Попандос по-Средиземски

Черное платье по фигуре с золотыми вставками и летящим шлейфом; громадная прическа из маленьких косичек темных волос, множество колец и ожерелье из белого золота. Такой внешний вид имела я сейчас, когда несколько фрейлин собирали меня на собственную коронацию. Рядом стояла Фивада, и читала мне правила церемонии, которые я жадно впитывала в себя. Опозориться совершенно не хотелось. Когда меня полностью подготовили, я отпустила слуг, оставляя лишь старушку, которая должна была стать моей правой рукой. Медленно поднимаясь со своего стула мой взгляд прошёлся по виду из панорамных окон. С момента как мы прибыли сюда из Средиземья прошло около недели. Тогда я была слишком подавленной и уставшей, но сейчас стала вполне способной осмотреть свои владения. Мой мраморный замок находился в центральной части острова, и состоял из огромных куполов, которые были между собой связаны проходами и очень широкими коридорами. Сам остров был богат на зелень и плодовитую землю, а в недрах его находились поклажи драгоценных металлов и камней, а окружающая нас вода была не только обороной, но и еще одним плюсом в плане продовольствия. От замка шло множество домов, возле которых были ограждены поляны, на которых жили драконы. Кстати о драконах, ведь вместе со мной на трон взойдет Смауг, который самолично признал меня своей королевой. Здесь могло прозвучать двусмысленно, но у народа Диш король и королева — лишь две правящих личности, которые отвечают за свою сторону — людей или драконов. А вот супруги с той или иной стороны не будут иметь никакого отношения к трону. — Итак, хоть вы немного и нервничаете, но пора сделать первый шаг к своему народу! – сказала Фивада, дочитав книгу законов и правил, – Прошу вас, Ваше Величество! Медленно, но верно я приблизилась к браме в замок, где и будет происходить коронация. Сзади меня кроме Фивады уже шли Талда — главнокомандующая стражи, Жазира — казначей, а также Шелла и Ванстелл — моя фрейлина и дворецкий. Возле ворот меня ждал Смауг, его чешуйки стали сиять, а морда олицетворяла гордость и величество. — Ты недурно выглядишь. Гляди так и женихов себе подыщешь. В ответ я лишь махнула головой, и проговорила что-то по типу “Ты тоже ничего”, но от упоминания “женихов” к горлу подкатился ком, а живот скрутило тугим узлом. Тут, когда пробил огромный колокол, послышались овации и рычания, что служило знаком выхода. Переступая через порог открывающихся дверей, всё огромное поле перед дворцом было заполнено народом. Слева от центра были люди, а справа стояли драконы. И если на Смауга смотрели с восхищением, то на меня с интересом. Уши то и дело улавливали “Это же дочь Раделин!...”, “Ты только посмотри на нее! Видно королевскую породу!…” и тому подобное. После того, как мы увиделись со своим народом, я и Смауг сказали свои клятвы, затем поклонились друг другу, подойдя к самому интересному. Фивада, вместе с серебристым драконом по имени Нурс стали перед нами, и возвела на наши головы короны. У меня она была из белого золота, со свисающими дорожками бусин, и острыми концами, в середине которых находились изумруды. Смаугу же нацепили на рога шесть колец, тоже из белого золота, но уже с сапфирами по всему периметру. Народ ликовал, но когда перед нами снова появилась одна из старинных книг, запала гробовая тишина. Это был ритуал, который обеспечит нашу безопасность ещё на многие годы. Поэтому мы синхронно начали их читать. Постепенно татуировка начала светиться красным, и с неё начали сочиться золотые искорки, которые добирались высоко в небо, и образовывали едва видный купол. Также было и с рогами дракона, который время от времени рычал от острой боли, которую мы оба чувствовали. К концу прочтения купол захватил весь остров, а вся моя рука горела алым цветом. Я вдруг поняла, что сейчас не выдержу и потеряю сознание от этой вынужденной пытки, но как только слова завершились, муки закончились в ту же секунду, рука перестала светиться, а оболочка над островом стала невидимой. Талда, увидев мою кислую мину, помогла присесть на стоящий позади трон, фрейлина же подала стакан воды, который я залпом осушила. Стало немного лучше, поэтому я одарила всех своих подданных добродушным взглядом. Люди выкрикивали поздравления, хлопали, бросали мне под ноги золотые монеты и полевые цветы. Драконы извергали языки пламени, махали крыльями и хвостами. Стражники рядом подняли герб нашего королевства — дракона и человека, стоящими бок о бок на золотом полотне. Все были рады этому дню, но я будто находилась в прострации, вспоминая наше с гномами путешествие, свою первую и единственную любовь, и про себя мрачно улыбнулась. Видимо, моим планам не суждено сбыться, и поэтому стоит довольствоваться тем, что я спасла народ от вымирания и страданий. —* Хоть кто-то будет счастлив, а мне останется лишь смотреть на них и завидовать. А пока на заднем фоне не утихали крики: “Слава Ее и Его Величествам!”, “Счастья владыкам!”, “Долгих лет!”

***

*Семьдесят лет спустя* Мы летели без остановки второй день, почти добравшись к границам Средиземья. Смауг постоянно ворчал, что из-за неугомонности принцессы его так бесцеремонно выдернули из сна. На это я лишь фыркнула, но не стала оспаривать его возмущение. За ровно семьдесят лет, когда мне уже стукнуло сто три года. Лицо покрылось мелкими морщинами, волосы, ранее черные стали седыми, но и ума прибавилось не мало. Мы с драконом правили островом добросердечные и разумно, не ввязываясь ни в какие конфликты и живя своим чередом. Лишь десять лет назад, когда случилась огромная битва с самим Сауроном, я послала своих воинов на помощь, хоть доверила роль предводителя Талде — слишком много воспоминаний было связано с теми землями, и слишком больно было об этом вспоминать. Но самое интересное произошло спустя месяц коронации, когда я обнаружила, что беременна. Меня переполняла радость, ведь я убедилась, что этот ребенок будет от Торина. А спустя два года вынашивания (именно такой срок характерен Душ хаи) родилась моя малышка Агния. Внешне она была моей копией, лишь нос и волосы приняла от отца. Но вот характер был полностью его. Весь дворец обожал маленькую принцессу, но когда ей в голову приходили разные авантюры, ничто не могло стать у нее на пути. Годы шли, и она всё хорошела, а в свои пятьдесят, когда она хитростью пробралась на поле битвы в Средиземье десять лет назад, открыла свою силу — иллюзии. И вот два дня назад, когда все собирались праздновать ее шестьдесят восьмой день рожденье обнаружили, что в комнате принцессы находилась лишь иллюзия, которая сообщила, что Агния уже на полпути в Средиземье. А потом, когда мы начали собираться в путь за ней, получили еще одну посланную иллюзию, где она сообщила о том, что её держат в заложниках король Эребора. Первым обоюдным решением стало сжечь гору, затем я немного поразмыслила, и поняла, что не смогу жить с таким грехом на сердце. Да и вспоминая нрав своей дочери нужно было выяснить для начала, кто на самом деле виноват в этой ситуации. Поэтому сейчас, когда мы уже перелетели границу, уверенно направлялись к Одинокой горе. Годы давно закалили меня, я не собиралась плакать, не собиралась оправдываться перед гномами. Сейчас передо мной была цель — спасти дочь. И призраки прошлого уж точно не будут мне помехой. POV: Агния Доходя до брамы Эребора я посильнее натянула капюшон, чтобы он закрывал большую половину моего лица, а плащ застегнула на все пуговицы. Наконец мне удалось добраться до места, о котором так много рассказывала моя матушка. Я часто слышала ее историю о насыщенном приключении к Одинокой горе. А недавно она проговорилась о своей истории любви, посчитав меня достаточно зрелой для правды. Больше всего на этом свете я любила свою маму и королеву, желая ей счастья, и обрести такой желанный покой и счастье, о котором она мечтала. Поэтому, мне нужно было как-то воплотить это ее желание в реальность, и спустя сотни провальных идей мне пришло в голову свести моих родителей, которых так жестоко разделила судьба. Но для начала познакомиться с отцом, если он еще жив. А там уж и мама с Талдой будут на подходе. И, если всё пойдет, как нужно, я смогу наконец вернуть им то, что положено по праву. Однако, как же приятно быть гением. Когда я оказалось под бастионом, ворота приоткрылись, и передо мной стали двое гномов, с топорами наперевес и в железной броне. — Леди,что вас привело сюда? – один из мужчин пристально меня осмотрел, – Неужто из Дейла пришла? — Именно с тудова, сер! – солгала я, – И мне срочно нужно увидеть Его Величество. — Зачем тебе король Торин? – заговорил уже второй стражник, и вдруг заметил у меня под рукой сверток, – Что-то хочешь ему передать? — Моя мать раньше была его старой знакомой но, поскольку, она не в состоянии сейчас прийти, я хочу отдать ему дань уважения за неё. – отчеканив зазубренную байку, стражники поверили и пропустили меня внутрь, повели вверх по ступенькам которые вели в тронный зал. Внутри цитадель была изумительна: огромные коридоры из камня, на которых были высечены рисунки и руны. Я шла, разглядывая это с открытым ртом. Чем выше и дальше мы заходили, тем меньше становилось народа. И, наконец, мы дошли к огромным позолоченным дверям, возле которых стояли еще два стражника, а завидев нас, они зашли в зал, а спустя минуты две вышли, позволяя нам войти. Вдохнув полной грудью я крепче перехватила оберток, войдя к королю. Это был необычный зал, в котором к трону вел лишь узкий мостик-тропа, а снизу виднелись жилые кварталы. Но я не посмела задерживаться, и быстрым шагом добралась к владыке гномов. Он восседал на каменной троне, где слева стоял седоватый гном с лысиной, а справа молодой гном с усами-косичками и волосами цвета пшеницы. Сам же король был в шубе и синей тунике, на белоснежных косах была возложена корона, борода того же цвета отросла по грудь, а лицо олицетворяло ледяное спокойствие и суровость. Не смотря на то, что отец выглядел старым, полностью подходил под описание матушки. — Здравствуй, – мужчина устало вздохнул и без особого интереса посмотрел на меня, – чем я могу тебе помочь, раз уж человек пожаловал в Эребор. Я поклонилась, сбрасывая с себя капюшон, и без приветствия вытянула из бумажной упаковки синее платье моей матери, которое, по ее словам было одето на ней в их последнюю встречу. Затем я бросила его под ноги королю, и смело посмотрела ему в лицо. — Семьдесят лет назад моя матушка, теперь величественная королева Мелнона посещала вас в этом платье, жертвуя своими желаниями и счастьем ради народа, который была обязана спасти. И все эти годы она хранила верность, за что заслуженно имеет право быть счастливой! Разве я не права, отец? Мужчина привстал с трона, медленно поднимая платье с холодного пола и вглядываясь в него. На его глаза навернулись слезы, которые скатывались по щеках, скрываясь в бороде. А затем он приблизился ко мне, взглянув на меня по новому, с лаской проводя огрубевшими пальцами по скулах. — Ты правда…дочь! – а затем и я не выдержала, заплакав в его объятиях, – Ты похожа на свою мать. Когда мы выплеснули эмоции, король приказал всем выйти, кроме своего племянника и друга, чтобы поговорить без лишних глаз. Так я дополнительно познакомилась с остальными друзьями моей мамы, хмурым Двалином, и веселым принцем Фили. Они расспрашивали меня о дороге, о таинственном острове Даш хаи, а также о маме, которую называли Мелиной — старым именем. Отец не отрывал от меня взгляда, сжимая мою ладонь в своей, и в большинстве спрашивая о любимой. — То есть, она осталась в королевстве? – спросил в очередной раз Торин. — Она очень сильно меня любит, и, скорее всего уже на полпути к Эребору. – отец вдруг сильнее прижал платье к себе, которое лежало у него на коленях, – Так что, если мои подсчеты верны, она прилетит уже сегодня. Вдруг за дверью послышались крики и топот ног. Дверь с размаху распахнулась, и на её пороге стояла Талда, мой воспитатель — Макрим, и до жути серьезная мама. — Королева Мелнона пожаловала…– гномий стражник с небольшим запозданием представил гостей, но стоило королеве взглянуть на него, тот сразу испарился. — Матушка, я тебе сейчас всё… — Агния…– зловеще прошептала вышеупомянутая, от чего я прикусила язык, опустив взгляд. POV: Мелина Я долго мерила дочь взглядом, пока она не опустила взгляд в пол, прячась за спиной Торина. Он, будто впал в транс, смотрел прямо на меня, а затем на его щеке заблестела одинокая слеза. Вмиг мне захотелось побежать к нему навстречу, снова прижаться к его телу и впечататься в эти сухие губы с привкусом табака. Но возле нас было слишком много свидетелей, да и я давно вышла из того юного возраста. И всё же один взгляд синих льдинок пробудил те эмоции, которые мне с таким трудом пришлось прятать. И даже сейчас нужно. — Принцесса Агния, наследница рода Душ хаи, прошу объяснить такой необдуманный поступок. – сказала я самым холодным голосом из своего арсенал, отчего девушка поморщилась, а остальные с опаской поглядывали в мою сторону. — Я просто хотела, чтобы ты хоть когда-то почувствовала себя счастливой! – срываясь на крик, дочь пробежала весь мост, и проходя возле меня, скрылась за дверью. Махнув Талде и Макриму, они выбежали вслед за ней, а затем на выход прошли до боли знакомые гномы, в которых я узнала возмужалого Фили, и также постаревшего Двалина. В итоге Торин составлял мне единственную компанию. Осмелев, я, поправив корону, медленно и грациозно подошла к его трону, учтиво качнув головой, но так и не сводя с него взора. — Я искренне прошу прощения за причиненные неудобства, Ваше Величество. Как королева, я гарантирую компенса…– не успев договорить, мужчина сократил дистанцию до минимума, хорошенько дернув меня за плечи. — Мила, прошу, неужто манеры стали для тебя дороже чувств? – мужчина взял мою руку, – Я не поверю в это! Семьдесят лет…всё это время я помнил о тебе. А наша дочь…я до сих пор не могу опомнится. — Я…я не просила тебя помнить! Моя дочь лишь заигралась в сваху, и не больше. – нехотя, но пришлось сказать эти колкие слова, – Мои чувства к тебе никогда не были серьезны! — Лгунья! – Дубощит крепче перехватил меня, прижимая к груди, а когда я закрыла лицо руками, чтобы не раскрыть себя, он в голос засмеялся, целуя костяшки моих пальцев, – В этом ты не изменилась. — Прошу, пусти меня, иначе я…я не могу бросить свой народ. — А что, если за тебя это сделает твоя наследница? – в дверях стояла Агния, с улыбкой до ушей, – Я вполне зрелая, и готова взять на себя эту ношу. Я стала искать всевозможные лазейки, на которые девушка находила ответы, на что Торин тоже решил её поддержать. Я не верила своему счастью, ведь спустя столько времени, перед лицом старости, я опять могу обрести любовь. — Если ты обещаешь довериться мне, то мы уплывем далеко-далеко, где ты никогда больше не сбежишь от меня. – Дубощит выжидающе смотрел. — С тобой хоть на край света! – после этого вердикта мужчина жадно вцепился в меня поцелуем, на что я ответила с не меньшим рвением. С того момента не стало ни королевы Мелноны, ни Короля – под – Горой. Были лишь Мелина Разумовская и Торин Дубощит, которые стояли в обнимку и не могли перестать смеяться.

***

На палубе корабля сидела пара, неустанно держась за руки, наблюдая за плывущими в воде рыбками. Гендальф стоял и с улыбкой посматривал на своих давних друзей, которых он забирал в Валинор. Торин и Мелина стали живой легендой, которую передавали из поколения в поколения. И стоит заметить — вполне заслуженно. Сейчас же мужчина и женщина, хоть и в пожилом возрасте, но были счастливы. Их ждала вечность, в которой им предстоит нагнать упущенное. — Смотри, как эта черная кружиться с голубой! – Мелина в серебристом платье активно указывала за борт, где вертелись две рыбки. — Кого-то они мне напоминают…– многозначительно улыбнулся Торин, поправляя свою синюю рубаху, и притягивая свою супругу за талию. Безусловно, их ждало самое лучшее будущее.

***

Агния, после расставания с матерью стала новой королевой, после чего выйдя замуж за своего друга детства Грейта, и родила двух сыновей и дочь. Смауг прожил с момента расставания недолго, скончавшись возле огромного памятника Мелины — его друга и союзника. Фили же стал Королем – под – Горой, посвятив себя долгу, а также наладил отношения с владычицей Душ хаи, поддерживая дружбу между народами. Дис, услышав о воссоединении Торина и Мелины примчалась, чтобы увидеть в последний раз свою давнюю приятельницу, а затем вернулась в Синие горы, где и правила до конца своей жизни. Кили и Тауриэль же тоже приехали проводить бывших короля и королеву, поскольку много путешествовали, и оказались рядом. Остальных гномов из отряда ждали разные судьбы: Балин и Ори пошли в Морию, где сгинули в битве с орками; Двалин посвятил себя служению своему королю, в следствии чего остался холостым до конца жизни, Оин, Бифур и Дори вместе открыли лавку с травами, где одновременно была и лечебница; Бофур, Глоин, Бомбур и Нори обзавелись семьями, занимаясь любимыми делами, и умерев своей смертью. Но каждый из вышеупомянутых с улыбкой вспоминал о походе из всех случившихся приключений, и о двух влюбленных, которые наблюдали за ними с далеких земель. Кто знает, может, сейчас они смотрят на них, счастливо вспоминая их совместно прожитую историю.