Это останется там

Иногда в жизни наступает тот самый момент когда ты перестаешь чувствовать себя счастливым. Перестаешь и видеть в мире что-то хорошее и светлое, будто бы вокруг такая серая атмосфера, будто бы все люди мрачные и живут так уныло, что ты невольно поддаешься этому. И теряешь себя. У меня почти так вышло, точнее, я стояла где-то у входа несчастной и плохой версии меня. И это было так неосознанно, сама же шла ко дну, но никто не видел этого, никто даже не поинтересовался что не так. Но не Он. Его улыбку, глаза, да даже глуповатые блондинистые волосы я могу узнать из тысячи других, могу узнать их хоть с закрытыми глазами. Именно Даня помог мне тогда. В тот день мы много болтали, я много смеялась с его типичных шуток про маму, но его глаза вдруг резко округлились и он спросил (чего никто другой не делал) «ты правда счастлива сейчас?». Отчего я просто разрыдалась прямо у него на глазах, Даня сильно за меня испугался, ему пришлось слушать как мне больно улыбаться в последнее время. Милохин просто сидел рядом в нужный момент и когда это надо было — нежно вытирал слезы с моего лица. Ну и конечно, не переставал меня обнимать И я, как самая настоящая дурочка, с этого момента больше не могла на него спокойно смотреть. Казалось, я больше не видела в нем того глупого и несерьезного мальчишку. Теперь это был вполне взрослый парень, который мог защитить в любую минуту, несмотря даже на то, что самому было страшно и некомфортно. В первую очередь, он думал о других, а потом уже о себе. Но мне так только казалось. А потом началось что-то непонятное, я как обычно пересылала ему в личных сообщениях очередное шипперское видео о нас, с целью вместе посмеяться и вспомнить наше участие в Ледниковом. С улыбкой пересматривала этот момент на телефоне, ожидая когда же Даня увидит это, когда же прокомментирует и снова подарит мне такие приятные бабочки в животе. Через десять минут Милохин прочитал мое сообщение. Я стала ждать, когда же появится любимая надпись сверху «печатает...». Ничего не последовало, он просто увидел это видео. Надеюсь, что Даня просто думает что сказать. Но ответ не пришел и через пять минут, полчаса, день… Просто пустота и молчание, сообщение так и оставалось висеть в одиночестве. Я придумывала любые отмазки, но потом заставила себя посмотреть правде в глаза. Ему стало скучно со мной и блондин решил отдаляться. Его чувства остыли, а мои — только появлялись и становились крепче. Не умею любить быстро и бездумно, всегда это происходило постепенно и долго не прекращалось. А вот у него было наоборот. И я не могу убрать из памяти его ладони на моих коленках, которые по-хозяйски лежали на них во время того как мы были на Ледниковом и слушали жюри, я чувствовала в этот момент, что становлюсь самой счастливой, даже не думала о том, что идут съемки на первый канал, мне было на это все равно. Не могу забыть тот поцелуй на нашем прокате. Даня сказал, что мы поймем именно на выступлении как должна пройти эта часть номера, и я ему доверилась. Как только настал момент, то мои чувства включились на максимум, я поцеловала его со всей искренностью, со всей любовью. Когда он начал отвечать на поцелуй и посасывать мою нижнюю губу, у меня будто бы внутри все перевернулось. Я положила ему руки на шею и притянула к себе, слегка задрожав от нахлынувших чувств и эмоций. Этого не должно было быть в планах, нужно было просто недолго чмокнуть друг-друга, изображая милую парочку. Но именно так мы чувствовали в тот момент. И никак не по-другому. Но я решила все обсудить вживую. Сейчас Даня просто убегал от меня, не хотел ничего говорить, а меня терзало ожидание. Стою возле его съемной квартиры, которую он снял на время, Даня мне тогда говорил, что подустал от ДТХ и хочет отдохнуть. Когда мы еще хорошо общались, то я иногда приходила к нему, мы много раз там громко спорили, но мирились — крепкими объятьями. И мне этого не хватает, поэтому я здесь. Нас разделяла дверь, по ту сторону у Дани был свой мир и свое пространство, казалось, что мы сейчас очень далеко от друг-друга, но в то же время близко. Стучусь, стараюсь не настойчиво, раньше меня такие вещи не волновали, но все изменилось. — Привет, — сухо бросил парень, так резко открыл дверь, что я аж вздрогнула. — Привет, — не обнимаю, жду его ответной реакции, может поймет. — Что-то случилось? — не дожидаясь ответа он отвел взгляд в сторону и спросил, — может, зайдешь? — Все хорошо, — вру, — просто хотела узнать как ты, — захожу в прихожую и разуваюсь, оставляю обувь возле коврика в квартире, а куртку вешаю на крючок в шкафу, специально отведенный для меня, как он сам говорил. Смотрю в его глаза, такие серьезные, никогда его не видела настолько взрослым и другим. Будто бы что-то поменялось. — Прости, пупс, — шепчет Даня и немного поправив свою небрежную шевелюру, тут же обнимает меня, вздыхаю его привычный парфюм, пропитывая свою кофту этим запахом. Даня крепко обнимает за талию, я чувствовала, что ему сейчас сложно, — я тебя обидел? Ну, типа, тебе не обидно? — узнаю его любимые слова-паразиты. — Ну ты мог бы хотя бы написать что с тобой все хорошо, чтобы я не волновалась. Дань, а я ведь знаю тебя и твою пятую точку которая так и хочет попадать в приключения. А если б что-то не то? А если б я не пришла? — парень расплывается в смущенной улыбке. Не сговариваясь, мы оба пошли к нашему любимому дивану, он стоял где-то в углу гостиной, и четко вписывался в интерьер его светлой квартиры. От каких-то странных угрюмых эмоций Милохина, она будто бы потеряла свою красочность и стала будто бы сероватой.

От лица Автора

Парень сел посередине, в зажатой и неуверенной позе, скрестив руки на груди. А Женя прилегла рядом, недовольно смотрев на его положение, чуть привстала, оторвав спину от подушки сзади и грозно заглядывая ему в глаза. — Что с тобой? — грустно проговорила Медведева, сразу же сменив весь свой спектр эмоций, — давай я тебя научу быть Милохиным. Женя рассоединила его руки, одну положила ему на коленку, а другую положила себе на талию, парень как марионетка послушно терпел ее действия. — Женечка, не так, — переложил ладонь со своего колена на ее, — теперь я точно Даня, — заметил как девушка покраснела и начал по-доброму издеваться: поглаживать ее по этому месту, — знаешь должен признаться… — Что ты хочешь сказать? — Я думал, что тебе на меня все равно. Да, блин, прозвучит глупо и я знаю, — смешок, свойственный только ему, — но ты такая крутая, спортом занимаешься там… В общем, ты многого смогла, а я просто тиктокер. Просто парень, который выбрался из детского дома и сейчас кайфует от жизни. Я думал, что этого достаточно, пока не встретил тебя. С тобой так весело и клево, мне стало не по себе: вдруг я не заслужил трехкратную чемпионку мира? — Ты говоришь о ком-то другом, Дань. Двукратная, — кратко исправила Женя, положив голову ему на плечо, — продолжай, но мне кажется дело в чем-то другом, — Даня немного пошевелил пальцами, занервничал от того, что она знает его больше, чем он сам. — Ты права… — минутная пауза, но им не было неловко, скорее, хотелось подумать и не сказать каких-то глупостей, — я влюбился. Женя удивленно сглотнула и повернула голову в сторону Дани, стараясь понять, пошутил он сейчас, или же на полном серьезе. А тот сделал одинаковое действие и между ними было запредельно близкое расстояние. — Помнишь, ты сказал, что тот поцелуй в Ледниковом должен быть только там? — блондин кивнул, — так вот, я не хочу так. — Чего ты не хочешь? — Чтобы это оставалось там. Даня тут же обхватил ладонями ее лицо и начал поглаживать, затем нетерпеливо припал к ее устам, заставляя девушку чаще дышать от неожиданности. Нежно провел языком по нижней губе, на что та громко вздохнула, но не стала отставать и прижалась телом к нему ближе, чувствуя его часто стучащее сердце. — Ты великолепная, — прошептал юноша и трепетно смотрел на ее блаженную улыбку. Здесь их никто не видит, никто не слышит. Здесь они только вдвоем, без лишних глаз, можно наконец спокойно отдаваться своим чувствам. — Дань… — прикусила нижнюю губу и поправила едва выбивающуюся из-за темных волос прядку за ухом, потупив взгляд в пол, отдаляется, но кладет голову ему на плечо, положив руки ему на грудь, — я подремлю тут, вообще не спала, — закрывает глаза и через минуту уже утыкается носом ему в шею, отчего у парня перехватывало дыхание. Для них было все обыденно, даже если они не делали что-то вместе никогда, то это все равно было легко. Будто бы они всю жизнь были знакомы. И даже то, что Женя пришла к нему и сейчас сопит на его плече не удивляло улыбчивого блондина. Он лишь смотрел на ее умиротворенное лицо и восхищался Жениной настойчивости и смелости. Даня бы несколько раз извинился чтобы поспать на ее плече, а она так просто взяла и сделала это.

«час ночи»

Посидев с ней пару часов и уже успев самому вздремнув, Даня решил что им нужно сменить локацию. Берет Женю на руки, старательно, чтобы только не проснулась, как можно плавно держа ее голову локтем, руками приподнимая ноги и туловище, любуясь содрогающимся ресницам. — «Даже спит красиво», — подумал Даня. Идет в свою спальню, где творился какой-то хаос. Разбросанные и не глаженные вещи, на стуле были случайно подвешены какие-то боксеры, а на тумбочках лежали листы бумаг, небрежно расстилаясь по всей поверхности. Кладет Женечку на кровать и укрывает ее одеялом, предварительно убирая волосы назад, они так легли ей на лицо, что Милохину казалось, что ей будет тяжело дышать, поэтому позаботился обо всем. А еще Даниле стало стыдно за свой беспорядок, и сразу же после «укладываний» напарницы его посетила ясная мысль: надо хоть немного прибраться. Встал с кровати и поплелся с висящему нижнему белью и начал его запихивать в шкаф, при этом бурча ругательства на свой счет, злясь на самого себя за то, что не мог сделать этого раньше. Краем уха слышит какой-то шорох, но не спешил оборачиваться, как тут же его торс крепко обхватили теплые руки. — Успокойся, — прошептала на одном дыхании сонная Женя, которая тихо встала и обняла его сзади. Парень немного испугался от ее внезапности, резко вздыхая воздух обратно, — ложись, — указывает на кровать и идет к ней, таща удивленного парня за собой.

Вздох. Миг. Сон.

— Мамочка! — восклицает Медведева, шумно вздыхая и выдыхая, резко поднимается и видит свою спальню. За окном и подавно ночь, все спали в своих домах напротив, в теплых постелях и милых пижамах. Но Женя не спала. Ее прошибло на холодный пот, руками сжимает простынь и скидывает ногами одеяло чуть вниз, ткань свисала наполовину на полу. Прическа ее была похожа на шевелюру типичного домовенка, а лицо выражало смятение. Девушка потерянно смотрела на пустую кровать и понимала что никого рядом с ней сейчас нет. Абсолютно. Она одна сейчас, среди этого большого и злого мира. Никто сейчас не поправит ей волосы и не уложит обратно в кровать, никто не утешит и не обнимет. Но ей не нужны были какие-то люди, нет, сейчас Жене хотелось одного — его объятий. А ему на нее было наплевать, Даня ее бросил без ответа на один вопрос: зачем сделал ТАК больно? Привстает, берет одеяло двумя руками и закутывается в нем, подходит к окну, глядит на пустое ночное небо, на нем висела лишь одна луна, которая в одиночестве светила. Евгения подняла с подоконника свой телефон и нажала на кнопку включения, тут же резко поморщилась от резкого света и перешла к их переписке. То же молчание, никакого ответа, сообщение все так же висело без ответа, но Даня был в сети и явно цел и здоров, но решил запутать Медведеву, не узнавать как у нее дела, доломать душу Жени до конца. Поджимает губы как можно сильнее и кладет телефон к сердцу, нежно прижимая холодными ладонями, надеясь, что будет не так больно. Вместе с горькими слезами, стекающими по щекам, одна за другой и неровным от боли, дыханием, Женя прошептала страшную, но истинную мысль: — Это был всего лишь сон.