Алиса

Открыв глаза, я увидел серый потолок. Он был неровным и местами покрытый черными пятнами грязи. Я приподнялся на локтях и осмотрел комнату. Вокруг меня стояли пустые железные койки с пожелтевшими пружинными матрасами. Само помещение было небольшим, но слишком однообразным. Я мягко поднялся и сел на свою койку, ощущая боль в запястьях. У меня не было времени подумать над этим, когда в палату зашли люди. - Где я? - мой голос звучал слишком тихо. - Вы в больнице, Василий Иванович. - произнес высокий широкоплечий мужчина в белом халате. Он потрогал мой лоб и посветил в глаза. - Думаю, сейчас вы можете дать показания. - Какие еще показания? Не успел я договорить, как в моем поле зрения появился молодой полицейский. От вида его синей формы мое сердце забилось быстрее. От страха. В голову начали лезть странные мысли и пугающие картины...прошлого? - Показания по поводу смерти Алисы Стравчук. - уверенно произнес полицейский, раскрывая папку с бумагами в руках. - Меня зовут Алексей. Я буду вести это дело. - Как...О чем вы говорите? Мой голос задрожал. Вдруг, я начал задыхаться и схватился за горло. Было больно. Картинки всплывали одна за другой, заставляя мое сердце останавливаться. Алиса мертва. Нет, я не готов это принимать. - Я... - по щекам текли слезы, и каждое слово больно царапало мне горло. - Я уже все рассказал. - Кому? - удивленно посмотрел на меня Алексей. - ...Убийце. - прошептал я, вспоминая белую комнату. - Вы пробыли в коме пол-года. - сообщил мне зеленоглазый врач, с волнением на лице сложив руки на груди. - ...Понятно. Это был всего лишь сон. Я все рассказал. Было больно, было страшно вспоминать, но еще ужаснее понимать, что несколько часов назад я видел и обнимал давно мертвую любимую. И всего лишь во сне. Полицейский очень внимательно слушал меня и что-то усердно записывал, прощая мне резкие срывы и нечеткий шепот. Широкоплечий врач тем временем, видя мое нестабильное состояние, помог мне улечься на подушку и подогнал капельницу. К концу моего рассказа, я был полностью разбит. - Что теперь будет?- задал я вопрос будто бы самому себе. - Я же главный подозреваемый, да? - Нет. - сказал молодой служитель закона, собираясь уходить. - Вы - пострадавший. Ваши показания и все улики, найденные у вас дома, подтверждают версию об убийстве. Неизвестный пробрался в дом примерно в 6 вечера, застал Алису Стравчук за принятием наркотиков и придушил. Вы, Василий Иванович, прибежав на звуки борьбы, были обезврежены убийцей с помощью шприца, в котором был "Винт", неиспользованный убитой. В дальнейшем оказалось, что у вас сильная непереносимость метамфетамина. Врачи смогли вам помочь выжить, но вы впали в кому. Сейчас, когда вы вышли из полугодовой комы и рассказали нам подробности, мы надеемся, что дело сдвинется с мертвой точки. Благодарю за ваше содействие и...Поправляйтесь. Скоро мы снова вас посетим. Полицейский ушел, оставив меня тонуть в море новой и страшной информации. Алиса принимала наркотики? Моя Алиса, чудесная и милая, которая даже не пила алкоголь, пробовала какой-то "винт"? Этого не может быть. Я цеплялся за каждую мелочь, лишь бы опровергнуть то, что моя любимая мертва. Но я видел ее труп. Я помнил холод ее тела. - Это жестко, парень. - пробормотал врач, почесав затылок. Он смотрел на меня с сожалением, от которого мне становилось тошно. - Меня зовут Павел Андреевич, я твой лечащий врач. Зови, когда понадоблюсь. Я снова остался один в палате. За окном тихо падали снежинки. Я еле различал их на фоне серого неба. Весь мир в ту минуту стал для меня белым и пустым. Алисы больше нет. Больше нет ничего, что держало меня в этом мире, нет единственной для кого я был нужен и той, кто нужен был мне, как воздух. Я больше никогда не почувствую вкус её губ, не услышу её милый голос. На меня накатило такое одиночество, что сложно стало дышать (да и делать этого уже не хотелось...) *** Через два месяца меня выписали. По рекомендациям врачей я купил снотворное, так как плохо спал. Мне часто снилась та страшная картина, где Алиса лежала на полу и смотрела на меня пустыми глазами. Павел Андреевич помогал все время, пока я лежал в больнице, и чаще морально, из-за чего мы сдружились. Он стал для меня тем, за кого я мог зацепиться в этой жизни. Паша порекомендовал мне хорошего психиатра, но я не хотел, чтобы сейчас в моей голове лазил кто-то посторонний. -Мо, ты звони мне или заходи в гости, если что случится.-сказал Павел басом. – Ах, да. Тебе выписали пособие по безработице за эти шесть месяцев, да плюс увольнительные. Денег не очень много, но, думаю, на месяц должно хватить. Возьми. Паша протянул мне конверт и похлопал по плечу. Я был очень благодарен за его заботу. (Для меня, брошенного котенка, Павел был большим и добрым котом.) Вскоре приехало такси. Я продиктовал адрес, и иномарка с шашечками повезла меня по знакомым улицам. Домой. Дорога домой сопровождалась волнением и размышлениями: как там дом? Что изменилось? Хотя я знал, что изменилось. Там больше нет ее. Там больше не пахло духами с лавандой, там больше не звучал бешеный стук по клавишам - там было пусто... Машина остановилась. Перед моим взором возвышалась восьмиэтажная постройка. Расплатившись с водителем, я направился к своему 9-ому подъезду. Оставалось всего пять этажей, и я бы был дома... Но ключей я не нашел. Было странно, что полицейские или соседи не собрали мне сумки со всем не обходимым из дома, хотя кому я был нужен. Я сидел на лавочке и ждал, когда запиликает домофон. Тяжелая дверь открылась, и из-за нее вышла пара подростков. Девочке было всего 16 лет, и она была так похожа на Алису. Я отогнал грустные мысли. Не хватало еще расплакаться перед детьми. Слезы я решил поберечь до дома. Там от воспоминаний я так легко отмахнуться не смогу. Придержав дверь рукой, я зашёл во внутрь дома. Меня встретил всё тот же серый подъезд, старый лифт и лестничные пролёты. Буквально через пять минут я стоял у родной двери. Запасные ключи я всегда хранил во встроенной незаметной дверце . Провернув ключ два раза, я застыл. Волнение росло, сглотнув накопившуюся слюну, я открыл дверь. Первое, что я почувствовал - был холод. Было чувство, будто все окна в квартире были настежь открыты. Пол был грязным, по углам были раскиданы вещи. От прежнего уюта в доме не осталось ничего. Медленно пройдясь по всем комнатам, я ужаснулся. Почему мне было так страшно? Зачем я вообще приехал сюда, ведь Паша предлагал пожить у него? Ужас сковал меня, когда я увидел мел на полу. Это был ее силуэт. Меня вырвало. Я не спас ее! Я клялся защищать и не уберег! За что? Что мы сделали не так в этой жизни? Почему?! Она лежала мертвой передо мной. Я видел того, кто лишил меня счастья, а её жизни...И не сделал ничего. Даже не смог запомнить его лица. ...Извини, любимая.... Буквально на ощупь, я нашел кровать. Она была ледяной и пахла застоявшейся пылью. Но мне было плевать. Я уснул на краю, прямо в одежде. Прошел очередной бессмысленный месяц. Деньги, которые мне выдали, заканчивались, но мне было плевать. Я уже тридцать дней лежу на грязной кровати и пялюсь то в экран телевизора, то в экран компьютера. После того, как спалил пресловутую яичницу, я больше не вставал к плите. Она знала, что меня нельзя было пускать на кухню... Все что мне нужно было, а нужно было мне очень мало, я заказывал в интернете или просил принести Пашу. Мой новый и единственный друг был связующим звеном между мной и реальным миром. Только он ответственен за то, что я еще живой. - Не думал все-таки прибраться, а? - Паша смахнул пыль с тумбы, чтобы положить пакеты. - Хотя бы это сотри. Я и сам не понимал, почему еще не стер ее силуэт с пола. Возможно, я думал, что так задержу ее рядом. Так она не покинет меня... Но на самом деле, я просто не могу подойти ближе к тому, что свидетельствовало о ее смерти. Каждый раз я обхожу это место в квартире. Спустя время это стало привычкой, истоков которой я порой не мог сразу вспомнить. Как упорно не видел пыли и беспорядка, который, как оказалось, оставили родители Алисы. Вот, почему я чувствовал холод в квартире до сих пор. Все потому что она была пуста. В ней больше не было ничего, что напомнило бы мне о любимой, кроме мела на полу. Родители Алисы забрали все ее вещи, все документы и все фотографии, которые только могли быть у нас. Несколько дней я безудержно искал хотя бы клочок ее платья или платка, хотя бы те розовые тапочки, которые она так любила. Но не нашел ничего. Даже наши общие фотографии были порваны пополам...Ее больше не было в этом доме. Я остался один. - А смысл? - безэмоционально проговорил я, рыская по пакетам в поисках спиртного. - Я все равно никого не жду. - А я для тебя что, никто? Я поднял на друга глаза и посмотрел так, будто бы он говорил что-то непонятное. Почему-то я не мог понять, как Паша мог такое спросить. Не то, чтобы он сомневался в нашей дружбе, а то, что он считал по-другому, не так как я. И он почему-то все еще видел смысл в том, что нужно что-то менять. - Идем выпьем, а? - сказал я, показывая на бутылку коньяка. Паша странно смотрел на меня. Не удивительно. Когда последний раз я брился? А спал? Все это точно отразилось на моем исхудавшем лице. Темные круги под глазами стали фиолетовыми, от накаченного тела остались лишь отголоски. Я будто бы постарел на десять лет, а по факту только на год. - Перед тем как пойдешь к моей жене, приведи себя в порядок. Прояви уважение. - произнес Паша, опустошая первую рюмку. - Какой еще жене... - отстранено произнес я, наливая по новой. - Я же рассказывал тебе. - Ты опять уговариваешь посетить твою психиаторшу? - я сморщил лицо от недовольства. - Я не псих. Кошмары не снятся больше...Я н-нормальный! -Уверен? - странно спросил Паша, поднося стакан ко рту. - Более чем, - коротко ответил я. Допив бутылку, Паша ушел, а я засел за компьютер. На пустом рабочем столе висела одна единственная иконка. Это была наша с ней игра. Я уже порывался удалить ее, но каждый раз садясь за стол случайно кликал на иконку и пропадал из реального миру на пару троек часов, то и дело окунаясь в приятные воспоминания. Как сделал и сейчас. Внутри-игровой помощник сообщил о том, что в реальном мире уже далеко за полночь. Глаза уже резало от электрического света, пальцы болели, болела и душа. От выпитого алкоголя голова раскалывалась на кусочки, поэтому я замертво рухнул на кровать и сразу же уснул. Проснулся я от шороха на кухне. На часах было семь утра. Из кухни доносился приятный запах. Встав с кровати, я на ватных ногах направился к источнику запаха. В зале горел свет. «Странно, » - подумал я, выключая свет. Шкаф был открыт. Вдруг в зеркале я увидел тёмную фигуру. Резко обернувшись с готовностью увидеть там нечто... Я ничего не увидел. Решив что ещё не полностью проснулся, я поплёл дальше на кухню. Заглянув за дверь, я увидел на плите сковородку. Сделав ещё пару шагов, я онемел : кото-то взял меня за плечо. Холод пробежал по всему телу, ноги стали совсем ватные, сонливость ушла, а после я услышал тяжёлое дыхание и шепот:-«Доброе утро, Мо». Вскочив с кровати, я огляделся. Это просто был очередной сон о той жизни, которая была у меня раньше. Я упал на подушки и попытался успокоиться, как услышал: -Мо? Ты чего не спишь? Это был обычный вопрос Алисы, когда я просыпался от кошмаров посреди ночи. Ее голос был сонный, но ласковый. Я так скучал по нему и потому не придал значения услышанному. Я лёг, прижав Алису к груди и начал засыпать, пока не вспомнил... Что Алиса уже давно мертва. Дыхание сбилось, тело задрожало, сердце ускорило свой бег. Оттолкнув нечто от себя, прижался к спинке кровати. Существо сидело в темном углу комнаты. Оно не двигалось, а я боялся даже просто дышать. Я смотрел в тёмные не мигающие глаза той, которую раньше называл любимой. Это точно была Алиса. Её волосы клочками свисали с бледной и помятой головы. Они были в чем-то темном и засохшем, от чего казались противными сосульками. Серое безжизненное лицо существа было все в синяках и грязи. У рта зияла дыра. Кусок мяса отвалился и висел у шеи. С него что-то противно и громко капало. Моя любимая девушка или то, что от неё осталось стояло на четвереньках. Её ноги неестественно выгнулись, а руки царапали пол грязными когтями. Алиса была голой. Её грудь некрасиво висела и была вся в царапинах, а в животе что-то шевелилось. Я подавил пристут рвоты. Мелко дрожа, я пытался понять, что чувствую. Это был страх? Жалость? Грусть или злость? Всё чувства перемешались. Я сумел только хриплым голосом спросить : - Кто это сделал с тобой? - Тыыы…. – глухим голосом прошипело существо и кинулось на меня, царапая пол. Проснулся я мокрый от холодного пота, градом падающего с моего лица. Тело дрожало, мои зубы стучали. Раньше я бы заплакал, но сейчас мне было просто страшно. Вскочив с постели, я осмотрелся. В том углу больше никто не сидел, и следов прибывания Алисы на полу не осталось. Я сжал голову руками. "Это плохо... Эти странные сны в конце-концов доконают меня. Это уже не просто странно, это страшно...Надо что-то сделать, иначе я рискую попросту не успеть проснуться," пронеслось у меня в голове. Я ещё долго не мог заставить себя встать с кровати. Услышав стук в дверь, я кое-как пересилил страх и рванул в прихожую. Взглянув в глазок, я у видел Пашу. На сердце стало легче, страх слегка улетучился. Я открыл дверь. - Ты уверен, что тебе не надо к доктору? -тревожно спросил друг. - Уже нет, - ответил я и прямо не сходя с порога выговорил Паше все, что увидел этой ночью. С каждым словом, груз на сердце терял свой вес, а на глазах появлялись слезы. - М-да. - произнес Паша, почесав затылок. - Может, это сонный паралич...Хотя я не психиатр. - Собирайся. - продолжил друг. - Алеся принимает с часу дня, успеешь доехать...Лучше нее тебе никто не поможет. Я так и не понял, зачем приходил Паша, но сказав это он сразу же удалился. Я начал судорожно собираться и выбежал на улицу буквально через 15 минут. Теперь я боялся находится один в этом доме. Смотря как едут машины, я шел по аллее. Вокруг было солнечно и тихо. Я был единственным посетителем этого парка. Проходя мимо берёз, я пытался ни о чем не думать. Умиротворение, царящее в тени истинно русских деревьев, было мне чуждо. Казалось, что я не на своём месте. Я шёл медленно и практически не осматривался, поэтому сильно дернулся от испуга, когда услышал: -Не двигайтесь. Я повернул голову в левую сторону. Там, на скамейке сидела девочка с книгой. На вид ей было 15 или 16 лет. Две русые косички лежали у нее на плечах и доставали до локтей. На лбу лежала редкая челка, кончики которой касались толстых стекол круглых очков. Они показались мне слишком большими. Сама молодая особа была одета в клетчатый сарафан поверх белой блузы. Девочка сердито смотрела своими голубыми глазами, сжимая маленькую книгу в руках. Я не понимал, что было причиной ее недовольства, пока не посмотрел вниз. Моя нога висела в паре сантиметрах от её ступни . - Смотрите куда идете, а не на меня, господин маньяк. - огрызнулась девочка и погрузилась в свою книгу. Почему-то, от слова "маньяк" меня заметно передернуло. В голове за шумело. Мир вокруг начал расплываться и качаться. Летние краски будто бы развели водой, и они начали стекать, смешиваясь между собой. Я не понимал, что происходит, но то, что меня сильно мутило было ясно, как белый день. Я присел рядом с девочкой на скамейку, придерживая голову, и выдавил: -...Маньяк? Я? Почему? - вяло спросил я. - Потому что вы слишком странно на меня смотрели. - произнесла девочка, не отрываясь от книги, но заметно отодвинувшись от меня. Это было не удивительно. Маленькая фигура, гордо восседая на скамейке и идеально держа осанку, была четкой и не рябила, как все вокруг. Я смотрел на нее и думал, почему я чувствую диссонанс, который она создает с окружающей средой. Что-то в девочки было не так. Мне показалось, что я видел ее сквозь дырку в пелене, в который был окутан. Мир все еще качался, когда девочка в очках с достоинством встала со скамейки, поправив сарафан. Поняв, что единственный остров спокойствия и четкости собирается скрыться из моего поля зрения, я запаниковал. - Стой! - закричал я вслед моего спасения из этого кошмара. Девочка обернулась только тогда, когда дошла до дороги. В тот момент мне показалось, что ее голубые глаза засверкали...Это был свет от фар. Я понял это в самый последний момент. Фура неслась с огромной скоростью, становясь одним расплывчатым потоком. Я не слышал скрипа тормозов, просто потому что кровь шумела в ушах. Когда я понял, что это девочка с косичками сейчас умрет, внутри все скрутило. Что это? Что это было за чувство? Я, добежав за секунду до девчонки, потянулся к ней, желая только одного - чтобы она жила. Она должна была выжить, а не я... - Сумасшедший! Меня откинуло куда-то назад. Я сильно ударился копчиком, прокатившись на нем метр по асфальту. Потирая ободранными руками больное место, я не мог понять, что произошло. Мир вокруг перестал плыть. Парк наполнился людьми и зашумел. Куча людей собралась вокруг меня и... Девочка. Но эта была другой. Молоденькая девочка стояла, опираясь руками в свои коленки. Она тяжело дышала и поправляла копну рыжих кудрявых волос. Вся ее одежда говорила о том, что передо мной была студентка ближайшего колледжа. Да, только выглядела она совсем немного старше той, которую я так хотел спасти... - Где она!? - закричал я, удивившись тому, как много во мне появилось сил после того, как мир передо мной остановился. Голова студентки вздернулась и ее зеленые глаза метнули в меня молнии гнева. Я не придал этому значения, потому что искал глазами ту, что скорее всего уже мертва. Грузовик стоял в стороне. Водитель высунулся из кабины и орал на меня матом. По дороге тянулся тормозной путь, но...Крови не было. Нигде. Ни капли. значит она могла выжить. Я искал русые косички в толпе людей, но видел только рыжее облако волос, чья хозяйка сейчас надвигалась на меня. - Надеюсь, ты ищешь меня, свою спасительницу. Я смотрел на нее полным непонимания взглядом. Она, видя мое замешательство, сменила гнев на милость и присела рядышком со мной. - Где девочка с косичками? - спросил я, поворачиваясь к ней. - Какая девочка? - она странно покосилась на меня и неожиданно придвинулась ближе, прикладывая руку ко лбу. - Ты перегрелся что-ли? Понятно тогда зачем на дорогу выбежал. Кепки надо носить. На, держи мою. Студентка вынула из своей большой сумки черно-белую кепку и нацепила ее мне на голову. Щелкнув мне по носу, она засмеялась, прошептав "Ну и дурачок." Люди начали расходиться. Водитель махнул рукой и уехал. Рыжеволосая девочка сказала, что я переходил по зебре, а водитель просто не увидел меня. - Поэтому проси компенсацию побольше. Можно даже пол-ляма. - насмешливо говорила студентка. - Тем более ты же у нас дурачок. - Не псих я. - отмахнулся я от "своей спасительницы", поднимаясь на ноги. Вся моя одежда была грязной. - Уверен? - спросила девочка, не вставая со своего места на теплом асфальте. Я задумался. "Не уверен…" пронеслось у меня в голове, но вслух ничего не сказал. Время уже поджимало, и я решил продолжить свой путь к психиатру...Только сначала еще раз осмотрелся Она не могла мне привидеться. Вспомнилось как рябило окружение вокруг. Но она то была четкой. Значит, она точно существовала. Просто успела убежать. -Кого ищешь? - неожиданно появилась в моем поле зрении рыжая. Она игриво спрятала руки за спину и смотрела прямо мне в глаза. Я не понимал, что она хотела от меня, но и обидеть не хотел. Все таки, как-никак, она мне жизнь спасла. Эта маленькая рыжеволосая девчонка, которая весила как мешок картошки. Моя спасительница была приятной наружности, но уж слишком молодой на вид. Вдруг её лицо расплылось в хитрой улыбке. - Понравилась? - студентка покрутилась у меня перед глазами, кокетливо дергая полы юбки. -Что тебе нужно, девочка? - спросил я, состроив милое лицо. - Ну, во первых, хотя бы спасибо услышать. - строго начала она. - Во вторых, жду пока спросишь мое имя. - Спасибо тебе огромное. А как тебя зовут? - неожиданно для себя я покорился ей.- А зачем мне твое имя? - Как зачем? Разве ты не хочешь знать имя своей новой девушки? - пропела рыжая, беря меня под руку, с её лица не слазила та улыбка, добавляя ей немного шарма. Я разом остановился. - Новой кого? - в ужасе прошептал я, наклоняясь к девочке. -Анастейша! Приятно познакомится, милый! От абсурдности данной ситуации у меня зашумело в голове. Я отдернул Настю от себя, аккуратно направил в другую сторону и мягко толкнул, в надежде, что сама уйдет. Надежда была слабой и глупой, но, с чем черт не шутит, может, она тоже очередное «мое видение». Студентка хотела обернуться, но часы на здании колледжа пробили ровно 12. -Еще увидимся, любимый! - воскликнула она, и помахала мне рукой. От её слов меня передёрнуло. Я очень наделся, что ее слова не сбудутся. У меня был еще час до приема, но до больницы было далеко топать. Поэтому я постарался выкинуть все из головы и ускорил шаг. Спустя пол часа я стоял у ресепшена. -Здравствуйте, чем могу помочь?-Спросила женщина в белом халате. - Я записан на час к...- я запнулся. Как Паша ее назвал? - К Алесе?... - Вы Василий Иванович? - спросила женщина, улыбаясь. - Вы записаны на час к Алесе Анатольевне. Второй этаж, 37 кабинет. Я бы сгорал от стыда, если бы не взявшийся из неоткуда страх. И боль. Эта женщина обязательно будет трогать то, что я так усердно прятал в глубине души все эти месяцы. Спустя пол часа поисков, я нашел нужную дверь и постучался. -Заходите.-Донеслось из кабинета. -Здравствуйте, меня зовут Василий, я к вам по записи. – Открыв дверь, неуверенно сказал я. -Да-да, помню, муж о вас рассказывал. – Сказала женщина, перебирая бумаги. Алеся была красивой. Женщина примерно тридцати лет выглядела очень располагающе. Ее слегка растрепанная русая коса лежала на плече. Из-под халата выглядывал ворот бежевого махрового свитера. На глазах у доктора были узкие очки, которые скрывали под собой серые неброские глаза. В целом, Алеся Анатольевна складывала впечатление простой и доброй женщины, и все ее небрежность в образе только уводило от мысли, что я еще в больнице. Но что-то мне не нравилось в ней. А точнее в ее кабинете. Он был будто с картинки и просто сиял от чистоты и порядка. С такой хозяйкой как Алеся, он не мог быть таким. Доктор мило улыбнулась мне и предложила присесть на диван. - Я оповещена о вашей проблеме, но хотела бы узнать, как вы думаете, в чем она заключается на самом деле? - Алеся немного помедлила, и попросила. - Можно на "ты"? - В том, что мой смысл жизни убили? - угрюмо спросил я, ожидая "задушевного" разговора. - А конкретнее. - как можно мило спросила Алеся Анатольевна. - Проблема в том, - начал я, опираясь на колени. - Что Алиса - мертва. Доктор отложила бумаги. Я увидел, как ее бровь дернулась, но больше ничего в ее лице не выдало ее напряжения. Алеся пересела на противоположный от меня диван и начала наш разговор: - Расскажите, как изменилась ваша жизнь после ухода любимой? -И так ясно, что изменилась в худшую сторону. После того как я вышел из комы, меня некоторое время посещали кошмары, из-за чего я боялся спать. Зная что там я увижу Алису... – ответил я, опустив голову к полу. - А что было в ваших снах? – спросила Алеся, что-то записывая. -Я не хочу вновь переживать это, пусть даже просто в голове. – тихо произнес я, ежась. - Я вас прошу... Весь сеанс состоял из разговоров о моем нынешнем душевном состояние. Могу сказать по ее глазам - все хреново. Домой я пришел разбитым и уставшим. Зачем эти врачи лезут так глубоко? Это же очень больно. Было безумно больно вспоминать о Алисе. А эта врачиха все требовала больше и больше рассказывать. Когда я добрался до своей холодной кровати, я уснул на ней мертвым сном. И никакой кошмар меня от него не разбудит.