Ты сам виноват

Сумерки все сгущались. И если на открытой местности еще было достаточно светло, то в лесу уже было трудно высмотреть что-то. Запретный лес наполнился таинственными шорохами, криками здешних животных, от которых у Гарри по телу мурашки бегали табунами. Просто жуть. До парня только сейчас начало доходить, в какой ситуации они оказались. Они одни в лесу, полном опасностей, диких животных и магических существ, а у Малфоя еще и нога сломана. Два парня находились у подножья огромных сосен, которые, казалось, уходили в самое небо. Этот час люди обычно называют синим, так как небо приобретало именно такой оттенок. Из-за этой синей полутьмы создавалось такое ощущение, будто сейчас же здесь появится чей-нибудь Патронус и озарит приятным голубым сиянием эту поляну. “Точно! И как я раньше до этого не додумался? — подумал Гарри. — Патронус!” — Малфой! — тот вздрогнул, видимо задумавшись над чем-то. — Я придумал как нам выбраться отсюда! — сказал Гарри. — Я весь во внимании, Герой, — протянул с сарказмом Драко. Гриффиндорец на это лишь закатил глаза. — Я сейчас призову Патронуса и пошлю сообщение Макгонагалл. И за нами кто-нибудь придет. А мы пока тут подождем. — Нет, — отозвался Малфой после нескольких секунд молчания. — Нет? — не понял Гарри. — Нет, Поттер, — твердо сказал тот. — Что? Но почему? — снова стал раздражаться Гарри. Ему казалось, что он единственный здесь пытается найти хоть какое-нибудь решение. — Малфой, не время для тупых пререканий! Включи наконец свой хваленый мозг! Или придумай что-нибудь получше. — Я сообщил тебе свое решение, Поттер. И оно остается прежним, — на этих словах Гарри так сильно захотелось ударить эту пижонскую сволочь, что у него стали чесаться кулаки. — Катись к чертям, Малфой! — вскричал тот в ответ, потеряв всякое терпение, — Да пусть ты тысячу раз чем-то недоволен, я тут оставаться не собираюсь! — он достал из кармана палочку. — Экспекто Па... — Стой! — крикнул Драко, перебив его. — Подожди, — уже тише. А Поттер стоял рядом, сложив руки на груди. Ждал ответа, молясь всем Богам, что его взгляд передает все раздражение. Малфой пока молчал, видимо собираясь с мыслями. — Поттер, ты же знаешь, что я нахожусь на особом счету у правительства, — осторожно начал он. — Мне нельзя косячить. Если они прознают, что я тут был, они начнут задавать вопросы и... — Так ты все-таки занимаешься чем-то незаконным! — зарычал Гарри. — Я с места не сдвинусь, если ты мне все не выложишь! — Пфф... Больно надо, — проворчал Малфой. — Тогда будем сидеть тут, пока ты не состаришься и не умрешь. — А ты? — И я тоже. — Я серьезно, Малфой! А ну говори, — сказал он, но увидев, что поганец ничуть не впечатлился, добавил: — Иначе когда я приду в Хогвартс, я все им расскажу! И заставлю их держать тебя в ежовых рукавицах и контролировать каждый твой шаг! — Тебе не придется их заставлять, Поттер. Они с радостью на это согласятся, — и слизеринец поджал губы. — Тем более, — издевался Гарри. Но Малфой упрямо молчал, всем своим видом показывая, что какому-то жалкому Поттеру никогда не быть посвященным в его важные хоречьи дела. А Гарри, понимая, что они просто теряют время, решился на грязный трюк. — Как желает Ваше Высочество, — как можно беззаботнее сказал он и все-таки произнес заклинание. На этот раз Малфой не смог его остановить, и на поляне появился светящийся олень с великолепными рогами. Все, кто видел Патронуса Гарри невольно восхищались им, и Гарри подсознательно ждал от Малфоя того же. Но тот только побледнел. — Ладно, — слабым голосом начал он. — Я расскажу. Придурок, — но почему-то продолжил молчать. Гарри терпеливо ждал. — Скажи ему убраться отсюда! — самым капризным голосом потребовал Драко, кивнув головой на мирно стоящего рядом оленя. — Он мне глаза слепит! — Он тебе ничем не мешает. Говори. — Хорошо, слушай, — тяжело вздохнул парень. — Надеюсь, четырехглазый, ты не забыл, что в свое время я занимался зельями. У меня неплохо получалось. Я бы даже сказал блестяще. Так вот. Мне нужно сварить одно зелье, но для него нужны некоторые ингредиенты, которые я надеялся найти здесь, — Малфой очевидно пытался улизнуть от ответа, говоря общими неконкретными фразами, но Гарри на это не купился. — Какое именно зелье? — сказал он, не дав возможности схитрить. — Зелье Жидкой удачи, — раздраженно буркнул побежденный Драко. “Зелье Жидкой Удачи!? Да он совсем ума лишился!”— подумал тогда гриффиндорец. — “Ведь любая ошибка может стоить ему жизни, а это зелье сложно в приготовлении. Неужели он настолько самоуверен?!” — Для чего? — А вот это уже точно не твое дело, Поттер! Отвали, аврор недоделанный! — Драко, отвечай, — весело пропел Гарри. — А иначе... — он многозначно кинул взгляд на Патронуса. — Чтобы твое любимое Министерство разрешило мне во Францию выехать. — Для чего? — Малфой на это зло зашипел, но все же ответил. — Хочу начать новую жизнь, Поттер. Там нас никто не знает. Клянусь, я не собираюсь делать что-то гадкое, — горько и как-то надломлено. Гарри стало не по себе. — Ладно, — примирительно сказал Гарри. — Что тебе нужно было найти? — Руту обыкновенную. — Серьезно? Она же у самой кромки леса растет, — Гарри стало стыдно, что он так жестоко допрашивал сокурсника. — Нет, не растет, — ответил на это Драко. — Там ее всю фестралы вытоптали. Пришлось в лес заходить. А потом ты, придурок, меня до смерти напугал! —Ха! Так ты испугался меня? — хихикнул Поттер. Тогда Малфой, злой как черт, швырнул в него куском земли. “И попал ведь, гад!” А потом тоже захихикал. А Поттер, вспомнив про Патронуса, приказал ему: — Беги в Хогвартс и найди Гермиону Грейнджер. Скажи ей, что со мной все хорошо, а еще что я буду поздно. Малфой вопросительно на него взглянул, и Гарри пояснил: — Если их не предупредить, они всю школу на уши поставят. А еще будем знать направление, в котором находится Хогвартс. — Да, мои тоже, — чуть невпопад ответил парень. — Но я надеюсь, что мозгов у них хватит, чтобы подождать пару часов. В этот момент олень поскакал от них в сторону замка, унося с собой мягкий голубой свет — единственный источник света. Солнце уже давно село, уступив место непроглядной, долгой ночи. Парни остались в темноте.