Цицо

Мужчина открывает бутылку шампанского, заливая его в вытянутый бокал и отставляя ту в сторону. По телевизору показывают очередное новогоднее шоу, которое не несет в себе особого смысла, кроме как просто развлечь публику. Бьют куранты и тот спешно пишет на маленькой бумажке новогоднее пожелание, сжигает и кидает обугленную часть в бокал, выпивая все залпом. Напротив стоит зеркало, заменяя гостя и друга. Слышится тихое "с новым годом" и он с большим энтузиазмом рассказывает о том, как прошел его день не скрывая своих беспокойств и страхов. Отражение внимательно слушает и словно не шевелится, когда должно с точностью повторять движения хозяина. У отражения даже есть имя, которое ему дали месяц назад. Это произошло по пьяни, когда кровать в соседней комнате прогибалась под весом двоих любовников. Расстались они сразу утром, оба частично страдающие от последствий алкоголя. С того раза мужскую голову не покидало одно очень надоедливое слово "Цицо", и чтобы от него избавиться, он прикрепил его за своим зеркальным двойником. Хозяина Цицо звали Олли. Совершенно непримечательный и, кажется, уже начавший седеть в свои тридцать. Сам себе он это объяснял переутомляемостью и плохим питанием. Но где-то глубоко внутри понимал, что это лишь малая часть причин. Постоянное чувство одиночества и травля себя же алкоголем стали его постоянными спутниками и верным способ оказаться в могиле не только второй ногой. Такого, как он, можно сравнить с амёбой, которая просто ест, добавить только работу, сон и редкий сон. Бутылка быстро опустела, и ее спешно заменила вторая, на этикетке которой красовались пять букв, так ярко отпечатавшиеся в сознании. Частично напоминало ту собаку из школьного произведения. Совсем скоро от этого напитка хозяина начало клонить в сон, и лишь дойдя до кровати, он тут же уснул. И пока он спит, Цицо наводит порядок. Выключает гирлянду, убирает со стола и моет посуду, оставляя ее сушиться на разложенном полотенце. Забирает водку из рук Олли, накрывает его одеялом и уходит в зал, переключая программу и медленно допивая напиток, изъятый из рук своего двойника. Иной раз Цицо сам путал, кто из них кто. Порой считал, что является оригиналом, а не жалкой копией из зазеркалья. Хотя, кто судит? Ведь он не жалуется на свою жизнь, напротив! Он просто счастлив и благодарен милосердию того, кто его создал. Он был готов целовать ноги того, кому обязан своим отдельным разумом и возможностью покидать обитель зеркала, когда того захочется. Никто не запрещал, и ничто не мешало ему это делать. То не первая ночь, когда он так спокойно лежит на диване, выпивая или съедая остатки пищи. На него подозрения никогда не лягут, а Олли только посчитает, что забыл о том, как все съел сам, хотя может даже просто не вспомнит о том, что у него это было. Алкоголь творит чудеса с внешним и внутренним видом людей, буквально пожирая их, при том поглощая и меняя восприятие к жизни и окружающим. Уничтожая и стирая в порошок нормальную жизнь. Многие считают, что он помогает заглушить боль, но, наблюдая за людьми всю свою жизнь, Цицо смело мог сказать, что они заблуждаются. Это все равно, что назвать наркотики полезными только потому, что они "делают людей счастливыми", когда на деле те быстро съедают их изнутри. Так же и с любой другой жидкостью, которая запрещена до 18 лет, в зависимости от страны. Она забирает всё, кроме плохих воспоминаний, а хорошие искажает, превращая в ночной кошмар из сожалений и страха. Это было легко увидеть, когда Олли лежал на кровати с банкой в руках и молча лил слезы, не в силах их контролировать. Сколько раз он видел попытки хозяина покончить с собой и всякий раз еле сдерживал смех. Самое запоминающееся было, когда тот наполнил ванную до того, что вода лилась на пол ручьями, а затем кинул в нее утюг, но заместо смерти получил лишь выбитые пробки и негодующих соседей, с потолка которых шел "дождь". Каждый раз, когда такое происходило, Цицо смеясь, то вызывал скорую, то просто наблюдал со стороны. Проще говоря, Олли не смог достичь того, о чем так навязчиво мечтал уже столько лет. Теперь же желания двоих медленно сбывались. Один неспеша пропадал из этого мира, а второй медленно, но уверенно занимал его место. Оба были не против, и потому происходило всё спокойно. Олли тихо ушел и словно растворился в пространстве, а Цицо стал полноценным человеком, теперь уже имеющим все права и обязанности, которые до этого были у прошлого хозяина облика. Теперь у Цицо иное имя, но всё та же жизнь. Ему не будет ни скучно, ни страшно, ни одиноко. Он все так же будет благодарен создателю. Просто ему будет самую малость не по себе, когда, проходя мимо зеркала, он будет видеть отражение. Вот только тогда в его голову прокрадутся сомнения, медленно затикающие мозг. Только тогда Цицо не будет уже так уверен в самом себе. Уже утро. Где-то пять или шесть часов, а может что-то между. Кровать пустует, а на диване громко храпит мужчина. Пожалуй, это можно назвать счастливым концом. Счастливым для всех троих. Олли, Цицо и того, кто занял место отражения.