7

      В пятницу вечером в теплицах Хогвартса Помона Спраут устроила шумную вечеринку. На праздник собрался почти весь преподавательский состав школы чародейства и волшебства и несколько специально приглашённых гостей. Отмечали появление на свет Предатум Формидулозус в количестве трёх штук: двух мальчиков и одной девочки (или наоборот). Счастливый отец семейства, избалованный всеобщим вниманием, негромко урчал, наевшись до отвала свежей печёнки, а новоиспечённая мать, совсем недавно отпочковавшая своё долгожданное потомство, заметно нервничала и то и дело норовила цапнуть кого-нибудь из гостей.       — Послеродовая депрессия, — со знанием дела сказал Невилл, заботливо выпаивая её настойкой растопырника.       Торжественное событие решили отпраздновать с размахом. Филч притащил из замка старинный граммофон, стрельчатые литые своды теплицы украсили глициниями и клематисами, а директор надела свою лучшую парадную мантию.       — Со всеми этими нескончаемыми происшествиями мы тысячу лет не устраивали праздников! — сказала МакГонагалл, и Снейп, заметив, каким воодушевлением загораются её глаза за стёклами прямоугольных очков, внезапно осознал, что ему ни при каких обстоятельствах не удастся отвертеться.       — Немедленно нацепи своё самое праздничное выражение лица! — велела МакГонагалл, глядя на его кислую физиономию, но, так и не добившись желаемого, махнула рукой и ушла праздновать.       Поттер привёз медовуху и магловский виски, Дафна раздобыла в питомнике двух люпистух(1), зажигательно отплясывающих теперь в такт льющейся из граммофона джазовой музыке, Эмма угостила всех экспериментальными предсказательными конфетами, заранее со смехом извинившись за не слишком точные результаты, а Уизли приволок огромный ящик всевозможных волшебных шутих и праздничных фейерверков. Специальный почётный гость вечеринки Ларри Тальбот светился от гордости, словно начищенный сикль, и выглядел так, будто это именно он только что стал отцом. Снейп окинул недовольным взглядом весь этот балаган и решил, что ему потребуется немало виски и ещё больше терпения, чтобы пережить этот вечер.       День у него выдался тяжёлым — пришлось провести восемь уроков зельеварения, пополнить вконец истощившиеся запасы ингредиентов в кладовой, перебрать сушеный теплеросток, сварить три котла бодроперцового зелья для Больничного крыла, проверить эссе и домашние работы, а затем ещё два часа разбирать почту от родителей, обеспокоенных тревожными событиями, случившимися накануне в школе. И всё же постепенно праздник захватил и его. Виски оказался чертовски хорош. Уизли расхаживал с канареечной головой на плечах, пытаясь накормить всех Ослепительными помадками «Съешь меня и мантия начнёт светиться», и Эмма, облачённая теперь в сверкающее платье, медленно скользила в танце с Ларри, кружась в сиреневом водовороте окружавших её клематисов. Тихо играл граммофон, в её волосах искрились отблески света, и хотелось смотреть, не отрываясь…       — Как думаете, они попросят вас стать крёстным? — спросил невесть откуда взявшийся Поттер, становясь рядом. — Хотите, я это устрою?       В руках Поттер держал почти полностью опустевший стакан виски, а на аврорской мантии красовался огромный и крайне нелепый праздничный бант.       — Вам что, внезапно жить надоело? — с невольным любопытством спросил Снейп, разглядывая раскрасневшееся лицо мальчишки.       — А что? — невозмутимо ответил Гарри. — В конце концов, без вас этой чудесной пары просто не было бы. Это я о Предатум Формидулозус, если что.       Снейп закатил глаза, но промолчал.       Они постояли ещё какое-то время, в полнейшем молчании наблюдая за танцующими. Директор МакГонагалл увлечённо кружилась в паре с Невиллом, Флитвик важно вёл в танце Помону Спраут, а Хагрид, медленно покачиваясь из стороны в сторону, вальсировал, кажется, сам с собой.       — Сегодня в предсказательной конфете мне досталась змея, — сказал Гарри, показывая Снейпу свой радужный фантик. — Вероятно, это означает, что вы меня покусаете, но я, всё же, пожалуй, рискну и скажу. Только слепой не заметил бы, куда вы весь вечер пялитесь, профессор.       — Я никуда не пялюсь! — огрызнулся Снейп.       — Вы же понимаете, что она вам не пара?       — Почему это она мне не пара? — машинально возмутился Снейп.       — Она яркая и жизнерадостная, а вы совершеннейший зануда и сухарь, который никак не может решиться сделать первый шаг, — совершенно серьёзно ответил Гарри.       — Это не вашего ума дело, Поттер, — начиная злиться, произнёс Снейп и тут же подумал, что если наложить на аврора заклинание вечной икоты, то ему дадут всего шесть месяцев в Азкабане.       Поттер допил свой виски и всё с той же невозмутимостью спросил:       — А вы уже заглядывали?.. Ну, вы меня понимаете... К ней в голову, чтоб подглядеть, о чём она думает?       — Я никуда не заглядывал, — сказал Снейп, — я вам тысячу раз говорил, что легилименция это не чтение мыслей. И вообще, вы сегодня либо пьяны, либо излишне блистательно остроумны. А не пойти ли вам… танцевать, Поттер?       — Почему бы и нет, — ответил Гарри, но в это мгновение музыка закончилась, и к ним подошел Ларри Тальбот.       — Чудесный вечер! — сказал он, радостно улыбаясь. — Не хотите ли потанцевать? Здесь замечательный выбор партнёрш!       — Знаете, Ларри, — глядя на Эмму, сказал Поттер, — вам совершенно точно не нужен такой враг, как Снейп.       Ларри очень внимательно проследил за его взглядом, посмотрел на Снейпа и, наконец, снова на Поттера, и вдруг сказал:       — И что ж вы меня раньше-то не предупредили?

* * *

      Музыка заиграла вновь. Поттер и Тальбот, угомонившись, отправились за новой порцией виски, а Снейп решил немного пройтись. В конце теплицы, возле открытой двери, внезапно обнаружилась Эмма. Она стояла, прислонившись к дверному косяку, и, глядя на медленно плывущую в небе молодую луну, казалась погружённой в собственные мысли.       Снейп потянулся было к её сознанию, но, тут же опомнившись, со злостью одёрнул себя. Будь проклят этот мальчишка!       — Вы простудитесь, — сказал он, подходя ближе и взмахом палочки накладывая на неё согревающие чары.       Эмма обернулась к нему с едва заметной улыбкой, и в её руках радужными искрами заблестел фантик.       — Съешьте предсказательную конфету, Северус, — попросила она, — я хочу узнать вашу судьбу.       Снейп развернул конфету и послушно отправил её в рот. Вкус, на его взгляд, был слишком вяжущим и приторным, но деваться было некуда. Он повертел фантик в руках, и на его внутренней стороне медленно проступила цифра «7».       — И что это значит? — с невольным любопытством спросил он.       — Понятия не имею, — честно призналась Эмма. — Боюсь, к этим конфетам должен прилагаться ещё и толкователь. Но я уверена, что это что-нибудь хорошее.       — Боюсь, вы ошибаетесь, — с сомнением сказал Снейп. — Поттеру досталась змея.       — Может, это змей-искуситель? Мне кажется, Гарри никак не разберётся в своих дамах.       Она вновь посмотрела на луну и вдруг неожиданно серьезно сказала:       — Знаете, Северус, я давно хотела вас спросить... Как так случилось, что вы отправились за мной в другой мир?(2)       Снейп невольно нахмурился. Где-то там, за их спинами, тихо лилась музыка, выпитый виски горячил кровь, и ему совершенно точно не хотелось говорить на эту тему. И всё же, немного помедлив, он неохотно ответил:       — В то время мне показалось это самым очевидным решением. Пока я был в будущем, я собирал всю информацию, которую только мог найти, читал газеты и журналы, смотрел магловские новостные каналы. В новостях довольно часто упоминалась ваша мать, действующий премьер-министр, и её высказывания всегда носили радикальный характер. Вернувшись домой, я попытался разузнать о ней немного подробнее и неожиданно выяснил, что у неё была дочь-полукровка, которая то ли погибла, то ли пропала без вести два с половиной года назад. Джулиус Кейн дал нам с Поттером доступ к архивам Отдела Тайн, и из бумаг, а также из воспоминаний ваших коллег, мы узнали, что вы ушли в междумирье и так и не вернулись. В свитках Остиариуса хранились записи о том, в какой именно мир вы отправились, и какие координаты выдал вам Камень. Так нам стало известно, где вас искать. А когда стало понятно, что этот «другой мир» очень похож на наш, то я заподозрил, что если вы выжили, то можете просто не помнить, что должны вернуться обратно. Взвесив все «за» и «против» и обсудив всё с Поттером, я принял решение, последовать за вами в междумирье, чтобы забрать вас домой.       — И как вы попали в Хогвартс? Их Хогвартс? — спросила Эмма.       — Я решил, что раз их мир так сильно схож с нашим, то в нём, вероятно, тоже будет своё пророчество, а их собственный Снейп тоже отправится в будущее. Всё, что я узнал о работе Локус Темпорибус, свидетельствовало о том, что если я попаду в другой мир за несколько минут до возвращения их Снейпа, то он уже не сможет вернуться обратно ровно до тех пор, пока я не покину его мир. Ведь Локус чинит время и пространство, возвращая всё в первозданное состояние, а значит, он просто не сможет допустить наличия двух Снейпов в одном времени.       Я думал, что мне придётся воспользоваться маховиком времени, чтобы попасть в правильное время, однако, из тех же записей мне удалось выяснить, что время в наших мирах различалось почти на три недели. Поттер одолжил мне свою мантию-невидимку, чтобы я мог чувствовать себя в безопасности в чужом Отделе Тайн, и в нужный день я отправился в междумирье. Я думал выйти на той стороне и сразу же аппарировать в Хогвартс, но недооценил трудности путешествия. Хотя я не встретил в междумирье никаких чудовищ, с непривычки переход дался мне очень тяжело, к тому же находившиеся во мне монеты и перемещение в чужой мир подействовали на меня намного сильнее, чем я рассчитывал. Когда я выбрался из Отдела Тайн, я был почти без сил, и хотя в самом Министерстве никто не предпринял попытки меня остановить, я внезапно обнаружил, что просто не могу аппарировать на большие расстояния. В результате, мне пришлось совершить несколько прыжков, подолгу отдыхая и восстанавливая силы, и относительно нужного мне времени я опоздал почти на четыре часа. Добравшись до Хогвартса, я снял аппарационный барьер и аппарировал в кабинет директора.       — А как вы узнали, что директор и Кейн всё ещё ждут вас, и их собственный Снейп ещё не вернулся? — спросила Эмма. — Ведь вы не могли быть на сто процентов уверены, что путешествие их собственного Снейпа состоялось.       — Поттер одолжил мне карту. Чудесная вещь, показывает в реальном времени, кто и где находится в замке.       — А потом?       — А потом… что ж, о том, что было потом, вы уже и так всё знаете, Эмма. Я рассказал МакГонагалл и Кейну, что вернулся из будущего, но промахнулся, попав в чужой мир, и хотя они мне не поверили, я смог убедил их найти для меня специалиста по временным аномалиям.       — А если бы этим специалистом оказалась не я? — с тревожащим его беспокойством спросила Эмма.       — Тогда я, вероятно, потребовал бы другого специалиста…       Снейп замолчал и недовольно нахмурился.       — К чему вы клоните, Эмма? — серьёзно спросил он. — Ведь вы не просто так задаёте мне эти вопросы?       — Почему вы не рассказали Гарри из их мира, что хотите меня забрать? — внезапно спросила она.       — Потому что, если бы он узнал правду, он не позволил бы мне этого сделать.       — И, уводя меня в междумирье, вы ни на секунду не усомнились, что поступаете правильно? Неужели вы не задумывались о том, что станется с их миром, когда вы меня заберёте? Ведь если я беспрепятственно жила там все эти годы, то, значит, их собственная Эмма пропала, ушла в междумирье и не смогла вернуться. Иначе междумирье никогда не выбросило бы меня в их мир. А значит, забрав меня, вы совершенно сознательно обрекли их мир на войну.       — Возможно, и так, — без всякого сожаления в голосе сказал Снейп, — и если бы потребовалось, я сделал бы это снова.       — Но это жестоко. Зная, что ждёт их в будущем, вы все равно готовы были так поступить? — дрогнувшим голосом спросила Эмма.       — Да, и думаю, при необходимости, их собственный Снейп поступил бы точно так же.       — И вы будете поступать так всегда?       — Всегда, — ответил Снейп. — Я буду защищать это место и близких мне людей любым доступным мне способом, даже если ценой этого будет чей-то разрушенный мир. На войне по-другому нельзя.       — Я не готова быть причиной такой войны, — Эмма расстроенно смахнула внезапно проступившие в глазах слезы, но тут же добавила: — Это страшно, возможно, мне просто нужно лучше осознать мое собственное место в этом мире, чтобы быть готовой так его защищать…       Она отвернулась от него и вдруг решительно шагнула в темноту. А Снейп остался стоять, глядя ей вслед.       — Почему ты ей просто не солгал? — тихо подходя сзади, спросила МакГонагалл.       Снейп покачал головой и ничего не ответил.

* * *

      Праздник подошел к концу, у горизонта догорали шутейные фейерверки, Трелони, воровато оглядываясь по сторонам, горстями запихивала предсказательные конфеты в карман, Хагрид, порядком осоловевший от медовухи, спал в углу, обняв кадку с Предатум Формидулозус, а Минерва о чём-то оживлённо спорила с профессором Вектор. Снейп допил свой виски и решительно отправился спать.       В коридорах подземелья отчего-то снова бродил Трэверс.       — Что вы тут делаете? — устало хмурясь, спросил Снейп.       — Жабу потерял… сэр.       — Опять?       — Опять, — тяжко вздыхая, сказал Трэверс. — После того, как нашёлся Бигль, Чашка постоянно от меня убегает. Может, он просто снова хочет вернуться к вам?       Снейп проводил взглядом понурую фигуру Трэверса, возвращавшегося в слизеринскую гостиную, и отпер заклинанием дверь собственных комнат.       На стопке книг по зельям на основе растительных ингредиентов сидел Чашка и внимательно смотрел на Снейпа. Вид у него был и правда ужасно несчастный.       — И ты чувствуешь себя неправильным? — невольно ощутив к жабе жалость, спросил Снейп.       И, удивляясь собственному порыву, посадил Чашку в карман и отправился патрулировать коридоры Хогвартса. _________________________________________________________________________       1) дальние родственные докси, начинают танцевать при первых звуках музыки, а если песня им очень нравится, то они меняют цвет и светятся в темноте       2) события, о которых рассказывается ниже, происходят в пятой части серии — фике «Перевозчик».