Новая жизнь

      — Эмбер, что-то случилось? Чего ты там испугалась? — обеспокоенно спросила девушку Синьора.       — Они… Самолёт… — пыталась рассказать Эмбер, почему же она дрожит, но у неё это плохо получалось.       — Эмбер! Кто они? Что за самолёт… — прикрикнула Синьора, но резко понизила голос, как только начала произносить слово «самолёт». Кажется, она обо всём догадалась.       — Да что произошло? Кто они и что за самолёт? — не выдержал Скарамучча и, выдернув телефон с рук брюнетки, посмотрел на экран и ужаснулся. В новостях говорилось:       «В самолёте, который отправился в пол четвёртого из Ли Юэ в Мондштадт, авиатор не справился с управлением и они начали падать. В итоге транспорт упал рядом с городом, а если быть точнее, то возле маленького городка «Спрингвейл». Многие пассажиры получили сильные травмы, а некоторые погибли на месте происшествия. Сейчас больницы заполнены большим количеством людей, так как пострадавших неимоверное количество. На этом всё. Ждите следующих новостей».       Скарамучча прочёл это вслух и было заметно, как дрожал его голос, пока он осведомлял друзей и себя.       Двумя часами раннее.       — Пижамы! Мы дождались! — радовалась прибывшей одежде Эмбер.       — За мои деньги, — всплакнул Чайльд, понимая, что нужно будет потом перекинуть себе на карту ещё пару миллионов моры, а потом перевести их в бумажные, — Не так долго они и ехали, тебе показалось.       — Ой, да ладно тебе, — произнесла Синьора, ища свою пижаму в большой коробке.       После того, как ребята распаковали посылки и переоделись в одежду для сна, они сидели в кругу и о чём-то разговаривали. На кухне кипел чайник, но когда они услышали свист на весь дом, Казуха встал со своего места и начал спускаться с лестницы на первый этаж. За ним поднялся Скарамучча и пошёл вслед за своим парнем. Их друзья сидели на своих местах и просто наблюдали за, спускавшимися вниз, макушками.       — Казуха, подожди, я с тобой! А то оставил меня с этими придурками, — подбежал к нему Скарамучча.       Тот лишь улыбнулся подошедшему парню.       Они вместе направились на кухню, а там и выключили чайник, который, будто, взорвётся, подождав они ещё чуток. Один взял кружки и насыпал в них сахар. Другой, насыпав заварки, залил чашки кипятком. Сделав всем присутствующим чай, они поставили кружки на поднос и занесли в комнату. Все удивились, почувствовав, какой аромат исходит от чая.       — Что за чай? — принимая кружку в руки, спросила Эмбер.       — Лунцзин, один из самых популярных сортов чая в Ли Юэ. Он очень ценится своим ароматом и нежным цветочным привкусом, — с радостью ответил Казуха на поставленный вопрос.       — Ого, он и правда на вкус такой нежный, а запах, м-м, — наслаждалась девушка горячим зелёным чаем.       Остальные так же приняли кружки в руки и распробовав вкус, посыпали Казуху вопросами о происхождении этого чудесного напитка.       Буквально через полчаса, они все сидели, закутавшись в одеяло, и смотрели ужастик, который настоятельно рекомендовали Тарталья со Скарамуччей, говоря: «На пижамных вечеринках не обойтись без фильма ужасов!»       Сейчас шёл момент, где мать, потерявшая своего ребёнка в школе, пытается найти вход в учебное заведение, так как все входы и выходы закрыты. И тут выскакивает скример. Громкий звук и неизвестно откуда посыпались люди в чёрных и белых масках.       — Блядь! — испугавшись, выругалась Синьора, не ожидая такого поворота событий. Скарамучча не подавал виду, но сам же сжал руку Казухи ещё сильнее, от чего второй невольно зашипел от боли.       — Я чего-то не понимаю или я просто тупая? — говорила Эмбер, задумавшись, откуда всё-таки вылетели эти люди в масках. Она, можно сказать, единственная не пугается ужастиков, уже привыкла. Но и Казуха не промах, виду не подаёт, хотя в душе ненавидел ужастики.       — Не зацикливайся на этом, моя дорогая, — сжал ещё сильнее одеяло Тарталья.       Они продолжили просмотр и спустя ещё каких то двадцать-тридцать минут, началось.       — Для себя отмечу, что тот парень в белой маске и в белой толстовке — краш, — заговорила Эмбер, видя, что происходит на мониторе. Этот человек сидел на школьных шкафчиках и наблюдал за своими жертвами, которые ничего не подозревая, расхаживают по пустынным коридорам, пытаясь найти выход.       — А мне в чёрной маске больше нравится, он более мужественный, — подметила для себя Синьора, тем самым продолжая тему, которую подняла Эмбер. На эти слова послышался хлопок о лоб со стороны Тартальи.       Закончив смотреть фильм, брюнетке на телефон пришло сообщение о новостях в Мондштадте.

***

      — Что нам делать? — нахаживала круги по комнате девушка, повторяя одну и ту же фразу.       — Чёрт, как такое могло произойти? — недоумевал Тарталья, который так же, как и Эмбер, не мог усидеть на месте.       — Блядь, вот это пиздец, — было видно, что Скарамучча не слабо так волновался.       — Надо надеяться на лучший исход, не стоит думать о плохом, — говорил Казуха, пытаясь успокоить своих друзей.       — Блядь, если ты привык к тому, что твои друзья умирают — не значит, что мы привыкли! — Скарамучча сам испугался своих слов, после того, как Казуха резко изменился в лице.       — Что… — он невидящим взглядом блуждает по лицу своего парня, пытаясь переварить то, что тот сказал ему.       — Что я только что спизданул… — произнёс Скарамучча, сразу после того, как из комнаты вышел Казуха. Все находящиеся в комнате с недоумением смотрели на парня, безмолвно прося у него ответы. — Слушайте, мне, блять, сейчас не до ваших вопросов! — поняв глухие намёки друзей, Скарамучча вышел вслед за Казухой. После чего у Эмбер зазвонил телефон.       — Д-да? — она поставила на громкую связь, так как номер был неизвестным.       — «Здравствуйте, это Эмбер?» — послышался мягкий и певучий голос девушки.       — Да, это я. Вы кто?       — «Ох, я Барбара, помнишь меня? Мы с тобой в одном классе учились, так вот, я учусь в медицинском и сейчас у нас практика, поэтому нас предупредили, что самолёт недавно упал и больницы сейчас заполнены большим количеством людей. Так как ты близка с Эолой Лоуренс, а она важная шишка, мне сказали, чтобы я спросила у тебя, не летел ли кто в этом самолёте?»       — А? Ах, да! И-Итэр и Люмин, они ведь живы?! — поперёк горла встал противный ком и было сложно ответить на заданный вопрос.       — «Хорошо, я сейчас просмотрю бумаги, подожди пару минут, пожалуйста, » — с той стороны телефона, послышался звук бумаги и как листы страниц перелистывают. — «Нашла! Да, они живы. У Люмин перелом лодыжки и кисти правой руки. Итэр же в более тяжёлом состоянии, он сильно ударился головой, поэтому мы предполагаем, что у него либо сотрясение, либо амнезия. Но больше склоняемся ко второму варианту, так как он долгое время не приходит в сознание, » — рассказала девушка про близнецов, все аж выдохнули с облегчением. Слава Архонтам, что они живы.       — Спасибо большое, что осведомила нас! Огромнейшее тебе спасибо! — у Эмбер уже пошли слёзы счастья, что они живы, как и у Тартальи с Синьорой. Но сам тот факт, что у Итэра может быть амнезия, не давала никому покоя.       — Так, — начала Эмбер, приведя себя в порядок, — Что насчёт Скарамуччи и Казухи, у них там всё нормально? — посмотрела она в сторону Тартальи, так как он ходил к ним, чтобы рассказать о произошедшем.       — А, ну, я точно не знаю, но вроде бы они разговаривали в комнате, поэтому я не сказал про Итэра и Люмин, так как они меня не впустили, — ответил Тарталья, видя опечаленные взгляды своих друзей.

***

      — Казуха, стой! Подожди! — кричал вслед уходящему блондину, Скарамучча, но тот даже не поворачивался. — Стой! — он его догнал и схватил за руку. — Прости, прости, пожалуйста! Я не подумал, что сказал, я искренне сожалею! — сбивчиво извинялся Скарамучча с горечью в глазах.       — Какой это уже раз по счёту, когда ты «нечаянно» говорил про него? — всё-таки повернулся Казуха, лицо которого было мокрое от слёз.       — Я… Я не знаю, но я правда сожалею! Я не знаю, что на меня нашло! — сказал он и предательская слеза тут же скатилась по его щеке. Заметив это, у Казухи в сердце что-то неприятно кольнуло.       — Я подумаю, — развернулся Казуха и ушёл на кухню. А Скарамучча так и остался стоять посреди комнаты, которая будто опустела после выхода блондина.       — Может, стоило его простить? — сидя за столом на кухне, он разговаривал с Бей Доу и Нин Гуан.       — Хм, возможно. Томо давно покинул наш мир и сейчас он никак не относиться к тебе или Скарамучче.       — Я знаю, но всё же это больная тема и он очень сильно задел меня! Опять, — раздумывал над своим поступком Казуха.       — Но всё же, думаю, тебе стоит его простить, — продолжала Нин Гуан.       — Я тоже так думаю, — согласился Казуха и встал из-за стола и направился в комнату, в которой он его оставил.       Зайдя в комнату, Скарамучча так и остался стоять на том же месте, только низко опустив голову. Увидев это, у Казухи в груди что-то сжалось и он набросился с объятиями на парня, стоящего в недоумении. Блондин его крепко обнял, после чего, постояв так пару секунд, он получил несмелые, взаимные объятия.       — Ты простишь меня? — с надеждой спроосил Скарамучча, ещё крепче обнимая своего возлюбленного.       — Уже давно простил, — ответил Казуха.       Они простояли так ещё немного, а потом за ручку вернулись в комнату, где их уже заждались друзья.       — Вы помирились? — воскликнула Эмбер, заметив их скреплённые руки.       — Ага, — в унисон подтвердили они.       — Тогда у меня есть для вас две новости. Одна плохая, другая хорошая, с какой начать? — спросила юношей брюнетка.       — Давай с хорошей, — произнёс Казуха.       — Итэр и Люмин живы!       — А плохая? — на этот раз спросил Скарамучча.       — Ну а плохая, это то, что Итэр долгое время не приходит в сознание и есть подозрения, что у него амнезия. Люмин сломала ногу и кисть руки, но так она в порядке, лежит под капельницей, — ответила Эмбер с нотками грусти.       — Надо предупредить Сяо, а то опять будет злиться, что узнаёт всё самым последним, — опомнился Тарталья, беря в руки телефон, — Он не подымает, линия занята.       Тем временем у Сяо.       Он сидел на кровати и просматривал сообщения в группах, но тут ему поступил звонок от неизвестного номера. Он немного помялся, но поднял трубку и ему ответил хриплый женский голос.       — «Это Сяо?»       — Да, а вы?       — «Ох, привет, как у тебя дела?» — девушка начала с приветствия.       — Я задал вопрос, кто вы? — стоял на своём Сяо и не желал отвечать.       — «Какой ты зануда, Люмин я, » — всё-таки ответила девушка.       — Люмин? А, прости, надо раньше предупреждать, не нагрубил бы. И что с твоим голосом?       — «А голос Итэра ты бы сразу узнал, вот только он не сможет тебе ответить. Насчёт голоса, сейчас объясню.»       — Почему не сможет? Я слушаю…       Люмин объяснила ему всё, что произошло.       — «В принципе, всё. Кстати, можете приехать к нам, буду ждать. Очень надеюсь, что Итэр к этому времени очнётся, » — от рассказа у девушки охрип голос ещё сильнее. На той стороне телефона ничего не было слышно, лишь молчание брюнета. — «Сяо-о, ау-у, ты здесь?»       — Д-да, прости, эм… Мне нужно побыть одному, поэтому, — он не успел договорить, как его перебили.       — «Конечно-конечно, тогда позвонишь мне, когда вы решите, ехать вам или нет, » — сказала девушка и, услышав «ага», положила трубку.       — Как такое могло произойти? — недоумевал Сяо, но через мгновение, заметил один пропущенный от Чайльда. — А он-то зачем мне звонил?       Он набрал номер Тартальи и ждал, пока тот ответит. Через пару секунд гудки прекратились и Сяо услышал его голос. Парень на другой стороне телефона сразу начал говорить о том, что говорилось в новостях и что Итэр с Люмин в больнице, но его быстро остановили, так как брюнет всё уже знал. Но он также уведомил Тарталью о том, что разговаривал с Люмин и узнал он всё тоже от неё.

***

      — Здравствуйте, ваш брат очнулся, хотите ли вы его увидеть? — спросила медсестра, войдя в палату к девушке.       — Конечно!