Родной

— Погода нынче совсем от рук отбилась, — таксист попытался завести разговор с клиенткой. — Да уж, — коротко ответила Ривер, давая понять, что на беседу по душам она сегодня не настроена: по крайней мере, не в этом месте и не с незнакомцем. По стеклам барабанил дождь. Дворники на лобовом стекле без устали сметали, мешавшие водителю, брызги. Женщина устало откинулась на спинку широкого заднего сиденья и прикрыла глаза. День выдался тяжёлым. Пять лекций подряд чесать языком про археологию Средиземноморья эпохи архаики… Уму непостижимо, откуда у неё порой столько энтузиазма. Профессор Сонг опустилась в своё мягкое кресло в деканате, прихлёбывая паршивенький растворимый кофе из автомата на первом этаже просто, чтобы промочить горло. Вдруг телефон завибрировал. На экране высветился незнакомый номер. Ривер прислонила трубку к уху: — Алло, чем могу быть полезна? — Здравствуй! Это я, — на том конце провода отчётливо слышен мужской голос. Такой знакомый мужской голос… Родной… — Привет, сладкий! Долго же ты мне не звонил. — Прости, я проездом в твоём городе. Давай встретимся вечером? — Не откажусь. На нашем месте? — Да. — Жди меня там в 20:00. — Закончив разговор, Сонг кинула телефон в сумочку. Ай-яй-яй, сколько у неё ещё дел: причёска, платье, новый маникюр и, затмевающий всё и вся, макияж. Сказано — сделано. Профессор Харкнесс чудом успел отпрыгнуть от двери, когда её резко распахнула его коллега и по совместительству подруга и как ураган пронеслась мимо. Он только успел подумать, что всего лишь к одному человеку она может так спешить и имя ему — Доктор. — Дамочка, приехали! — Таксист припарковался по адресу около ресторана. Женщина вылезла из машины и, кутаясь в накидку, быстрым шагом подошла к главному входу. Швейцар услужливо открыл перед гостьей двери, после чего администратор провел её к забронированному ранее, столику, отодвинув стул, чтобы она удобно расположилась. В зале звучала мелодия. Известный в узких кругах бенд играл хорошую музыку. На стенах плясали отблески от маленьких светильников, стоящих на каждом столике. Ривер улыбнулась… Даллириум… Ностальгия пронзила её сердце. Как же она скучала по атмосфере этого заведения! Из размышлений женщину выдернул вопрос официанта: — Мадам, в ваш заказ будут входить те же блюда и напитки, что и всегда? — Всё верно, — утвердительный кивок головы, хотя так лучше часто не делать, иначе её, высоко собранные в хвост, кудряшки не удержит даже лак для волос сильной фиксации. Молодой человек ушёл передавать её просьбу шеф-повару, а Ривер осталась дожидаться своего старого друга, и всё же мужчине не пристало опаздывать, а ведь она и так задержалась на 15 минут, как и полагалось любой приличной кокетке. От скуки она принялась дальше разглядывать меню, но внезапно кто-то накрыл её ладонь. Сонг подняла глаза и усмехнулась: — Рада видеть тебя, Доктор. Ты круто изменился, но надо сказать, что морщинки и седина тебе к лицу, — казалось, что они не виделись целую вечность, и сегодня был повод наверстать упущенные годы разлук. — А ты всё так же прекрасна, Ривер! Как поживает твой очередной муж? — Мужчина занял второй стул, внимательно слушая. — Объелся груш, не хочу говорить о нём, хочу говорить о нас. Вскоре Доктор и Ривер уже угощались карбонарой с беконом и сливками и их любимым «Амароне». Их тихий, лучившийся счастьем, смех тонул в общей массе голосов и внешнего шума. В нём тонула даже надвигающаяся беда, которая притаилась в тёмном углу. И как же было не засмеяться после того, как мужчина настолько восхитился шоколадным трайфлом, что весь измазался кремом?! — У меня есть для тебя подарок, — Доктор достал из кармана небольшую, длинную коробку, в которой, скорее всего, находилось ювелирное украшение. — Открой! — Не знаю, что и сказать. Меня переполняют эмоции. Спасибо тебе! — В руках Ривер держала старинный, антикварный медальон, давно утерянный её семьёй. Когда-то женщина увидела его на одной выставке, но, к сожалению, он не подлежал продаже, что тогда крайне расстроило её. Внезапно Сонг закашлялась, но её лёгкие пытались отбить атаку до того момента, пока недомогание не оказалось бы подозрительным. Она схватила салфетку со стола и отвернулась. На клочке вместе с мокротой виднелось чёткое пятно крови. Ей не привыкать, но как бы чего сегодня хуже не вышло. — Ты в порядке? — Доктор обеспокоенно смотрел на неё с противоположного края стола. — Вполне, сладкий. Не беспокойся! — Ривер скомкала салфетку и убрала её в клатч. — Пожалуй, нам пора по домам. Ривер и Доктор стояли на улице и смотрели на ночное небо, обнявшись: — Милая! Звезда падает, — мужчина ткнул пальцем в яркую отметину, загадав желание встретиться с этой незабываемой женщиной хотя бы ещё раз в жизни. Он сожалел лишь о том, что судьба разбросала их по разным уголкам Земли и сталкивала так редко, а вот Ривер ничего не попросила у космоса. Она-то знала, что больше никогда не увидит свою единственную, настоящую любовь.