В начале они встретят Рождество

Матео Торрес 23:30 По глазам ударяет яркая вспышка белого света, и через мгновение привычная жизнь сменяется новой реальностью. Все еще ослепленный и сбитый с толку я оглядываю окружающее меня пространство в надежде понять, куда занесло мою бессмертную душу. И тут мой взгляд фокусируется на мерцающих огоньках. - Не может быть, - шепчу я себе под нос, продвигаясь вперед. Я буквально врезаюсь в громадное переливающееся разными цветами дерево. Среди гирлянд, серпантина и елочных шаров виднеются стеклянные фигурки ангелов с сердцем в руках. Завороженный я протягиваю к ним руку, не обращая внимания на колючую хвою. Стоит моим пальцам сомкнуться вокруг подвески, как справа, подобно взорвавшемуся фейерверку, появляется пышно накрытый праздничный стол. - Что происходит? – спрашиваю я самого себя. - Кажется, - позади раздается знакомый мужской голос, - сегодня Рождество. Руфус Эметерио 23:35 Первое, что я вижу после нескончаемой темноты – это спина Матео. Затаив дыхание, я наблюдаю, как он, запрокинув голову, рассматривает рождественскую ель. Похожие на россыпь звезд блики от гирлянды на его волосах лишают меня дара речи. Это правда он. Но как это возможно? Заметив растерянность Матео после появления до отказа набитого едой стола, я решаю выйти из тени. - Руфус? – облегчение на его лице сменяется искренней радостью, и он бросается в мои раскрытые специально для него объятия. - Это я, - с трудом произношу я, зажмурившись. Из уголков глаз против воли выступают слезы счастья. Матео Торрес 23:40 Я с жадностью цепляюсь за рукава его темно-серой флисовой куртки, до сих пор не веря в происходящее. Кажется, мы оба охвачены неконтролируемой дрожью во всем теле. - Мы так и не попрощались, - замечаю я, немного успокоившись. - Да, но мы обменялись куда более важными словами, - напоминает Руфус, хитро улыбаясь. От разговора нас отвлекают неожиданно вспыхнувшие огнем свечи, расставленные по всему столу. - Думаю, нас приглашают поужинать, - предполагаю я. Через минуту мы, держась за руки, устраиваемся на соседних стульях. На наших тарелках лежат небольшие конверты, открыв которые мы находим небольшую записку: «В конце ужина, когда услышите бой курантов, не забудьте загадать желание». - Как странно, - заключаю я, пробуя на вкус рождественский Egg Nog, - это вкусно. - Попробую это. - Руфус отрезает себе кусок мяса, смазанный медом. Руфус Эметерио 23:47 Заметив на другом краю стола яблочный пирог, я направляюсь к нему. - Позволь за тобой поухаживать, - говорю я покрасневшему Матео. - Я не против, - отвечает он, передавая мне свою тарелку. Поужинав, мы подходим к густой ели и, не сговариваясь, вместе тянемся к одному и тому же большому шару золотого цвета. Когда наши пальцы соприкасаются, я чувствую себя снова живым. Разве может до краев наполненное любовью сердце не биться? - Мне хотелось, чтобы мы вместе умерли во сне, - признаюсь я. - Это было бы слишком хорошо, - с грустью в голосе размышляет Матео. – Я кое-что помню из последних секунд жизни. - Что же? – я глажу его по горячей щеке, не понимая, как она может быть не настоящей. - Я собирался приготовить для нас чай, - он задумывается, - кажется, мятный. Ты любишь мятный чай? - Само собой, - отвечаю я, - но не так сильно, как тебя. - Руф… - вырвавшаяся наружу боль искажает прекрасное лицо Матео. - Знаю, - я прижимаюсь губами к его лбу. Перед тем, как раздается звук курантов, я успеваю поцеловать Матео в последний раз. - Уже решил, какое загадаешь желание? – спрашивает он, смотря мне в глаза. - То же, что и ты. Матео Торрес 00:00 Когда приходит время, мы с Руфусом шепотом произносим одно желание на двоих: "Хочу встречать каждое Рождество только с тобой".