Бледный, как лилия, в лазури васильков

⠀⠀⠀⠀⠀ Сынмин всегда жил очень бедно, даже когда его родители были живы. Ким, если признаться, не помнит в полной мере тех времен, когда у них было достаточно денег на любую еду, тогда у них дома даже было домашнее животное. Ким помнит сам факт его пребывания, но ни имени, ни чего-либо другого, к сожалению, не помнит. ⠀⠀⠀⠀⠀ Отец Сынмина когда-то в далеком прошлом был умелым полководцем, служившим при короле. Сынмин тогда только родился. Откуда же Ким знает свою историю? Холодными осенними вечерами отец часто рассказывал о прошлом, о погибшей матери, о сложной работе. Сынмину всегда нравилось слушать про это, даже если отец очень часто повторялся. ⠀⠀⠀⠀⠀ Господин Ким, покойный отец Сынмина, всегда был дружелюбным и милым мужчиной, который играл с деревенскими детьми, и у Сынмина никогда не укладывалось в голове, что когда-то давно, вместо материалов для сада, он держал острый меч. Однако, так и было. Сынмин был новорожденным малышом, и его мама, как и полагается, очень сильно заботилась о нем. Еще до рождения Сынмина она была больна, лекарст от нее просто-напросто не было, однако отец не знал об этом. Вернее, он узнал незадолго до смерти жены. Времени у госпожи, казалось, было много. Она растила маленького Сынмина с огромной любовью, смотрела на его первые шаги и внимательно слушала первые слова. ⠀⠀⠀⠀⠀ Сынмин был спокойным, но слегка нервным ребенком. Он очень хотел, чтобы все получалось, но, как и должно быть, вещи не всегда держались в руках, а ноги не всегда могли удержать его, а потому он часто падал и ронял какие-то предметы, из-за чего громко прикрикивал и поднимал, словно ничего не произошло. ⠀⠀⠀⠀⠀ Когда возраст Сынмина едва перешел отметку трех лет, состояние его мамы стало стремительно, очень редко ухудшаться. Сынмин и этого, но уже к счастью, не помнит. Она написала возлюбленному письмо, в котором честно призналась в своей болезни. Там же она написала, что буквально чувствует свой скорый конец, чувствует, как держится из последних сил. Пару дней она засыпала полная страха, что не проснется на утро, и ее любимый маленький сын не сможет разбудить свою единственную маму. Она боялась, что он увидит ее холодное, фарфоровое тело. К счастью, она открывала глаза каждое утро, ощущая легкую тошноту и головокружение. Изо дня в день ей приходилось терпеть, улыбаться сквозь режущую боль, чтобы не заставить маленького сынишку переживать за маму. ⠀⠀⠀⠀⠀ Отец часто упоминал, что в то время он защищал королеву, тогда еще живую, которая точно также, как его собственная жена, умирала. Она лежала на своей постели каждый день, практически ничего не ела, но стоило ей увидеть вдалеке своего маленького сына, она сразу же позволяла себе улыбнуться. Временами, когда никто не видел, маленький принц посещал покои своей мамы, он гладил ее исхудавшую, холодную руку и горько плакал, глядя на свою единственную и самую любимую маму. Та лишь гладила принца по голове и просила не плакать, просила больше улыбаться, чтобы она могла запомнить его детскую улыбку в своей памяти. На самом деле ей очень хотелось видеть своего сына улыбающимся как можно больше перед смертью, ведь она знала, что умрет. Знала, что не сможет защитить сына от отца, и прекрасно понимала, что его жизнь может сложиться не так, как она этого хотела. Оставить сына одного на отца, который даже не занимается сыном, как это делает родная, любящая мать, это разрывало ее изнутри. Ухудшало ее болезнь с каждым днем все сильнее сильнее, пока слезы медленно стекали с ее щек, когда она смотрела, как ее сын выходит из комнаты и направляется в свои покои. Ей было страшно, как никогда страшно, что она больше никогда его не увидит. Страшно, что это последний раз, когда она увидела любимого сына, а тот лишь плакал перед ней своими детскими, еще совсем незрелыми слезами. Она это чувствовала, как и мама Сынмина. Как почувствовала бы любая мать, что всеми фибрами души любит своего ребенка. ⠀⠀⠀⠀⠀ Когда королевы не стало, господин Ким направился домой. Тогда он не видел сына долгое время, не видел свою жену, и это время было для него самым драгоценным. Глядя на то, как страдала королева, хотелось, чтобы его любимая никогда не познала такой боли, но жизнь считала совершенно иначе. Иногда Господину Киму казалось, будто смерть окружает его, и это ничто иное, как клеймо войны. Он забрал много жизней, пока воевал и сражался за короля, а теперь настала его очередь платить перед Богом за свои грехи. Сложно жить обычной жизнью, когда ты слишком привык к ощущению клинка в своей руке, когда ты привык идти в бой так, словно это твой самый последний бой. Сложно жить, когда ты в буквальном смысле готов отдать жизнь за родину и семью. Слишком тяжело. По пути домой он вскрыл письмо от любимой, после чего тут же поторопил кучера. До дома он буквально бежал, а стоило ему открыть дверь, он увидел спящую жену и маленького сына, который отчаянно пытался разбудить маму, чтобы показать, как у них во дворе зацвели цветы, которые посадила женщина. Она не открывала глаза, как бы Сынмин отчаянно ее не дергал, тогда отец и понял, что все попытки тщетны. Этот сон.. она не проснется, она видит прекрасные сны, теперь ей не больно. Господин Ким сдерживал слезы, старался держать себя под контролем, не позволял своим рукам нещадно трястись от страха будущего. Сынмин лишь смотрел на него своими маленькими, но такими живыми глазами, и этого взгляда, полного сходства с его матерью, было достаточно, чтобы взять себя в руки. — Мама очень крепко уснула, Сынмин, — отец отвлекал маленького сына так, как только мог, — Нам нельзя ее будить и трогать, малыш. Мы должны дать маме спать и дальше, хорошо? — Но мама спит уже очень долго, — Сынмин печально посмотрел на нее, опуская глаза в пол, — Нам уже нужно отпустить маму? Мы не можем попросить ее побыть с нами еще немного? — К сожалению, Сынмин, — мужчина обнимает мальчика, легко прижимая к себе. Маленький Сынмин прекрасно все понял, когда отец старался спрятать свои краснеющие глаза, но не плакал сам. Как бы он не понимал, что произошло, он не мог даже заставить себя заплакать в тот момент. Все, что наполняло его тело в тот момент, была кромешная темнота и зияющая пустота, которые топили Сынмина внутри самого себя. В этот момент, кажется, Сынмин потерял половину себя безвозвратно, как и Господин Ким, который лишился половины всей своей жизни именно в этот момент. И сейчас, когда он понимает, что теперь, казалось бы, смысла больше нет, он видит его в своем маленьком сыне, которому теперь стоит подарить целый мир, чтобы возместить потерю матери. Это его вина, не Сынмина, а мужа, который так и не смог позаботиться о своей жене. Который позволял себе рисковать жизнью, но не смог позволить ей прожить жизнь, в которой она стала бы счастливой, — Маме пора идти, Сынмин. ⠀⠀⠀⠀⠀ Господин Ким от всей души думал, что Сынмин ничего не понимает, что он еще совсем малыш, который не должен знать, что его мама умерла, что он больше никогда ее не увидит. На удивление отца, Сынмин принял все спокойно, но так было лишь снаружи. Ночами он плакал, сидя на улице, прося маму хоть на минуту вернуться, еще раз взять его руки и поиграть с ним во что-нибудь. Он умолял Бога, чтобы тот вернул ему маму. Жизнь — череда испытаний, не со всеми можно справиться, но можно просто пережить их. Можно дать себе время, чтобы оно залечило все раны, заставило их покрыться корочкой, которая и после будет болеть, если ее попытаться оторвать, но так хотя бы проще жить сейчас, не старадая от вечной боли и мучений. ⠀⠀⠀⠀⠀ Сынмин научился справляться с этой болью, а отец оставался всегда рядом с ним. Теперь отец поднимал его на руки, учил готовить еду и играл с ним в различные игры. Он стал заниматься садом, выращивать больше васильков, которые когда-то смогли зацвести у мамы. Отец дорожил ими так сильно, будто заботился не о цветах, а о своей покойной жене. Сынмин знал, что в день ее смерти, отец всегда находится в саду, копошится там среди земли, перебирает листья. На самом деле парень много раз видел, как мужчина, сквозь пот усилий, плачет навзрыд, вспоминая все прекрасное прошлое, но лишь продолжает заботиться о цветах. В другие дни он искренне старался показать Сынмину, что жизнь прекрасна, что стоит быть по-настоящему счастливым. Это сделает тебя и жизнь гораздо лучше, если жить с улыбкой на лице, радуясь каждому новому дню, даже если жизнь — сплошное разочарование. ⠀⠀⠀⠀⠀ Сынмин жил бедно, когда жил с отцом, однако одно у него было точно. Счастливое, полное детство и юношество. Он был счастлив. ⠀⠀⠀⠀⠀ Сейчас Сынмин живет точно также, не особо богато, однако старается быть как можно более счастливым. Он считает это своим первым долгом. Он выращивает цветы и иногда продает их, а в остальное время учит детей фехтованию. Это то, чему его научил отец, а теперь он учит этому других мальчиков, которые очень хотят научиться. С родителей, которые, как и он сам, живут лишь в скромной деревне, зарабатывая за свою работу небольшие деньги, он берет лишь символические копейки, которых не особо-то хватает на жизнь, но Сынмин не жалуется. Никогда не жаловался. Он наслаждается своей жизнью.

***

— Учитель Ким! Учитель Ким! — толпа мальчиков бежит к васильковому саду, — Вы обещали сегодня научить нас чему-нибудь! — Или просто позаниматься с нами еще! — прикрикивает еще один мальчик. ⠀⠀⠀⠀⠀ Сынмин нерасторопно выходит из своего дома, широко улыбаясь. Мальчики доросли только до его талии, но уже держат длиннющие деревянные мечи, которые Сынмин сам для них сделал. Они размахивают ими, играя друг с другом, пока Сынмин не начал свое занятие. ⠀⠀⠀⠀⠀ Ким смотрит на каждого мальчика, улыбаясь все шире и шире. Казалось, что это занятие ему очень нравится, по крайней мере, так казалось идущему к саду Хенджину. Тот шел медленно, наслаждаясь мягким ветерком. Сынмин не сразу его заметил, только после того, как предложил мальчикам позаниматься ближе к вечеру, когда солнце прекратит так нещадно слепить и его, и беззаботных детей рядом с собой. Мальчишки на это лишь тяжело вздохнули и заохали, но даже и подумать не могли возражать. — Если начнется сражение, битва не будет ждать до заката, Сынмин, — улыбаясь, произносит Хенджин, оглядывая, растерянных появлением незнакомца, детей, — Вы занимаетесь фехтованием? — Да, — тихо отвечает самый высокий мальчик среди толпы. — Знаете, я тоже очень хорош во владении мечом, — Хенджин улыбается, глядя на Сынмина. — Что Вы тут делаете в такое время? — удивленно спрашивает Сынмин, — Решили навестить меня так скоро? — Мне просто нечем заниматься, а Ваш сад меня очень успокаивает, — Хенджин спокойно пожимает плечами, вновь глядя на детей, — Не хотите сразиться со мной, юные рыцари? Я не буду вам поддаваться, а заодно посмотрю, чему же вас научил ваш прекрасный учитель. Сынмин улыбается от таких громких речей. Дети Хенджину точно также до талии, так что его слова о том, что он ни за что не будет поддаваться, даже звучат просто смешно. На деле будет еще смешнее. — Кто из вас всех самый лучший? — Хенджин улыбается, заметив как лица детей становятся более заинтересованными. — Учитель Ким говорит, что мы все хороши, но у кого-то больше практики, — мальчик тараторит, иногда съедая некоторые буквы, — Чхве Бомгю среди нас занимается дольше всех! — Ну, не хочешь сразиться со мной? ⠀⠀⠀⠀⠀ Мальчик неуверенно кивает. Сынмин замечает, что громкие речи от незнакомого им мужчины заметно напугали Бомгю. Он, если признаться, и правда очень хорош во владении мечом, но Сынмин любит хвалить всех одинаково. Они не должны унижать кого-то только из-за того, что у него не получается, так Сынмин воспитывает мальчиков дружными и терпеливыми друг к другу. ⠀⠀⠀⠀⠀ Один из учеников отдает деревянный меч Хенджину, и парень готов признать, что сделаны они очень хорошо, очень мягко сидят в руке и ими, и правда, очень удобно пользоваться. Хван встает в стойку и приятно удивляется, когда мальчик напротив с серьезным лицом делает то же самое. Не просто повторяет, он очень хорошо знает эту позицию. Спустя несколько минут Хенджин понимает, что Сынмин хорош в фехтовании, потому что смог очень хорошо научить ребенка обращаться с мечом. Даже если меч легче настоящего и сделан из самого обычного дерева. Сынмин хоть и понимает, что Хенджин свое слово не сдерживает, и все равно отчаянно поддается мальчику, но приятно удивлен, как Бомгю гордо держит меч в руке и отчаянно старается отбиваться. Он очень старается не упасть лицом в грязь перед своим учителем. Хенджин хорошо владеет мечом, очень хорошо, но старается сдерживать себя, чтобы не обидеть ребенка, чтобы тот продолжал тренироваться и когда-нибудь превзошел и его, и Сынмина в мастерстве. Сынмин засматривается, опираясь на стены своего дома, пока толпа детей, окружив двоих парней, с восторгом наблюдает за напряженной битвой. Волосы Хенджина разлетаются по сторонам, развиваясь то от резких движений, то от дуновения ветра. У него прекрасный, ровный профиль, на который, кажется, невозможно не засмотреться. Хван не просто чертовски красив, он харизматичен, очень нравится другим людям. Сынмин видит это по восторженной толпе детей, хотя те и поддерживают только Бомгю. К Хенджину тянутся, он тот тип людей, за которым пойдут без сомнений, потому что он не просто красивая обложка, кажется, что красив он и внутри. Сынмин просто анализирует и думает, глядя только на Хенджина, улыбаясь лишь уголками губ. ⠀⠀⠀⠀⠀ Спустя какое-то время Хван понимает, что навыки у мальчика и правда восхитительные, если бы он сражался с ними толпой, он мог бы даже проиграть. Эти мысли заставляют его посмеяться, но он показал противнику лишь одобрительную улыбку и блеснул темными глазами. Краем глаза он видит, как Сынмин смотрит на него. Замечает, чувствует, ощущает, и это отдается теплотой во всем теле. Хенджин словно чувствует, как Сынмин сдержанно улыбается, или Хенджину хочется, чтобы это было так? Хвану бы очень хотелось произвести впечатление, однако победа над ребенком и его учеником.. и кажется, и является просто глупостью. Хенджин, отбиваясь, меняет положение тела, как бы невзначай поддаваясь мальчику. Тот умело хитрит, старается обмануть и напасть, когда старший не успеет заметить. Конечно, Хенджин замечает, как Бомгю двигает своим корпусом в одну сторону, но нападать будет совершенно с другой. Так и получается, однако Хенджин специально ведется на эту уловку, а мальчик приставляет к его телу меч, не давая старшему никакого другого выхода, кроме как тяжело вздохнуть и с улыбкой признать свое поражение. ⠀⠀⠀⠀⠀ Дети хлопают в ладоши, окружая своего друга, обнимают его со всех сторон и поздравляют. Хенджин поправляет волосы, глядя на Сынмина, и широко улыбается. Ким улыбается ему в ответ и делает пару хлопков. Конечно, он все понял, и что уловка была понятна, и что поддавки удались скрытными, но также понимает, что если бы Хенджин не сдерживал себя и делал все в полную силу, то даже Сынмин бы проиграл за считанные минуты. Хотя, если признаться, тут никто не может быть на сто процентов уверен, как бы все сложилось. — Вы очень хороши, Хенджин, — Сынмин подходит ближе, — Бомгю, ты большой молодец. Я очень горд твоими достижениями. — Да, я очень удивлен, — Хенджин кладет руку на голову мальчику и треплет ему волосы, улыбаясь, — Ты такой мастер, но в следующий раз я обязательно буду тем, кто тебя победит. Так что в твоих интересах быть тем, кто будет улучшать свои навыки, хорошо? — Да! — мальчик прикрикивает, с соперническим духом в глазах глядя на Хвана. Бомгю слегка сужает глаза, показывая Хенджину, что ему уже стоит бояться. ⠀⠀⠀⠀⠀ Спустя недолгое время, мальчики потихоньку разошлись. У них у всех были какие-то свои дела, а другие хотели просто поиграть друг с другом, но играть рядом с драгоценными и хрупкими цветами опасно, поэтому они ушли в деревню. Сынмин помахал им рукой, попросив добраться осторожно и в целости. — Вам стоило угостить их чем-нибудь, — улыбаясь сказал Хенджин, все еще глядя на толпу ребят, — Они заслужили. Бомгю и правда хорош, я даже, правда, мог ему проиграть, если бы не мой опыт. — Вы не выглядели как человек, который так хорошо обращается с мечом, — шутливо отвечает Сынмин, — Кстати, Вам не нужно идти по делам? Вы с самого утра тут, — Хенджин после этих слов вновь посмеивается. — Так хотите спровадить меня? — Конечно, нет, — Сынмин выставляет руки, неловко маша ими, — Просто обычно у меня надолго не задерживаются, а Вы, кажется, второй день уже навещаете этот сад. Для меня это удивительно. — Всего лишь второй день, — улыбается Хенджин, — Не пригласите меня в дом? — А должен? — Сынмин вновь улыбается, хотя, если честно, улыбка с его лица не спадает с тех пор, как он увидел Хенджина, — У меня не прибрано, да и из еды ничего нет. Хенджин ничего не отвечает, а его улыбка становится лишь чуть большее приглушенной. Он внезапно вспоминает, что народ в их просторах не так богат, как королевская семья, а Сынмин — лишь обычный житель, который не может много заработать, владея лишь садом. Хван сразу же понимает, что скорее всего Сынмин лишь тот человек, что пытается бороться с бедностью, жить в спокойствии и достатке. Он не имеет права что-то говорить Сынмину о его положении. Однако, недолго помедлив, Сынмин все-таки открыл дверь в свой дом и кивнул в сторону входа, как бы показывая Хенджину, что ему можно войти. Внутри оказалось чуть просторнее, чем кажется, однако все было достаточно старым. Хенджин чувствовал запах чего-то сладко пахнущего, такого же, как и сам Сынмин. Хвану тут нравится больше, чем в своем роскошном замке. — У меня не так много всего, так что я могу лишь предложить то, что ранее готовил, — Хенджин на это лишь смиренно кивает. Сынмин готовит слишком красиво, чтобы не любоваться. Кажется, словно Сынмин самый роскошный повар всех их земель, и Хенджин хочет есть только у него и с ним. Однако, Хенджину просто не суждено было попробовать еду у Сынмина. В дверь кто-то пару раз постучался, вызвав легкое удивление у Сынмина. Тот медленно подошел к двери и открыл, увидев перед собой стражу из замка, когда-то у его отца были такие же одежды. Хенджину показалось, что земля ушла из-под ног, когда люди громко и четко произнесли: — Ваше Величество, Вам срочно нужно вернуться в замок. Эти слова еще долго останутся у Сынмина в голове, заставляя его думать о Хван Хенджине и его настоящем происхождении.

***

Сынмин никогда не любил утро, особенно когда к нему с утра пораньше кто-то очень громко ломится. Казалось, что скоро ему просто выбьют дверь. Встав с постели, Сынмин, слегка уложив волосы руками и протерев глаза, открывает дверь, сразу же округляя свои глаза до неузнаваемости. — Вам попросили передать, — мужчины из замка с огромными корзинами еды не смели войти внутрь без позволения. — Кто попросил? — хрипло спросил Сынмин, глядя на корзины с удивлением и испугом, — Если Вы из-за вчера, то меня не нужно подкупать, я прекрасно понимаю, что должен молчать. — Мы не можем отправить это обратно, Господин, — мужчина не изменил своего выражения лица ни на секунду, — Его Величество, принц, попросил отправить Вам все эти яства, — Сынмин слегка удивился. Значит, его подозрения были правдой. Ким отошел в сторону, не смея противиться, Мужчины поставили на небольшой стол несколько корзин с продуктами, после чего, откланявшись, покинули дом Сынмина. Его чувства точно заставят его пожалеть в будущем, но прямо сейчас Ким Сынмин молится Богу, чтобы увидеть Хван Хенджина еще хотя бы раз.