Я дома

Марсия не хотела обратно в Рем, и это бы не заметил разве что слепой. Вот она и браслет поставила пылиться на полку, а сама то и делала, что шастала по деревне с новоиспеченными подружками. Сегодня, к превеликому сожалению Ро-Ро, она тоже делала вид, что сильно занята и времени на сборы и отправку домой у нее нет. Сегодняшней уважительной причиной остаться стал поход в гости к одной из ее подружаек. К слову, она потащила с собой и его, вернувшегося с охоты, и мило ворковала с хозяевами дома на самые разные темы. Ро-Ро тихо выл от досады, понимая, что Му за ними придет в сопровождении солдат, потому что Император так просто без внимания не оставит исчезновение своей обожаемой дочурки, на носу которой уже маячит свадьба. С Му. — Мы возвращаемся… — хотел было сказать он, но Марсия его даже слушать не стала, увлеченная болтовней с одной из своих новых подружек, муж которой сидел тихо в сторонке и попивал чай, изредка кивая, мол я слушаю, продолжайте. — Ну так вот, мы с девчонками в прошлом году пошли собирать ягоды в лесу, и так уж получилось, что там как раз бродили пустынные гиены, которые сбежали из клеток во время их перевозки в колизей Ремано… — Да ты что-о… — Марсия подсела ближе к своей собеседнице, погруженная в рассказ, и видимо уже представив себе ужасающую картину, в которой местных жительниц окружили голодные гиены. — А-а, ты про тот случай? — вовремя вклинился Ро-Ро в разговор, намереваясь прервать его в конце своим «мы возвращаемся». И как же удачно сложилось, что эта женщина решила рассказать именно об этом инциденте, давая ему кучу возможностей вдолбить в голову этой легкомысленной принцессы нужную ему инфу. — А что за случай? — заинтригованная Марсия перевела взгляд своих огромных глазищ на него, ожидая продолжения, видимо, уже из его уст. Ро-Ро задумался, не зная с чего начать. Император тогда лично заказал этих зверей, и когда их не доставили в назначенный срок, Му приказали разобраться в этом деле. Он же, в свою очередь умиравший от скуки, вызвался добровольцем, да и парочка золотых, которые ему обещали выдать за возвращение животных, в семейном бюджете были не лишними. — Да пустяк, всего-то надо было вернуть в сохранности парочку котят. — Пустяк?! Мы до сих пор вам благодарны, господин Ро-Ро! — воскликнула женщина и ткнула мужа локтем в бок, чтобы он поддержал ее слова и тоже сказал парочку приятных слов Фаналису. — Да, если бы не вы, то моя Пинна бы умерла! — мужчина обнял закивавшую головой супругу, и во все глаза уставился на Ро-Ро: — Мы все очень вам благодарны! — А, ну да… не за что, что-ли… — почесал затылок Ро-Ро, растерянный из-за хвалебных речей в свою сторону. Ну да, он спас жизни тех женщин, но разве это не было само собой разумеющимся фактом? Обязанность сильного защищать слабых, как ту же Маурению, которая была еще котенком, у которого и клыки и когти пока не окрепли. Даже, если она могла ненароком сломать стену в своей комнате, или же выдернуть ручку от двери вместе с самой дверью. Что уж говорить про кучу обычных женщин, ничего больше гуся не убивавших. — Фаналисы и правда поразительны, — кивнула своим мыслям Марсия, добавила: — даже слегка завидую. — Ага, — с довольным лицом кивнул Ро-Ро. Марсия на это лишь улыбнулась. Хватит с него похвалы, а то он имел привычку слишком собой гордиться. Самодовольный дурак. — Кстати, в нашу деревню не каждый день приходят гости, а тем более в наш дом, — Пинна, откуда-то доставшая бутылку вина, хитро заулыбалась: — Так что… — Давайте отметим это событие! — продолжил муж Пинны и со стуком поставил на стол перед гостями пустые бокалы. — Это вино я приготовил сам, и хочу, чтобы вы попробовали его и оценили по достоинству! — Не думаю, что это… — Большое спасибо за угощение! — громко воскликнула Марсия, перебивая Ро-Ро, и ткнула его локтем в бок, мол нехорошо отказываться от предложения хозяев дома. Ро-Ро тяжело вздохнул, понимая, что короткая посиделка в гостях так просто не завершится. Но стоило ли мешать принцессе веселиться? Это ведь была ее последняя свободная вылазка за пределы Ремано. Потом она выйдет замуж за Му, и для нее начнется другая жизнь. — Выпьем за нашего всесильного и бесстрашного господина Ро-Ро! — громко произнесла Пинна и подняла руку, в которой уже был полный вина бокал, вверх. — За Ро-Ро! — повторили за ней ее муж и повеселевшая Марсия, когда-то свято клявшаяся, что пьет лишь изредка, и то на больших мероприятиях. Ро-Ро молча поднял бокал и чокнулся с еще пока не обезумевшей от алкоголя троицей, и начал морально готовиться к тому, что может случиться после. С Му, который обожал вино, ничего и никогда без приключений и последствий не заканчивалось. С Марсией, он уже знал, тоже все будет непросто. Как-никак у них был один общий предок.

***

Просыпаться было тяжело и больно… для Марсии, которая болезненно простонала и завалилась на другой бок, когда Ро-Ро распахнул шторы, впуская в ее комнату солнечный свет. — Просыпайся, алкашня! — он взглянул на зарывшуюся в одеяле Марсию и, дотронувшись до своей нижней губы пальцами, злобно фыркнул. Поцелуй. Это было очень внезапно. Она его в губы полезла целовать в пьяном угаре, и ведь не скажешь, что он ее как-то привлек в романтическом плане. Просто вчера она напилась вместе с Пинной и ее мужем, и в ходе какой-то пьяной беседы эти два беса сказали, что не видят в них влюбленную пару и решили убедиться. Пьяная принцесса, не готовая к разоблачению своего обмана, начала с ними спорить, и в итоге просто решила доказать все страстным поцелуем. Ага, страстным. И черт же дернул Ро-Ро ухватиться рукой за ее затылок, не давая отстраниться, когда она клюнула его в губы, и углубить поцелуй. В тот момент он думал о том, что, может, Марсия испугается и больше не станет делать что-то настолько нелепое. Кажется, ему вчера в голову тоже вино ударило, раз он так решил. И когда возвращались домой тоже лезли друг к другу с поцелуями. Но там момент оказался подходящим, даже слишком подходящим... Марсия зашевелилась под одеялом, отрывая его от мыслей, и попыталась встать, но без сил упала обратно, не предпринимая еще каких-либо попыток принять сидячее положение. Ро-Ро, глядя на эту безобразную женщину, которая в ту ночь при лунном свете казалась соблазнительней любой элитной проститутки, раздраженно цокнул: — Мы возвращаемся в Ремано. Сегодня. Поняла? — М-м-м… — невнятно промычала принцесса, откинула одеяло в сторону и все же села. Тыльной стороной ладони протерла сначала левый глаз, потом правый, перевела взгляд на Ро-Ро и спросила: — Уже? Может… — Да! — резко перебил Ро-Ро, опасаясь того, что эта женщина снова решит задержаться. — Вещи наши я уже собрал, а если будешь возникать, силой потащу. — Блин, — Марсия снова упала на кровать и жалобно завыла, словно ее уже волоком тащат по земле. — Ты хоть помнишь, что вчера было, а? — спросил Ро-Ро, подойдя к ее кровати. — Ага, — Марсия открыла глаза и, пялясь на потолок, продолжила: — Все помню. И вино помню, и спор с Пинной помню, и по… — Твою мать! — чертыхнулся Ро-Ро, понимая, что оправдываться перед Му об осквернении губ его невесты придется долго. Хотя почему только губ? — Слушай, давай сделаем вид, что не было ничего. — Хорошо, — сухо кивнула Марсия, все так же продолжая пялиться в потолок. Так просто, что Ро-Ро удивился, хотя прекрасно знал, насколько она прямолинейный человек: — Только, пожалуйста, принеси воды. В горле сухо очень… — Ага, — послушно кивнул Ро-Ро и вышел из ее комнаты. Девчонка с алкоголем явно не дружила, и эта ее попойка должна была стереть из ее памяти все лишнее, но она все помнила, и надо было благодарить Иллаха за то, что ничего дальше этих чертовых поцелуев не пошло.

***

Сегодня они возвращались. Марсия молча вышла из комнаты в своей обычной одежде и повязанной на голове бордовой бандане. Подняв полный печали взгляд на Ро-Ро она тяжело вздохнула, словно он лишил ее самого дорогого, что у нее было. — Что опять? — Ро-Ро закатил глаза к потолку, предчувствуя жалобы в свой адрес, которые придется слушать весь путь до Ремано. Да, слишком долго они здесь пробыли, как оказалось, вон Марсия уже обжилась в этом домике как в своем собственном. На такое он точно не расчитывал, думая, что пару дней побудет в лесу и вернется в Рем, а потом как-то… ну, не сложилось, видимо. Когда она за ним увязалась, он просто решил отправиться в эту деревню, негоже ведь принцессе великой Империи по лесам шататься. Но на деле она оказалась весьма полезной — и еду сварганит, и шкуры обработает как надо, да и прихотливой ее не назовешь. Совершенно не такая, как ее старший брат Нерва, который чуть что пищать начинает недовольно. Но и проблем от нее одной не оберешься. Ну, что взять с Марсии, с Марса, в которой он впервые увидел женщину только вчера. Воспринимать ее как раньше уже как-то не получалось, все время вспоминался вчерашний вечер, вчерашняя ночь, когда он едва подавил в себе желание овладеть ею. И как такое могло произойти?! Не было ни предпосылок, ни намеков... или было что-то, что он предпочел не замечать? — Кажется, все, — с довольным видом произнесла Марсия, и попыталась поднять огромную сумку, чтобы дотащить до двери. Просить Ро-Ро об этом не хотелось, особенно после случившегося. Ну да, ее маленькая игра едва не вышла из-под контроля, но ведь все обошлось, хотя… она уронила сумку обратно на пол, когда в голове всплыли обрывки то ли вчерашнего вечера, то ли сна, где была ладонь, легшая ей на затылок, а еще поцелуй — жаркий и влажный, от которого все внизу живота приятно сжимается. Серьезно?! Марсия коснулась губ пальцами, не понимая, с чего вдруг в голове промелькнул этот странный обрывок. Да быть того не могло, чтобы она и Ро-Ро… мозг услужливо подкинул еще пару эпизодов с ее непристойными выходками, в числе которых оказалось и красное пятно на шее, которое, как ей сначала казалось, оставил комар. - Боже мой... - прошептала она, уронив рюкзак на пол и коснувшись своей шеи ладонью. — Чего застыла? Дай сюда! Ро-Ро одним рывком поднял ношу и надел на плечи. Он примерно знал, о чем могла думать эта непутевая девица, и ее покрасневшая морда была отличным доказательством. Кажется, он вчера перегнул палку, и вместо испуганной его действиями принцессы получил влюбленную дурочку. Гадство! А потом Марсия внезапно сильно хлопнула себя по щекам ладонями, тряхнула головой и произнесла, на ходу меняя тему: — Повезло же тебе родиться фаналисом, да к тому же еще и мужчиной, — она нервно улыбнулась, отогнав в сторону мелькнувшее в голове нечто, не поддававшееся объяснению. Она и Ро-Ро? Простите, что? Да быть того не могло. Не могло же, д — Ну да, — согласился с ее словами Ро-Ро: — Мне действительно повезло с этим. А что? — Завидую вам. Ладно, пойду забирать Маркуса. Встретимся у ворот, — Марсия еще раз глянула на Ро-Ро, поправившего лямки рюкзака и недовольно цокнула. Ей тоже хотелось стать такой же сильной, свободной, способной пойти туда, куда пожелает душа. Ро-Ро в этом путешествии показал себя тем человеком, которым она хотела быть, но никогда не станет. От последнего становилось как-то грустно, и она, представляя свое унылое будущее в доме Алексиев, тяжело вздохнула.

***

Марсия вышла на улицу и подняла руки вверх, вставая на носки и потягиваясь. Ей не хотелось уходить из этой деревни, маленькой и уютной, в которой можно было найти то, чего у нее никогда и не было по настоящему — собственный дом. В Ремано были ее отец, мать и брат, но там она чувствовала себя всего лишь гостьей, а в Неаполии она находилась под влиянием Леонида и сбегала чаще, чем хотелось бы. Здесь она чувствовала себя на своем месте, словно так и должно быть. — Жизнь в деревне делает тебя мягкой, как сгнивший фрукт. Из-за того ли, что ты просто женщина, или это издержки твоей двойной жизни? — внезапно раздался за спиной задумчивый голос Леонида. — Кажется, я устала жить как попало, — честно призналась Марсия, остановившись. — О, так наша блудная Марсия нашла место, которое может назвать своим домом? И это не дворец, а какой-то захудалый домишка в богом забытой деревеньке, — усмехнулся Леонид, смотря на свой несостоявшийся сосуд. — Не слишком ли просто? Ты же принцесса. — Зато мне не приходится думать о том, кто я и откуда. Здесь я сама решаю, что делать и как жить. — Яблочко от яблони недалеко падает, — фыркнул Леонид. — Пернадий тоже не любил роскошную жизнь, и даже когда стал Императором, постоянно сбегал из дворца. Полагаю, для людей, что большую часть жизни провели на улице, это нормальное явление. — Я его понимаю, не каждый сможет выжить в этом ужасном месте, — ответила Марсия и продолжила путь до конюшни. — Когда я еще был жив, он покорил подземелье джинна, женился на простолюдинке и даже завел ребенка, который продолжил род Алексиев. Тогда он еще не был Императором, сломленным после решающей битвы с Чаган Ханом. — А разве он не победил? — спросила Марсия, не понимая, с чего вдруг победа могла сломить такого сильного человека, как Пернадий Алексий. — Победил, — согласился с ее словами Леонид, и как-то недобро усмехнувшись, продолжил: — В той войне он потерял свою жену, половину своих друзей, и едва не лишился своей дражайшей Маги. После этого он стал серьезней относиться к угрозе с востока, и чтобы защитить то, что еще оставалось, женился на принцессе Рема и стал Императором. Последняя битва с Чаганом, кажется, выжала его до предела, он получил тяжелую рану и спустя три года умер на руках у Шахерезады. — Вот, что случилось тогда. И ты был свидетелем того, что произошло, но… но раз ты последовал за Пернадием, значит не был таким уж плохим человеком. Тогда почему? — спросила Леонида Марсия, зайдя в конюшню. Маркус послушно стоял в стойле и ждал, когда хозяйка выпустит его. — Я всегда был ужасным человеком, Марсия. Просто в один момент я столкнулся с ним, и меня ослепили его красивые речи, — опустил взгляд Леонид, предавшись воспоминаниям о былых временах. — Только не говори, что был маньяком и терроризировал Рем, а господин Пернадий тебя поймал и выбил всю дурь кулаками, — выложила свою версию их столкновения Марсия, попутно выпустила Маркуса из стойла и повела его к выходу из конюшни. — Пернадий не был таким же проницательным, как ты, — улыбнулся Леонид, вновь подняв взгляд на Марсию, которая, вытащив коня на улицу, пошла обратно в конюшню. — Но все-таки вы похожи. Такие же противоречивые и любвеобильные придурки. — Чего? — Марсия, которая вышла из конюшни с седлом в руках, непонимающе посмотрела на Леонида, думая, что ослышалась. — Жених фаналис, и любовник фаналис. Я был бы недоволен, но Пернадий тоже был таким. Не мне осуждать вас двоих, — Леонид развел руками, а потом добавил, приложив указательный палец к своим губам: — Сейчас я даже рад, что не смог забрать твое тело. Мне при жизни такое было чуждо, я удовлетворял свои потребности более... интересным способом. А иметь тело, требующее чужой ласки, было бы несколько сложно для меня. — В смысле? Какой любовник, ты о чем? — Марсия в начале снова не поняла, а потом в голове промелькнули обрывки вчерашнего вечера с алкоголью, весельем, поцелуем, побегом из дома Пинны, которая никак не хотела их отпускать, и еще одним… поцелуем в губы. Нет, то было до того, как они сбежали. Или они дважды поцеловались? Значит, след на ее шее не был укусом насекомого. И это точно был не сон, как она надеялась. Теперь было понятно, с чего вдруг Ро-Ро подскочил на ровном месте и решил вернуться сегодня. — Так вот, почему… — Ну, ничего. У твоей матери тоже есть любовники, — огорошил ее Леонид, наслаждаясь тем, как она меняется в лице. Марсия была очень эмоциональным человеком, хотя многого не понимала из-за того, что постоянно находилась под его влиянием, и многое для нее было в новинку. Те же прикосновения Му Алексия, от которого она сбежала как от огня, и поцелуй с Ро-Ро, который она так бы никогда и не вспомнила, если бы ей прямо не намекнули. — Яблочко от яблони… — Знаешь, Леонид, прошлый ты был куда лучше. Верни то ужасное чудовище, требующее крови и жертв! — произнесла Марсия серьезным тоном, грубо перебив своего наставника. Говорящий об убийствах Леонид, и вот этот, несущий язвительный бред, резко отличались друг от друга, и это было ужасно. Они оба были ужасны, но вот этот… Марсии хотелось закричать от избытка эмоций, которые она пыталась сдержать. Она целовалась с Ро-Ро, и как она теперь в глаза его посмотрит?! — Пернадий то же самое говорил, когда помог мне избежать казни и взял под свое крыло, — Леонид весело рассмеялся. Реакция Марсии была выше всяких похвал, он любил задевать таких людей и наблюдать потом за тем, как они будут себя вести, занимаясь самоедством. Это было забавным явлением, люди умели разрушаться как физически, так и морально. Тоже своего рода развлечение, как говорится, «на безрыбье и рак рыба».