь родственницу, которая "занимается маскарадом" и поёт ради того, чтобы что-то кому-то доказать. То есть, по их словам, я пачкаю само пение, занимаясь им. Дядя убеждён, что петь должен только тот, кто не может жить без музыки. А моя месть представляется ему грязной и пошлой. Поэтому, когда у меня созрел план создать карьеру в музыке, притворяясь мужчиной, он сказал мне, что не желает меня знать и что помощи от него я не дождусь. И так и было. Пока однажды, по чистой случайности, я не познакомилась с Саотомэ. Ему оказалось совершенно без разницы, какие у меня мотивы, и через два года у меня уже было имя. А через некоторое время меня дёрнул чёрт навестить его - и вот я с вами. Дальше ты всё знаешь.       Лицо Сацуки выглядело задумчивым. Через некоторое время он взглянул на Самаэль. - У тебя есть чувства к этому ослу, и ради этого ты здесь? Самаэль, не ожидавшая такой проницательности, стеснённо кивнула. - "Разбей меня о скалы, Мои чувства отыщут дорогу, Мы - герои новой драмы, И без тебя я теперь не могу..." - напел Сацуки, - теперь понятно, почему тогда, перед Саотомэ, ты вступилась за всех, не позволив отправить нас обратно. Сэйери странно посмотрела на своего собеседника. Она ощутила досаду в его словах, и ей очень хотелось как-то сгладить это ощущение. Задумавшись, она уверенно сказала: - Да, это было так, но зато сейчас я обнаружила, что он - свинья, а ты - лучший в этой кучке напыщенных индюков. И не важно, почему я так поступила - я постараюсь помочь вам, раз уж я здесь, и помочь этим двоим - Токии и Харуке. - Себе помоги сначала. - Зачем? Очевидно, помогать мне будешь ты, выпотрошивший из меня все тайны. Сацуки с усмешкой посмотрел на девушку. - Сама себе противоречишь. Не трогать и помогать одновременно не получится, - и он демонстративно взял её за руку. Самаэль засмеялась, и не предприняла попытки освободить руку. - Придётся как-нибудь стараться. Но а вообще, куда мы идём?       Эту сцену видел идущий в отдалении и наблюдавший всё время Куросаки. Слышать того, что говорилось, он не мог, но против его собственной воли, в нём закипала ревность, ибо за это время он тоже кое-что понял. А именно, что это есть та девушка из альбома, имени которой он не помнил, и которой, как он помнил едва, нагрубил. И так же - что именно она была воришкой, стащившей альбом из их домика. Свой альбом. Тем временем, разговор продолжался. - Поговорить с Айдзимой Сесилем. Есть ощущение, что он тоже знает, что ты - девушка. - Но теперь это уже неважно. Ранмару будет совсем кретином, если ещё не понял, кто я. - Это не меняет ничего. - Но откуда такое рвение мне помогать? - спросила Самаэль, смутно догадываясь об ответе на этот вопрос. - Честно? Нравишься мне. И чтобы мы были в расчёте, я расскажу тебе, что не так со мной.       Так, в лице агрессивного, пренебрежительного типа, опасного своими кулаками, Сэйери обрела себе надёжного союзника. А Ранмару - соперника.