Catch the nameless - easy!

      Антон       Скорая приехала буквально за десять минут, что меня приятно удивило. Все это время я не мог прийти в себя — состояние Арса меня пугало, но не так сильно, чтобы впасть в ступор и тупо глядеть в стену, пытаясь проломить вход в Нарнию. Я знал, что при таких моментах делать и что надо сделать потом. Психолог. Только он поможет и разберёт, поможет и расскажет. Короче — поможет. И не короче тоже.       Арсению измерили давление, изнасиловав его руку вздувающимся аппаратом, попутно дав какое-то лекарство, завещав спокойствие и строго наказав не волноваться и отдыхать. Что же…какой покой, если буквально завтра мы собираемся столько стрессовать, что на всех жителей планеты хватит. Это меня больше всего волнует — что будет с Арсом?       Я обеспокоенно следил за мужчиной и старался сильно этого не показывать… Больно заломав руки в сотый раз и измученно выдохнув, я нашел эти морские глаза, которые уставились на меня. С интересом, изучающе…       — Ну не смотри ты на меня.       Я поменялся в лице — сейчас в голове бардак, а он тут… Резко встав, мне пришлось прошаркаться на кухню, чтобы поставить чайник, но потом вернулся обратно, посасывая большой палец. Нет, так нельзя. Все таки оставлять его одного не хорошо, тем более в таком состоянии.       — Думаю, сегодня ты ничего не слышал, что мы обсуждали. Плохо, Арс, плохо.       Мужчина недовольно стрельнул на меня взглядом исподлобья, сводя свои брови вместе.       — Короче. Одежду я тебе приготовлю, уже наметил что. Реквизит готов тоже.       Арсений внимательно слушал меня, придерживаясь одной рукой за мохнатую голову довольной Марты. Той было по кайфу — хозяина она полюбила практически сразу. Вот бы вместо нее был я.       — Письмо, между прочим, отправлено, получено и уже дан ответ, — вспомнил я, — ну не смотри ты на меня так, слушать надо было!       Попов цокнул, закатив глаза, но я на это внимание не обратил. Хоть обцокайся.       — Расходимся на небольшом расстоянии, чтобы не дай бог что-то пошло не так. Ваше место встречи это кофейня, затем подворотня, то есть моё место, — я подчеркнул это слово, — и магазин дальше.       Арсений испуганно взглянул на меня, явно забыв, что это за здание.       — Тихо, не нервничай! Красочный. У него красная вывеска, — улыбнувшись, протароторил я.       Мужчина ушел в себя, явно о чем-то задумываясь. В этот момент чайник закипел, протяжно завывая. Марта же подхватила этот своеобразный звук и тем самым нас рассмешила. Что ж…       Страшно. Да.       Арсений       Шастун убийственно зыркнул на меня, как бы осуждая за то, что я всё пропустил, но извините меня, я не знал что со мной творилось, поэтому блять и слушать нормально не мог! Ладно, я спокоен. Спокоен, как удав. Задушенный.       — Хорошо, понял, но это я всё ещё знал, когда собирались у Оксаны, — я прошёл на кухню, подняв голову. Ну потому что память на такие вещи у меня отличная, а лекарство плюсом оживило, правда хрен знает насколько.       "Довыебываешься, что тебя потом кипятком обольют и холодную воду перекроют"       Я рассмеялся со своих мыслей, правда, немного истерично.       Антон налил нам чай и достал какие-то печеньки из верхнего ящика. Откуда они там взялись, я не знаю, но может они всегда там были…       — Да, хорошо, я постараюсь больше не выпадать, честно, — Шастун выгнул бровь — и таблетки завтра приму перед выездом, — парень немного приподнял голову, как бы задавая очередной вопрос, — включу звук на телефоне, лягу раньше, оденусь нормально и да, я люблю тебя.       Он, удовлетворенный моим ответом, кивнул и улыбнулся, беря в руки горячую чашку с чёрным чаем и делая глоток. Я вторил его действиям.       На кухне было холодно — мы открывали форточку, когда уходили. Кто знал, что за такое время, наша квартира превратится в Димкин крематорий.       После завершения небольшого чаепития мы легли спать, молясь за завтрашний день.       Антон       Ночь была крайне беспокойная. Я просыпался как минимум десять раз, каждый из них стараясь себя успокоить, дать понять — Антон…ляг дальше спать, все завтра будет хорошо, твои друзья профессионалы.       Мог ли я считать их друзьями? Да. Мог. Спустя столько времени и всего пережитого, я смело могу заявить — что эти люди мои друзья. И я надеюсь — будущие коллеги.       Катя написала, что они хорошо провели время с Димой, хоть это и было их первое знакомство, но Позов показал себя с самой лучшей стороны, пригласив ее прогуляться, зайти в кафе, не забыв заплатить за нее. В общем, оба были довольны, а значит — доволен и я.       Девушка рассыпалась в коротких сообщениях, что не может описать, как это было классно. Похоже Димка понравился ей, и они договорятся на сотрудничество. Все-таки как хорошо…что так сложилось.       Встав намного раньше Арса, я прошаркал до балкона, бесшумно открыв его.       — Блять… — тревога разрасталась с невероятной скоростью, стараясь заглушить все мои мысли, которые успокаивали меня.       Рука потянулась за старой, потрёпанной упаковкой сигарет, разрушая гробовую тишину неприятным шуршанием.       В одной футболке и штанах было, несомненно, холодно…но, кажется, я этого не чувствовал. Почему я так боюсь, словно собирался сдавать экзамен, словно пошёл рассказывать стих? Почему мне так сложно унять свои чувства и эмоции, которые льются через край, выливаясь наружу слезами?       Кажется, я себя накручиваю. Я должен довериться моим друзьям и Арсу, но легче от этого не становится.       Пепел слетел вниз.

…

      Я сидел на кухне, когда проснулся Попов, медленно прошаривая ко мне.       Арсений       Я встал с кровати, сонно потирая глаза, но на удивление бодрее всех предыдущих дней, ведь около нескольких недель я вообще не высыпался и постоянно ходил с большущими мешками под глазами.       — Доброе утро, — зевая, сказал я Шасту, заходя на кухню — ты давно встал?       Но мой вопрос проигнорировали и сказали только ответное «доброе утро». Значит, очень рано встал Шастун, тут как два пальца об асфальт, всё же элементарно, Ватсон!       К двенадцати часам мы должны были быть уже все на своих местах, ведь именно в это время маньяк должен был зайти в какой-то странный, подпольный и никому почти неизвестный то ли бар, то ли это был магазин, в общем, я так и не понял, но не суть, главное — поймать этого пиздюка помойного. План недо-магазина пере-бара мне вручили ещё тогда, но Попову планы не нужны — он профессионал своего дела.

…

      Время пролетело жуть как быстро, я начинал нервничать, да и не только я — Антону было страшно, хотя, чего уж скрывать, всем нам было очень страшно и беспокойно.       Мы сидели в машине чуть поодаль от того самого места и ждали смс Добровольского, ведь он находился в конце улицы и за всем следил. Моя часть плана была сцапать этого маньяка, когда он схватит Антона, но некоторое время подождать и дать фору, чтобы он не подумал чего-то лишнего.       Антон был одет в свою повседневную одежду: толстовка, джинсы и кеды. Я же был таким вроде и шпионом, а вроде и обычным бизнесменом, прогуливающимся по этой улочке до самой лучшей кофейни в городе.       На другой улице уже были наготове другие ребята вместе с Серёжей во главе, мало ли что пойдёт не по плану. Дима иногда что-то говорил по наушнику, но спрашивается зачем ждать сообщения от Паши, если Позов может и так всё сообщить? Это для подстраховки, все мы знаем для чего нужны запасные планы. Потому что план "Б" придумывают сразу, так как знают, что план "А" может не сработать. Но у нас в отделе иногда чистая импровизация.       Мои мысли прервал шепот Димы и поступившее на телефон сообщение «Пора». Сердце застучало сильнее, голова немного закружилась, а ноги заболели.       "Соберись, тряпка, яйца в кулак и погнал"       Я кивнул Антону, на что тот вторил мне и сглотнул ком в горле. На его лице было чистое…ничего. Я знал, что это значит. В его голове сейчас была каша из всего, что можно было бы туда запихать.       Сейчас всем страшно. Но как говорится, глаза боятся, а руки и ноги делают.       Мы вышли из машины и направились к кафе, но Антон остался ждать за углом, чтобы в подходящий момент выйти, а я зашёл в помещение и сел за небольшой вывеской, дабы наблюдать за всем происходящим на улице.       Антон       Вдох — выдох.       Но разум не успокаивался, говоря, что мол, МЫ ЩАААС УМРЕМ. Сердце бешено колотилось и отдавалось в горле неприятным чувством паники.       Руки сильно потели.       "Соберись тряпка, яйца в кулак и пошел"       Арсений мимолетно чмокнул меня, выходя из машины. Мы как только смогли, так сразу разошлись в разные стороны, стараясь не привлекать особого внимания.       Мимо ходили снующие туда и сюда люди, в разноцветных одеждах, словно сегодня был внеплановый парад, только салютов не хватало. Скоро зима, и казалось бы, время шло неумолимо… быстро. Когда на мои плечи успело столько спуститься?       С каждым моим шагом, я чувствовал, как приближался к собственной смерти. Ходить мне у Димки в крематории, пока не положат меня…в земельку.       В глазах темнело. От страха. Как. Мне. Не хватает. Арса. Тот уже завернул в кофейню, оглядывая помещение, засунув руки в карманы пальто. На моем дорогом мужчине смотрелось все шикарно, но вот его лицо… Его лицо заставляло сделать этот наряд более тусклым и угрюмым, ведь Арс переживал. Хотя стоило бы это делать, если он давно этим занимается?       А я нет.       Операция начнется только через минут двадцать. Предостеречься все-таки надо. Я увидел ребят, каких когда-либо замечал в отделении. Стало спокойнее, но всего лишь на малость.       Арсений       Я решил заказать себе кофе, чтобы успокоиться, потому что работаю так-то там, где нервничать вообще категорически запрещено. Да и плюс, не буду выделяться среди посетителей заведения. Иначе это было бы довольно…странно.       "Согласись, будь это обычный левый человек вместо Антона ты бы и бровью не повел"       А ведь и то верно, мои переживания и стресс сейчас только потому, что мне страшно за него, за моего мальчика, что с ним может что-то случиться. Ох, как я люблю накручивать всё.       Но надо уже довериться самому себе, в конце то концов, операция проработана от и до, всё красиво распределено, работа не одного человека, а целой группировки.       Но вид самого Антона не дал мне успокоиться полностью. Он то ходил из стороны в сторону, то пальцы заламывал, то ногой топал или губу закусывал. Мне было больно за него, правда, сейчас привести себя в норму нам нужно обоим самостоятельно. Всё делаем с холодной головой, никаких лишних дерганий и мыслей.       Минут через пятнадцать я восстановил свой сердечный ритм в нормальное состояние, выдохнул, расслабившись, когда увидел, что Антону стало чуть спокойнее.       Пара минут, пара мгновений оставалось до начала пиздеца размером с жопу гиппопотама. Я сижу в кафе ровно до того момента, пока не увижу, как за Антоном идёт маньяк, тогда уже можно заряжать пастолеты в питрон, тьфу, патроны в пистолет и двигаться за ними.       — Арс, как слышно, приём, — проговорил мне в ухо Паша. А как же смс, а? Но, видимо, он понял, что наушники со связью гораздо удобнее.       — Хорошо, когда начинаем?       — Через минуту, готовься, Попов, — предупредил меня Добровольский.       — И внимательнее будь, — добавил Дима.       Я выдохнул. Антон посмотрел на время, кивнув самому себе и двинулся в бар, клуб, магазин, я так и не понял до сих пор что это.       Поехали…